Рефераты. Коллекция рефератов


  Пример: Управление бизнесом
Я ищу:


Реферат: Введение в гражданское право

Раздел I. Введение в гражданское право

Глава 1. Понятие о частном праве

§ 1. Гражданское право как частное право

1. Термин «гражданское право»

Гражданское право - одна из основных, важнейших частей всякой развитой правовой системы. Термин гражданское право берет свое начало от римского «цивильного права» (jus civile), под которым понималось право исконных римских граждан - квиритов (cives), право государства-города (civitas). В дальнейшем известный процесс рецепции (заимствования) римского частного права европейскими правопорядками привел к переносу этого понятия в современную юридическую терминологию (Zivilrecht, droit civil, civil law), где оно стало привычным, традиционным наименованием одной из наиболее крупных, фундаментальных правовых отраслей. Поэтому и гражданское право нередко называют цивилистикой, а специалистов в этой области - цивилистами. Гражданское право в известном смысле действительно можно считать правом граждан, поскольку оно призвано регулировать подавляющее большинство их взаимоотношений как имущественного, так и неимущественного характера. А такие взаимоотношения возникают, как правило, по воле их участников, которые сами определяют и содержание своих взаимосвязей, и даже последствия их прекращения или изменения. Ведь люди обычно самостоятельно решают, вступать им или не вступать, например, в те или иные договорные отношения и на каких условиях; они вольны защищать свое имущество или отказаться от его защиты в конкретной ситуации; они вправе предъявить требование о судебной защите своих прав (иск) или не делать этого и т. д. При этом люди руководствуются своими собственными, частными интересами (в том числе согласуя их с аналогичными интересами других лиц), которые, таким образом, по общему правилу всецело определяют и содержание складывающихся между ними отношений. Государство должно предоставлять им такую возможность саморегулирования этих отношений, ибо никакие его нормативные акты не в состоянии предусмотреть все возможные в жизни варианты поведения, наиболее целесообразные во всех мыслимых ситуациях. Разумеется, оно обязано также принимать и известные меры охраны участников от злоупотреблений недобросовестных лиц и в определенной мере защищать более слабую сторону, а в необходимых случаях принуждать к соблюдению общественных (публичных) интересов. Вмешательство государства в сферу частных интересов своих граждан не может становиться всеобъемлющим, безграничным и произвольным, а публичная власть не вправе считать себя единственным подлинным выразителем и защитником любых интересов своих граждан на том, в частности, основании, что она знает их лучше, чем сами их носители (как это обычно имело и имеет место в истории российской государственности). В ином случае, как свидетельствует исторический опыт, одни граждане становятся пассивными ожидателями различных государственных благ и теряют всякий интерес к инициативной, самостоятельной деятельности (что в конечном итоге не идет на пользу и самому государству), а другие прибегают к многообразным ухищрениям и попыткам обхода закона с целью добиться удовлетворения собственных интересов и потребностей.

2. Частное и публичное право

Нормальный правопорядок должен основываться на существовании и различии частноправового и публично-правового регулирования. Гражданское, или частное, право (jus privatum) со времен Древнего Рима как раз и отражает частноправовую сферу с присущими ей началами юридического равенства и самостоятельности участников, неприкосновенности их частной собственности, свободы договора, независимой судебной защиты нарушенных прав и интересов. Конечно, развитие человеческой цивилизации с той поры привело к неизмеримому усложнению социальных процессов, появлению принципиально новых общественных феноменов, вызванных к жизни последствиями технических и социальных, а затем научной и информационной революций. Все это видоизменило, но не отменило полностью основы правовой системы, покоящейся на различии гражданского (частного) и публичного права. Подобно тому, как геометрия Н. И. Лобачевского не отменила принципиальных начал евклидовой геометрии, а постулаты Эйнштейна не привели к краху ньютоновой физики, современный высокоразвитый имущественный оборот не отменяет традиционных юридических конструкций и подходов, а лишь при необходимости видоизменяет их, приспосабливая к соответствующим потребностям. Сохраняется и общее деление права на частное и публичное. Их различие покоится на принципиальном различии частных и публичных интересов, легших в основу их первоначальной дифференциации, проведенной еще в Юстиниановых Дигестах. По словам виднейшего древнеримского юриста Ульпиана, публичное право относится к положению римского государства, частное относится к пользе отдельных лиц. Соотношение и разграничение частного и публичного права всегда представлялось непростой проблемой. Дело в том, что в сфере частного права законодатель нередко вынужден использовать общеобязательные, императивные правила, в том числе запреты, ограничивая самостоятельность и инициативу участников регулируемых отношений. Например, в гражданском законодательстве устанавливается обязанность государственной регистрации всех юридических лиц или сделок с недвижимостью, отсутствие которой влечет и отсутствие соответствующего юридического результата (возникновения юридического лица или появления, пре-, кращения или изменения прав на недвижимость). С другой стороны, в сфере публичного права иногда может применяться судебный порядок защиты, в частности, некоторых интересов граждан, что свойственно частноправовому регулированию. Однако наличие таких правил не устраняет необходимости установления четкого различения частного и публичного права, ибо отношения, включаемые в ту или другую сферу, приобретают различный правовой режим. Попытки выявить критерии разграничения этих сфер предпринимались как отечественными, так и зарубежными учеными-юристами на протяжении не одного века1. В конце концов стало очевидным, что это различие заключается в характере и способах воздействия права на регулируемые отношения, обусловленного самой природой последних. Ясно, например, что отношения в области государственного управления не могут строиться на принципах свободы и самостоятельности участников, ибо по самому своему характеру требуют централизеванного воздействия и иерархической подчиненности участников. Но ясно и то, что многие отношения, складывающиеся в экономике, и прежде всего отношения товарообмена (т. е. рынка), напротив, нуждаются в предоставлении их участникам максимальной (хотя, разумеется, и не безграничной) свободы, стимулирующей их инициативу и предприимчивость.

1 См., например: Покровский И. А. Основные проблемы гражданского права. Пг., 1917 С. 7-19; Черепахш Б. Б. К вопросу о частном и публичном праве. Иркутск, 1926; М., 1994.

Следует подчеркнуть, что и по существу необходимое в ряде случаев взаимовлияние и взаимодействие частного и публичного права не ведет к смешению этих двух принципиально различных подходов. Так, гражданское процессуальное право, относящееся к публично-правовой сфере, под воздействием частноправовых начал резко усиливает состязательный характер процесса в спорах между предпринимателями, широко допуская здесь также применение третейской (негосударственной) формы разбирательства. Однако в целом процессуальный порядок, безусловно, сохраняет присущий ему публично-правовой характер. Частное и публичное право во всех развитых правопорядках продолжают существовать как две самостоятельные, независимые ветви правового регулирования, как два различных типа правового воздействия на общественные отношения.

3. Понятие и особенности частного права

Частное (гражданское) право составляет базу, ядро правопорядка, основанного на рыночной организации хозяйства. История показывает, что основные частноправовые начала, например неприкосновенность собственности или свобода договоров, практически нигде и никогда не действовали в чистом виде, подвергаясь по необходимости тем или иным ограничениям. По степени, характеру этих ограничений можно различать виды или типы правовых систем. Интересно, однако, что даже при самых жестких ограничениях сфера частного права никогда не исчезала полностью, ибо во всякой известной цивилизации невозможно было совершенно исключить товарообмен и товарное хозяйство. Ведь частное право с древнеримских времен является порождением свободного экономического развития, неизбежно требовавшего «освобождения личности от всяких связывавших ее пут, требовавшего свободы собственности, свободы договоров, свободы завещаний и т. д.»1.

1 Покровский И. А. Указ. соч. С. 22.

Гражданское (частное) право во всяком правопорядке регулирует прежде всего различные отношения по принадлежности или использованию имущества, отличающиеся тем, что они основаны на юридическом равенстве участников, автономии их воли и их имущественной самостоятельности (обособленности). Имущественные отношения могут и не основываться на указанных признаках, например отношения по формированию государственного бюджета путем взимания налогов или уплаты штрафа за правонарушение. В этих случаях между участниками существуют отношения не равенства, а власти и подчинения, исключающие автономию воли (т. е. усмотрение) самих сторон. Такого рода отношения, основанные на властном подчинении одной стороны другой, например налоговые и другие финансовые отношения, составляют предмет регулирования административного и финансового (публичного) права. Если, например, продавец по договору купли-продажи требует от покупателя оплаты стоимости товара, то это требование основано на том, что покупатель при заключении договора сам согласился на соответствующие условия. Если же одна из сторон нарушит условия заключенного договора, то возникший конфликт может быть разрешен либо опять-таки по их взаимному соглашению, либо по решению не заинтересованной в исходе спора третьей стороны - суда. Если же деньги изымаются у лица в качестве налога, то никакого его согласия на это никто не требовал и не требует и осуществление такого изъятия проводит сама заинтересованная сторона без обращения к суду даже в случае конфликта. Автономия воли участников частноправовых отношений, т. е. их свободное усмотрение относительно того, вступать ли им в имущественный оборот, с каким именно контрагентом и на каких условиях, означает, что такие решения участники принимают по своей инициативе, на свой риск и под собственную имущественную ответственность. Они также сами решают, осуществлять ли принадлежащие им права, включая и право на предъявление каких-либо имущественных требований через суд. Наконец, участники частноправовых отношений имущественно самостоятельны. По общему правилу они являются собственниками своего имущества и в этом качестве присваивают полученный доход и несут риск возможных убытков. Своим имуществом они отвечают по своим обязательствам перед другими участниками оборота. Все это не только формально, но и по существу побуждает их быть настоящими хозяевами и расчетливыми предпринимателями. В сферу гражданского (частного) права входят и некоторые неимущественные отношения, участники которых также обладают автономией воли и самостоятельностью в их правовом оформлении. С позиций учения о частном праве гражданское право следует определить как основную отрасль права, регулирующего частные (имущественные и неимущественные) взаимоотношения граждан, а также созданных ими юридических лиц, формирующиеся по инициативе их участников и преследующие цели удовлетворения их собственных (частных) интересов Этим определяются и основные, принципиальные различия частноправового и публично-правового подходов. В публично-правовом подходе преобладают властно-организационные, принудительные начала, связанные с осуществлением государственных и общественных (публичных) интересов. Частноправовой подход связан с инициативой и самостоятельностью участников хозяйственной деятельности, реализующих свои собственные (частные) интересы. Конечно, в регулировании экономики, имущественных отношений каждый из этих подходов имеет свои достоинства и недостатки, а потому почти никогда не используется «в чистом виде» Так, в чрезвычайных ситуациях, например в период войн, не обойтись без резкого усиления публично-правовых начал. С другой стороны, частноправовые начала неизбежно приходится ограничивать с целью исключения монополизма и недобросовестной конкуренции, защиты прав потребителей и в некоторых иных аналогичных по сути ситуациях. Проблема, следовательно, состоит не в разрешении или исключении вмешательства государства в имущественный оборот, а в ограничении этого вмешательства, в установлении законом его четких рамок и форм.

4. Частное право в России

Следует иметь в виду, что для отечественного хозяйства эта проблема всегда имела и имеет особую остроту. Дело в том, что сферы частного права как области, по общему правилу закрытой для произвольного вмешательства государства, в истории России почти не было. Еще в конце XVII - начале XVIII в., когда в западноевропейских государствах активно развивалось частнокапиталистическое хозяйство, русский царь был вправе по своему соизволению изъять любое имущество у любого подданного (как это, например, делал Петр I, требуя денег на ведение различных войн). Только во второй половине XVIII в. Екатерина II в виде особой привилегии разрешила дворянству иметь на праве частной собственности имущество, которое не могло стать объектом произвольного изъятия в пользу государства или каких-либо обременении «в казенном интересе». Для всех остальных сословий такое имущественное положение даже юридически стало возможным только после реформ Александра II, т. е. во второй половине 60-х гг. XIX в и существовало лишь до 1918-1922 гг., всего около 50 лет Это и был уникальный для отечественной истории, но весьма краткий период признания и существования частного права. Поскольку ни до этого времени, ни после него никаких частноправовых начал у нас, по сути, не существовало, государство привыкло бесцеремонно, произвольно и безгранично вмешиваться в имущественную сферу. Лишь за последние несколько лет устанавливалось, например, «замораживание» валютных счетов юридических лиц; запрет гражданам снятия со счетов в сберкассах более 500 руб. с соответствующей отметкой об этом в паспорте; требование осуществления расчетов за отгруженные товары, произведенные работы или оказанные услуги не более чем в трехмесячный срок (обращенное к формально признанным частным собственникам) и много других аналогичных мер. Советское гражданское право развивалось в условиях господства известной ленинской установки о том, что «мы ничего "частного" не признаем, для нас все в области хозяйства есть публично-правовое, а не частное»1 Такой подход имел следствием преобладание в экономике жестких централизованных начал, вызвавших к жизни, например, категорию «плановых» («хозяйственных») договоров. Их содержание определялось не волей и интересами участников, а плановыми органами, решавшими, кто, с кем и на каких условиях будет заключать конкретный договор. Но даже при этом определение некоторых условий вынужденно отдавалось на усмотрение сторон, а договоры с участием граждан обычно находились под косвенным, а не прямым воздействием плана (если не считать системы карточного распределения товаров). Сохранялась почва для гражданско-правового регулирования, хотя его содержание было существенно видоизменено, и саму частноправовую терминологию старались вывести из широкого употребления

1 Ленин В И Полн. собр соч Т 44 С 398

Однако некоторые частноправовые принципы формально закреплялись действовавшим гражданским законодательством. Гражданский кодекс России 1994 г. впервые законодательно закрепил в п. 1 ст. 1 основные начала частного права:

равенство участников имущественных отношений;

неприкосновенность собственности,

свободу договора;

недопустимость произвольного вмешательства кого-либо в частные дела;

беспрепятственное осуществление гражданских прав и их судебную защиту от нарушений, в том числе и со стороны публичной власти (государства).

Применение этих принципов теперь может быть ограничено только федеральным законом и лишь в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. В силу этого возможные и необходимые ограничения частноправовых начал становятся действительно исключением из правила, а не общим правилом.

§ 2. Система частного права

1. Развитие системы частного права в России

В отечественной правовой системе частное право всегда было представлено гражданским правом. В советское время, после отказа от деления права на публичное и частное, из гражданского права в качестве самостоятельных правовых отраслей выделились семейное и трудовое право, а «на стыке» гражданского и административного права возникли земельное и природоресурсовое право. Были попытки обособления международного частного права, призванного регулировать частноправовые отношения «с иностранным элементом» (т. е. с участием иностранных граждан, юридических лиц и лиц без гражданства). Все эти правовые образования составили «семью» цивилистических (по сути частноправовых) отраслей нашего правопорядка. Возвращение к классическим основам правовой системы, базирующейся на принципиальном различии публичного и частного права, потребовало не только отказа от «наслоений» огосударствленной экономики в гражданско-правовой сфере, но и определенной переоценки правовой природы этих «смежных» с гражданским отраслей права. В условиях становления рыночной экономики происходит известная коммерсализация отношений, ранее входивших в публично-правовую сферу. Так, после отказа от исключительной собственности государства на землю и разрешения совершения многих сделок с некоторыми земельными участками (купля-продажа, аренда, залог, передача по наследству и т. п.) соответствующие отношения стали предметом гражданского права (т. е. частноправового регулирования) и вышли из предмета земельного права Последнее сосредоточивается теперь не на регламентации чужеродного для этой отрасли оборота земли, а на определении публично-правового режима различных видов земельных участков, включая их целевое назначение, требования природоохранного характера, количественные ограничения и т. п. Иначе говоря, земельное право обнаруживает свою публично-правовую природу. Сказанное в равной мере относится и к более широкой сфере при-родоресурсового и природоохранного (экологического) права. Законодательное признание возможности заключения брачных контрактов, определяющих по воле супругов правовой режим их имущества, свидетельствует о возрастании частноправовых начал и в сфере семейных отношений. Семейное право всегда характеризовалось преобладанием неимущественных элементов над имущественными и принципом минимального вмешательства государства в семейные отношения (в основном с целью защиты интересов несовершеннолетних детей, нетрудоспособных супругов и т. п.), а также добровольным и равноправным характером брачно-семей-ных связей. Учитывая традиционное наличие в предмете гражданского права значительного круга личных неимущественных отношений (защита чести, достоинства и деловой репутации, возмещение морального вреда, охрана различных неимущественных прав граждан), можно говорить о частноправовой природе семейного права (свойственной, кстати, всем без исключения развитым правопорядкам). Что касается трудового права, то его природу в настоящее время нельзя определить однозначно. В пользу его частноправового характера свидетельствуют многие правила о трудовом договоре, составляющие основу этой отрасли и получившие теперь новое развитие. Вместе с тем основное направление правовой регламентации здесь по-прежнему составляет установление широкого круга специальных социальных (т. е. установленных в общественных, публично-правовых интересах) гарантий для участников трудовых отношений Такая регламентация характерна для публично-правовых отраслей (к числу которых следует, в частности, отнести и выделившееся на этой основе из трудового права право социального обеспечения) Вместе с тем в континентальном европейском праве, прежде всего в его германской ветви, трудовое право обычно рассматривается в качестве частноправового образования Международное частное право по своим основным юридическим признакам (предмету и методу) никогда не теряло своей частноправовой природы, общепризнанной в развитых правопорядках Более того, в теории оно иногда рассматривается в качестве составной части (подотрасли) гражданского права На базе гражданско-правовых норм о юридических лицах в развитых зарубежных правопорядках обычно выделяются правила о статусе коммерческих организаций, объединяемые понятиями «права компаний» или корпоративного права. В отечественной правовой системе на этой основе ранее пытались выделять колхозное, а затем кооперативное право. Данное правовое образование нельзя считать самостоятельным, ибо оно существует в рамках частного права как часть гражданского либо также торгового права. Гражданское право, как уже отмечалось, составляет основу частного права. В отечественном правопорядке в общую систему частного права входят также семейное и международное частное право, традиционно признаваемые здесь, впрочем, самостоятельными по отношению к гражданскому праву правовыми отраслями Это обстоятельство составляет специфику системы российского частного права, поскольку в континентальном европейском праве они обычно рассматриваются в качестве составных частей (подотраслей) гражданского права.

2. Система гражданского права

Гражданское право само подвергается известной систематизации (дифференциации), причем его система одновременно входит в общую систему частного права Базу такой дифференциации составляет выделение основных, общих для всей отрасли положений - Общей части. Общая часть гражданского права включает основные положения о понятии, возникновении, осуществлении и защите гражданских прав, субъектах и объектах гражданского оборота, а также о сроках и некоторые другие правила общего порядка, применимые ко всем граж- данским правоотношениям. Она имеет важное системообразую-щее, теоретико-познавательное и вместе с тем практическое, пра-воприменительное значение, ибо составляющие ее правила так или иначе учитываются при применении всех других гражданско-правовых норм1 С этой точки зрения можно сказать, что все остальные нормы составляют Особенную часть гражданского права. Но это понятие применительно к гражданскому праву обычно не используется, ибо многообразие составляющих его норм столь велико, что неизбежно требует дальнейшей развернутой дифференциации Прежде всего, гражданское право делится на подотрасли - наиболее крупные группировки норм, регулирующих однородные группы отношений и имеющих свои общие положения. В настоящее время общепринято выделение в российском гражданском праве пяти таких подотраслей К ним относятся:

вещное право, оформляющее принадлежность вещей (имущества) участникам имущественных отношений в качестве необходимой предпосылки и результата имущественного оборота;

обязательственное право, оформляющее собственно имущественный оборот Обязательственное право в свою очередь разделяется на подотрасли договорного и деликтного права, имея при этом единую для них собственную Общую часть Договорные обязательства далее дифференцируются на группы обязательств по передаче имущества в вещное право, в пользование, по выполнению работ, по оказанию услуг, по совместной деятельности; выделяются также обязательства из односторонних действий (сделок). Правоохранительные обязательства разделяются на деликтные и на обязательства из неосновательного обогащения В целом обязательственное право представляет собой наиболее тщательно структурированную часть гражданского права,

исключительные права, охватывающие институт так называемой интеллектуальной собственности (права, оформляющие принадлежность и режим использования нематериальных объектов, являющихся результатами творческой деятельности, - произведений науки, литературы и искусства, изобретений и полезных моделей и т п ) и институт так называемой промышленной собственности (устанавливающий правовой режим промышленных образцов, фирменных наименований, товарных знаков и т п),

1 См Иоффе О С Вопросы кодификации Общей части советского гражданского права // Вопросы кодификации советского права Вып 1 Л , 1957, Братусь С Н Предмет и система советского гражданского права М , 1963 С 178-181, Яков лев В Ф Общая часть гражданского права в современном законодательстве и юридической практике Свердловск, 1979 С 3-10

наследственное право, регулирующее переход имущества в случае смерти граждан к другим лицам,

защиту нематериальных (личных неимущественных) благ (чести, достоинства и деловой репутации граждан и юридических лиц, жизни, здоровья и личной неприкосновенности граждан, их частной жизни и т п) В свою очередь перечисленные подотрасли делятся на институты - совокупности норм, регулирующих менее крупные однородные группы общественных отношений Так, в подотрасли вещных прав можно выделить институты права собственности, ограниченных вещных прав, вещно-правовых способов их защиты, а в подотрасли обязательственного договорного права - институты отдельных договорных обязательств (купли-продажи, аренды, подряда и т. д.) Институты разделяются на еще более дробные, мелкие совокупности норм - субинституты, которые, однако, тоже сохраняют единство и однородность своего предмета Например, институты договорных обязательств разделяются на субинституты, охватывающие правила об отдельных их разновидностях (институт договора купли-продажи - на субинституты розничной купли-продажи, поставки, контрактации и т д ; институт договора аренды - на субинституты проката, аренды транспортных средств, предприятий, финансовой аренды и т д.) Институты и субинституты тоже имеют свои общие положения, свидетельствующие о юридической однородности охватываемых ими норм При этом общие положения подотрасли распространяются и на правила, составляющие входящий в подотрасль институт, а общие положения соответствующего института - на правила, составляющие входящий в него субинститут. Так, общие положения об обязательствах и договорах распространяются и на договоры купли-продажи и аренды (институты), и на договоры поставки и проката (субинституты) В свою очередь, общие правила о купле-продаже распространяются на договоры поставки и контрактации, а общие правила об аренде - на договоры аренды транспортных средств, договоры проката и финансовой аренды

3. Основные системы континентального гражданского права

Данная система гражданского права имеет своей базой систему основных кодифицированных актов гражданского законодательства - гражданских кодексов и свойственна породившему их континентальному правопорядку. В XIX в в ряде стран континентальной Европы была проведена кодификация гражданского законодательства в форме принятия единого обобщающего закона- гражданского кодекса. Такие законы строились на основе использования одной из двух наиболее известных и распространенных систем гражданского права - институционной или пандектной1 Институционная система, берущая начало от системы «Институций» крупнейшего римского юриста классической эпохи Гая, исходит из последовательного деления гражданского права на три основных раздела: правовое положение субъектов («лица»); объекты права и соответствующие им имущественные права («вещи»); способы их реализации и защиты («иски»), включавшие правила обязательственно-правового и даже процессуально-правового характера. Она рассчитана на сравнительно мало развитую дифференциацию. По этой системе построен известный Гражданский кодекс Франции 1804 г («Кодекс Наполеона»), фактически положивший начало романской системе гражданского права (воспринятой с некоторыми изменениями в Италии, Испании, Португалии и других европейских странах). Более тщательно разработана пандектная система, созданная в XVIII-XIX вв германскими правоведами на базе проведенной ими всеохватывающей («пандектной») систематизации источников римского частного права (прежде всего, Юстиниановых Ди-гест) Ее основным достижением и характерной особенностью как раз и стало выделение Общей части, а также четкое обособление вещных прав от обязательственных (впервые последовавшие в Саксонском гражданском уложении 1863 г) и разделение материальных и процессуальных норм. По такой системе построено Германское гражданское уложение 1896 г. Оно стало базой для развития германской системы, с теми или иными модификациями использованной в Швейцарии, Австрии и ряде других государств, а также в России Разумеется, данные системы представляют собой лишь самые общие схемы, значительно развитые и усовершенствованные впоследствии В частности, в них пришлось отражать развитие и дифференциацию обязательственного права, включать институты «интеллектуальной» и «промышленной собственности», отсутствовавшие в период их создания, а позднее - регламентацию других личных неимущественных прав.

1 Подробнее об этом см Шершеневич Г Ф Учебник русского гражданского права (по изданию 1907 г) М,1995 С 53-54,РайхерВ К Гражданско-правовые системы антагонистических формаций // Проблемы гражданского и административного права Л , 1962 С 280-310

Было бы неправильным отождествлять систему гражданского кодекса и систему гражданского права уже потому, что последняя в современном виде, как правило, гораздо более всеобъемлюща, особенно в сравнении с систематикой классических кодексов конца прошлого и начала нынешнего века (хотя до сих пор система гражданского кодекса нередко рассматривается одновременно и в качестве системы гражданского права). Не случайно современные кодификации стремятся ликвидировать этот разрыв, включая в свою систему положения обо всех или большинстве гражданско-правовых институтов. В ряде правовых систем гражданские кодексы вообще отсутствуют, что не свидетельствует об отсутствии системы гражданского права. Дело объясняется ставшим теперь очевидным несовпадением понятия и системы гражданского права и гражданского законодательства.

4. Система частного права в зарубежных правопорядках

Следует отметить отсутствие единого подхода к составу частного права в различных зарубежных правопорядках. Этот состав определяется не какими-то абстрактными «мировыми стандартами», а особенностями исторического и социально-экономического развития конкретных стран, в которых тем не менее можно видеть и некоторые общие черты и закономерности. Так, англо-американская правовая система формально вообще не знает деления на частное и публичное право. Как известно, она сложилась на основе решений по конкретным спорам (прецедентов), выносившихся в феодальной Англии двумя различными видами королевских судов: судами «общего права» и судом лорда-канцлера («судом справедливости»). Они-то и сформировали в качестве особых, самостоятельных ветвей этого правопорядка общее право (common law) и право справедливости (law of equity). Лишь в конце XIX в. эти ветви начали сливаться. Данное обстоятельство обусловлено особенностями развития англосаксонского права, отличающими его от континентальной европейской системы (в рамках которой, в основном на базе ее германской ветви, традиционно развивалось российское частное право). Впоследствии эта система была рецепирована (заимствована) США, Канадой, Австралией и рядом других англоязычных стран В настоящее время и в англо-американском правопорядке фактически проводится различие между частным и публичным правом, в том числе в силу процесса известного сближения его с континентальным правопорядком1. Однако в странах «общего права» к сфере частного права относят не вещные, обязательственные и исключительные права, а такие считающиеся самостоятельными части, как, например, «право компаний», «право собственности», «договорное право», «право на возмещение вреда», «авторское право», «патентное право» и др. Поэтому внутренняя система частного права здесь не совпадает с континентальной. В ряде западноевропейских стран (Германия, Франция, Испания и др.) частное право традиционно разделяется на две основные ветви: гражданское и торговое, что позволяет говорить о дуализме частного права. При этом торговое право охватывает регламентацию предпринимательского оборота, т. е. одну из специальных сфер гражданского права. Оно, следовательно, не является вполне «равноправной», самостоятельной правовой отраслью по отношению к гражданскому праву. Об этом свидетельствует и такой факт, как отсутствие в торговом праве сколько-нибудь развитой самостоятельной Общей части, что и вызывает неизбежную необходимость распространения на его сферу действия общих положений гражданского права. Поэтому принято считать, что нормы торгового права являются специальными по отношению к гражданско-правовым. Следовательно, при отсутствии специальных правил к отношениям, регулируемым торговым правом, применяются нормы гражданского права. Это обстоятельство отразилось здесь в принятии двух различных кодексов - гражданского и торгового, соотношение которых обычно рассматривается как соотношение общего и специального законов.

1 См . Кулагин М И. Предпринимательство и право" опыт Запада М., 1992 С 15-16; Гражданское и торговое право капиталистических государств Учебник М , 1993 С. 16

Историческим основанием для выделения торгового права в этих государствах послужила необходимость объединения различных торговых обычаев и правил сословного характера в особое «купеческое право». Кроме того, во Франции торговое право, обобщенное в Торговом кодексе 1807 г., послужило еще и средством признания и утверждения интересов «третьего сословия», самостоятельной роли купечества, а в Германии (Общегерманский торговый кодекс 1861 г.) - способом национального сплочения и преодоления государственной раздробленности1.

Не во всех западноевропейских странах идея самостоятельного торгового права получила признание и законодательное закрепление. Пионером в этом отношении стала Швейцария, в которой еще в начале этого века (1911 г.) было принято единое законодательство, в равной мере распространявшееся на гражданские и торговые отношения. В 1942 г. Италия, являющаяся родоначальницей обособленного торгового права, также отказалась от этой идеи. По пути единого частного права развивается и современное законодательство, которое ни в одной из стран, обновлявших гражданское законодательство уже в начале 90-х гг., не пошло на обособление торгового права (Нидерланды, канадская провинция Квебек, американский штат Луизиана). Более того, единодушно отмечается общая тенденция к «коммерсализации» гражданского права, т. е. к его развитию под влиянием более гибких норм о торговом обороте и тем самым - к его максимальному приспособлению к потребностям предпринимательской деятельности.

5. Проблема «предпринимательского» права

В России не было ни исторических, ни социально-политических причин для обособления торгового права. Особенностью российского государственного строя всегда было отсутствие в нем сколько-нибудь серьезной сословной автономии (как и отсутствие частноправовых традиций в целом). Поэтому и до революции 1917 г. никакого «дуализма частного права» у нас не существовало. Дореволюционный проект гражданского уложения также основывался на принципе единства частного права. Частное право в России всегда было представлено исключительно гражданским правом. Таким образом, никаких исторических корней для развития особого торгового (или «коммерческого») права у нас не существует. В прежнем правопорядке, основанном на огосударствленной экономике, возникла идея так называемого хозяйственного права, которое было призвано «объединить» планово-организационные (административно-правовые, т. е. публичные) и имущественно-стоимостные (гражданско-правовые, т. е. частные) элементы в некое «новое качество правового регулирования», соединяющее в себе два несоединимых начала.

1 Подробнее об истории торгового права см , например Шершеневт Г. Ф Учебник торгового права (по изданию 1914 г) М., 1994 С 31-37

Результатом такого «объединения» должны были стать «новые» категории и понятия, «устраняющие» традиционные гражданско-правовые конструкции: «хозорган» вместо юридического лица (т. е. хозяйственная организация государства, находящаяся под его полным контролем и лишенная собственных имущественных интересов), «хозяйственный» (или «плановый») договор, участникам которого почти ничего не надо было согласовывать, ибо все основные параметры такого «договора» спускались им сверху (в нарядах и иных плановых актах) и т. п. Ясно, что такого рода конструкции, в которых гражданско-правовые элементы были полностью задавлены административными, в действительности представляли собой не «соединение», а поглощение частноправовых начал публичными, что вполне отвечало условиям прежнего экономического строя. Ученые-цивилисты и ранее остро критиковали хозяйственно-правовую концепцию. С переходом к рыночным преобразованиям она утратила и социально-экономическую основу, и сколько-нибудь серьезное теоретическое обоснование. В настоящее время имеются отдельные попытки реанимации «хозяйственно-правовой идеи» под видом создания особого предпринимательского права1. Это последнее иногда объявляется преемником не только «хозяйственного», но и торгового права2, несмотря на то что торговое право всегда было и остается разновидностью частного, а не какого-то никому и нигде не ведомого «частно-публичного» права. При этом обычно указывается на неприемлемость частноправового подхода, якобы устраняющего всякое государственное вмешательство в экономику, и возможность нового «объединения» в рамках «предпринимательского права» частных и публичных элементов. Примечательно, что идея «хозяйственного» («предпринимательского») права, ранее обосновывавшаяся ссылками на специфику социалистического общественного развития, теперь не менее «успешно» обосновывается ссылками на особенности государственно-регулируемого капиталистического рыночного хозяйства.

1 См Лаптев В В Хозяйственное право - право предпринимательской деятельности//ГП 1993 №1

2 См Быков А Г Предпринимательское право проблемы формирования и развития//Вестник Московского университета Право 1993 №6,МартемьяновВ С Хозяйственное право Курс лекций Т 1 М , 1994 С 13 и след

Необходимо поэтому вновь подчеркнуть, что частное право по самой своей природе является единственно приемлемой формой нормального имущественного, в том числе предпринимательского, оборота. Рыночное хозяйство как раз и рассчитано на юридически равных и имущественно самостоятельных участников, действующих в своих частных интересах при отсутствии произвольного вмешательства государства в частные дела. Публично-правовые правила в силу своей природы неизбежно подавляют и ограничивают частноправовые начала, а потому их соединение в одной отрасли исключается, о чем бесспорно свидетельствует как отечественный, так и мировой опыт. Правовое регулирование предпринимательской деятельности нуждается как в частноправовом (по преимуществу), так и в публично-правовом воздействии. Если первое в российских условиях оказывается в рамках гражданского права, то второе носит разно-отраслевой характер и осуществляется с помощью норм административного, финансового, земельного, гражданско-процессуально-го и других отраслей публичного права. Предложение об объединении всех соответствующих правил в единую правовую отрасль не только искусственно и надуманно, но и вредно, поскольку его реализация неизбежно ведет к подавлению частноправовых начал. Для отечественных же условий их развитие имеет особое значение, становясь важной гарантией ликвидации многовековых традиций всеобъемлющего огосударствления. С этой точки зрения концепция «предпринимательского права» становится очевидным тормозом на пути прогрессивных преобразований нашего общества, выражающим попытку консервации существенных элементов прежнего правопорядка. Гражданское право включает в свой состав ряд специальных норм, рассчитанных на применение исключительно к отношениям с участием предпринимателей. К ним, в частности, относятся правила об имущественно-правовом статусе предпринимателей, коммерческом представительстве, особенностях возникновения и исполнения обязательств при осуществлении предпринимательской деятельности. Однако специфика выступления в имущественных отношениях профессиональных участников (предпринимателей, коммерсантов) не исключает, а предполагает применение к этим отношениям общих положений гражданского права, например о юридических лицах, вещных правах, сделках, обязательствах и т д. Сами же эти нормы, как и их совокупность, являются гражданско-правовыми. Для их обособления в специальную самостоятельную отрасль, тем более в рамках частного права, нет ни теоретических, ни практических оснований1. Взаимоотношения предпринимателей, как теперь прямо говорит российский закон, регулируются гражданским правом (абз. 3 п. 1 ст. 2 ГК). Иное дело обособление соответствующего законодательного массива либо также выделение учебной дисциплины, посвященной изучению правового регулирования предпринимательской деятельности. И законодательство о предпринимательстве, и учебный курс предпринимательского права носят комплексный характер, охватывая как частноправовые, так и публично-правовые правила и конструкции. С учетом прикладных целей их выделения это вполне допустимо2. Для конкретных потребностей утилитарного характера можно также условно обособлять, допустим, сферу «страхового», «транспортного» или «банковского права». Однако следует иметь в виду, что такого рода комплексные, междисциплинарные образования не имеют под собой объективной, фундаментальной базы и не могут влиять на основное деление права. Система права и система законодательства - несовпадающие понятия, как и находящиеся в иной «плоскости» система правовых наук и система юридических учебных дисциплин (курсов). Отрасли права в правовой системе выделяются по иным основаниям (критериям), нежели законодательные массивы и учебные курсы, не являющиеся составными частями системы права. Именно поэтому полное соответствие между ними исключается по тем же причинам, что и искусственное «появление» «новых» правовых отраслей.

1 Примечательно, что из 26 договоров и их многочисленных разновидностей, урегулированных второй частью нового ГК, лишь один рассчитан исключительно на взаимоотношения предпринимателей (договор коммерческой концессии - ст 1027 ГК) и только один, напротив, не может быть заключен между предпринимателями (договор дарения - ст 575 ГК). Все остальные договоры применяются к имущественным отношениям независимо от их субъектного состава, что свидетельствует об их юридической однородности (См Хохлов С А , Маковский А Л Вводный комментарий к Гражданскому кодексу // Гражданское законодательство России М,1996 С 11)

2 См Предпринимательское право Курс лекций М , 1993 С 4, Коммерческое право Учебное пособие СПб , 1993 С 13

Дополнительная литература

Гражданское и торговое право капиталистических государств. Изд. 3-е. М., 1993 (§ 2 и 3 гл 1); Кулагин М. И. Предпринимательство и право: опыт Запада. М., 1992 (гл. 1); Черепахин Б. Б. К вопросу о частном и публичном праве. М., 1994; Шершеневич Г. Ф. Учебник торгового права (по изданию 1914 г.). М., 1994 (§ 2 и 3); Шершеневич Г. Ф. Учебник русского гражданского права (по изданию 1907 г.). М., 1995 (§1,4, 7).

2. Гражданское право как правовая отрасль

1. Гражданское право в системе правовых отраслей

1. Особенности системы отечественного права

До недавнего времени отечественная правовая система, развивавшаяся как система советского права, представляла собой комплекс весьма многочисленных самостоятельных правовых отраслей, количество которых насчитывало несколько десятков. Ее главной особенностью было многообразие составляющих элементов при принципиальном отказе от их общего, традиционного деления на сферы частного и публичного права.

К числу известных преимуществ такого подхода можно было отнести возможность максимального учета специфики разнообразных видов общественных отношений, регулируемых правом, тщательность и разветвленность их регламентации. Однако при этом неизбежными стали сложности и громоздкость сложившейся системы, необходимость последовательного размежевания правовых комплексов, затрудняющие их взаимную согласованность. Это было особенно заметно в «пограничных», переходных ситуациях, складывавшихся «на стыке» отдельных правовых отраслей. Решение проблемы нередко искали в создании новых, «комплексных», или «вторичных» правовых отраслей наряду с прежними, общепризнанными, что еще более усложняло всю систему.

Однако главной задачей правовой системы является не разграничение правовых отраслей и их сфер (хотя очевидно, что без этого просто нельзя говорить об их системе), а обеспечение их единого, комплексного воздействия на регулируемые общественные отношения. Поэтому система права должна характеризоваться внутренней согласованностью всех входящих в нее подсистем (элементов), опирающейся на социально-экономические и организационно-правовые факторы.

Прежний правопорядок в той или иной мере достигал этих целей с помощью построения системы правовых отраслей по иерархическому принципу. Она представляла собой некую «пирамиду», во главе которой находилось конституционное (государственное) право. Затем следовали подчиненные ему «основные» отрасли - гражданское, уголовное, административное, процессуальное право, - в свою очередь возглавлявшие группы правовых отраслей, большей частью выделившихся из базовых, «материнских» (например, из гражданского права выводилось семейное и трудовое право, из административного - финансовое и т. д.). Таким образом, всю эту систему пронизывали публичные начала, оформлявшие безграничное, по сути, вмешательство государства в любые сферы жизни общества и его членов и обеспечивавшие преимущественную защиту государственных и общественных (публичных) интересов. Данный подход вполне соответствовал и административно-плановому характеру огосударствленной экономики, и реальной роли тогдашнего государства в общественной жизни. Кардинальное реформирование экономического и общественного строя в качестве одного из неизбежных следствий имело изменение данной системы. Восстановление частноправовых начал и переход к принципиальному делению всей правовой сферы на частноправовую и публично-правовую привели к тому, что место «пирамиды» соподчиненных отраслей заняла новая их система, основанная на равенстве частноправового и публично-правового подходов. В этой системе две взаимодействующие, но не соподчиненные сферы частного и публичного права поглощают множество отдельных правовых отраслей и их групп. Система частного права уже была охарактеризована ранее. Более сложную структуру должна, очевидно, приобрести сфера публичного права, в основном сохраняющая многообразие правовых отраслей (хотя, возможно, и требующая их известного «укрупнения», например, за счет расширения сферы действия классического конституционного и административного права). Очевидно также, что в этой системе не остается места для «комплексных правовых образований», представлявшихся иногда в виде новых правовых отраслей. Однако обе составляющие ее сферы пока еще находятся в состоянии формирования и окончательные ответы на возникающие при этом вопросы должна дать наука теории государства и права, учитывая также состояние и выводы отраслевых правовых наук. Ясно также, что новая система права в большей мере соответствует задачам формирования правового государства и гражданского общества, которое не должно более находиться под постоянным и всеобъемлющим государственным воздействием. Единство и согласованность этой системы обеспечиваются не иерархической соподчиненностью ее элементов, а единством лежащих в ее основе общих правовых принципов, а также критериев выделения (обособления) правовых отраслей, определяющим функциональные особенности каждой из этих подсистем. Социально-экономическую базу такого положения составляют признание ключевой роли неотъемлемых прав и свобод личности, федеративная система государственного устройства, основанная на возрастающей роли регионов и местного самоуправления, а также рыночная организация хозяйства. Основными общепризнанными критериями самостоятельности отраслей права являются наличие самостоятельного предмета правового регулирования, т. е. особой области общественных отношений, и метода правового регулирования, т. е. известной совокупности приемов, способов воздействия на данную группу общественных отношений, соответствующих их особому характеру. В качестве дополнительных критериев указывается также наличие особых, самостоятельных функций отрасли права, что связано с ее положением элемента общей системы права, и общих положений (Общей части), свидетельствующих о юридической однородности составляющих отрасль правовых институтов и норм. Гражданское право как самостоятельная правовая отрасль в полной мере отвечает всем перечисленным критериям.

2. Место гражданского права в правовой системе

Гражданское право составляет основу частноправового регулирования. Тем самым определяется его место в правовой системе как основной, базовой отрасли, предназначенной для регулирования частных, прежде всего имущественных отношений. Из этого следует, что общие нормы и принципы гражданского права могут применяться для регулирования любых отношений, входящих в частноправовую сферу, если на этот счет отсутствуют прямые предписания специального законодательства (т. е. в субсидиарном, восполнительном порядке). Это касается прежде всего сферы семейного права, где такое положение получило прямое законодательное закрепление (ст. 4 Семейного кодекса РФ), но также и частноправовых отношений, затрагиваемых институтами трудового, природоресурсового, экологического права. Именно на этом, в частности, базируются небезосновательные попытки судебной практики использовать в отношениях, возникающих при необоснованном расторжении или изменении трудового договора, гражданско-правовые нормы о возмещении морального вреда1.

1 См абз 2 и 3 п 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»//ВВС РФ 1995 №3 С 10,ЖуйковВ Возмещение морального вреда// ВВС РФ 1994 №11 С 11-12

Напротив, нормы трудового или, например, семейного права не могут использоваться для восполнения пробелов в сфере гражданско-правового регулирования ни при каких условиях. В настоящее время происходит известное расширение сферы действия гражданского права. Так, к нему теперь относится ряд отношений землепользования и природопользования, изменивших свою экономическую и юридическую природу в связи с признанием права частной собственности на некоторые земельные участки и другие природные объекты. Гражданско-правовые начала все больше проникают в сферу семейных отношений. Взаимоотношения индивидуального управляющего с нанявшей его компанией (например, акционерным обществом) строятся по нормам акционерного (гражданского), а не трудового законодательства. Все это свидетельствует о возрастании социальной ценности гражданского права как наиболее эффективного регулятора формирующихся рыночных отношений. Таким образом, гражданское право занимает центральное, ключевое место в частноправовой сфере и в целом в регламентации большинства имущественных и многих неимущественных отношений. Косвенным показателем этого являются даже распространенные, хотя и необоснованные попытки применения гражданско-правовых норм к имущественным отношениям, входящим в предмет публичного, а не частного права. Так, при возврате налогоплательщикам неправильно удержанных сумм налогов на них иногда начисляются проценты, предусмотренные за нарушение денежного (гражданско-правового) обязательства ст. 395 ГК. Между тем никаких гражданско-правовых, в том числе обязательственных, отношений между налогоплательщиком и налоговым органом не возникает, а потому нет и оснований для применения частноправовых правил. (Иное дело, что эту ситуацию можно рассматривать как деликт, т. е. причинение налогоплательщику имущественного вреда государственным налоговым органом, в силу которого последний обязан возместить потерпевшему все причиненные убытки.) В действительности же изложенная ситуация свидетельствует о необходимости учета в нормах публичного (налогового) права содержания соответствующих частноправовых отношений, а не только фискальных (публичных) интересов.

§ 2. Предмет гражданского права

1. Отношения, регулируемые гражданским правом

Общественные отношения, которые регулируются гражданским правом, составляют его предмет. К ним относятся две группы отношений. Во-первых, это имущественные отношения, которые представляют собой отношения, возникающие по поводу имущества - материальных благ, имеющих экономическую форму товара. Во-вторых, личные неимущественные отношения, связанные с имущественными, а в некоторых случаях и не связанные с ними. Обе эти группы отношений объединяет то обстоятельство, что они основаны на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности участников, т. е. возникают между юридически равными и независимыми друг от друга субъектами, имеющими собственное имущество. Иначе говоря, это частные отношения, возникающие между субъектами частного права1. Имущественные, а также и неимущественные отношения, не отвечающие указанным признакам, не относятся к предмету гражданского права и не могут регулироваться его нормами. Прежде всего это касается имущественных отношений, основанных на административном или ином властном подчинении одной стороны другой, в частности налоговых и финансовых отношений, участники которых не являются юридически равными субъектами. По этой же причине из сферы действия гражданского права исключаются отношения по управлению государственным и иным публичным имуществом, возникающие между государственными органами.

1 В литературе предлагается считать признаком, объединяющим имущественные и неимущественные отношения, которые входят в предмет гражданского права, их «взаимооценочный характер» По мнению отстаивающего эту идею Н Д Егорова, имущественные отношения предполагают взаимную оценку их участниками количества и качества труда, воплощенного в соответствующем материальном благе, а неимущественные - взаимную оценку индивидуальных качеств участвующей в них личности (см Гражданское право Ч 1 Учебник / Под ред Ю К Толстого, А П Сергеева СПб ,1996 С 7-8) Предлагаемый признак вряд ли можно считать обусловленным исключительно особенностями регулируемых отношений, а не их субъектного состава (что рассматривается автором как порок всех других критериев) Вместе с тем следует иметь в виду, что предмет правового регулирования - научная категория, разработанная для целей юридического анализа, а потому и критерии его определения, признаваемые для отдельных правовых отраслей, всегда рассчитаны на эти же цели и не могут иметь сугубо экономический или иной неправовой характер Имущественные отношения, входящие в предмет гражданского права, в свою очередь разделяются на отношения, связанные с принадлежностью имущества определенным лицам и (или) с управлением им либо с переходом имущества от одних лиц к другим. Юридически это различие оформляется с помощью категорий вещных, корпоративных и обязательственных прав (отношений). Личные неимущественные отношения как предмет гражданско-правового регулирования также подразделяются на отношения, связанные с имущественными, и отношения, не связанные с таковыми. Первая из указанных групп отношений обычно получает гражданско-правовое оформление с помощью категории исключительных прав. Вторая группа отношений касается неотчуждаемых нематериальных благ личности, в определенных случаях подлежащих гражданско-правовой защите.

2. Имущественные отношения, регулируемые гражданским правом

Имущественные отношения составляют основную, преобладающую часть предмета гражданского права. Они складываются по поводу конкретного имущества - материальных благ товарного характера. К таким благам относятся не только физически осязаемые вещи, но и некоторые права, еще в римском праве называвшиеся «res incorporates» - «нетелесные вещи» (например, банковский вклад, представляющий собой не деньги, а право требования вкладчика к банку). Имущественные отношения возникают и по поводу результатов работ и оказания услуг, в том числе не обязательно воплощающихся в вещественном результате (например, перевозка, хранение, услуги культурно-зрелищного характера), поскольку такие результаты также имеют товарную форму. Имущественные отношения не являются юридической категорией. Это - фактические, экономические по своей социальной природе отношения, подвергаемые правовому регулированию, т. е. оформлению, упорядочению1.

1 Подробнее об этом см.: Братусь С. Н. Предмет и система советского гражданского права. С. 9-71; Егоров Н. Д. Гражданско-правовое регулирование общественных отношений: единство и дифференциация. Л., 1988. С. 3 и след.

В них воплощается товарное хозяйство, рыночная организация экономики. При этом они отражают как статику этого хозяйства - отношения принадлежности, присвоенности материальных благ, составляющие предпосылку и результат товарообмена, так и его динамику - отношения перехода материальных благ, т. е. собственно процесс обмена товарами (вещами, работами, услугами). Понятно, что обе эти стороны тесно связаны и взаимообусловлены: товарообмен невозможен без присвоения участниками его объектов, а присвоение в большинстве случаев является результатом товарообмена. Имущественные отношения, составляющие предмет гражданско-правового регулирования, отличаются некоторыми общими признаками. Во-первых, они характеризуются имущественной обособленностью участников, позволяющей им самостоятельно распоряжаться имуществом и вместе с тем нести самостоятельную имущественную ответственность за результаты своих действий. Во-вторых, по общему правилу они носят эквивалентно-возмездный характер, свойственный нормальному товарообмену, стоимостным экономическим отношениям. Возможны, конечно, и безвозмездные имущественные отношения (например, дарение, безвозмездный заем, безвозмездное пользование чужим имуществом и т. д.). Они, однако, вторичны, производны от возмездных имущественных отношений и не являются обычной формой товарообмена. В-третьих, участники рассматриваемых отношений равноправны и независимы друг от друга и не находятся в состоянии административной или иной властной подчиненности, поскольку являются самостоятельными товаровладельцами. Нетрудно видеть, что все перечисленные признаки обусловлены товарно-денежным характером имущественных отношений, входящих в предмет гражданского права. Имущественные отношения, имеющие иную (нетоварную) природу и, следовательно, не отвечающие указанным признакам (например, налоговые, бюджетные и иные финансовые отношения; отношения по использованию земли и других природных ресурсов, находящихся в государственной собственности, и т. п.), не входят в предмет гражданского права и не могут регулироваться им. Отношения статики товарного хозяйства, т. е. принадлежности, присвоенности материальных благ, оформляют обладание вещами (конкретным имуществом) тем или иным участником имущественных отношений. Они имеют двойственный характер, представляя собой, во-первых, отношение владельца к принадлежащей ему вещи и, во-вторых, отношения между ним и всеми другими лицами по поводу данной вещи. Отношение лица к вещи - определяющее условие нормальной хозяйственной деятельности, которая становится эффективной, как правило, лишь тогда, когда субъект относится к вещи как к своей. Очевидно, что к своим вещам люди обычно относятся иначе, чем к чужим, проявляя необходимую, разумную инициативу в их использовании и заботясь об их сохранности. Другими словами, именно в этих случаях вещи используются действительно по-хозяйски, экономически эффективно. Отношение же к чужому имуществу, особенно у наемного работника, обычно не имеет та-когр экономического результата (что убедительно доказано опытом функционирования огосударствленной экономики, фактически превратившей трудящихся в наемных работников). Нормальное хозяйствование невозможно и без устранения неоправданного постороннего вмешательства в использование своего имущества. Здесь на передний план выступает вторая сторона вещных отношений - отношение между обладателем вещи и всеми иными (посторонними) лицами, или, иначе говоря, отношение между лицами по поводу вещи. Оно состоит в возможности владельца самостоятельно использовать принадлежащее ему имущество в своих интересах при одновременном исключении для всех иных лиц возможности создания ему препятствий и помех, т. е. необоснованного вмешательства в его деятельность. Поскольку в данном отношении владельцу противостоит неопределенный круг обязанных лиц («абсолютно все лица»), принято говорить об абсолютном характере таких отношений. Юридически имущественные отношения по принадлежности материальных благ оформляются как вещные правоотношения Эти последние разделяются на отношения собственности и отношения иных (ограниченных) вещных прав. Отношения собственности закрепляют принадлежность вещи собственнику, имеющему максимальные законные возможности по ее использованию Иные вещные права регламентируют правовой режим имущества собственника, которое наряду с ним вправе одновременно использовать и другие лица. Например, в жилом доме гражданина-собственника вправе вместе с ним проживать члены его семьи Ясно, что их возможности всегда являются более узкими по сравнению с возможностями собственника. Поэтому они носят ограниченный и производный от прав собственника характер Отношения динамики товарного хозяйства, т. е. перехода материальных благ от одних владельцев к другим, обычно связаны с отчуждением и приобретением участниками определенного имущества. Юридически они оформляются с помощью категории обязательств (обязательственных отношений). Такие отношения всегда возникают между конкретными участниками товарно-денежных связей - обособленными товаровладельцами, а потому имеют относительный характер. Чаще всего обязательственные отношения возникают в силу соглашений товаровладельцев об отчуждении и (или) приобретении товаров (вещей, результатов работ или услуг, реализации или передачи прав), т. е. на основании договоров. Обязательства могут возникать и при отсутствии соглашения участников, например вследствие причинения одним лицом другому имущественного вреда (деликта) или в результате неосновательного обогащения (приобретения чужого имущества или сбережения собственного имущества без достаточных законных оснований). Таким образом, обязательства как юридическая форма экономических отношений товарообмена подразделяются на договорные и внедоговорные (правоохранительные). Переход материальных благ от одних лиц к другим возможен не только в форме обязательств, но и при наследовании имущества умерших граждан, а также при реорганизации и ликвидации юридических лиц В этом случае переход материальных благ к новым владельцам обусловлен смертью или прекращением деятельности их прежнего владельца (владельцев), т. е. выбытием, исчезновением участника имущественных отношений. Усложнение имущественных отношений в результате развития товарообмена вызвало к жизни появление еще одной их разновидности - отношений по управлению частными имуществами корпораций (компаний). Они складываются при управлении хозяйственными обществами и товариществами, а также производственными кооперативами. Указанные организации специально создаются субъектами имущественных отношений для постоянного, профессионального участия в имущественном обороте Они строятся на началах самоуправления и строго фиксированного членства участников. Последние, управляя деятельностью и имуществом созданной ими организации, по существу, определяют ее выступление в роли особого, самостоятельного субъекта имущественных отношений1. Отношения участников корпорации носят имущественный характер и основаны на внесении ими определенного имущественного взноса в ее капитал. Содержание таких отношений сводится к предоставлению членам (участникам) организации, которую они создали путем передачи ей части своего имущества, возможности в той или иной форме управлять ее делами (голосовать на общем собрании при принятии соответствующих решений, участвовать в органах ее управления, получать информацию о состоянии ее дел и т. д.) и участвовать в имущественных результатах ее деятельности (в распределении прибылей и убытков, остатка имущества при ликвидации организации и т. п.). Юридической формой рассматриваемой разновидности имущественных отношений являются корпоративные (членские) правоотношения. Корпоративные отношения близки к обязательственным, поскольку тоже имеют относительный характер (оформляя взаимосвязи каждого члена корпорации со всей корпорацией в целом). Но они возникают только между участниками конкретной организации, т. е. закрыты для иных субъектов имущественного оборота. В ряде случаев они на первый взгляд касаются не непосредственного использования корпоративного имущества, а только организации взаимоотношений участников, членов корпорации (что в наибольшей мере проявляется в некоммерческих организациях). В действительности все они имеют четкую имущественную направленность, обусловленную самим характером деятельности созданной организации как юридического лица2. Всем этим корпоративные отношения отличаются от обязательственных. Вместе с тем очевидная близость данных отношений дала возможность законодателю квалифицировать корпоративные отношения как разновидность обязательственных (ср. абз. 2 п. 2 ст. 48 ГК).

1 Членские (корпоративные) отношения складываются и в некоторых некоммерческих организациях: потребительских кооперативах, общественных и религиозных организациях, а также в объединениях (ассоциациях и союзах) юридических лиц. Здесь они в большей мере носят организационный характер В литературе данные отношения поэтому иногда относят к числу личных неимущественных отношений (ср. Гражданское право России. Курс лекций. Часть первая / Под ред. О.Н. Садикова. М., 1996. С 61).

2 Примечательно, что в открытых акционерных обществах традиционное для корпораций «членство» давно трансформировалось в «участие», целиком зависящее лишь от имущественного вклада (взноса), а не от воли других участников. Это обстоятельство свидетельствует в пользу имущественного характера рассматриваемых отношений.

3. Личные неимущественные отношения, регулируемые гражданским правом

В предмет гражданского права входят личные неимущественные отношения, связанные с имущественными. Это отношения по созданию и главным образом использованию результатов интеллектуального творчества (произведений науки, литературы и искусства, изобретений, промышленных образцов, программ для ЭВМ и т. д.), а также средств индивидуализации товаров и их производителей (товарных знаков, фирменных наименований и т. п.). Особенности данной группы общественных отношений определяются нематериальной (невещественной) природой их объектов, представляющих собой идеи, образы, символы, хотя и выраженные в какой-либо материальной форме. Они, как правило, тесно, неразрывно связаны со своими создателями или носителями (ибо идея, например, изобретения, алгоритма или романа навсегда остается в голове у их создателя и не может быть безвозвратно отчуждена иным лицам даже при его желании). Тем не менее данные объекты могут использоваться как товары, а складывающиеся по поводу такого их использования отношения приобретают товарную форму, становятся имущественными. Некоторые из них, например промышленные образцы или средства оформления индивидуализации товаров или их производителей, вообще не могут существовать вне товарного оборота. В этом и заключается взаимосвязь рассматриваемых неимущественных отношений с имущественными. Но такие отношения обычно не утрачивают и своей основной, неимущественной природы, ибо большинство из них может существовать и вне рамок товарообмена, без прямой связи с имущественной формой. Так, отношения авторства на произведения науки, литературы и искусства или на изобретение возникают вне зависимости от возможности использования соответствующих объектов в качестве товаров в имущественном обороте. Все они, однако, основываются на публичном, государственном признании создателей или носителей соответствующих нематериальных объектов их авторами или обладателями и охраны их интересов от всяких посягательств, т. е. носят абсолютный характер. Более того, имущественная сторона этих отношений всегда выступает как зависимая, производная от их неимущественной природы, ибо всегда предопределяется наличием этой последней. Вместе с тем именно их связь с имущественными отношениями предопределяет возможность их гражданско-правового регулирования. Данные отношения нуждаются, следовательно, в особом правовом оформлении. Оно достигается с помощью признания за создателями или носителями соответствующих нематериальных объектов особых, исключительных прав, по своей правовой природе в известной мере близких к вещным правам. Оформление и реализация этих прав регулируется авторским и патентным правом (иногда охватываемым условным понятием «интеллектуальной собственности»), а также институтом так называемой промышленной собственности (определяющим правовой режим средств индивидуализации товаров и их производителей). К предмету гражданско-правового регулирования относится также защита неотчуждаемых прав и свобод человека и других нематериальных благ. Речь идет о таких благах, как жизнь и здоровье человека, достоинство личности, ее честь и доброе имя, деловая репутация (последняя может касаться и юридических лиц, в ряде случаев имея также имущественный аспект), личная и семейная тайна, право на имя, неприкосновенность частной жизни и т. д. По поводу названных объектов могут складываться лишь чисто личные, неимущественные отношения, ибо они не могут стать предметом товарообмена. Данные блага неотделимы (неотчуждаемы) от человеческой личности и не могут ни передаваться другим лицам, ни прекращаться по каким-либо основаниям. Гражданское право защищает такого рода нематериальные блага присущими ему средствами, например предоставляя их обладателям возможности предъявления судебных исков о пресечении действий, нарушающих их права и интересы, в том числе об опровержении порочащих сведений, об имущественной компенсации морального вреда и др. Однако применение гражданско-правовых средств защиты еще не свидетельствует о том, что такие отношения могут в полной мере регулироваться гражданским правом. В теоретической литературе было высказано обоснованное мнение о том, что личные неимущественные отношения, не связанные с имущественными, лишь охраняются и защищаются, но не регулируются гражданским правом1. Правда, это мнение подверглось не менее убедительной критике. В частности, отмечалось, что защита прав есть одна из форм правового регулирования, а также что обладатель такого неотчуждаемого блага имеет и некоторые возможности распоряжения им, например вправе разрешить использовать данные о своей личности в средствах массовой информации.

1 См.: Иоффе О. С. Охрана чести и достоинства граждан // СГП. 1962. № 7. С 62.

Само же право на защиту является обычным гражданским правом - элементом механизма гражданско-правового регулирования. По этому поводу менялась и позиция отечественного законодателя. Если в п. 2 ст. 1 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик 1991 г. личные неимущественные отношения предполагались составной частью предмета гражданского права, то п. 2 ст. 2 и п. 2 ст. 150 ГК 1994 г. исходят лишь из возможности их защиты, но не «позитивного» регулирования (несмотря на существенное расширение круга таких отношений п. 1 ст. 150 ГК). Данный подход объясняется реальным отсутствием в гражданском законодательстве системы содержательных, «позитивных» правил, устанавливающих самостоятельный гражданско-правовой режим этих объектов, и неудачей попыток их создания. Практически гражданское право пока действительно используется лишь для защиты такого рода отношений, но не для их прямой регламентации.

§ 3. Метод, функции и принципы гражданского права

1. Метод гражданского права

Метод правового регулирования представляет собой комплекс правовых средств и способов воздействия соответствующей отрасли права на общественные отношения, составляющие ее предмет. Для того чтобы такое воздействие было эффективным, т. е. достигало результата, на который оно рассчитано, должны быть использованы средства, соответствующие природе регулируемых отношений. Иначе говоря, содержание метода правового регулирования в существенной мере предопределяется характером регулируемых отношений (предметом правового регулирования). Поэтому очевидно, что в сфере частного права подлежат использованию способы, принципиально отличные от применяемых в сфере публичного права. Ведь речь здесь идет о частных (имущественных и неимущественных) отношениях экономически независимых, самостоятельных товаровладельцев. Если в публичном праве в силу его природы господствуют методы власти и подчинения, властных предписаний (обязываний) и запретов, то для частного права, напротив, характерны дозволение и правонаделение, т. е. предоставление субъектам возможностей совершения инициативных юридических действий - самостоятельного использова- ния правовых средств для удовлетворения своих потребностей и интересов1. Отраслевой метод правового регулирования общественных отношений раскрывается в четырех основных признаках: • характере правового положения участников регулируемых отношений; • особенностях возникновения правовых связей между ними; • специфике разрешения возникающих конфликтов; • особенностях мер принудительного воздействия на правонарушителей. С учетом особенностей частноправового регулирования эти признаки в гражданском праве выглядят следующим образом. Экономическая независимость и самостоятельность участников регулируемых гражданским правом отношений закрепляются путем признания их юридического равенства, составляющего основную характеристику метода гражданского права. Речь идет именно о юридическом, а не об экономическом (фактическом) равенстве, которое практически всегда отсутствует. Да и само юридическое равенство означает лишь отсутствие принудительной власти одного участника частноправовых отношений над другим, но вовсе не равенство в содержании конкретных прав сторон (например, в отношениях займа должник, как правило, вообще не обладает никакими правами, поскольку на нем лежит лишь обязанность вернуть долг). Самостоятельность и независимость участников по общему правилу исключает возникновение между ними каких-либо правоотношений помимо их согласованной, общей воли (по воле од' ного из них или по указанию какого-либо органа публичной власти). Поэтому наиболее часто встречающимся (хотя, конечно, отнюдь не единственным) основанием возникновения прав и обязанностей участников гражданского оборота является их договор (соглашение). Предоставление сторонам права самим определять свои взаимоотношения и их содержание отражается в преобладании диспо-зитивных гражданско-правовых предписаний, обычно содержащих возможность участникам самостоятельно избрать наиболее целесообразный для них вариант поведения. Более того, они вольны по своему усмотрению использовать или не использовать предоставляемые им гражданским правом средства защиты их интересов.

1 Подробнее об этом см.- Яковлев В Ф Гражданско-правовой метод регулирования общественных отношений Свердловск, 1972. С 64-69; Яковлев В Ф. О некоторых вопросах применения части первой Гражданского кодекса арбитражными судами // ВВАС РФ. 1995 № 5 С. 95-96.

Вместе с тем это предопределяет инициативный характер подавляющего .большинства их взаимосвязей. Получение необходимого участникам результата в виде удовлетворения тех или иных потребностей зависит, таким образом, прежде всего от их инициативы и умения организовывать свои отношения и не исключает, а предполагает известный имущественный (коммерческий) риск. Наконец, независимость и равенство участников предполагают, что споры между ними могут разрешать лишь независимые от них органы, не связанные с кем-либо из них организационно-властными, имущественными, личными или иными отношениями. Отсюда - судебный порядок защиты гражданских прав и разбирательства возникающих конфликтов, осуществляемый судами общей юрисдикции, арбитражными или третейскими судами. Поскольку преобладающую массу отношений, регулируемых гражданским правом, составляют имущественные (или связанные с ними неимущественные) отношения, гражданско-правовая ответственность, как и большинство других гражданско-правовых мер защиты, тоже носит имущественный характер. Она состоит в возмещении убытков потерпевшей стороне либо также во взыскании в ее пользу иных сумм или имущества, как правило не превышающих размер убытков. Иначе говоря, она имеет компенсационный характер, соответствующий принципу эквивалентности, действующему в сфере стоимостных (товарно-денежных) отношений. Даже возмещение морального вреда по гражданскому праву обычно производится в денежной (имущественной) форме. Имущественные убытки могут возмещаться и при нарушении личных неимущественных прав (п. 5 ст. 152 ГК).

2. Функции гражданского права

Гражданское право как составная часть (элемент) единой правовой системы обладает присущими ему особыми функциями (задачами). Функции правовой отрасли также характеризуют ее место в системе права, поскольку отдельные отрасли различаются по содержанию и характеру выполняемых ими функций. Основными функциями гражданского права являются регулятивная и охранительная. Особенностью гражданско-правового регулирования является преобладание регулятивных задач (в сравнении, например, с функциями, выполняемыми уголовным правом). Роль гражданского права состоит прежде всего в регулировании нормальных экономических отношений в обществе. Иначе говоря, оно имеет дело не столько с правонарушениями, сколько с организацией обычных имущественных взаимосвязей. Именно поэтому оно содержит минимальное количество необходимых запретов и максимум возможных дозволений. С помощью гражданско-правового инструментария участники имущественных отношений самостоятельно организуют свою деятельность с целью достижения необходимых им результатов. Таким образом, регулятивная функция гражданского права заключается в предоставлении участникам регламентируемых отношений возможностей их самоорганизации, саморегулирования. Очевидно, что такое содержание и направленность этой функции обусловлены частным характером отношений, входящих в предмет гражданского права. Это отличает ее от регулятивных задач, стоящих перед публичным правом. Здесь регламентация соответствующих отношений носит жестко определенный характер, почти не оставляющий места свободному усмотрению участников. Охранительная функция гражданского права имеет первоочередной целью защиту имущественных интересов участников гражданского оборота. Она направлена на поддержание имущественного состояния добросовестных субъектов в положении, существовавшем до нарушения их прав и интересов. Поэтому по общему правилу она реализуется путем восстановления нарушенных прав либо компенсации причиненных потерпевшим убытков. Ясно, что ее компенсаторно-восстановительная направленность обусловлена эквивалентно-возмездной, стоимостной природой имущественных товарно-денежных отношений. Важный аспект охранительной функции составляет также предупредительно-воспитательная (превентивная) задача, состоящая в стимулировании и организации такого поведения участников регулируемых отношений, которое исключало бы необоснованное ущемление или нарушение чужих интересов. Наиболее отчетливо эта функция выражена в деликтных и иных правоохранительных обязательствах, а также в регламентации личных неимущественных отношений. Здесь охранительная функция гражданского права тесно взаимодействует с его основной, регулятивной функцией. В оформлении же личных неимущественных отношений, не связанных с имущественными, гражданское право вообще ограничивается исключительно защитными (охранительными) задачами.

3. Принципы гражданского права

Под правовыми принципами понимаются основные начала, наиболее общие руководящие положения права, имеющие в силу их законодательного закрепления общеобязательный характер. Такие основные начала присущи как праву в целом (правовой системе), так и отдельным правовым отраслям, а также подотраслям и даже институтам и субинститутам. Значение правовых, в том числе отраслевых, принципов двояко. С одной стороны, они отражают существо содержания, социальную направленность и главные отраслевые особенности правового регулирования. Это позволяет лучше понимать его смысл, правильно толковать и применять конкретные правовые нормы. С другой стороны, принципы права должны учитываться при обнаружении пробелов в законодательстве и применении правовых норм по аналогии. Для гражданского права это обстоятельство имеет особенно важное значение, ибо оно чаще других отраслей сталкивается с такими ситуациями. Дело не только в том, что оно содержит общие правила, в которых невозможно предусмотреть все детали чрезвычайно многообразных и сложных имущественных и неимущественных отношений. Дозволительный характер гражданско-правового регулирования, рассчитанный на инициативу участников, заранее предполагает возможность появления таких правоотношений, которые вообще не предусмотрены ни в одной правовой норме, но соответствуют «общим началам и смыслу гражданского законодательства» (ср. п. 1 ст. 8 и п. 2 ст. 6 ГК). Оформление таких отношений, включая оценку их правомерности и разрешение возможных между участниками конфликтов, не может осуществляться без опоры на общие принципы гражданского права. Следует подчеркнуть ту особенность правовых принципов, что они носят общеобязательный характер, будучи, как правило, прямо закрепленными в соответствующих правовых нормах. Поэтому их соблюдение и учет при рассмотрении конкретных правовых ситуаций является обязательным требованием закона. К числу таких основных начал (принципов) гражданско-правового регулирования относятся:

принцип недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела;

принцип юридического равенства участников гражданско-правовых отношений;

принцип неприкосновенности собственности;

принцип свободы договора;

принцип самостоятельности и инициативы (диспозитивности) в приобретении, осуществлении и защите гражданских прав;

принцип беспрепятственного осуществления гражданских прав, в том числе свободы имущественного оборота (перемещения товаров, услуг и финансовых средств);

принцип запрета злоупотребления правом и иного ненадлежащего осуществления гражданских прав;

принцип всемерной охраны гражданских прав, включая возможность восстановления нарушенных прав и обеспечение их независимой от влияния сторон судебной защиты1.

Принцип недопустимости произвольного вмешательства в частные дела характеризует гражданское право как частное право. Он обращен прежде всего к публичной власти и ее органам, прямое, непосредственное вмешательство которых в частные дела, в том числе в хозяйственную деятельность, участников имущественных отношений - товаровладельцев-собственников допустимо теперь только в случаях, прямо предусмотренных законом. В сфере личных неимущественных отношений данный принцип конкретизируется также в положениях о неприкосновенности частной жизни, личной и семейной тайны граждан (ст. 23 и 24 Конституции РФ). Реализации требований этого принципа содействуют новые правила законодательства об имущественной ответственности органов публичной власти за незаконное вмешательство в гражданские правоотношения (ст. 16 ГК), а также о возможности признания судом недействительными актов публичной власти или их неприменения при разрешении спора (ст. 12 и 13 ГК). Принцип юридического равенства характеризует правовое положение (статус) участников гражданских правоотношений. Они не имеют никакой принудительной власти по отношению друг к другу, даже если в этом качестве выступает публично-правовое образование.

1 Относительно перечня принципов гражданского права среди ученых-цивилистов нет полного единства, хотя в большинстве случаев называемые ими принципы совпадают (ср., например: Толстой Ю. К. Принципы гражданского права // Правоведение. 1992. № 2. С. 49-53; Комментарий части первой Гражданского кодекса Российской Федерации для предпринимателей. М., 1995. С. 27-30; Гражданское право России. Курс лекций.Часть первая. С. 11-13).

Напротив, все они обладают одинаковыми юридическими возможностями и на их действия по общему правилу распространяются одни и те же гражданско-правовые нормы. Данное положение тоже имеет в своей основе необходимость обеспечения равенства субъектов товарообмена (товаровладельцев). В гражданском праве имеются и необходимые изъятия из названного принципа. Так, гражданский закон в некоторых случаях устанавливает специальные правила для предпринимателей, предъявляя к ним как к профессиональным участникам оборота более жесткие, повышенные требования. Для граждан-потребителей в их взаимоотношениях с предпринимателями, наоборот, предусматриваются дополнительные правовые гарантии соблюдения их интересов (как это, например, происходит при заключении так называемых публичных договоров в соответствии с правилами ст. 426 ГК). Принцип неприкосновенности собственности, как частной, так и публичной, означает обеспечение собственникам возможности использовать принадлежащее им имущество в своих интересах, не опасаясь его произвольного изъятия или запрета либо ограничений в использовании. Очевидно его фундаментальное значение для организации имущественного оборота, участники которого выступают как независимые товаровладельцы. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда (ч. 3 ст. 35 Конституции РФ), принятому на законных основаниях. Изъятие имущества в публичных интересах также допускается лишь в прямо установленных законом случаях и с обязательной предварительной равноценной компенсацией. Таким образом, этот принцип не исключает вовсе случаев изъятия имущества у собственника, но делает их необходимым и строго ограниченным исключением из общего правила. Действие указанного принципа исключает возможности как необоснованного присвоения чужого имущества, так и новых «переделов собственности», будь то возврат имущества «прежним владельцам» («реституция») или его принудительное изъятие и перераспределение в пользу новых владельцев. Он призван гарантировать стабильность отношений собственности, составляющих базу имущественного оборота. Что касается перераспределения бывшего публичным имущества путем его приватизации, то оно отражает волю самого публичного собственника и потому не может считаться нарушением или исключением из действия рассматриваемого принципа. Принцип свободы договора является основополагающим для развития имущественного (гражданского) оборота. В соответствии с ним субъекты гражданского права свободны в заключении договора, т. е. в выборе контрагента и в определении условий своего соглашения, а также в выборе той или иной «модели» (формы) договорных связей (ст. 421 ГК). По общему правилу исключается понуждение к заключению договора, в том числе со стороны государственных органов. Вместе с тем действие этого принципа практически во всех правопорядках знало и знает определенные исключения. Закон предусматривает, например, невозможность отказа кредитной организации от предложения заключить договор банковского счета или банковского вклада (п. 2 ст. 834 и п. 2 ст. 846 ГК), установленную в интересах клиентов. Имеются и другие случаи, когда одна из сторон вправе принудительно требовать заключения договора, в частности при поставке товаров для государственных нужд (ст. 445, 527 и 529 ГК). Стороны могут и добровольно принять на себя обязательство о заключении договора в будущем, а затем требовать его принудительного исполнения. Принцип диспозитивности в гражданском праве означает возможность участников регулируемых отношений самостоятельно, по своему усмотрению и в соответствии со своими интересами выбирать варианты соответствующего поведения. Так, они в подавляющем большинстве случаев самостоятельно решают, вступать или не вступать в те или иные гражданские правоотношения, требовать или не требовать исполнения обязательств контрагентом, обращаться за судебной защитой своих прав или нет и т. д. При этом отказ от осуществления или защиты своего права обычно не ведет к его обязательной утрате (п. 2 ст. 9 ГК). Такая свобода выбора предполагает инициативу субъектов гражданского оборота в достижении своих целей. Ее оборотной стороной является отсутствие по общему правилу чьей бы то ни было особой, в том числе государственной, поддержки в реализации частных интересов и несение самими участниками риска и всех иных последствий своих действий (как это должно происходить, например, с «обманутыми вкладчиками», проигравшими в лотерею или в рулетку и т. п.). Задача государства в частных отношениях - установить для их участников четкие и непротиворечивые «правила игры», исключающие заведомую недобросовестность отдельных лиц, а использование этих правил в соответствии с принципом диспозитивности целиком является делом самих участников. Очевидное исключение здесь составляют случаи выступления в гражданских правоотношениях опекунов и попечителей несовершеннолетних или больных и престарелых граждан, задачей которых как раз и является помощь подопечным в осуществлении и защите их прав и интересов. Принцип беспрепятственного осуществления гражданских прав предполагает устранение всяких необоснованных помех в развитии гражданского оборота. Он конкретизируется, в частности, в свободе предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности (ст. 34 Конституции РФ), а также в свободе перемещения по российской территории товаров, услуг и финансовых средств (п. 3 ст. 1ГК), характеризующей свободу имущественного оборота. Законом при этом могут устанавливаться лишь некоторые необходимые в общественных (публичных) интересах ограничения, например лицензирование отдельных видов предпринимательства, запрет монополизации рынка или недобросовестной конкуренции и т. п. Действие данного принципа важно и с позиций исключения искусственных, бюрократических препятствий в осуществлении права на защиту своих интересов, например в исключении или ограничении обязательного досудебного (в частности, претензи-онного) порядка рассмотрения некоторых споров. Принцип запрета злоупотребления правом можно считать общим изъятием («генеральной клаузулой», или оговоркой) из общих частноправовых начал. В соответствии с ним исключается безграничная свобода в использовании участниками гражданских правоотношений имеющихся у них прав. Право всегда имеет определенные границы как по содержанию, так и по способам осуществления предусмотренных им возможностей. Такие границы - неотъемлемое свойство всякого права, ибо при их отсутствии право превращается в свою противоположность - произвол. Так, собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц (п. 2 ст. 209 ГК). Собственник земли или иных природных ресурсов осуществляет свои права свободно, если это не наносит ущерба окружающей среде и не нарушает прав и законных интересов других лиц (ч. 2 ст. 36 Конституции РФ, п. 3 ст. 209 ГК). Такого рода запреты нельзя не признать известными ограничениями прав собственника, хотя и вызванными очевидной необходимостью. Аналогичные ограничения и запреты нетрудно обнаружить и в обязательственном праве, и в других подотраслях гражданского права. Например, упоминавшийся запрет предпринимателю как стороне публичного договора отказываться от его заключения по сути представляет собой ограничение его договорной свободы. Это же можно отнести к антимонопольным запретам, к запретам злоупотреблением доминирующим положением на рынке и т. д. Данный принцип лежит и в основе объявления недействительными кабальных и некоторых других сделок (ст. 169 и 179 ГК). В общем виде запрет ненадлежащего осуществления прав, включая и злоупотребление правом, установлен ст. 10 ГК. Такого рода общие правила в той или иной форме известны всем развитым правопорядкам. Их необходимость не вызывает сомнений, однако проблема четкого ограничения их содержания и применения остается одной из наиболее острых и спорных в цивилистике1. Принцип всемерной охраны и судебной защиты гражданских прав в целом характеризует правоохранительную функцию (задачу) гражданско-правового регулирования. В соответствии с ним участникам гражданских правоотношений предоставляются широкие возможности защиты своих прав и интересов: они могут прибегнуть как к их судебной защите, так и к самозащите, а также к применению некоторых других мер, оказывающих неблагоприятное имущественное воздействие на неисправных контрагентов. Гражданское право содержит большой инструментарий правоохранительных средств, позволяющих его субъектам эффективно охранять любые свои права и законные интересы (ст. 11-15 ГК). Большинство указанных средств имеет имущественную природу, соответствующую характеру преобладающих в предмете регулирования отношений. Их применение обычно направлено на восстановление нарушенных прав и (или) имущественную компенсацию потерпевших. Независимая от влияния участников судебная защита гражданских прав и ограничение (исключительность) их административно-правовой защиты (ст. 11 ГК) обусловлены спецификой частного права.

4. Определение гражданского права

Рассмотрев и суммировав все основные характеристики гражданского права, можно дать следующее его определение.

1 Подробнее об этом см гл 11 настоящего учебника

Гражданское право - система правовых норм, составляющих основное содержание частного права и регулирующих имущественные и связанные с ними личные неимущественные отношения, основанные на независимости и имущественной самостоятельности их участников, методом юридического равенства сторон в целях наделения частых лиц возможностями самоорганизации их деятельности по удовлетворению своих потребностей и интересов.

Дополнительная литература

Братусь С. Н. Предмет и система советского гражданского права. М., 1963; Егоров Н. Д. Гражданско-правовое регулирование общественных отношений. Л., 1988; Калмыков Ю. X. О значении общих положений гражданского законодательства // Гражданский кодекс России. Проблемы. Теория. Практика. М., 1998; Садиков О. Н. Гражданское право и его отраслевые особенности// Проблемы совершенствования советского законодательства. ВНИИСЗ. Труды. Вып. 29. М., 1984; Толстой Ю. К. Принципы гражданского права // Правоведение. 1992. № 2; Яковлев В. Ф. Гражданско-правовой метод регулирования общественных отношений. Свердловск, 1972.

3. Гражданское право как наука и учебный курс

1. Наука гражданского права

1. Гражданское право как одна из отраслей правоведения

Понятие гражданского права многозначно. Прежде всего, этим термином обозначают соответствующую отрасль права, т. е. совокупность или систему некоторых правовых норм (право в объективном смысле). К ним относятся те нормы права, которые регулируют отношения имущественно самостоятельных, юридически равных частных лиц. В этом аспекте гражданское (частное) право рассматривается как важнейшая составная часть правовой системы государства. От гражданского права как системы правовых норм следует отличать понятие гражданского законодательства, которое нередко смешивается или отождествляется с гражданским правом. Гражданское законодательство охватывает совокупность законов и иных нормативных актов, содержащих нормы гражданского права. Многие нормативные акты содержат одновременно нормы различных отраслей права, т. е. имеют комплексный характер. Ведь принимающие их органы государства руководствуются существом соответствующих правил, а не их юридической природой. Поэтому, например, нормы гражданского права могут содержаться не только в нормативных актах с преобладающей гражданско-правовой природой. Можно, следовательно, говорить о законодательстве, регулирующем торговую, банковскую, транспортную, строительную и тому подобную деятельность (или, что то же самое, о торговом, банковском, транспортном, строительном законодательстве), имея в виду как частноправовые, так и публично-правовые нормы, в комплексе регулирующие тот или иной вид деятельности. Но ошибочными являются рассуждения о «торговом», «банковском», «транспортном», «строительном праве», ибо «составляющие» их нормы не отличаются единством юридической природы, необходимым для обособления однородной, самостоятельной правовой отрасли. Именно поэтому не может считаться отдельной отраслью права огромный массив разнородных юридических правил (от гражданско-правовых до уголовно-правовых и конституционно-правовых), содержащихся в разнообразных комплексных нормативных актах, предназначенных для регулирования хозяйственной деятельности. Можно говорить о хозяйственном (или более узко - о предпринимательском) законодательстве, но бессмысленно - о «хозяйственном» (или «предпринимательском») праве. Термином «гражданское право» называют также учебную дисциплину - курс гражданского права. Он представляет собой систематизированную информацию о гражданском праве не только как о правовой отрасли, т. е. о догме права, но прежде всего как о цившшстической науке, ее основных постулатах и категориях. Курс гражданского права содержит обобщенные и систематизированные сведения о гражданско-правовых явлениях, понятиях, категориях, а его изучение позволяет понимать не только содержание, но и смысл гражданско-правового регулирования, грамотно оценивать и анализировать достоинства и недостатки действующей гражданско-правовой регламентации. Гражданское право, понимаемое как цивилистическая наука, само становится основным предметом изучения в курсе гражданского права. Учебный курс цивилистики никогда не ограничивался содержанием норм действующего гражданского законодательства. Его базу составляют положения и категории цивилистической науки, в той или иной мере воплощаемые в гражданско-правовых предписаниях. Поэтому изучение гражданского права предполагает прежде всего овладение научными цивилистическими знаниями, а следовательно, знакомство с понятием и основами цивилистической науки. Очевидно, что понятия гражданского права как правовой отрасли, отрасли законодательства, науки и учебной дисциплины тесно связаны, но вовсе не совпадают друг с другом. Они имеют различные предметы и методы, а также несовпадающие структуры. Гражданское право как совокупность правовых норм - одна из отраслей объективного права - имеет в качестве предмета определенный круг общественных отношений, на который оно воздействует закрепленным в его нормах методом юридического равенства и самостоятельности (автономии) участников. Гражданское законодательство как форма воплощения и упорядочения гражданско-правовых норм (предписаний) вводит их в общую систему законодательства для обеспечения единого, комплексного и скоординированного правового регулирования. Цивилистическая наука как часть научного знания имеет своим объектом гражданско-правовые явления во всем их многообразии (в различных пра-вопорядках) и в историческом развитии, стремясь добывать и обосновывать новую информацию о них способами, присущими научному познанию общественных явлений. В курсе гражданского права на базе усвоения положений цивилистической науки изучается содержание и практика применения действующего гражданского права и гражданского законодательства.

2. Понятие и предмет цивилистической (гражданско-правовой) науки

Под гражданским правом понимается также гражданско-правовая наука, или цивилистика, - учение о гражданском праве. За рубежом принято говорить о гражданско-правовой доктрине. Здесь речь идет не о правовых нормах и не о нормативных актах, а о системе знаний - понятий, положений и выводов о гражданско-правовых явлениях. Гражданско-правовая наука (доктрина) есть одна из отраслей, ветвей правоведения - правовой науки. Ее (как и ее постулаты) нельзя, следовательно, смешивать с одноименной отраслью права, сферой законодательства и учебной дисциплиной, ибо все это - разнопорядковые, хотя и известным образом взаимосвязанные явления. Предметом гражданско-правовой науки является как действующее гражданское законодательство и практика его применения, так и история его развития, и опыт гражданско-правового развития в зарубежных правопорядках. Цивилистика изучает понятие гражданского права, его место в правовой системе, его происхождение и закономерности развития, систему и содержание гражданско-правовых норм, институтов и подотраслей, их роль в правовом оформлении жизни общества и эффективность их применения. С этой целью анализируются также содержание и особенности самих общественных отношений, регулируемых гражданским правом, во взаимодействии с экономической, социологической, политологической, исторической и другими общественными науками. Цивилистами широко изучается зарубежное гражданское право и законодательство, используются достижения зарубежной гражданско-правовой мысли, особенно опыт функционирования гражданского права в развитых правопорядках. Важный предмет их исследований составляет также гражданско-правовое оформление международного торгового (коммерческого) оборота, в том числе содержание и использование правил различных международных конвенций, общепризнанных торговых обычаев, модельных законодательных актов, отражающих современные тенденции экономико-правового развития. Таким образом, предмет гражданско-правовой науки значительно отличается от предмета гражданского права. Поэтому и разработанные цивилистикой выводы не только покоятся на догматическом анализе (толковании) гражданско-правовых норм, а имеют гораздо более широкую, научную базу. Цивилистикой разработаны и обоснованы научные положения, правовые категории и конструкции, позволяющие объяснять и анализировать имеющиеся гражданско-правовые явления, а в определенной мере - прогнозировать их развитие и получать обоснованные знания о новых явлениях в этой сфере. Так, давно известная конструкция акционерного общества позволяет достаточно четко оценивать как положительные, так и отрицательные перспективы использования этой организационно-правовой формы в новой российской экономике. Хорошо изученные законодательные модели права собственности, как и различных типов договоров, делают возможным продуманную, а не произвольную регламентацию экономической деятельности, введение ее в нормальные рамки, соответствующие условиям рыночного хозяйства. Выработанная цивилистической наукой совокупность знаний о гражданско-правовых явлениях составляет ее содержание. Указанные знания систематизируются по основным разделам цивилистики, причем эти последние опять-таки не совпадают с системой гражданского права. Так, важными разделами цивилистической науки всегда считались учение о гражданском правоотношении и учение о гражданско-правовой ответственности, не имеющие прямых аналогов в институтах гражданского права и гражданского законодательства. Сами по себе положения и выводы правовой науки не имеют нормативного, общеобязательного характера (поскольку им не придается общеобязательная сила, как Юстиниановым Дигестам или сочинениям известных древнеримских юристов классического периода по закону о цитировании 426 г.). Они представляют собой в основном общепризнанные результаты исследований правоведов и покоятся на многолетней (нередко многовековой) практической проверке и высоком авторитете обосновавших их ученых. Обычно такие положения гражданско-правовой науки становятся теоретической базой создания новых правовых норм, т. е. правотворчества в сфере гражданского права, а сам этот процесс также составляет предмет изучения цивилистики. Цивилистическая наука разрабатывает и такие понятия и категории, которые не находят прямого законодательного воплощения, но приобретают важное теоретико-познавательное и вместе с тем практическое значение. Примером этого является понятие гражданского, или имущественного, оборота - совокупности сделок всех его участников и возникающих на этой основе их обязательственных отношений, юридически оформляющих экономические отношения товарообмена. Соответственно этому предпринимательский оборот-часть гражданского оборота, совокупность соответствующих отношений с участием предпринимателей (профессиональных участников имущественного оборота). Таким образом, наука гражданского права представляет собой определенным образом систематизированную совокупность знаний о гражданско-правовом регулировании общественных отношений: свойствах и закономерностях его функционирования и развития; способах достижения его эффективности; средствах получения новых знаний, необходимых для дальнейшего совершенствования гражданского права. Гражданско-правовая наука имеет многовековую историю. С уже упоминавшегося времени законодательного признания значения научных трудов некоторых выдающихся древнеримских юристов она прошла большой путь, создав и обосновав огромное число юридических категорий и конструкций, которые были восприняты законодательством и успешно применялись в правопо-рядках различных государств. Многие из этих достижений широко используются и в современном гражданском праве. Высоким уровнем научных исследований отличалась отечественная дореволюционная цивилистика, труды лучших представителей которой во многом сохранили актуальность и для нашего времени1. Значительный вклад в развитие цивилистической мысли был внесен советскими учеными, идеи которых в ряде случаев не только стали основой законодательного развития, но и в какой-то мере опережали его2.

1 См. об этом, например: Шершеневич Г. Ф Учебник русского гражданского права (по изданию 1907 г.). С. 20-22; Покровский И. А. Основные проблемы гражданского права.

2 См.. Красавчиков О. А. Советская наука гражданского права. Свердловск, 1961; Иоффе О. С. Развитие цивилистической мысли в СССР. Ч. 1. Л., 1975; ч. 2. Л., 1978.

3. Методология гражданско-правовой науки

Всякое научное исследование предполагает точное определение не только цели и предмета исследования, но и приемов, способов и средств решения соответствующей научной задачи. Методы научного исследования и есть те приемы и способы, которые используются в науке для анализа и познания ее предмета и получения необходимого научного результата. Учение о методах научного познания называется методологией. Знание приемов и способов выполнения возникающих задач - обязательное условие профессионализма. Для юриста-профессионала необходимы навыки решения правовых, в том числе гражданско-правовых, задач. К числу таких навыков относятся навыки научного анализа правовых ситуаций и научные способы решения возникающих проблем. Ведь современный юрист должен быть не только и не столько знатоком многообразной правовой информации, сколько творческим работником, способным самостоятельно, грамотно анализировать возникающие ситуации и готовить продуманные, обоснованные рекомендации о наилучших путях и способах их разрешения. Очевидно, что для этого необходимо знание методов научного решения правовых задач. В правовой, в том числе цивилистической, науке используются как общенаучные, так и частнонаучные методы исследования. К числу общенаучных методов исследования, так или иначе применяемых во всякой общественной науке, относятся методы философского характера, определяющие общую методологическую направленность всякого исследования. Речь, в частности, идет о материалистических методах познания общественного развития, основанных на признании его объективности и известной закономерности. Научная философская методология познания основана на том, что сами методы познания должны отражать объективные закономерности реальной действительности. Следовательно, научное правовое исследование должно базироваться не на абстрактных, догматических представлениях о действительности, а на анализе конкретных общественных отношений, исследовании реальной практики, оценке конкретной исторической обстановки. Изучая тенденции развития тех или иных общественных отношений во всем многообразии их взаимосвязей, вскрывая имеющиеся и возникающие противоречия в процессе их развития, исследователь следует научной, общефилософской методологии познания действительности. Вместе с тем основное место в цившшстических исследованиях занимают частнонаучные методы познания, т. е. такие приемы и способы решения научных задач, которые присущи конкретной науке или группе наук, например правовых. К таким методам, используемым в гражданском праве, относятся метод сравнительного правоведения, комплексный анализ, системный подход, а также методы конкретных социологических исследований, формальнологического толкования и др. Метод сравнительного правоведения основан на изучении и использовании правового регулирования сходных отношений в различных правопорядках и правовых системах. При этом сравнение отдельных законодательных решений носит не формально-догматический, а конкретно-исторический характер. Иначе говоря, изучается не только юридическое содержание того или иного правового института, но и причины его появления в конкретном национальном правопорядке, и формы развития, что позволяет выделить в нем национально-специфические и интернациональные (универсальные, общезначимые) моменты. Именно эти последние и представляют основной интерес в качестве потенциальной базы для последующей разработки новых законодательных решений в отечественном праве с обязательным учетом его национальных особенностей. Таким путем, а не в форме прямой рецепции, как в средние века, и должен по преимуществу использоваться мировой и зарубежный опыт правового регулирования.

Метод комплексного анализа основан на одновременном использовании для решения конкретной задачи научного инструментария, применяемого несколькими различными науками. В сфере гражданского права он обычно связан с выходом за узкоотраслевые рамки чисто правового исследования. Так, совершенствование правового оформления экономических связей, очевидно, невозможно без серьезного анализа их экономической природы. Некоторые явления, входящие в предмет цивилистической науки, вообще носят смешанный, экономико-правовой характер, например отношения собственности. Ясно, что их изучение невозможно в полном отрыве от соответствующих экономических исследований. Напротив, их комплексный, всесторонний анализ с позиций различных наук не только приносит плодотворный результат, но и взаимообогащает каждую из этих наук. Метод комплексного анализа иногда понимается и как изучение соответствующего правового явления не изолированно, а во взаимосвязи с другими правовыми явлениями, как производными от него, так и породившими его. В частности, формирование и исполнение конкретных договоров невозможно понять, опираясь только на соответствующий гражданско-правовой институт, например договора поставки. Необходимо учитывать и правовое оформление последующей транспортировки товара, его хранения, страхования, расчетов и т. д., а также вопросы приобретения и утраты права собственности на товар, т. е. всю цепочку взаимосвязанных отношений. Более того, при заключении договора поставки товара важную роль играют и положения налогового, а теперь нередко и валютно-таможенного законодательства, входящие в публично-правовую сферу, и даже соображения производственно-технического порядка. Лишь с учетом всего многообразия этих отношений можно сформировать эффективные договорные взаимосвязи изготовителей (поставщиков) и покупателей товара. От комплексного подхода следует отличать метод системного анализа. Он базируется на рассмотрении конкретного явления в качестве системы - определенной формы организации, в которой составные части функционируют с определенной единой (общей) целью. Под системой, таким образом, понимается всякое социальное образование (явление), состоящее из нескольких взаимосвязанных частей (элементов), которые взаимодействуют с окружающей средой как единое целое, совокупность. Система состоит из элементов и взаимосвязей между ними (структуры). Суть системного анализа состоит, следовательно, в выявлении элементов, составляющих данную совокупность, и взаимосвязей между ними с целью последующего анализа их взаимодействия и согласованности (или рассогласованности) в достижении стоящих перед системой задач, функционального назначения (роли) отдельных элементов и т. п. Такой подход вполне приложим и к правовым, в том числе гражданско-правовым, явлениям. Особенно наглядны его преимущества при анализе гражданско-правового положения таких видов юридических лиц, как хозяйственные общества и товарищества, когда сразу выявляется целесообразность и эффективность принятой в них внутренней организации. Важное значение для научной работы имеют методы конкретных социологических исследований, используемые в правоведении:

анализ статистических данных, в том числе данных судебной и арбитражной статистики;

метод экспертных оценок, когда по тому или иному вопросу запрашивается и анализируется мнение определенной группы сведущих лиц;

анкетирование определенных групп граждан, категорий работников и анализ полученных мнений и т. п.

При подготовке вопросов и оценке ответов на них используются как правовые, так и специальные социологические познания и приемы. В правоведении используются и другие методы научных исследований, например исторический метод, с помощью которого изучается история становления и развития того или иного института, понятия и т. п. Это позволяет точнее оценить его современное содержание и соответствие имеющимся условиям общественного развития.

4. Наука гражданского права и другие общественные науки

Гражданско-правовая наука взаимодействует с другими общественными науками, занимая среди них определенное место. Прежде всего, она органично связана с рядом других правовых наук. В первую очередь, цивилистика опирается на ряд фундаментальных понятий и категорий, разработанных теорией государства и права. Это касается, например, положений о предмете и методе правового регулирования, правоотношении, понятии юридической ответственности и др. История государства и права обогащает цивилистику знаниями о происхождении и развитии различных гражданско-правовых институтов. Далее, цивилистика тесно взаимодействует с рядом отраслевых правовых наук, в том числе изучающих публично-правовую сферу, - с науками конституционного (государственного), административного и финансового, земельного, а также гражданского процессуального права. Дело в том, что предметы этих наук в той или иной мере обязательно соприкасаются со сферой гражданско-правового регулирования, а потому и цивилистическая проблематика в определенных случаях не может быть удовлетворительно разрешена без обращения к выводам и данным названных наук. Так, проблема систематизации гражданского законодательства требует обязательного обращения к системе государственных органов, принимающих нормативные акты; изучение кредитно-расчетных отношений и в целом гражданско-правового оформления банковской сферы предполагают использование данных финансово-правовых исследований; правовой режим недвижимости невозможно определить без учета его земельно-правовых особенностей и т. д. Наконец, гражданско-правовая наука опирается на выводы других общественных наук, в том числе философии, политологии, социологии, истории. Наиболее тесное взаимодействие цивилистика осуществляет с экономическими науками, поскольку ее предмет в основном связан с правовым оформлением экономической жизни общества. Поэтому цивилистам не обойтись без учета экономической теории. Но все это вовсе не освобождает их от необходимости разрабатывать собственные подходы к изучению правовой действительности. Цивилистическая и экономическая науки должны взаимно обогащать друг друга, но их результаты не могут непосредственно использоваться в разнородных сферах деятельности. Это особенно касается распространенных ранее (но не изжитых полностью и теперь) попыток прямого закрепления некоторых политэкономи-ческих догм, деклараций и представлений в нормах гражданского права. Взаимодействие цивилистики и с другими науками не сводится к простому заимствованию полученных результатов. Они - только повод, база для новых самостоятельных исследований и выводов, которые гражданское правоведение должно провести и обосновать применительно к своим собственным объектам. Каждая самостоятельная наука, в том числе цивилистика, сохраняет свой предмет и свои способы исследования, а их смешение или отождествление с аналогичными категориями других наук является серьезной методологической ошибкой.

2. Учебная дисциплина гражданского права

1. Предмет и система курса гражданского права

Курс гражданского права как учебная дисциплина имеет предметом изучения прежде всего гражданско-правовую науку. В нем изучаются также правила гражданского права как правовой отрасли и их закрепление в актах гражданского законодательства (источниках гражданского права), причем как в действующем, так и в предшествующих, а также и в зарубежных правопорядках. В предмет изучения гражданского права входит также правотвор-ческая и правоприменительная деятельность в этой сфере. Имея перед собой особые, самостоятельные цели и задачи, главным образом учебно-методического характера, курс гражданского права отличается от гражданского права как отрасли, от гражданского законодательства и цивилистической науки по предмету, объектам и структуре. Конечно, изучаемый здесь материал не может быть оторван от действующего гражданского права и его системы, но его изложение не может и не должно ограничиваться простым их воспроизведением. Ведь в курсе гражданского права освещаются и изучаются положения цивилистической науки, нередко не имеющие прямого законодательного отражения. Вместе с тем основное содержание действующего гражданского права должно быть так или иначе отражено в содержании изучающего его курса. Система курса гражданского права должна не просто отражать систему гражданского права как правовой отрасли, а представлять наиболее целесообразное с точки зрения целей преподавания расположение материала, с помощью которого достигается его наилучшее усвоение. Поэтому, например, основные, фундаментальные положения и понятия гражданского права, раскрываемые затем во всем многообразии составляющих его правил, не могут быть сведены к нормам Общей части в строго законодательном смысле слова, а включают в себя многие сугубо научные категории и конструкции. В этом смысле система курса гражданского права, в том числе система изложения, принятая в настоящем учебнике, является вполне самостоятельной систематизацией подлежащего изучению в данном курсе материала, лишь в известной мере опирающейся на общие положения гражданско-правовой систематизации. Поэтому, в частности, изучение наследственного права, теснейшим образом связанного с правом собственности (но остающегося самостоятельной подотраслью гражданского права), осуществляется при освещении права собственности и других вещных прав, а договоры о реализации результатов творческой деятельности изучаются в разделе договорного обязательственного права. Система курса гражданского права основывается на делении всего учебного материала на крупные разделы, подлежащие изучению в строгой последовательности. При этом она распадается на две основные части:

общие положения, а также вещные, исключительные и другие личные неимущественные права, охватывающие статику регулируемых гражданским правом отношений;

обязательственное право, охватывающее динамику этих отношений, собственно имущественный оборот, и характеризующееся в силу этого наибольшей дифференциацией и наибольшим объемом нормативного материала.

Такой подход позволяет последовательно раскрыть все многообразие гражданско-правовой материи и систематизировать полученные знания, оставаясь в рамках отведенного учебным планом вуза времени на изучение гражданского права (четыре семестра на протяжении двух учебных лет).

2. Основные разделы курса гражданского права

Сказанное ранее позволяет представить систему курса гражданского права в следующем виде:

Раздел I. Введение в гражданское право, где освещаются понятия и системы частного и гражданского права, даются основные сведения о циви-листической науке, источниках гражданского права, содержании и системе курса его изучения.

Раздел II. Гражданское правоотношение - включает изложение учения о понятии, содержании и видах гражданских правоотношений, правовом положении их субъектов и объектов, а также об основаниях их возникновения, изменения и прекращения. Важное место здесь занимают учения о юридических лицах (которое можно рассматривать как основу «корпоративного права», или «права компании») и о сделках как важнейшем основании возникновения гражданских правоотношений.

Раздел III. Осуществление и защита гражданских прав - охватывает темы, посвященные гражданско-правовым формам реализации имущественных (частных) прав и обязанностей, праву на защиту гражданских прав и интересов, ответственности в гражданском праве, а также гражданско-правовым срокам (устанавливающим временные рамки осуществления и защиты гражданских прав и обязанностей).

Раздел IV. Право собственности и иные вещные права - раскрывает понятие и содержание права собственности в отношениях частной и государственной (публичной) собственности, а также регламентацию наследования частной собственности граждан. Здесь содержатся также положения о понятии, содержании и видах иных (ограниченных) вещных прав и об особых гражданско-правовых способах защиты права собственности и иных вещных прав.

Раздел V. Исключительные права - раскрывает содержание и особенности гражданско-правового регулирования связанных с имущественными личных неимущественных отношений, возникающих в результате творческой деятельности и включаемых в сферу действия авторского и патентного права, а также гражданско-правовой охраны средств индивидуализации товаров.

Раздел VI. Гражданско-правовая защита личных неимущественных благ - освещает понятие и виды личных неимущественных благ, охраняемых гражданским правом, и особенности их гражданско-правовой защиты

Этим разделом завершается изложение первой части курса гражданского права и соответственно этому - первого тома настоящего учебника. Остальные разделы посвящены обязательственному праву и составляют вторую часть курса (соответственно второй том учебника).

Раздел VII Общие положения об обязательствах и договорах - посвящен изложению основных положений обязательственного права: понятию, содержанию и исполнению обязательств, способам обеспечения их надлежащего исполнения, а также общему учению о гражданско-правовом договоре как главной правовой форме организации товарообмена.

Раздел VIII. Обязательства по передаче имущества в собственность или в иное вещное право - открывает изложение отдельных видов договорных обязательств. Он охватывает договоры купли-продажи во всех их разновидностях (включая розничную торговлю, договоры поставки, контрактации сельхозпродукции и энергоснабжения), а также договоры мены, дарения и ренты.

Раздел IX Обязательства по передаче имущества в пользование-включает изложение правил о договорах аренды, лизинга (финансовой аренды) и ссуды, а также о договорных обязательствах по использованию гражданами жилых помещений.

Раздел X Обязательства по производству работ-посвящен изложению регулирования подрядных договоров, оформляющих отношения по созданию и передаче другим лицам овеществленного результата деятельности (включая строительный подряд).

Раздел XI Обязательства по реализации результатов творческой деятельности. Здесь освещаются договорные обязательства, возникающие при создании научно-технической продукции, проведении научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ, договоры об использовании объектов патентного и авторского права, а также договоры коммерческой концессии (франчайзинга).

Раздел XII Обязательства по оказанию фактических и юридических услуг - посвящен изложению правил о договорах, оформляющих оказание многообразных услуг возмездного характера, в том числе в сфере транспортной деятельности, а также особых услуг, влекущих специальный юридический результат для получателя (оказываемых на основе договоров поручения, комиссии, агентского и доверительного управления имуществом).

Раздел XIII. Обязательства по оказанию финансовых услуг - охватывает изложение гражданско-правового (договорного) регулирования кредит-но-финансовой сферы: услуг по страхованию, предоставлению займа и кредита, финансирования под уступку денежного требования (факторинг), а также различных услуг в сфере банковской деятельности (отношения банковского вклада, банковского счета, безналичных расчетов).

Раздел XIV Обязательства по совместной деятельности - освещает гражданско-правовое оформление отношений по договорной организации и осуществлению совместной деятельности участников имущественного оборота, в том числе по созданию юридических лиц на основе учредительного договора.

Раздел XV. Обязательства из односторонних действий - раскрывает содержание и особенности обязательств, возникающих из публичного обещания награды, конкурсов и аналогичных действий одностороннего (недоговорного) характера.

Раздел XVI Внедоговорные (правоохранительные) обязательства - посвящен гражданско-правовому оформлению отношений, возникающих в связи с причинением имущественного вреда гражданам и организациям, а также вследствие неосновательного приобретения или сбережения ими чужого имущества Эти отношения имеют правоохранительный характер. Изложение посвященных им правил завершает курс гражданского права.

3. Основные задачи курса гражданского права

В прежнем правопорядке от юриста требовалось прежде всего умение ориентироваться в море нормативных актов, жестко регламентировавших все стороны общественных отношений. Этим объяснялся преобладающий информационный характер обучения, упор на познание действующего нормативного материала и его комментирование, следование «за законом» в изучении правовой науки. Разумеется, и в современных условиях знание и строгое соблюдение законов полностью сохраняет все свое значение для подготовки профессионального юриста. Однако теперь в гораздо большей мере требуется понимать смысл гражданско-правовой материи и заложенные в ней возможности творческого практического применения. Этим обусловлено первостепенное значение глубокого усвоения существа основных цивилистических категорий, конструкций и институтов, знания и понимания основных тенденций развития гражданско-правового (частноправового) регулирования имущественных и личных неимущественных отношений. Поэтому главную роль начинает играть методологический, а не информационный подход к обучению, связанный с раскрытием содержания и различного законодательного оформления основных понятий цивилистики, возможностей их творческого использования с учетом современных тенденций развития гражданского права. Обращение к конкретным решениям действующего законодательства при таком подходе приобретает справочно-иллюстративное, вспомогательное, а не приоритетное значение. Изложенным определяются и отдельные задачи курса гражданского права. Прежде всего, это теоретико-познавательная задача получения, усвоения и систематизации цивилистических знаний. При этом формируются также определенные навыки как научно-теоретического подхода к рассматриваемым гражданско-правовым явлениям, так и практического их использования в юридической работе. В ходе изучения гражданского права формируются основанные на специальных знаниях оценки действующей гражданско-правовой регламентации, составляющие часть профессионального правосознания юриста. Они характеризуют развитие его профессионального мышления и культуры и, в свою очередь, могут вызвать представления о необходимости и полезности тех или иных усовершенствований, изменений в законодательстве и пра-воприменительной практике. Если они основаны на глубоком, серьезном познании юридической и социально-экономической природы соответствующего гражданско-правового института, а не на поверхностных, непрофессиональных суждениях и оценках, то способны сыграть весьма полезную роль как в правотворческой, так и в правореализационной деятельности.

Дополнительная литература

Иоффе О. С. Развитие цивилистической мысли в СССР. Ч. 1. Л., 1975; ч. 2. Л., 1978; Красавчиков О. А. Советская наука гражданского права (понятие, предмет, метод, состав и система). Свердловск, 1961; Шершеневич Г. Ф. Учебник русского гражданского права (по изданию 1907 г.). М., 1995 (§ 2).

Глава 4. Источники гражданского права

§ 1. Понятие и виды источников гражданского права

1. Понятие источника гражданского права

Термин «источник права» пришел в современное правоведение из римского права. В теоретической литературе отмечается его многозначность. В данном случае речь идет о форме выражения правовых норм, имеющей общеобязательный характер. Установление или признание государством того или иного источника (формы) права имеет важное юридическое, в том числе правопри-менительное, значение. Ведь только выраженные в таком источнике нормы права могут применяться для регулирования соответствующих отношений. Формально не признанный источник права, как и содержащиеся в нем правила поведения, не имеет юридического (общеобязательного) значения. В современных развитых правопорядках господствующей формой (источником) права являются нормативные акты, среди которых приоритетное место занимают законы как акты высшей юридической силы. В гражданско-правовой сфере они традиционно охватываются понятием гражданского законодательства. В прежнем отечественном правопорядке, основанном на огосударствлен-ной экономике, нормативные акты, принятые или санкционированные государством, считались единственным источником гражданского права. Поэтому данное понятие исчерпывалось категорией гражданского законодательства. Активное включение современной России в мировую экономику потребовало более полного, чем ранее, учета в ее национальном законодательстве международно-правовых положений. В соответствии с ч. 4 ст. 15 Конституции РФ и п 1 ст. 7 ГК общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Они, следовательно, должны также учитываться в качестве источников ее права В сфере имущественного оборота в силу его сложности и других особенностей известную роль всегда сохраняет обычай. Ярким свидетельством этого является правовое оформление международного торгового оборота, в котором для регулирования взаимосвязей участников широко применяются различные международные торговые обычаи и обыкновения 1. В советском гражданском праве обычай практически утратил значение источника права (хотя законодательство придавало ему некоторую роль, отсылая в отдельных редких случаях к «обычно предъявляемым требованиям» или, например, к обычаям морских торговых портов). С переходом к рыночной организации экономики и развитием имущественного оборота роль применяемых в нем обычаев вновь возросла, что нашло законодательное отражение. Таким образом, по сути, возродился еще один источник гражданского права (хотя сфера его использования фактически ограничена договорными отношениями). Вместе с тем признание источником права иных, кроме нормативных актов, явлений несет в себе определенную опасность. Ведь нормы права предполагаются формализованными, четко фиксированными, что далеко не всегда имеет место в иных источниках. В свою очередь, это обстоятельство чревато произволом право-применителей, в том числе судов, и неустранимыми разногласиями при установлении содержания применимого к данному случаю права. Поэтому, в частности, не могут признаваться формой права правила морали и нравственности, хотя многие из них, по существу, лежат в основе ряда правовых норм. Они могут иметь определенное значение лишь при уяснении смысла отдельных гражданско-правовых правил путем их логического толкования. Следовательно, иные, нежели законодательство, источники права тоже должны быть по возможности конкретизированы и формализованы как по содержанию, так и по сфере применения. В англо-американской правовой системе роль основного источника права выполняет судебный прецедент - вступившее в законную силу решение суда по конкретному спору. Обычно речь идет о решениях судов высших инстанций, определенным образом систематизированных или обобщенных, которые и составляют здесь понятие судебной практики. В качестве источника права она, по сути, предопределяет даже порядок применения писаного, «статутного права» (statute law), т. е. законов и других нормативных актов. В континентальной, в том числе в российской, правовой системе судебный прецедент формально не считается источником права, хотя фактически значение судебной практики разрешения тех или иных споров и здесь весьма велико, а в известной мере даже формализовано.

1 Подробнее об этом см.: Зыкин И. С. Обычаи и обыкновения в международной торговле. М., 1983.

Так, высшие судебные органы вправе давать судам «руководящие разъяснения» по вопросам применения законодательства. Такие разъяснения «в порядке судебного толкования» обычно принимаются ими в форме постановлений их пленумов, содержащих обязательное толкование действующих правовых норм 1. Эти акты не должны содержать новых норм права, однако закрепленное ими толкование содержания правовых норм является обязательным для соответствующей судебной системы, а тем самым и для сторон различных споров 2. Несмотря на то, что формально они не являются источниками права, их роль в установлении единообразного понимания и применения гражданско-правовых норм, безусловно, весьма велика. Важное практическое значение имеют и публикуемые решения по конкретным делам (прецеденты в собственном смысле слова), а также обзоры практики рассмотрения отдельных категорий споров и иные рекомендации высших судебных инстанций 3. Определенным образом ориентируя суды, а следовательно, и участников судебных споров, в том числе потенциальных, они таким образом в значительной мере предопределяют порядок, условия и последствия применения многих гражданско-правовых норм (даже при отсутствии конкретного спора). Не является источником права цивилистическая доктрина. Обоснованные учеными выводы обычно представляют собой результат доктринального (научного) толкования закона и других источников, но не имеют обязательного характера. Они могут быть учтены судом в качестве мнения сведущих лиц или стать основой предложений об изменении (усовершенствовании) законодательства, но в любом случае сами по себе не приобретают непосредственного юридического значения.

1 См., например: постановление Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 1 июля 1996 г. «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»// РГ. 1996.13авг.

2 Это обстоятельство дало возможность ряду ученых говорить о признании данных актов источниками гражданского права (см.: Иоффе О. С. Советское гражданское право. М., 1967. С. 54-55; Калмыков Ю. X. Вопросы применения гражданско-правовых норм Саратов, 1976. С. 31-45).

3 Такие документы публикуются в журналах «Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации» и «Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации».

Это же можно сказать и о разрабатываемых учеными-юристами на национальном и международном уровнях модельных (рекомендательных) законах и иных аналогичных документах 1. Не могут считаться источниками права и индивидуальные акты, или акты локального характера, не содержащие общеобязательных предписаний (правовых норм). В сфере гражданского права часто используются конкретные уставы различных юридических лиц, договоры и т. п. Эти акты обязательны лишь для тех, кто их принял (не случайно говорят, что «договор - закон для двоих»). Поэтому они имеют значение для регулирования конкретных отношений, возникших между их участниками, в том числе при разрешении споров (разумеется, при условии их полного соответствия действующему законодательству). Именно с их помощью участники гражданских правоотношений могут самостоятельно организовывать и регулировать свои конкретные взаимосвязи. Таким образом, к числу источников гражданского права следует относить как законодательство (нормативные акты), так и международные договоры, а также торговые обычаи (а в странах «общего права» - прежде всего судебный прецедент). Это обстоятельство характеризует особое понимание источника права в гражданско-правовой сфере.

2. Гражданское законодательство

Гражданское законодательство представляет собой совокупность нормативных актов (а не норм права, как правовая отрасль) различной юридической силы. При этом охватываемые им нормативные акты во многих случаях имеют комплексную, межотраслевую природу, поскольку зачастую содержат не только гражданско-правовые нормы. Даже в Гражданском кодексе имеются нормы публично-правового характера, например устанавливающие состав гражданского законодательства (ст. 3). В актах гражданского законодательства гражданско-правовые нормы преобладают, но весьма редко полностью вытесняют нормы иной юридической природы. Это вызвано тем, что законодатель обычно думает о содержательной стороне, а не об отраслевой принадлежности принимаемых им актов. Содержащиеся же в них нормы в силу своих объективных юридических свойств распределяются на публично-правовые и частноправовые.

1 См., например: Гражданский кодекс. Часть первая. Модель. Рекомендательный законодательный акт Содружества Независимых Государств. Принят на пятом пленарном заседании Межпарламентской Ассамблеи государств - участников Содружества Независимых Государств 29 октября 1994 г. // Приложение к «Информационному бюллетеню МПА государств - участников СНГ». 1995. № 6. Принципиальной особенностью гражданского законодательства является наличие в нем большого числа диапозитивных правил, действующих только в том случае, если сами участники регулируемого отношения не предусмотрят иной вариант своего поведения. Иначе говоря, такие правила носят восполнительный характер, ибо рассчитаны на восполнение недостающей по каким-либо причинам воли самих субъектов. Такие нормы преобладают в регулировании договорных отношений, т. е. имущественного оборота. В них проявляются особенности гражданского (частного) права, которое обычно разрешает, позволяет участникам регулируемых отношений самим выбрать наиболее приемлемый вариант поведения в общих рамках, установленных законом, наделяя их для этого соответствующими правовыми возможностями. Диспозитивная норма обычно содержит определенное правило поведения, снабженное оговоркой «если иное не установлено договором», которая и позволяет сторонам урегулировать свои отношения иначе, нежели это по общему правилу предусматривает закон. Однако в гражданском законодательстве имеется и значительное количество общеобязательных, императивных норм, не допускающих никаких отступлений от своего содержания (особенно при определении статуса субъектов и режима объектов гражданских правоотношений, а также содержания вещных и исключительных прав). Более того, в случае сомнения в юридической природе конкретной гражданско-правовой нормы следует исходить из ее императивного характера, ибо диспозитивность должна быть прямо, недвусмысленно выражена в ней, будучи все-таки особенностью, а не общим правилом правового, в том числе гражданско-правового, регулирования 1. Входящие в гражданское законодательство нормативные акты составляют весьма значительный по объему законодательный массив. Их неизбежное обилие вызвано широтой и сложностью самого предмета гражданско-правового регулирования. Вместе с тем это обстоятельство затрудняет ознакомление с действующим гражданским правом и значительно усложняет установление необходимых взаимосвязей между составляющими его различными актами. Поэтому именно для гражданского законодательства первостепенное значение имеет решение проблемы его систематизации и упорядочения.

1 Ср.: Хохлов С. А. Концептуальная основа части второй Гражданского кодекса // Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть вторая. Текст. Комментарии. Алфавитно-предметный указатель. М, 1996. С. 235-236.

К основным способам систематизации (упорядочения) законодательства, применяемым и в гражданско-правовой сфере, относятся инкорпорация, консолидация и кодификация. Инкорпорация нормативных актов представляет собой сведение ранее изданных актов в единый источник (сборник) без изменения их содержания. Официальная инкорпорация обычно оформляется в виде единого свода, собрания или иного сборника законов или других нормативных актов. Примерами такой инкорпорации являются Свод законов Российской империи и Собрание действующего законодательства Союза ССР (которое не было завершено). Неофициальные инкорпорации представлены различными сборниками нормативных актов, обычно тематического характера. Консолидация нормативных актов представляет собой объединение ряда актов, посвященных общему кругу вопросов, в единый нормативный акт, иногда даже более высокой юридической силы (например, в 1992 г. Центральным банком РФ было принято Положение о безналичных расчетах в Российской Федерациии, заменившее собой ряд ранее действовавших банковских инструкций, которое, однако, утратило силу с введением в действие второй части ГК РФ). Достоинством консолидации является возможность некоторой «расчистки» законодательства при его объединении путем отмены (пропуска) или замены явно устаревших или повторяющихся норм, однако без внесения изменений в их содержание. При большом количестве изменений (новелл), внесенных в закон или иной нормативный акт, используется также возможность его повторной официальной публикации в полном объеме (новел-лизации), при которой старая редакция акта теряет силу. Такой прием, к сожалению редко используемый отечественным законодателем, значительно облегчает применение официального текста нормативного акта. Высшей формой систематизации законодательства является его кодификация, при которой принимается единый новый закон (реже - подзаконный нормативный акт), отменяющий действие ряда старых нормативных актов. Особенностью кодекса является построение его по определенной системе с непременным выделением общих положений (Общей части) и охват им всех основных правил соответствующей сферы, что предопределяет его центральное, стержневое место в общей системе нормативных актов. Поэтому кодекс становится главным источником права соответствующей отрасли. В гражданском праве кодификация может носить общий (отраслевой) либо частный характер. В первом случае она выражается в принятии Гражданского кодекса, охватывающего все основные нормы и институты данной отрасли права. Во втором - в принятии закона, в том числе в форме кодекса, регулирующего определенную узкую (отраслевую или межотраслевую) группу общественных отношений (например, Жилищного кодекса, Кодекса торгового мореплавания, Воздушного кодекса и т. п.), для которых возможна разработка и некоторых реальных, а не надуманных общих положений.

3. Законодательство о хозяйственной деятельности

Нормы гражданского права нередко содержатся также в актах комплексного характера, посвященных регламентации хозяйственной, в том числе предпринимательской, деятельности и носящих в целом публично-правовой характер (например, в актах финансового, земельного и даже административного законодательства). Вообще, правовое регулирование хозяйственной (экономической) деятельности в той или иной форме осуществляется многими различными отраслями публичного и частного права, взаимодействующими между собой. Соответственно этому межотраслевыми по своей юридической природе становятся и многие акты законодательства, регламентирующего эту сферу. Потребность в систематизации такого законодательного массива порождает идеи о возможностях его специальной, самостоятельной кодификации. Кодификации, в том числе в сфере гражданского (частного) права, обычно носят отраслевой характер, охватывая в основном однородные по юридической природе нормы. В этой связи можно оценить появившиеся в последние годы предложения о принятии Торгового или Предпринимательского кодекса за счет обособления части законодательного материала, традиционно содержавшегося в гражданских кодексах. Торговый кодекс, как свидетельствует исторический опыт, знаменует собой обособление торгового права. В этом шаге, как уже отмечалось, отечественный правопорядок не испытывал и не испытывает никакой реальной потребности. Торговые кодексы, как показывает и зарубежная законотворческая практика, никогда не решали задач упорядочения и систематизации законодательства. Классические торговые кодексы, действующие во Франции и Германии (принятые соответственно в 1807 и 1897 гг.), всегда рассматривались как специальные законы по отношению к гражданским кодексам. При этом законодательное развитие пошло помимо них - в виде принятия самостоятельных законов об акционерных и других хозяйственных (торговых) обществах и товариществах, о ценных бумагах, биржах, страховании, банкротстве и т. д., которые даже не основывались на каких-либо предписаниях этих кодексов. Приводимый иногда в качестве примера Единообразный торговый кодекс США 1952 г. является не законом, а модельным (рекомендательным) актом, ратифицированным хотя и большинством штатов, но в самых разнообразных редакциях и с самыми различными изменениями и поправками, значительно отличающимися друг от друга. Он не имеет Общей части и охватывает лишь некоторые основные институты предпринимательского оборота 1. Поэтому его вообще невозможно считать торговым кодексом в традиционном, «континентальном» понимании. Как отмечалось ранее, современное законодательное развитие нигде не пошло по пути особой кодификации торгового права, параллельной или подчиненной общей гражданско-правовой кодификации 2. Напротив, новые гражданские кодексы обычно включают нормы, регулирующие как общий имущественный, так и предпринимательский оборот. По этому пути идет и обновление старых кодексов прошлого века, в частности готовящаяся уже несколько лет реформа обязательственного права Германского гражданского уложения. Нельзя признать обоснованными и предложения о создании Предпринимательского кодекса, базирующиеся на идее самостоятельного «предпринимательского» (а ранее - «хозяйственного») права. Такой закон не может иметь отраслевого характера (о чем говорит бесплодность попыток создания для него сколько-нибудь развитой и непротиворечивой Общей части), а сфера его предполагаемого применения, как и сфера «предпринимательского права», оказывается безбрежной и неопределенной, ибо касается большинства правовых отраслей (не говоря уже об отсутствии исторических прецедентов принятия такого рода законов).

1 См Единообразный торговый кодекс США // Серия «Современное зарубежное и международное частное право» М , 1996

2 Печальным памятником некомпетентности законодателя останется принятый в 1993 г Кодекс торгового оборота Республики Калмыкия, по сути представляющий собой бессистемный набор правил, заимствованных составителями из ЕТК США, Венской конвенции о международной купле-продаже и отечественных положений о поставках Расходясь к тому же с федеральной Конституцией, этот акт не может быть предметом серьезного рассмотрения

Невозможно поэтому и решение им задачи систематизации всего этого огромного массива разнородных законодательных актов. Реализация идеи создания такого необычного документа, как особый Предпринимательский кодекс, внесла бы лишь путаницу и недоразумения в систему законодательства о предпринимательстве, повсеместно так или иначе основанную на разделении частных и публичных начал 1. Следовательно, законодательство, регулирующее хозяйственную деятельность, может подвергаться систематизации в формах инкорпорации или консолидации, но не кодификации. Последняя, как правило, носит отраслевой характер (межотраслевая, комплексная кодификация применяется в отдельных, узких сферах хозяйственной деятельности, например в транспортной). Вместе с тем, представляя собой массив комплексных нормативных актов, такое законодательство может содержать и гражданско-правовые нормы и в этом смысле является одним из источников гражданского права.

4. Международные договоры

Речь идет прежде всего о различных многосторонних международных договорах (конвенциях), участницей которых является Россия (как в собственном качестве, так и в роли правопреемника Союза ССР). Как источник гражданского права международные договоры Российской Федерации имеют приоритет перед ее гражданским законодательством. В случае, когда такой международный договор предусматривает иные правила, нежели национальное гражданское законодательство, применению подлежат правила этого договора (ч. 4 ст. 15 Конституции РФ, абз. 2 п. 2 ст. 7 FK). При этом международные договоры применяются к гражданским правоотношениям непосредственно, если только из самого договора не следует необходимость издания для его применения внутригосударственного акта. Например, Конвенция ООН о договорах международной купли-продажи товаров 1980 г. (Венская конвенция) подлежит непосредственному применению в качестве российского права (однако не к отношениям российских субъектов, а к тем ситуациям, на которые она распространяется в соответствии со своей сферой действия, обозначенной в ст. 1, т. е. к тем случаям, когда к договорам международной купли-продажи подлежит применению российское право).

1 Подробнее об этом см ДозорцевВ А Один кодекс или два (нужен ли Хозяйственный кодекс наряду с Гражданским7) // Правовые проблемы рыночной экономики в Российской Федерации Труды Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве РФ Вып 57 М,1994 Парижская конвенция по охране промышленной собственности 1883 г. установила, что условия подачи заявки и регистрации товарных знаков определяются национальным законодательством страны-участницы (ч. 1 ст. 6). В соответствии с этим в России принят специальный Закон от 23 сентября 1992 г. «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров» 1. Сказанное относится и к двусторонним международным договорам РФ, которые тоже могут быть источниками гражданского права (например, договоры о взаимной защите иностранных инвестиций). Что касается общепризнанных принципов и норм международного права, то они, как и общие принципы гражданского права, определяют содержание и применение соответствующих гражданско-правовых норм. Их примером может служить принцип запрета ухудшения правового положения (дискриминации) иностранных граждан или юридических лиц по сравнению с национальными субъектами права.

5. Обычаи имущественного оборота

Российское гражданское право придает значение источника права обычаям, сложившимся в сфере обязательственных отношений. При исполнении договорных и иных обязательств их стороны обязаны руководствоваться «обычно предъявляемыми требованиями» при отсутствии специальных требований законодательства или условий обязательства (ст. 309 ГК). Такого рода «обычные требования» по существу и представляют собой обычаи имущественного оборота, т. е. сложившиеся в нем в силу неоднократного единообразного применения общепринятые правила поведения, не выраженные прямо ни в законе (нормативном акте), ни в договоре сторон, но не противоречащие им. Обычаи, таким образом, действуют в случаях отсутствия прямых предписаний в нормативном акте или в договоре. Обычай должен быть сложившимся, т. е. достаточно определенным в своем содержании и широко применяемым в имущественном, прежде всего в предпринимательском, обороте (например, традиции исполнения тех или иных договорных обязательств). Закон иногда придает юридическое значение и иным обычаям, сложившимся, например, в сфере вещных отношений (ст. 221 ГК).

1 СЗ РФ 1992. № 42. Ст. 2322 Обычаи традиционно отличаются от обыкновений. При таком подходе под правовым обычаем понимают фактически сложившееся и признаваемое законом общее правило, не выраженное в нормативном акте, но подлежащее применению, если иное прямо не установлено законом или соглашением сторон. По существу, обычай рассматривается здесь в качестве своеобразной диспозитив-ной (восполнительной) нормы права («обычное право»). В отличие от этого обыкновение - такое сложившееся правило, которым прямо согласились руководствоваться стороны договора и только потому оно приобрело юридическое значение. Иначе говоря, оно представляет собой подразумеваемое условие договора (соглашения партнеров). Если такого условия в договоре нет (или намерение сторон руководствоваться им не доказано), обыкновение не учитывается как обязательное правило и при отсутствии специальных указаний законодательства или договора 1. В основе обыкновений также могут лежать общепризнанные обычаи. В современной международной торговле широко используются правила, содержащиеся в разработанных парижской Международной торговой палатой (МТП) сборниках международных торговых обыкновений («Правилах толкования международных торговых терминов Инкотермс» в редакции 1990 г., «Унифицированных правилах и обычаях для документарных аккредитивов» в редакции 1993 г. и др.). Все они представляют собой неофициальную систематизацию таких обыкновений, приобретающих юридическое значение лишь для конкретного договора в случае ссылки на них контрагентов. От обыкновений отличается «заведенный порядок». Он представляет собой практику взаимоотношений сторон конкретного договора, сложившуюся между ними в предшествующих взаимосвязях, и хотя прямо и не закрепленную где-либо, но додразумева-емую в силу отсутствия каких-либо возражений по этому поводу. Такой порядок (сложившаяся практика взаимоотношений) совсем не обязательно составляет какой-либо обычай или обыкновение имущественного оборота. По сути, он также отражает подразумеваемые сторонами условия конкретного договора, а потому отменяет в соответствующей части действие как диспозитивного правила закона, так и обычая.

1 См.: Венская конвенция о договорах международной купли-продажи товаров. Комментарий. М, 1994. С 34.

Однако ни обыкновения, ни заведенный порядок, как и условия конкретных договоров, не являются источниками права, т. е. формой выражения общеобязательных правовых норм. Этим они принципиально отличаются от обычаев, хотя по своей юридической силе в некоторых ситуациях, как показано выше, и превосходят их. Различие понятий обычая, обыкновения и заведенного порядка (практики взаимоотношений сторон) учитывается и в законодательстве об имущественном обороте. Так, Венская конвенция содержит в ч. 1 ст. 9 правило о том, что стороны договора «связаны любым обычаем, относительно которого они договорились, и практикой, которую они установили в своих взаимных отношениях». Изложенное ранее позволяет сказать, что под «обычаем» здесь имеется в виду обыкновение, а под «практикой» - заведенный порядок. Согласно же ч. 2 ст. 9 указанной Конвенции «при отсутствии договоренности об ином считается, что стороны подразумевали применение к их договору или его заключению обычая, о котором они знали или должны были знать и который в международной торговле широко известен и постоянно соблюдается сторонами в договорах данного рода в соответствующей области торговли». Очевидно, что в данном случае Конвенция имеет в виду классический торговый обычай и даже дает его определение. Российское гражданское право различает обычаи и «практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон» договора (т. е. заведенный порядок), в частности обоснованно отдавая последнему предпочтение перед обычаем при толковании условий договора судом (ч. 2 ст. 431 ГК). Но значение источника гражданского права наш закон придает только обычаю. Вместе с тем из числа обычаев («обычно предъявляемых требований») у нас особо выделяются обычаи делового оборота (ст. 5 и 309 ГК). Они представляют собой обычаи, сложившиеся и широко применяемые в сфере предпринимательской деятельности, т. е. торговые обычаи в их классическом, традиционном понимании. Лишь такие обычаи по прямому указанию гражданского закона применяются, по существу в качестве правовой нормы, к регулируемым им отношениям (при наличии условий, предусмотренных п. 1 ст. 6 и п. 5 ст. 421 ГК), а также должны учитываться при толковании судом условий договора (ч. 2 ст. 431 ГК). Законодатель, очевидно, рассчитывал на то, что по мере развития профессионального (предпринимательского) оборота в условиях действия принципа свободы договора роль торговых обычаев будет возрастать. При этом обычаи делового оборота не применяются, если они противоречат обязательным (императивным) или восполнитель-ным (диспозитивным) положениям законодательства либо условиям договора (п. 2 ст. 5, п. 5 ст. 421 ГК). В своей юридической силе они, таким образом, уступают как норме права, так и заведенному порядку (практике взаимоотношений сторон) 1. Торговые и портовые обычаи, принятые в Российской Федерации, свидетельствует Торгово-промышленная палата РФ.

§ 2. Состав гражданского законодательства

1. Система нормативных актов гражданского права

Гражданско-правовые нормативные акты, традиционно охватываемые понятием гражданского законодательства, составляют определенную систему, построенную по иерархическому принципу. Содержание этой системы предопределено нормами Конституции, которая имеет высшую юридическую силу в отношении любых законов и других нормативных актов (и возглавляет всю систему действующего законодательства). Прежде всего необходимо отметить, что в состав этой системы теперь могут входить лишь акты федеральных государственных органов, поскольку в соответствии с п. «о» ст. 71 Конституции РФ гражданское законодательство составляет предмет исключительной федеральной компетенции. Никакие акты, содержащие нормы гражданского права, не вправе принимать ни органы субъектов Федерации, ни иные государственные органы или органы местного самоуправления. Если такие акты были приняты до момента введения в действие части первой нового Гражданского кодекса (1 января 1995 г.), они сохраняют силу лишь в части, не противоречащей ему.

1 Как отмечал Г. Ф. Шершеневич, обычное право «имеет такую же силу, как и закон - "повальный обычай, что царский указ". Только действие обычного права начинается там, где молчит закон. ...Обычное право не выдерживает при сопоставлении с нормами законодательными, как имеющими повелительный характер, так равно и с теми, которые имеют только восполнительное значение. Сила заведенного порядка иная - он только восполняет волю контрагентов .. Поэтому заведенный порядок, как и договор, несомненно, устраняет применение восполнительного закона, который и рассчитан на его отсутствие» (Шершеневич Г. Ф Учебник русского гражданского права (по изданию 1907 г.). С. 39).

Вместе с тем следует учитывать, что нормы гражданского права могут содержаться и в актах некоторых других отраслей законодательства, отнесенных к совместному ведению Федерации и ее субъектов (п. «к» ч. 1 ст. 72 Конституции РФ). К их числу относится, например, жилищное законодательство, которое состоит из комплексных нормативных актов, содержащих нормы как гражданского, так и административного права (таков, в частности, Жилищный кодекс). Указанные акты могут, следовательно, приниматься и субъектами Федерации, но не могут противоречить нормам федеральных законов (ч. 2 и 5 ст. 76 Конституции РФ). По своей юридической силе гражданско-правовые акты распределяются на три группы:

обладающие высшей юридической силой федеральные законы - нормативные акты, принятые Государственной Думой РФ;

носящие подзаконный характер указы Президента РФ и постановления федерального Правительства;

нормативные правовые акты иных федеральных органов исполнительной власти (министерств и ведомств).

Составляющие первую группу актов законы возглавляются Гражданским кодексом и охватываются понятием гражданское законодательство (п. 2 ст. 3 ГК). Иначе говоря, действующий закон придает этому термину весьма узкое значение (считая, в частности, что акты исполнительной власти не могут включаться в категорию законодательства, поскольку данная ветвь власти лишена права законодательствовать). Президентские указы и постановления федерального Правительства охватываются понятием иные правовые акты (ч. 1 ст. 15 Конституции РФ и п. 3-6 ст. 3 ГК). Наконец, акты федеральных министерств и ведомств составляют понятие нормативные правовые акты федеральных органов исполнительной власти. Данная терминология, последовательно проведенная в нормах ГК, несколько отличается от традиционно используемой в теории. Она, однако, избрана не случайно. С ее помощью не только подчеркивается различие в юридической силе гражданско-правовых актов, но и устанавливаются ограничения подзаконного нормо-творчества в сфере гражданского права. Если при формулировке конкретного правила в ГК допускается возможность его конкретизации или установления иного решения «законодательством» (либо «законом»), это означает, что такая конкретизация или иное решение не могут устанавливаться никакими актами исполнительной власти. Если же Кодекс предусматривает возможность установления отличных от его правил предписаний «иными правовыми актами» (ср., например, ст. 136 ГК), то по этим вопросам возможно принятие президентского указа или правительственного постановления, но не ведомственного нормативного акта. При отсутствии же таких указаний нормы Кодекса или иного федерального гражданско-правового закона вообще не подлежат конкретизации и тем более изменениям, ибо законодатель счел соответствующую регламентацию исчерпывающей. Ведь согласно п. 4 ст. 3 ГК даже постановления федерального Правительства, содержащие нормы гражданского права, могут приниматься им лишь на основании и во исполнение федеральных законов или президентских указов, т. е. основываться на актах более высокого уровня. Только указы Президента РФ, касающиеся гражданско-правовых отношений, могут приниматься по вопросам, прямо не урегулированным федеральными законами, но лишь при отсутствии специальных указаний законодательства на то, что данный вопрос может быть урегулирован исключительно законом и в соответствии с ним (п. 3 ст. 3 ГК). Строгое соблюдение изложенных правил призвано сделать гражданское законодательство четкой и непротиворечивой системой, избавив его от многочисленных неувязок, пробелов и противоречий, которыми изобилует действующий правопорядок. С этой целью предусмотрен, в частности, запрет применения судом противоречащего закону акта государственного органа (ст. 12 ГК), т. е. акта исполнительной власти.

2. Гражданский кодекс

Центральным, стержневым актом гражданского законодательства России является Гражданский кодекс. Этим положением он обязан не только общему характеру содержащихся в нем правил, но и требованию о том, чтобы все иные гражданские законы, а также законы, содержащие нормы гражданского права, хотя бы и принятые после введения в действие Гражданского кодекса, соответствовали его предписаниям (п. 2 ст. 3). Следовательно, при коллизии норм ГК и других федеральных гражданских законов необходимо руководствоваться правилами Кодекса 1.

1 Следует согласиться с мнением М. И. Брагинского о том, что ГК по отношению к любым другим федеральным законам занимает положение «первого среди равных» (Комментарий части первой Гражданского кодекса Российской Федерации для предпринимателей С 32). В этом смысле ГК иногда условно называют «экономической конституцией» Такое положение отнюдь не означает ограничений законодателю в установлении новых правовых норм в данной сфере, ибо оно должно поддерживаться путем внесения необходимых изменений в ГК одновременно с принятием новых законов

Новый Гражданский кодекс принимается частями. Первая часть Кодекса была принята Государственной Думой 21 октября 1994 г. и введена в действие с 1 января 1995 г. (за исключением гл. 4 «Юридические лица», вступившей в силу со дня официального опубликования части первой ГК РФ - 8 декабря 1994 г., а также гл. 17, посвященной вещным правам на земельные участки, правила которой должны вступать в силу одновременно с введением в действие нового Земельного кодекса) 1. В своих трех разделах она охватывает общие положения (Общую часть) гражданского права, правила о вещных правах и Общую часть обязательственного права. Вторая часть Кодекса принята Государственной Думой 22 декабря 1995 г. и введена в действие с 1 марта 1996 г. 2 Она включает один, самый большой по объему раздел, посвященный отдельным видам обязательств (договорных и внедоговорных). Третья, завершающая часть Кодекса, пока не принятая законодателем, будет содержать три раздела, посвященные соответственно наследственному праву, исключительным правам и международному частному праву 3. До введения в действие третьей части нового ГК сохраняют силу соответствующие разделы кодифицированных актов гражданского законодательства, принятых ранее, - Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик 1991 г. (разделы о наследственном и международном частном праве) и ГК РСФСР 1964 г. (аналогичные разделы в части, не противоречащей соответствующим нормам Основ). Разумеется, и эти их нормы действуют лишь в части, соответствующей ГК РФ и другим новым российским законам. Исключительные права (отношения «интеллектуальной» и «промышленной собственности») регулируются отдельными законами РФ 4.

1 СЗ РФ. 1994. № 32. Ст. 3301; 1996. № 9. Ст. 773; № 34. Ст. 4026.

2 СЗ РФ. 1996. № 5. Ст. 410; № 34. Ст. 4025; 1997. № 43. Ст. 4903.

3 Принятие частями такого крупного закона, как Гражданский кодекс (а по своему объему это самый большой закон из числа принятых в России после 1917 г.), известно как отечественной, так и зарубежной законотворческой практике. В частности, до Октябрьской революции в Государственную Думу была внесена лишь одна книга Гражданского уложения - «Об обязательствах» (регламентировавшая, кстати, в единстве как гражданские, так и торговые отношения, но, к сожалению, так и не принятая в окончательном виде). Один из наиболее современных гражданских кодексов высокоразвитых стран - ГК Нидерландов принимается частями (книгами) на протяжении ряда последних десятилетий и до сих пор не завершен.

4 См.: Закон РФ от 9 июля 1993 г. «Об авторском праве и смежных правах» и Патентный закон РФ от 23 сентября 1992 г. (ВВС РФ. 1993. № 32. Ст. 1242; 1992. № 42. Ст. 2319), а также иные законодательные акты в сб.: Права на результаты интеллектуальной деятельности. Авторское право. Патентное право. Другие исключительные права. Сборник нормативных актов /Сост. В. А. Дозорцев. М., 1994.

Гражданский кодекс РФ является третьим по счету в российской истории. Первый Гражданский кодекс был принят в 1922 г. в период нэпа и знаменовал собой окончательное признание новой властью имущественного (товарно-денежного) оборота. Он учитывал многие положения дореволюционного проекта Гражданского уложения, хотя, разумеется, прежде всего закреплял экономические основы нового строя. В 1961-1964 гг. была осуществлена вторая кодификация гражданского законодательства. Она выразилась в принятии общесоюзных Основ гражданского законодательства 1961 г. и в разработанных на их базе (а потому в значительной мере дублировавших друг друга) республиканских гражданских кодексах (ГК РСФСР был принят одним из последних, в 1964 г.). Эта кодификация в полной мере отражала характер огосударствленной, плановой экономики и другие особенности тогдашнего общественного строя. Переход к рыночной организации экономики потребовал и реформирования ее законодательного оформления. Первым актом нового, «рыночного» законодательства, в едином комплексе охватившим весь предмет гражданско-правового регулирования (и, по сути, предназначенным играть роль кодекса), стали Основы гражданского законодательства Союза ССР и республик 1991 г. В связи с распадом Союза ССР они не вступили в действие и были специально ратифицированы Российской Федерацией лишь в 1993 г. (в части, не противоречащей новым российским законам). Основную же роль в реформировании имущественных отношений в России должны были сыграть ее собственные законы и президентские указы. Нередко они содержали взаимные (и даже внутренние) противоречия и, как правило, отличались низким уровнем юридической проработки. Созданный ими беспорядок в организации имущественного оборота сделал особенно насущной задачу новой гражданско-правовой кодификации, которая и решается принятием Гражданского кодекса 1. И с этой точки зрения основополагающее место ГК в системе источников гражданского права приобретает принципиальное значение.

3. Иные федеральные законы (гражданское законодательство)

Предмет гражданского права составляют столь многообразные и сложные отношения, что все они с необходимой мерой детализации не могут быть урегулированы даже таким крупным, объемным законом, как Гражданский кодекс.

1 Подробнее об этом см.: Суханов Е. А. Развитие гражданского законодательства России при переходе к рынку // Гражданское право России при переходе к рынку. М, 1995. С. 25-30.

Для этого необходимы многие другие законы, развивающие и конкретизирующие его правила и институты. Новый ГК прямо предусмотрел в ряде своих норм необходимость принятия нескольких десятков таких законодательных актов, как бы закрепив тем самым основную структуру всей отрасли гражданского законодательства. Часть из этих законов, главным образом о статусе отдельных юридических лиц, уже принята, а часть находится в стадии разработки и обсуждения законодателем. Следует иметь в виду, что при наличии прямого указания в ГК иной федеральный закон может урегулировать соответствующее отношение иначе, чем предусмотрено Кодексом. Кодекс существенно повысил роль законов в регулировании имущественных отношений, установив в своих нормах прямые отсылки к конкретным законам. Тем самым, во-первых, исключено, по крайней мере на будущее время, регулирование соответствующих отношений подзаконными актами; во-вторых, сфера прямой законодательной регламентации теперь существенно расширена; в-третьих, предусмотрено создание системы согласованных конкретных законов, опирающихся на единую законодательную базу, к принятию которых обязан сам законодатель. По мере реализации этих положений гражданское законодательство приобретает все более отчетливые черты единой кодифицированной системы. К сожалению, отечественный законодатель не всегда последовательно учитывает и реализует собственные намерения. Кроме того, нормы и даже институты гражданского права, как уже отмечалось, часто формулируются им в комплексных законах, нередко не вполне соответствующих общим положениям гражданского права (например, в законах о ценных бумагах, банковской деятельности и т. д.). Для устранения негативных последствий такой ситуации, ведущей к появлению противоречий в законодательстве, должны использоваться правила п. 2 ст. 3 ГК. Следует также иметь в виду, что до принятия специальных новых законов на российской территории продолжают действовать ранее принятые нормативные акты, имеющие силу законов в соответствии с действовавшим в момент их принятия законодательством. Прежде всего, к ним относятся соответствующие акты, принятые высшими органами государственной (законодательной) власти Российской Федерации в период с 12 июня 1990 г. до 1 января 1995 г. В основном это законы и иные нормативные акты бывшего Верховного Совета РСФСР, а затем - Российской Федерации, а также нормативные акты некоторых других высших государственных органов 1. Так, принятые в 1992 г. законы о страховании и о залоге пока сохранили силу, но лишь в части, не противоречащей нормам ГК (в частности, некоторые положения об организации страхового дела и о залоге прав). По тем же причинам сохраняют силу и некоторые законы бывшего Союза ССР и РСФСР, в том числе принятые до указанного времени. В частности, это уже упомянутые отдельные разделы Основ гражданского законодательства 1991 г. и ГК РСФСР 1964 г., а также имеющий силу закона Кодекс торгового мореплавания 1968 г., содержащий много гражданско-правовых норм 2.

4. Иные правовые акты

Входящие в эту группу нормативные акты имеют подзаконный характер. Тем не менее при наличии прямого указания в ГК (или в ином федеральном законе) соответствующее отношение может быть урегулировано ими иначе, чем это предусмотрено в правилах Кодекса или другого закона. Наибольшей юридической силой среди подзаконных нормативных актов обладают президентские указы. В сфере, прямо не урегулированной нормами закона, правила указов у нас, по сути, имеют такое же значение, что и закон (разумеется, если они не содержат прямых противоречий ему). 1 Указом Президента РФ от 24 декабря 1993 г. № 2288 были признаны «не действующими и не подлежащими применению», в частности, ряд правил ст. 3,7 и 11 Закона о приватизации государственных и муниципальных предприятий (ВВС РСФСР. 1991. № 27. Ст. 927) и ст. 36 Закона об иностранных инвестициях (САПП РФ. 1993. № 52. Ст. 5086). Фактически этот Указ, как и некоторые другие, имел силу закона.

2 Нормативной базой для этого служат правила ст. 3 и 4 Федерального закона от 21 октября 1994 г. «О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» и ст. 2 и 4 Федерального закона от 22 декабря 1995 г. «О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации» (СЗ РФ. 1994. № 32. Ст. 3302; 1996. № 5. Ст. 411).

В соответствии с постановлением Съезда народных депутатов РСФСР от 1 ноября 1991 г. «О правовом обеспечении экономической реформы» проекты президентских указов, издаваемые «в целях оперативного регулирования хода экономической реформы и находящиеся в противоречии с действующими законами», представлялись на утверждение в парламент и в случае их неотклонения в семидневный срок вступали в силу 1, т. е. тем самым приобретали силу большую, чем закон. Этот порядок действовал в 1991- 1992 гг. и в настоящее время уже не используется. В случае противоречия президентского указа закону теперь применяется закон как акт высшей юридической силы (п. 5 ст. 3 ГК). Многие указы Президента РФ по вопросам экономического развития содержат гражданско-правовые нормы. Те из них, которые были изданы до принятия ГК или предусмотренных им законов и содержат противоречащие им правила, теперь могут применяться лишь в части, соответствующей предписаниям Кодекса. Президентские указы, изданные по вопросам, которые согласно ГК могут теперь регулироваться только законами, сохраняют действие до принятия соответствующих законов. Правительственные постановления, содержащие нормы гражданского права, должны не только соответствовать ГК, другим федеральным законам и президентским указам, но и могут теперь приниматься лишь «на основании и во исполнение» перечисленных актов более высокой силы (п. 4 ст. 3 ГК). При несоблюдении этого ограничения они не подлежат применению (п. 5 ст. 3 ГК). Речь при этом идет лишь о тех правительственных постановлениях, которые имеют гражданско-правовое значение. В сфере хозяйственной деятельности федеральное правительство принимает большое количество нормативных актов, главным образом комплексного характера, содержащих нормы гражданского права. Ряд правительственных постановлений принят по вопросам, которые согласно ГК могут регулироваться только законами. В этом случае они, как и президентские указы, сохраняют силу до принятия соответствующего закона и в части, не противоречащей Кодексу. Здесь также сохраняется действие некоторых постановлений Правительства СССР, принятых по вопросам, пока прямо не урегулированным российскими законами или иными правовыми актами. Примером такого акта может служить Устав внутреннего водного транспорта 1955 г. Названные постановления действуют на том же основании и с теми же ограничениями, что и сохраняющие силу союзные законы, т. е. до принятия соответствующих российских актов и в части, не противоречащей российским законам и иным правовым актам.

1 Сборник постановлений Пятого (внеочередного) Съезда народных депутатов РСФСР. 10-17 июля, 28 октября - 2 ноября 1991 г. М., 1991 С. 44-45.

5. Нормативные правовые акты федеральных органов исполнительной власти

Нормативные акты федеральных министерств и ведомств в сфере гражданского права формально обладают наименьшей юридической силой. Более того, само их принятие здесь обусловлено наличием прямого указания на такую возможность в акте более высокого уровня - законе, либо президентском указе, или правительственном постановлении (п. 7 ст. 3 ГК), одновременно определяющем и пределы ведомственного нормотворчества. Это связано с постоянными, не прекращающимися попытками многих министерств и ведомств исказить в принимаемых ими правилах содержание закона в угоду ведомственным интересам. Поэтому все ведомственные нормативные акты, касающиеся прав, свобод и обязанностей граждан, а также все аналогичные акты межведомственного характера подлежат обязательной государственной регистрации в Министерстве юстиции РФ (в ходе которой осуществляется контроль за законностью их содержания) 1. Не подлежат государственной регистрации лишь нормативные акты Федеральной комиссии по рынку ценных бумаг (аналогичная возможность была ей предоставлена и ранее в качестве Федеральной комиссии по ценным бумагам и фондовому рынку). В результате подавляющее большинство актов данного ведомства имеет прямые противоречия с Гражданским кодексом или другими законами. Законом предусмотрена также обязанность возмещения убытков, причиненных гражданам или юридическим лицам в результате издания ведомственного акта, не соответствующего закону или иному правовому акту (ст. 16 ГК). Все эти меры призваны содействовать установлению должного порядка в ведомственном нор-мотворчестве. В сфере гражданского права сохраняют силу некоторые нормативные акты министерств и ведомств бывшего Союза ССР (в частности, Госбанка СССР, транспортных министерств и др.).

1 См. п. 8 Указа Президента РФ от 23 мая 1996 г. № 763 (СЗ РФ. 1996. № 22. Ст. 2663) Указанный порядок применялся и ранее в соответствии с Указом Президента РФ от 21 января 1993 г. № 104 (САПП РФ. 1993. № 31. Ст. 2858). Согласно Правилам подготовки нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти и их государственной регистрации, утвержденным постановлением Правительства РФ от 13 августа 1997 г. № 1009 (СЗ РФ. 1997. № 33. Ст. 3895), такие акты могут издаваться лишь в форме постановлений, приказов, распоряжений, правил, инструкций и положений (но не в виде писем и телеграмм)

Их действие ограничено теми же пределами и условиями, что и действие иных общесоюзных актов: отсутствие регламентации в российских нормативных актах и соответствие действующему законодательству и иным правовым актам (в том числе общесоюзным актам более высокого уровня, сохраняющим юридическую силу).

§ 3. Действие гражданского законодательства

1. Официальное опубликование и вступление нормативного акта в силу

Регулирование отношений, входящих в предмет гражданского права, осуществляется действующими гражданско-правовыми нормативными актами. Как показала многолетняя практика, эти акты, особенно подзаконного характера, отличаются нестабильностью, объективно отражая высокий динамизм самих имущественных и неимущественных отношений. В условиях социально-экономических преобразований нестабильными становятся даже гражданские законы. Это придает особое значение точному определению моментов вступления соответствующего нормативного акта в силу и прекращения его действия, а также установлению действующей официальной редакции его текста. Нормативные акты, содержащие нормы гражданского права, подлежат обязательному официальному опубликованию. Такое опубликование важно и для определения момента вступления соответствующего акта в силу, и для ознакомления с содержанием его правил всеми участниками правоотношений. Кроме того, официальное опубликование содержит и официальный (общеобязательный, общепринятый) текст такого акта, которым и надлежит руководствоваться. В соответствии с ч. 1 ст. 105 Конституции РФ федеральные законы принимаются Государственной Думой. Поэтому они считаются принятыми с момента их принятия Государственной Думой в окончательной редакции (а не с момента одобрения Советом Федерации или подписания Президентом РФ). В течение 7 дней после подписания закона Президентом РФ акт подлежит официальному опубликованию в «Российской газете» или в «Собрании законодательства Российской Федерации». По истечении 10 дней после дня первой публикации полного текста закона он вступает в силу, если иной порядок не предусмотрен в самом законе. Официальной считается, таким образом, первая публикация полного текста закона в «Российской газете» или в «Собрании законодательства Российской Федерации» 1. В некоторых законах прямо устанавливается иной порядок вступления их в силу. Он может быть связан с необходимостью немедленного введения в действие нового закона, но может предусматривать и более поздний по сравнению с общепринятым срок, связанный с необходимостью подготовки участников правоотношений к применению нового закона. При принятии кодекса или иного крупного закона, вносящего значительные изменения в законодательство, иногда принимается специальный закон о порядке введения в действие основного закона («вводный закон»). Международные договоры, в которых участвует Российская Федерация, обычно вводятся в действие путем принятия законов об их ратификации (и официально публикуются вместе с этими законами). Иные правовые акты (президентские указы и правительственные постановления) также подлежат обязательной официальной публикации (за исключением актов или их отдельных положений, содержащих сведения, которые составляют государственную тайну или носят конфиденциальный характер) в «Российской газете» или в «Собрании законодательства Российской Федерации» в течение 10 дней после дня подписания. Указы Президента РФ вступают в силу в течение 7 дней после дня их первого официального опубликования либо со дня их подписания. Постановления федерального Правительства, затрагивающие права, свободы и обязанности граждан, вступают в силу по истечении 7 дней после дня их первого официального опубликования, а иные - со дня их подписания. Однако как в указах, так и в правительственных постановлениях может предусматриваться и иной порядок вступления их в силу 2. Необходимо учитывать, что до 1994 г. Законы РСФСР, а затем Российской Федерации официально публиковались в «Ведомостях Верховного Совета РСФСР» («Ведомостях Съезда народных депутатов РСФСР и Верховного Совета РСФСР», «Ведомостях Съезда народных депутатов РФ и Верховного Совета РФ»), а также в «Российской газете».

1 См Федеральный закон от 14 июня 1994 г «О порядке опубликования и вступления в силу федеральных конституционных законов, федеральных законов, актов палат Федерального Собрания» //СЗ РФ 1994 № 8 Ст 801

2 См Указ Президента РФ от 23 мая 1996 г № 763 «О порядке опубликования и вступления в силу актов Президента Российской Федерации, Правительства Российской Федерации и нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти»

Указы Президента РФ в данный период официально публиковались сначала в названных «Ведомостях», а в 1992-1993 гг. - в «Собрании актов Президента и Правительства РФ» и также в «Российской газете». Правительственные постановления в это время официально публиковались в «Собрании постановлений Правительства РСФСР» (СП РСФСР), затем - в указанном «Собрании актов». В связи с сохранением действия на российской территории ряда актов бывшего Союза ССР (или их отдельных разделов и норм) возникает необходимость использовать их официальный текст, а также определить момент вступления их в силу. Следует иметь в виду, что официальная публикация законов Союза ССР и актов, имеющих силу закона, проводилась в «Ведомостях Верховного Совета СССР» (или «Ведомостях Съезда народных депутатов СССР и Верховного Совета СССР»), а также в газете «Известия»; постановлений Совета Министров СССР - в «Собрании постановлений Правительства СССР» (СП СССР); актов министерств и ведомств СССР - в «Бюллетене нормативных актов министерств и ведомств СССР». Нормативные правовые акты федеральных органов исполнительной власти, как уже отмечалось, подлежат не только официальному опубликованию, но во многих случаях и особой государственной регистрации. Затем в срок не позднее 10 дней после дня регистрации они должны быть опубликованы в газете «Российские вести» (либо также в «Бюллетене нормативных актов федеральных органов исполнительной власти»). Официальному опубликованию не подлежат только те ведомственные акты или их отдельные положения, которые содержат сведения, составляющие государственную тайну или имеющие конфиденциальный характер. Лишь после такого опубликования они вступают в силу. Акты, не прошедшие государственную регистрацию либо зарегистрированные, но не опубликованные в указанном порядке, не влекут правовых последствий как не вступившие в силу. На них также нельзя ссылаться при разрешении гражданско-правовых споров. Таким образом, в гражданских правоотношениях должна быть исключена возможность применения неопубликованных или противоречащих закону ведомственных нормативных актов. Акты гражданского законодательства обычно прекращают свое действие и теряют юридическую силу либо в результате их непосредственной отмены вновь принятыми актами, либо при наступлении прямо указанного в них обстоятельства (как правило, при- нятия нового акта, причем более высокого уровня, что характерно для подзаконных нормативных актов). Для многих законов последнего времени, к сожалению, характерным стало отсутствие правил об отмене или изменении ранее действовавших норм. В этом случае следует исходить из того, что вновь принятый нормативный акт по общему правилу погашает полностью или в соответствующей части действие ранее принятого по этому же поводу акта такой же или более низкой юридической силы (например, правила нового закона парализуют действие соответствующих правил ранее принятых законов и подзаконных актов). Законом, однако, может быть установлено и иное положение. В частности, правило о необходимости соответствия ГК РФ гражданско-правовых норм, содержащихся в других законах (п. 2 ст. 3), указывает на необходимость руководствоваться нормами Кодекса даже при их коллизии нормам иных федеральных законов (если, разумеется, в Кодекс при этом не было внесено изменений, устраняющих такие коллизии) 1.

2. Действие гражданского законодательства во времени

Гражданско-правовые нормативные акты, будучи федеральными, вступают в силу одновременно на всей российской территории. При этом по общему правилу они не имеют обратной силы и применяются лишь к тем отношениям, которые возникли после введения акта в действие (п. 1 ст. 4 ГК). Это традиционное для всякого развитого правопорядка положение знает, однако, и ряд необходимых исключений. Прежде всего, сам гражданский закон может предусмотреть распространение своего действия и на отношения, возникшие до вступления его в силу. Так, Закон о введении в действие части второй ГК (ст. 12) распространил действие новых правил о возмещении вреда, причиненного жизни и здоровью гражданина (в том числе повышающих объем возмещения), на случаи причинения такого вреда, происшедшие за три года до вступления в силу соответствующих правил Кодекса (если указанный вред остался невозмещенным).

1 Так, Закон об образовании и в старой, и в новой редакции (СЗ РФ 1996. № 3 Ст. 150), определяя имущественно-правовое положение образовательных учреждений, устанавливает ряд правил, противоречащих общим положениям Гражданского кодекса (см., например, ст. 39, 41, 43, 44,47). На основании п. 2 ст. 3 ГК эта коллизия должна быть разрешена в пользу норм Кодекса с тем, чтобы все участники имущественного оборота имели единообразный статус.

Этот же Закон (ст. 11) распространил действие новых правил об охране прав и интересов вкладчиков на отношения, связанные с привлечением денежных средств во вклады, также возникшие до принятия второй части ГК (и сохранившиеся на момент введения его в действие). Едва ли, однако, можно безоговорочно согласиться с распространением данного положения на действие подзаконных актов. Представляется, что эти последние в принципе не должны содержать указаний о придании им обратной силы, если только такая возможность не основана на прямом указании закона. Другая ситуация связана с длящимся характером многих гражданских правоотношений. Если, например, закон изменил продолжительность давностного срока по какому-либо требованию, возникшему до введения его в действие, но предъявленному в суд после этого момента, то какой срок - старый или новый - должен в этом случае применяться (разумеется, при отсутствии специальных прямых указаний закона на этот счет)? В соответствии с общим правилом п. 2 ст. 4 ГК новый закон применяется также к правам и обязанностям, которые возникли хотя и после введения его в действие, но на основе существовавших до этого момента правоотношений. Следовательно, требование, предъявленное в суд после введения в действие нового закона, подпадает под действие новых давностных сроков, хотя его основой и служит ранее возникшее правоотношение 1. Особые правила предусмотрены для договоров, заключенных до введения в действие нового закона (устанавливающего в этом отношении обязательные, императивные предписания), но исполняемых после этого момента. С тем чтобы обеспечить точное, надлежащее исполнение взятых на себя сторонами договора обязательств, отражающее важнейший принцип договорного права, закон сохраняет здесь силу за условиями ранее заключенного договора (п. 2 ст. 4 и п. 2 ст. 422 ГК), несмотря на их противоречие новым императивным правилам. Тем самым, в сущности, как бы продлевается действие старого, ранее действовавшего законодательства, на котором основывались условия заключенных договоров. Конечно, в новом законе может быть прямо предусмотрено распространение его действия и на отношения, вытекающие из ранее заключенных договоров. Например, Закон о введении в действие части второй ГК РФ в ч. 1 ст. 8 распространил действие правил Кодекса об основаниях, последствиях и порядке расторжения договоров отдельных видов на все действующие договоры независимо от даты их заключения. В этом случае общее правило п. 2 ст. 422 ГК не применяется.

1 См ст 10 Закона о введении в действие части первой ГК РФ

3. Действие гражданского законодательства в пространстве и по кругу лиц

Как уже отмечалось, федеральный характер гражданского законодательства предопределяет его действие на всей российской территории. Ограничение территориального действия правил, регулирующих имущественный оборот, может вводиться лишь федеральным законом и только в случаях, когда это необходимо для обеспечения безопасности, защиты жизни и здоровья людей, охраны природы и культурных ценностей (абз. 2 п. 3 ст. 1 ГК). Правила гражданского законодательства распространяются на соответствующие отношения российских граждан, юридических лиц и публично-правовых образований. Вместе с тем они применяются также к гражданским правоотношениям с участием иностранцев, лиц без гражданства и иностранных юридических лиц, если иное не предусмотрено федеральным законом (абз. 4 п. 1 ст. 2 ГК). В частности, при известных условиях они могут применять-ся к договорам российских субъектов права с иностранными контрагентами. Условия и порядок такого применения регулируются нормами международного частного права (см. разд. VII Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик 1991 г. и разд. VIII ГК РСФСР 1964 г.). Федеральный закон сам может установить ограничения сферы своего применения определенным кругом лиц. Так, Федеральный закон «Об акционерных обществах» 1 до определенного им момента не распространяет действие ряда своих правил на акционерные общества, созданные в результате приватизации государственных и муниципальных предприятий (п. 5 ст. 1). Изложенные положения в целом применимы и к действию подзаконных нормативных актов, содержащих нормы гражданского права.

4. Применение гражданского законодательства по аналогии

Широта и сложность регулируемых гражданским правом отношений могут вызвать к жизни ситуации, прямо не урегулированные гражданско-правовыми нормами. Такой пробел, не восполняемый ни условиями заключенного договора, ни обычаями делового оборота, устраняется с помощью аналогии закона (п. 1 ст. 6 ГК).

1 СЗ РФ 1996 № 1 Ст 1

Аналогия закона выражается в том, что к соответствующим отношениям применяются нормы гражданского законодательства, регулирующего сходные отношения. Она допустима при наличии определенных условий. Во-первых, это существование пробела в законодательстве, не восполняемого с помощью предусмотренных законом средств, включая обычаи имущественного оборота. Во-вторых, наличие законодательного регулирования сходных отношений. Так, «трастовые операции» банков до принятия специальных правил о договоре доверительного управления имуществом фактически регулировались нормами о сходных договорах - поручения и комиссии, которые и применялись к «трастовым договорам» при отсутствии в них каких-либо необходимых условий. В-третьих, применение аналогичного закона к регулируемым отношениям должно не противоречить их существу. Нельзя, например, применять общие положения о сделках к большинству личных неимущественных отношений. Не является аналогией закона отсылка к регламентации сходных отношений, установленная законодательным порядком, например распространение правил о статусе обществ с ограниченной ответственностью на общества с дополнительной ответственностью (п. 3 ст. 95 ГК). Ведь здесь речь идет не о пробеле в законе, а об особом юридико-техническом приеме, способе регулирования. При отсутствии сходного правового регулирования для конкретного отношения может использоваться аналогия права (п. 2 ст. 6 ГК). Смысл ее состоит в определении прав и обязанностей сторон правоотношения на основе не конкретных правовых норм, а общих начал и смысла гражданского законодательства, а также требований добросовестности, разумности и справедливости. Под общими началами гражданского законодательства следует понимать основные принципы гражданско-правового регулирования, а под его смыслом - отраслевые особенности, определяемые спецификой предмета и метода гражданского права. Критерии добросовестности, разумности и справедливости обычно применяются в негативном смысле: имея в виду, что решение, соответствующее началам и смыслу гражданского законодательства, не должно быть вместе с тем «недобросовестным», «неразумным» или «несправедливым» 1.

1 См Комментарий части первой Гражданского кодекса Российской Федерации для предпринимателей С 40-41

Таким образом, аналогия права допустима при наличии пробела в законе, не восполнимого с помощью аналогии закона (т. е. при отсутствии нормы, регулирующей сходные отношения), а также с соблюдением названных выше критериев. При этом реальное применение аналогии права в судебной практике является крайне редким, исключительным случаем. Следует подчеркнуть, что правила об аналогии закона и аналогии права используются в гражданском праве только при применении законодательства в строгом смысле слова, т. е. федеральных законов. Они не могут распространяться на действие подзаконных нормативных актов, а имеющиеся в них пробелы не могут восполняться подобным образом.

5. Толкование гражданско-правовых норм

При применении конкретной нормы гражданского права необходимо четко уяснить ее смысл и содержание. Этому служат различные приемы (способы) толкования ее текста, помогающие устранить возникшие неясности в его понимании. К их числу относятся грамматическое, логическое, систематическое и историческое толкование. Данные способы толкования являются общими для норм любой отраслевой принадлежности, а потому подробно изучаются в курсе теории государства и права. При применении норм гражданского права к ним приходится прибегать наиболее часто в силу обширности и сложности содержания самого гражданского законодательства. Толкование гражданско-правовых норм может быть обязательным в случаях, когда его дает государственный орган, который либо сам принял соответствующий акт, либо имеет компетенцию по разъяснению содержания такого акта или актов (легальное толкование). Так, пленумы высших судебных органов вправе давать разъяснения по вопросам судебной практики, содержащие обязательное для судов толкование действующего законодательства. Поскольку легальное толкование обязательно, оно, по сути, создает новую норму права, причем действующую с обратной силой. Толкование закона, которое любой суд дает по конкретному делу, является обязательным лишь для данной ситуации и не имеет общеобязательного характера (ибо прецедент в отечественном правопорядке не является источником права). Толкование законодательства, которое содержится в учебной и научной литературе, в том числе в специальных комментариях к законам, является научным (доктринальным) и не имеет обязательной силы. Однако его авторитетность, основанная на проведенном научном анализе и знаниях авторов, может оказывать известное влияние на правотворческую и правоприменительную практику. Нередко различают также буквальное (называемое иногда аутентическим), ограничительное и расширительное толкование норм в зависимости от соотношения смысла и текста соответствующего правила. Подлинный смысл нормы в принципе должен совпадать с ее текстом, а при их расхождении предпочтение придется отдать тексту, а не намерениям законодателя. Уяснение смысла нормы путем «ограничительного» или «расширительного» толкования в действительности всегда сводится либо к логическому, либо к систематическому или иным известным способам толкования (или к их сочетанию). Потому выделение названных выше способов толкования представляется не вполне обоснованным.

Дополнительная литература

Брагинский М. И. Общие положения нового Гражданского кодекса // Хозяйство и право. 1995. № 1; Комментарий части первой Гражданского кодекса Российской Федерации для предпринимателей. М., 1995 (гл. 1); Суханов Е. А. Развитие гражданского законодательства России при переходе к рынку // Гражданское право при переходе к рынку. М., 1995; Яковлев В. Ф. О Гражданском кодексе Российской Федерации // ВВАСРФ. 1995. № 1; Яковлев В. Ф. О некоторых вопросах применения части первой Гражданского кодекса Российской Федерации арбитражными судами // ВВАС РФ. 1995. № 5.

Раздел II. Гражданское правоотношение

5. Понятие, содержание и виды гражданских правоотношений

§ 1. Понятие гражданского правоотношения

1. Понятие и элементы гражданского правоотношения

Правоотношения - идеологические надстроечные отношения, являющиеся особым видом социальных связей субъектов, возникающих и существующих на основе правовых норм. Проиллюстрируем сказанное на примере. В гражданском законодательстве закреплен широкий круг правовых норм, направленных на урегулирование отношений, возникающих вследствие причинения имущественного вреда одним лицом другому. Любому субъекту при нормальном течении событий обязанности причинителя имущественного вреда по его полному возмещению, по порядку, способам и формам возмещения вреда, право потерпевшего требовать возмещения причиненного вреда и т. п., сформулированные в вышеуказанных нормах права, представляются абстрактно-возможными. Но если субъекту в результате противоправных действий другого субъекта наносится имущественный вред и он становится потерпевшим, то абстрактно-возможное право требования полного возмещения вреда превращается в лично ему принадлежащее конкретное право, а для причинителя вреда абстрактно-возможная обязанность возместить причиненный вред трансформируется в его личную обязанность. Потерпевший и причинитель вреда оказываются связанными друг с другом возникшими у них правами и обязанностями. Между ними устанавливается юридическая связь - правоотношение. Содержание этой связи составляют их права и обязанности, именуемые в теории права субъективными. Термин «субъективное» используется для характеристики прав и обязанностей как элементов содержания правоотношения не в философском аспекте, а в прикладном, исключительно с целью показа принадлежности данных прав и обязанностей строго определенным субъектам правоотношения. Из изложенного следует, что правоотношение - связь субъектов урегулированного правом общественного отношения, выражающаяся в наличии у них субъективных прав и обязанностей1. Однако такое определение лишь вскрывает сущность правоотношений. Для полной характеристики любого правоотношения необходимо: а)        установить основания его возникновения, изменения и прекращения; б)        определить его субъектный состав; в)        выявить его содержание и структуру данного содержания; г)        показать, что является его объектом. Основания возникновения, изменения и прекращения правоотношения называются юридическими фактами. Юридические факты - жизненные обстоятельства, с которыми закон связывает возникновение, изменение или прекращение правоотношения. (В нашем примере юридическим фактом выступает неправомерное причинение вреда, так называемый деликт.) Юридические факты весьма разнообразны и классифицируются по различным признакам (подробнее об этом см. § 1 гл. 10 настоящего учебника). Субъектный состав правоотношения - совокупность лиц, участвующих в данном правоотношении. В правоотношении во всех случаях участвуют не менее двух субъектов - управомоченный и обязанный. Содержание правоотношения составляют субъективные права и обязанности его субъектов. Структура содержания правоотношения - это способ взаимосвязи субъективных прав и обязанностей, составляющих содержание правоотношения. Структура содержания правоотношений может быть простой и сложной. Объектом правоотношения является то, по поводу чего возникает и осуществляется деятельность его субъектов2.

1 Приведенное определение - одно из многих определений понятия правоотношения. В литературе превалирует определение правоотношения как общественного отношения, урегулированного нормой права. О достоинствах и недостатках такого понимания правоотношения, критический анализ иных дефиниций правоотношения см.. Халфина Р. О. Общее учение о правоотношении. М., 1974. С. 3-113

2 Понятие объекта правоотношения - одно из самых спорных в юридической литературе. Обзор мнений см.: Халфина Р. О. Указ соч. С. 212-217.

2. Особенности гражданских правоотношений

Гражданские правоотношения - один из видов правоотношений. В силу этого им присущи как общие черты и признаки, характерные для всех правоотношений, так и специфические, обусловленные тем, что гражданские правоотношения возникают в результате гражданско-правового регулирования имущественных и некоторых личных неимущественных отношений. Иначе говоря, специфические черты и признаки гражданских правоотношений предопределены особенностями самого гражданского права. К их числу относятся следующие: Во-первых, субъекты гражданских правоотношений обособлены друг от друга как в имущественном, так и в организационном плане, в силу чего они самостоятельны, независимы друг от друга, соотносятся друг с другом как равные. Во-вторых, равенство участников общественных отношений, составляющих предмет гражданско-правового регулирования, заложено в данных отношениях, имманентно присуще им. Гражданское право всеми средствами и способами, имеющимися в его арсенале, юридически обеспечивает такое равенство. Вследствие этого гражданские правоотношения формируются как правоотношения между равноправными субъектами, как правоотношения особенного структурного типа, в которых обязанность корреспондирует субъективному праву как притязанию, а не как велению. При всей полярности субъективных прав и обязанностей в гражданских правоотношениях обязанный субъект во всех случаях находится в равном положении с управомоченным субъектом, т. е. в отношениях координации, а не субординации. В-третьих, самостоятельность участников общественных отношений, подпадающих под гражданско-правовое регулирование, диспозитив-ность указанного регулирования обусловливают то обстоятельство, что основными юридическими фактами, порождающими, изменяющими и прекращающими гражданские правоотношения, являются акты свободного волеизъявления субъектов - сделки. В-четвертых, в качестве юридических гарантий реализации гражданских правоотношений применяются присущие только гражданскому праву меры защиты субъективных гражданских прав и меры ответственности за неисполнение обязанностей, обладающие главным образом имущественным характером. На основании вышеприведенного можно утверждать, что

гражданское правоотношение - юридическая связь равных, иму-щественно и организационно обособленных субъектов имущес-таенных и личных неимущественных отношений, выражающаяся в наличии у них субъективных прав и обязанностей, обеспеченных возможностью применения к их нарушителям государственно-при-нудительных мер имущественного характера.

§ 2. Содержание гражданского правоотношения

Содержание гражданского правоотношения составляют субъективные права и обязанности его участников.

1. Понятие субъективного гражданского права

Субъективное гражданское право есть мера дозволенного поведения субъекта гражданского правоотношения. Субъективное гражданское право - сложное юридическое образование, имеющее собственное содержание, которое состоит из юридических возможностей, предоставленных субъекту. Юридические возможности как составные части содержания субъективного гражданского права называются правомочиями. При весьма большом разнообразии содержания субъективных гражданских прав можно обнаружить, что оно является результатом разновариантных комбинаций трех правомочий:

правомочия требования, представляющего собой возможность требовать от обязанного субъекта исполнения возложенных на него обязанностей;

правомочия на собственные действия, означающего возможность самостоятельного совершения субъектом фактических и юридически значимых действий;

правомочия на защиту, выступающего в качестве возможности использования или требования использования государственно-принудительных мер в случаях нарушения субъективного права.

Типичными субъективными правами, для содержания которых характерно наличие двух правомочий - правомочия требования и правомочия на защиту, являются субъективные гражданские права, входящие в содержание гражданско-правовых обязательств. В них управомоченный субъект - кредитор, в целях удовлетворения своих интересов может требовать от обязанного субъекта - должника совершения действий по передаче имущества, выполнению работ, оказанию услуг и т. п., а в случае их несовершения - требовать применения к должнику гражданско-правовых мер. Классической моделью субъективного гражданского права, включающего в свое содержание всю триаду правомочий, является субъективное право собственности. Собственник обладает юридической возможностью требовать от всех лиц, чтобы они не нарушали принадлежащее ему право собственности. Он также может притязать на применение к правонарушителю мер государственно-принудительного воздействия. Но главное и определяющее ядро в содержании субъективного права собственности - правомочие субъекта на собственные действия по владению, пользованию и распоряжению принадлежащим ему имуществом по своему усмотрению.

2. Понятие субъективной гражданской обязанности

Субъективная обязанность - мера должного поведения участника гражданского правоотношения. Сущность обязанностей кроется в необходимости совершения субъектом определенных действий или воздержания от социально вредных действий. В гражданских правоотношениях бывают два типа обязанностей - пассивный и активный. Это обусловлено наличием в гражданско-правовом регулировании общественных отношений двух способов законодательного закрепления обязанностей - позитивного обязывания и метода запретов (негативного обязывания). Обязанности пассивного типа вытекают из гражданско-правовых запретов и по своей природе означают юридическую невозможность совершения действий, нарушающих публичные интересы и интересы управомоченных лиц. Функции запретов в механизме гражданско-правового регулирования весьма разнообразны. Одна из главных функций запретов состоит в установлении пределов осуществления субъективных гражданских прав. Так, собственник-гражданин обязан не допускать бесхозяйственного содержания имеющихся у него культурных ценностей, не должен при осуществлении своих правомочий наносить ущерб окружающей среде, нарушать права, охраняемые законом интересы граждан, организаций. Запреты порождают обязанности одного субъекта гражданского правоотношения перед другим: запрет одностороннего отказа от исполнения договора, перевода долга без согласия кредитора и им подобные. Особое место занимают запреты, порождающие обязанности, исполнение которых препятствует трансформации относительных гражданских правоотношений одного вида в другой. Например, запрет хранителю использовать имущество, переданное ему на хранение поклажедателем с оплатой услуг по хранению, препятствует трансформации правоотношения хранения в правоотношения имущественного найма. Весьма своеобразны в гражданском праве общерегулятивные запреты, налагающие на всех субъектов гражданских правоотношений обязанности принципиального характера - соблюдать требования законов и правовых актов; осуществлять субъективные гражданские права разумно и добросовестно. Социальное назначение гражданско-правовых обязанностей активного типа состоит в побуждении субъектов к совершению общественно полезных действий. Всякая гражданско-правовая обязанность активного типа содержит требование к субъекту совершить действие либо по передаче имущества, информации или иного блага, либо по выполнению работы, созданию и использованию произведений литературы, науки и искусства и иных результатов интеллектуальной деятельности, либо по оказанию услуги. Требование, заключенное в обязанности активного типа и составляющее ее содержание, означает для обязанного субъекта необходимость действовать в интересах управомоченного субъекта, так как оно обеспечивается санкцией за неисполнение обязанности. Требование, составляющее содержание обязанности, концентрированно выражает социальную необходимость той или иной линии поведения субъекта в определенном промежутке времени, в определенном месте, по отношению к определенным лицам, явлениям объективной действительности, вытекающую из норм гражданского права, условий договора, реализующихся в рамках того правоотношения, элементом которого является данная обязанность. Содержание обязанностей активного типа может быть сложным - в рамках общего требования включать в себя «подтребова-ния». Так, в обязанности по передаче имущества в рамках общего требования совершить действия по передаче имущества обособляются подтребования к качеству и комплектности передаваемого имущества1. Структура содержания гражданского правоотношения может быть простой и сложной. Элементарно простой выглядит структура содержания правоотношения, возникающего между заемщиком и заимодавцем, без права заимодавца на получение процентов. Единственному праву заимодавца требовать возврата долга по истечении срока займа корреспондирует единственная обязанность заемщика вернуть долг. Большинству гражданских правоотношений присуща сложная структура содержания. Примером может служить структура содержания правоотношения, возникающего на основании договора поставки. Помимо главного права покупателя требовать передачи купленных товаров и его главной обязанности уплатить за товар и корреспондирующих им главных прав и обязанностей продавца, у сторон возникают многочисленные права и обязанности, связанные с исполнением и осуществлением главных прав и обязанностей. К числу таковых можно отнести права и обязанности сторон по способам и формам расчетов за поставленный товар; способам выборки и доставки товара; порядку и методам приемки товара по количеству и качеству; ответственному хранению товара и т. п. Разграничение структур содержания гражданских правоотношений на простые и сложные имеет важное практическое значение, состоящее в следующем. Во-первых, в различных правоотношениях со сложной структурой содержания мы нередко встречаем однородные элементы. Например, обязанность хранения имущества имеет место в правоотношениях по перевозке грузов, залогу вещей в виде их заклада залогодержателю, хранению вещей у профессионального хранителя. Между тем два первых правоотношения - самостоятельные цельные правовые образования, к которым неприменимы напрямую нормы, регулирующие отношения, возникающие из договора хранения. Прямое применение норм о договоре хранения применимо только к третьему правоотношению. Как видно, только определив, элементом содержания какого правоотношения являются однородные права и обязанности, можно установить, на основе каких правовых норм они возникли.

1 Более подробно о содержании гражданско-правовых обязанностей активного типа см.: Грибанов В. П., Ем В. С. Гражданско-правовые обязанности: содержание и факторы, его определяющие // Вестник МГУ. Серия «Право». 1984. № 6. С. 3-10.

Во-вторых, структура содержания гражданских правоотношений может быть комплексной, включать структурные образования, которые могут существовать и в качестве самостоятельных правоотношений. Такую структуру, например, имеет правоотношение, возникшее на основе договора на проведение опытно-конструкторских работ по созданию оборудования, его поставке, осуществлению его монтажа и проведению пусконаладочных работ. В этом случае в комплексную структуру возникшего правоотношения оказались включенными структурные образования, присущие правоотношениям на проведение опытно-конструкторских работ, поставку оборудования, подрядных работ Но данные структурные образования являются составными частями более сложной, цельной структуры, представляющей собой единое правоотношение

§ 3. Субъекты и объекты гражданских правоотношений

1. Понятие и содержание гражданской правосубъектности

Субъектами гражданских правоотношений могут быть:

физические лица (граждане России, иностранные граждане, лица без гражданства);

юридические лица (российские, иностранные, международные), государственные и административно-территориальные (публично-правовые) образования, обладающие гражданской правосубъектностью.

Действующее гражданское законодательство РФ относит к числу последних Российскую Федерацию, субъектов РФ и муниципальные образования. Правосубъектность - социально-правовая возможность субъекта быть участником гражданских правоотношений. По сути она представляет собой право общего типа, обеспеченное государством материальными и юридическими гарантиями. Наделение субъекта правосубъектностью есть следствие существования длящейся связи субъекта и государства. Именно в силу наличия такой связи на всякое правосубъектное лицо возлагаются обязанности принципиального характера - соблюдать требования законодательства, добросовестно осуществлять субъективные гражданские права Предпосылками и составными частями гражданской правосубъектности являются правоспособность и дееспособность субъектов1. Правоспособность - способность субъекта иметь гражданские права и обязанности. Дееспособность - способность субъекта своими действиями приобретать для себя права и создавать для себя обязанности. К тому же дееспособность охватывает и делик-тоспособность субъекта - способность самостоятельно нести ответственность за совершенные гражданские правонарушения. Юридические лица и совершеннолетние граждане обладают всеми элементами гражданской правосубъектности. Малолетние дети и совершеннолетние граждане, признанные недееспособными, являются субъектами гражданских прав, будучи только правоспособными. Так, малолетние дети могут наследовать имущество. Но практическое осуществление имущественных прав малолетнего или недееспособного гражданина требует участия дееспособных лиц-родителей, усыновителей, опекунов. (Об этом подробнее см. гл. 6 настоящего учебника.) Активная, самостоятельная деятельность субъектов в социально-экономической жизни возможна лишь при наличии у них всех элементов гражданской правосубъектности. Построение в нашей стране общества, базирующегося на рыночной экономике, объективно привело к расширению объема гражданской правосубъектности лиц, участвующих в экономическом обороте. Это означает увеличение круга юридических возможностей указанных лиц по созданию, приобретению, владению, пользованию и распоряжению материальными и духовными благами в целях организации и осуществления предпринимательской деятельности и улучшения личного потребления

2. Состав участников гражданского правоотношения

В каждом гражданском правоотношении различают две стороны - управомоченную и обязанную. Как на управомоченной, так и на обязанной стороне могут выступать одно или несколько лиц (субъектов). Например, несколько граждан решили купить жилой дом с определением доли каждого. Договор купли-продажи дома в таких случаях заключается один, и в возникшем на его основе правоотношении по купле-продаже будут две стороны - покупатель и продавец; только одна сторона - покупатель - будет представлена несколькими субъектами.

1 Вопросы соотношения категорий «правосубъектность», «правоспособность» и «дееспособность» вызывают споры в юридической науке Подробнее об этом см Советское гражданское право Субъекты гражданского права / Под ред С Н Братуся М , 1984 С 7-22

Состав участников гражданского правоотношения может изменяться в порядке правопреемства, под которым понимают переход прав и обязанностей от одного лица - правопредшествен-ника к другому лицу - правопреемнику, заменяющему его в правоотношении. Правопреемство бывает двух видов: универсальное (общее) и сингулярное (частное). При общем правопреемстве правопреемник в результате одного юридического акта занимает место правопред-шественника во всех правоотношениях (за исключением тех, в которых правопреемство недопустимо). Например, при слиянии юридических лиц права и обязанности в полном объеме переходят к вновь возникшему юридическому лицу; при принятии наследства наследники становятся участниками тех правоотношений, в которых участвовал наследодатель; акционерное общество, создаваемое в соответствии с законодательством о приватизации, приобретает все имущественные права и обязанности государственного или муниципального предприятия, на базе которого оно создано. Частное правопреемство-правопреемство в одном или нескольких правоотношениях. Например, наниматель имущества с согласия наймодателя передает свои права по его использованию другому субъекту, кредитор уступает право требования третьему лицу. Правопреемство не допускается в тех случаях, когда права и обязанности носят личный характер (права на имя, авторство, обязанность по возмещению вреда и т. п.) либо имеется прямое запрещающее предписание закона1.

3. Объекты гражданского правоотношения

Всякое гражданское правоотношение имеет свой объект, в качестве которого выступает то, по поводу чего возникает и осуществляется деятельность его участников. Деятельность субъектов гражданских правоотношений ограничена пределами субъективных гражданских прав и обязанностей. Но как любая человеческая деятельность, деятельность субъектов гражданских правоотношений, в результате которой возникают, осуществляются и исполняются субъективные гражданские права и обязанности, не может быть беспредметной. Она всегда направлена на существующие материальные и идеальные блага либо на их создание.

1 Наиболее детальный анализ категории правопреемства в гражданском праве содержится в работах Б Б Черепахина (см Черепахин Б Б Правопреемство по советскому гражданскому праву М, 1962)

В силу этого гражданские правоотношения оказываются связанными с системой реальных жизненных отношений, с материальными и духовными ценностями общества через деятельность субъектов по приобретению, осуществлению и исполнению субъективных гражданских прав и обязанностей. Предмет деятельности субъектов гражданского правоотношения традиционно именуется объектом правоотношения. Его составляют существующие материальные и идеальные блага либо процесс их создания. Материальные блага в их естественном состоянии или произведенные людьми в гражданском праве называются вещами. Вещи, включая деньги и ценные бумаги, наряду с имущественными правами именуются имуществом. Процесс создания материальных и духовных благ именуется либо производством работ, либо оказанием услуг. Идеальные блага выступают:

в виде продуктов (результатов) интеллектуальной деятельности (произведения науки, литературы и искусства, изобретения, полезные модели, промышленные образцы и т. д.);

в виде личных неимущественных и иных нематериальных благ (честь, достоинство, личное имя, тайна частной жизни и т. д.).

В современных условиях во многих случаях предметом деятельности субъектов гражданских правоотношений является информация. Следовательно, объектами гражданских правоотношений могут быть: вещи и иное имущество, в том числе и имущественные права; работы и услуги; результаты интеллектуальной деятельности, в том числе исключительные права на них; нематериальные блага; информация. (Более подробно об объектах гражданских правоотношений см. гл. 9 настоящего учебника).

4. Виды гражданских правоотношений

1. Классификация гражданских правоотношений

Классификация гражданских правоотношений преследует не только теоретические, но и практические цели, заключающиеся в правильном уяснении прав и обязанностей сторон, определении круга правовых норм, подлежащих применению в процессе возникновения, реализации и прекращения правоотношения. По характеру взаимосвязи управомоченного и обязанного субъектов различаются абсолютные и относительные правоотношения; по объекту разделяются правоотношения имущественного и неимущественного характера; по способу удовлетворения интересов управомоченного лица разграничиваются вещные и обязательственные правоотношения. Можно также выделить правоотношения, элементом содержания которых являются корпоративные и преимущественные права.

2. Абсолютные и относительные правоотношения

Абсолютные правоотношения - это такие правоотношения, в которых управомоченному лицу противостоит неопределенный круг обязанностей субъектов. Например, правоотношения, имеющие место между собственником и всеми третьими лицами; между обладателем исключительных прав на произведения науки, литературы и искусства и иные результаты интеллектуальной деятельности и всеми третьими лицами. В этих правоотношениях праву собственника, исключительному праву автора результата интеллектуальной деятельности корреспондирует обязанность неопределенного круга лиц не нарушать данные права1. Поэтому подобные права именуются абсолютными, а обязанности, противостоящие им, являются общерегулятивными обязанностями каждого правосубъектного лица не нарушать законов. Вместе с тем абсолютному праву коррелируют и обязанности самого управомоченного субъекта, вытекающие из запретов, устанавливающих пределы осуществления абсолютного субъективного права. Относительными называются гражданские правоотношения, в которых управомоченному лицу (лицам) противостоит строго определенное обязанное лицо (лица). Круг относительных гражданских правоотношений весьма широк. Он включает обязательственные правоотношения; правоотношения, возникающие в результате передачи в пользование произведений, изобретений; правоотношения по реализации мер гражданско-правовой защиты и т. п.

1 Неопределенность круга обязанных лиц, противостоящих обладателю абсолютного субъективного права, породила теоретическую концепцию, согласно которой субъективное право собственности и ему подобные существуют вне правоотношений Критический анализ данной концепции см Иоффе О С Развитие цивилистической мысли в СССР Ч 1 С 124-126

В силу того, что в таких правоотношениях стороны - как управомоченная, так и правообязанная - строго определены, их права и обязанности так же строго соотносимы, в силу чего и именуются относительными. Для относительных отношений характерна сложная, системная структура содержания. Ядро их содержания составляют основные права и обязанности сторон. Помимо них элементами содержания являются права и обязанности сторон, определяющие порядок осуществления основных субъективных прав и исполнения основных обязанностей сторон. (О простых и сложных структурах содержания правоотношений см. § 2 настоящей главы). Практическое разграничение абсолютных и относительных правоотношений состоит в том, что при нарушении абсолютного права меры защиты и ответственности могут быть применены к любому нарушителю, а при нарушении относительного права может отвечать только строго определенное лицо, обязанное своими действиями удовлетворять интересы управомоченного. При этом в законодательстве формируется два самостоятельных блока гражданско-правовых мер защиты: один - предназначенный для защиты абсолютных прав, другой - для защиты относительных прав.

3. Имущественные и неимущественные правоотношения

Правоотношения имущественного характера имеют своим объектом материальные блага (имущество) и отражают либо принадлежность имущества определенному лицу (правоотношения собственности, хозяйственного ведения, оперативного управления и т. п.), либо переход имущества (по договору, в порядке наследования, возмещения вреда и т. п.). Правоотношения, имеющие в качестве объектов результаты интеллектуальной деятельности, личные неимущественные права и другие нематериальные блага, именуются личными неимущественными. Практическое разграничение данных правоотношений состоит, в частности, в том, что при нарушении прав и обязанностей, вытекающих из имущественных правоотношений, к нарушителю применяются санкции имущественного характера, тогда как при нарушении неимущественных прав и обязанностей помимо имущественных обычно применяются иные меры правоохранительного характера. Их своеобразие определяется следующим. В отличие от имущества, обладание которым одним субъектом делает невозможным его использование кем-либо другим, многие объекты личных неимущественных благ (например, изобретения, промышленные образцы, товарные знаки, фирменные наименования и т. д.) могут одновременно использоваться неограниченным кругом лиц. Поэтому гражданское право содержит в себе специфические правовые средства, препятствующие незаконному использованию этих объектов (признание авторского права субъекта, признание произведений контрафактными, арест имущества, произведенного с нарушением исключительных прав патентообладателя, и т. п.).

4. Вещные и обязательственные правоотношения

Вещные правоотношения - правоотношения, фиксирующие статику имущественного положения субъектов. В них за управо-моченнЫм субъектом закрепляется возможность непосредственного воздействия на вещь с правом отражения любых посягательств на нее третьих лиц. Вещные права носят абсолютный характер. Для вещных прав присуще их следование за соответствующим имуществом, которое они как бы обременяют, сопровождают1. К вещным правам наряду с правом собственности относятся право пожизненного наследуемого владения земельного участком, сервитуты, право хозяйственного ведения имуществом, право оперативного управления имуществом, право постоянного (бессрочного) пользования земельным участком. Обязательственные правоотношения - правоотношения, опо-средуютие динамику имущественных отношений по передаче имущества, выполнению работ, оказанию услуг, созданию и использованию продуктов интеллектуальной деятельности. Практическое значение разграничения вещных и обязательственных правоотношений состоит в следующем. Вещные правоотношения реализуются непосредственными действиями самого управомоченного лица, а обязательственные - через исполнение обязанностей должником. Иначе говоря, носитель вещного права имеет возможность непосредственно без содействия обязанных лиц удовлетворить свои интересы, в то время как лицо, обладающее обязательственным правом, может удовлетворить свои интересы только через действия обязанного лица. Такое положение объясняется тем, что вещные правоотношения абсолютны, а обязательственные - относительны.

1 См Суханов Е А Развитие института вещных прав при переходе к рынку // Гражданское право России при переходе к рынку М,1995 с 83-92

5. Корпоративные правоотношения

К ним относятся правоотношения, возникающие на основе участия (членства) субъектов в организационно-правовых образованиях - корпорациях (от лат. corpus - тело, иначе - корпорация, синоним collegia), обладающих признаками юридических лиц. Данные правоотношения имеют в своем содержании так называемые корпоративные права. Основания возникновения корпоративных правоотношений различны - участие в учредительном договоре, вступление в кооператив, приобретение права собственности на акции и т п. Благодаря корпоративным правам участники корпорации (хозяйственного товарищества, общества, кооператива и т. д.) могут участвовать в различных формах в управлении корпорацией и ее имуществом. Реализуя свои корпоративные права, участники корпорации влияют на формирование воли данного корпоративного образования, являющегося самостоятельным субъектом гражданского права - юридическим лицом. Такая ситуация нетипична для гражданско-правового регулирования, так как по общему правилу в гражданском обороте субъекты самостоятельны и независимы друг от друга и поэтому не могут непосредственно участвовать в формировании воли контрагента. Осуществление корпоративных прав прямо или косвенно имеет своей целью удовлетворение имущественных интересов их носителей. Поэтому корпоративные права можно отнести к числу имущественных прав. (Более подробно о корпоративных правах членов хозяйственных товариществ и обществ и других организационно-правовых формирований см. гл. 7 настоящего учебника.)

6. Преимущественные права

Особую группу составляют гражданские правоотношения, включающие в свое содержание права, именуемые законодателем преимущественными. Так, участник общей долевой собственности имеет преимущественное право на покупку продаваемой другим участником доли; участник закрытого акционерного общества обладает правом преимущественной покупки продаваемых другим акционером акций; залогодержатель имеет преимущественное (первоочередное) право перед другими кредиторами залогодателя на удовлетворение своих требований за счет стоимости заложенного имущества и т. д. Эти права своеобразны, так как выходят за рамки принципа равенства субъектов гражданских пра- воотношений. Поэтому преимущественные права могут возникнуть у субъектов только в случаях, предусмотренных законом. Преимущественные права носят исключительный характер, и только сам управомоченный субъект может отказаться от них. Любые юридические действия, ограничивающие или нарушающие преимущественные права, юридически ничтожны1.

1 Одним из первых необходимость выделения в отдельную группу преимущественных прав показал В П Грибанов (см Грибанов В П Ответственность за нарушение гражданских прав и обязанностей М,1973 С 19)

Дополнительная литература

Иоффе О С. Правоотношения по советскому гражданскому праву. Л , 1949, Иоффе О. С. Развитие цивилистической мысли в СССР. Ч. 1. Л., 1975 (гл. 3); Матузов И. Н Личность. Права. Демократия Теоретические проблемы субъективного права. Саратов, 1972, Халфина Р О. Общее учение о правоотношении М , 1974; Черепахин Б. Б. Правопреемство по советскому гражданскому праву М , 1962.

6. Граждане (физические лица) как участники гражданских правоотношений

§ 1. Граждане (физические лица) и их гражданско-правовая индивидуализация

1. Личность и гражданская правосубъектность

Одним из важнейших понятий науки гражданского права и гражданского законодательства является понятие субъектов права, т. е. лиц, выступающих в качестве участников имущественных и личных неимущественных отношений, регулируемых этой отраслью права. Понятие лица родовое. Оно относится ко всем субъектам гражданских прав. В ГК РФ подраздел второй раздела первого именуется «Лица» и включает три главы, одна из которых имеет название «Граждане (физические лица)» и посвящена индивидуальным субъектам гражданского права, а две другие посвящены юридическим лицам и участию Российской Федерации, субъектов РФ, муниципальных образований в отношениях, регулируемых гражданским законодательством. К числу субъектов гражданско-правовых отношений по нашему законодательству относятся в первую очередь люди - члены общества. Вместе с тем нередко говорят о гражданско-правовом положении личности, о правах человека и гражданина. Какое из названных понятий наиболее соответствует понятию субъекта гражданского права? Употребление понятия «личность» для указанных целей было бы неточным, поскольку личность с точки зрения психологии и философии - такой субъект общественных отношений, который обладает определенным уровнем психического развития. Качества личности присущи психически здоровому человеку, достигшему определенного возраста, способному в силу интеллектуальных и духовных качеств быть участником общественных отношений, формировать свою позицию, отвечать за поступки. Следовательно, не каждого человека можно считать личностью. Понятие «личность» является более узким по сравнению с понятием «человек». Как правильно подчеркивается в юридической литературе, личностью не рождаются, а ею становятся1. Признание субъектами гражданского права только личностей означало бы непризнание субъектами людей, которые не обладают качеством личности (малолетние, душевнобольные). Подобное решение явно противоречило бы гражданскому законодательству, признающему субъектом гражданского права каждого человека независимо от его возраста и состояния здоровья.

2. Категория «человек» и гражданская правосубъектность

Понятие «человек» в смысле субъекта права широко употребляется в различных международных документах и в законодательстве. Так, в ст. 6 Всеобщей декларации прав человека, принятой Генеральной Ассамблеей ООН 10 декабря 1948 г.2, записано, что «каждый человек, где бы он ни находился, имеет право на признание его правосубъектности». Декларация прав и свобод человека и гражданина, провозглашенная в Российской Федерации, в ч. 1 ст. 5 предусматривает, что «каждый имеет право на приобретение и прекращение гражданства Российской Федерации». Человек в подобных случаях рассматривается как существо, соединяющее в себе биологические и социальные начала, ему присуща форма развития психики - сознание. Человек - общественное существо, он, как говорится в Преамбуле Всеобщей декларации прав человека, член «человеческой семьи».

3. Гражданин как субъект гражданского права

Человек - субъект множества прав и обязанностей, в том числе и гражданских. Однако гражданское законодательство Российской Федерации для обозначения человека как субъекта гражданских прав и обязанностей употребляет другое понятие - «гражданин». Представляется, что это понятие характеризует человека не как «члена человеческой семьи», а как лицо, состоящее в определенной связи с государством. Следовательно, гражданин - понятие юридическое.

1 См.: Советское гражданское право. Субъекты гражданского права / Под ред. С. Н. Братуся. С. 16; Малеин Н. С. Гражданский закон и права личности в СССР. М., 1981. С. 81.

2 См.: Права человека. Сборник международных документов. М., 1986.

Гражданство определяет постоянную политико-правовую связь лица и государства, находящую выражение в их взаимных правах и обязанностях. Отсюда вытекает, что гражданское законодательство, употребляя понятие «граждане», имеет в виду граждан данного государства - Российской Федерации. Но на территории государства всегда проживают люди, которые являются гражданами других государств, а также люди, не имеющие определенного гражданства - апатриды. Они подчиняются правопорядку, существующему в данном государстве, имеют определенные права и обязанности. Однако гражданами данного государства, например Российской Федерации, они не являются и, следовательно, не подпадают под понятие «граждане». В международных соглашениях, а также в законодательстве многих стран понятие «граждане» не употребляется, а используется понятие «физические лица», которое имеет более широкое содержание, поскольку охватывает всех людей как участников гражданских и других правоотношений на территории данной страны (или стран). Например, в Германском гражданском уложении соответствующая глава в разделе «Лица» именуется «Физические лица». В названном законе употребляется понятие «человек», но не в значении «гражданин». Следовательно, Германское гражданское уложение имеет в виду человека вообще, физическое лицо. Понятие «физическое лицо» употребляется и в законодательстве многих других стран, причем понятие «граждане» при этом не употребляется. С этой точки зрения представляет интерес Гражданский кодекс Франции, который для обозначения субъекта права - человека использует понятия «француз» и «иностранец». В законодательстве нашей страны люди как субъекты гражданского права долгое время именовались «граждане» (ст. 9-12 ГК РСФСР 1964 г.). В Основах гражданского законодательства Союза ССР и республик, принятых Верховным Советом СССР 31 мая 1991 г.1, использовалась формулировка «граждане» и в скобках «физические лица». Эта формулировка используется и в ГК РФ 1994 г., в том числе в названии главы третьей. Можно ли из приведенного положения ГК сделать вывод, что понятия «граждане» и «физические лица» однозначны? Представляется, что такой вывод был бы ошибочным, поскольку названные понятия хотя близки по содержанию, но вместе с тем они, как было показано, существенно различаются.

1 ВВС СССР. 1991. № 26. Ст. 733.

Употребляя понятие «граждане», закон имеет в виду людей, состоящих в гражданстве РФ. Но закон учитывает, что кроме граждан в пределах РФ находятся и люди, не являющиеся ее гражданами. Именно поэтому ГК употребляет также и понятие «физические лица», в числе которых не только граждане, но и другие лица - не граждане. Представляется, что такое двойственное обозначение одного и того же явления объясняется желанием законодателя не отказываться от традиционного, привычного словоупотребления. Вместе с тем оно позволяет достаточно четко разграничивать при регулировании имущественных и личных неимущественных отношений рассматриваемые понятия: если в норме закона содержится понятие «граждане», то это должно означать, что речь идет только о гражданах РФ. Если же закон употребляет понятие «физические лица», то имеются в виду и граждане РФ, и иностранные граждане, и лица без гражданства. Нередко закон употребляет термин «лицо» без определения «физическое» (например, абз. 2 п. 1 ст. 66; п. 2 ст. 69; п. 1 ст. 1087 ГК и др.). Учитывая международный опыт, можно предположить, что в будущем и наше законодательство перейдет при обозначении индивидуальных субъектов права на единое словоупотребление - «физические лица». Гражданин (физическое лицо) как участник гражданских правоотношений обладает рядом общественных и естественных признаков и свойств, которые определенным образом индивидуализируют его и влияют на его правовое положение. К таким признакам и свойствам следует отнести: имя, гражданство, возраст, семейное положение, пол. Имя гражданина (физического лица). Каждый человек участвует в гражданских правоотношениях под определенным именем и лишь в сравнительно редких случаях (например, в авторских отношениях) - под псевдонимом (вымышленным именем) или анонимно (без имени). Имя является одним из средств индивидуализации гражданина как участника гражданских правоотношений1. В широком смысле понятием «имя» у большинства народов России охватываются фамилия, собственно имя и отчество. Однако национальные обычаи некоторых народов России не знают такого понятия, как отчество, и в официальных личных документах оно не указывается.

1 См.: Комментарий части первой Гражданского кодекса Российской Федерации для предпринимателей. С. 61.

В начале 90-х гг. в средствах массовой информации России стал усиленно насаждаться принятый в западных странах обычай указывать только имя и фамилию физического лица. По имени и фамилии у нас стали называть и президента, и других государственных и общественных деятелей, и ученых, и других граждан. Представляется, что подобное желание воспринять западный образец не соответствует российской традиции и вряд ли сможет укорениться в наших условиях; возможно, она останется лишь как некоторая «вольность» употребляемая в определенной среде. В официальных же документах должно быть указано полное имя гражданина: фамилия, собственно имя и отчество (кроме случаев, когда национальные обычаи не знают понятия «отчество»). Наше гражданское законодательство до принятия ГК РФ 1994 г. не содержало норм, регламентирующих отношения, связанные с именем гражданина. Некоторые нормы содержались в Кодексе о браке и семье РСФСР, который, в частности, регламентировал отношения в связи с переменой имени, отчества и фамилии. В настоящее время закон (ст. 19 ГК) признает, что имя гражданина - это категория в первую очередь гражданского законодательства. Такое решение полностью соответствует объективным требованиям, определяющим сферу действия гражданского права. Согласно закону гражданин приобретает и осуществляет гражданские права и обязанности под своим именем. Приобретение прав и обязанностей под именем другого лица не допускается (п. 4 ст. 19 ГК). Право на имя - важнейшее неимущественное право гражданина (физического лица), личности. Выдающийся русский цивилист И. А. Покровский отмечал, что чем богаче внутреннее содержание личности, тем более она дорожит своим именем. «Всем известно, как дорожат своим именем старые аристократические фамилии; но то, что раньше было только достоянием аристократии, с течением времени делается общей тенденцией человека, вырастающего в сознании своего собственного достоинства»1. Это вполне применимо и к нашему времени. Доброе имя как благо, принадлежащее гражданину, защищается в случаях и в порядке, предусмотренных ГК и другими законами, и относится к числу неотчуждаемых и непередаваемых другим способом благ (п. 1 ст. 150 ГК). В частности, предусматривается защита права на имя в случаях искажения либо использования имени гражданина способами или в форме, которые затрагивают его честь, достоинство или деловую репутацию (абз. 2 п. 5 ст 19 ГК).

1 Покровский И. А. Основные проблемы гражданского права. С. 91.

По достижении 16 лет гражданин вправе переменить свое имя (которое согласно п. 1 ст. 19 ГК включает собственно имя, фамилию и отчество) в установленном законом порядке. При этом он вправе требовать внесения за свой счет соответствующих изменений в документы, оформленные на его прежнее имя, или их замены (паспорт, свидетельство о рождении, свидетельство о браке, диплом и т. д.). Перемена гражданином имени не является основанием для прекращения или изменения его прав и обязанностей, приобретенных под прежним именем. Наряду с этим предусмотрено, что гражданин обязан принимать необходимые меры для уведомления своих должников и кредиторов о перемене своего имени и несет риск последствий, вызванных отсутствием у этих лиц сведений о перемене его имени. Некоторые случаи изменения фамилии граждан предусмотрены семейным законодательством. Например, регламентируется порядок изменения фамилии при вступлении в брак и при расторжении брака, изменение фамилии ребенка при расторжении брака между его родителями, а также изменение фамилии, имени и отчества детям, не достигшим 18 лет, при их усыновлении (ст 32, 51, 58,59,134 Семейного кодекса РФ). Сведения об имени (фамилия, имя, отчество), полученном гражданином при рождении, а также перемена имени подлежат регистрации в порядке, установленном для регистрации актов гражданского состояния. Этот порядок предусматривается семейным законодательством. Гражданство. Второе обстоятельство, которое необходимо учитывать при, характеристике правового статуса гражданина (физического лица) как субъекта гражданского права, - это гражданство. Гражданство означает официальную принадлежность человека к народу определенной страны, вследствие чего он находится в сфере юрисдикции данного государства и под его защитой. Гражданство - это устойчивая правовая связь человека с государством, для которой характерно наличие у них взаимных прав, обязанностей и ответственности. Отношения, связанные с гражданством, регулируются Законом «О гражданстве в Российской Федерации»1.

1 ВВСРФ 1992 №6 Ст 243,1993 №29 Ст 1112

Названный Закон определяет основания и порядок приобретения и прекращения гражданства РФ, регламентирует гражданство детей и гражданство родителей, опекунов и попечителей, гражданство недееспособных лиц. Таким образом, Закон о гражданстве в Российской Федерации определяет, кто из лиц, находящихся на территории РФ, состоит в правовой связи с Российской Федерацией и пользуется ее защитой, в том числе определяет лиц, на которых распространяются нормы ГК и других правовых актов, когда они адресованы гражданам. Значение гражданства при определении гражданско-правового статуса физического лица видно на примере норм, регламентирующих статус лиц, находящихся на территории Российской Федерации, но не относящихся к числу ее граждан. Так, согласно п. 2 ст. 160 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик гражданская дееспособность иностранного гражданина определяется по праву страны, гражданином которой он является. В данном случае по прямому указанию закона решение вопроса о применимом праве находится в зависимости от гражданства данного лица. Возраст. Третье обстоятельство, которому закон придает важное значение при определении статуса гражданина, - это возраст. Так, закон определяет возраст, с достижением которого наступает совершеннолетие, а также частичная дееспособность несовершеннолетних граждан (ст. 21,26,28 ГК). Возраст имеет определяющее значение при решении таких вопросов, как объявление несовершеннолетнего гражданина полностью дееспособным (эмансипация), при вступлении граждан в члены кооперативных организаций, при определении круга наследников, а также лиц, имеющих право на возмещение вреда, причиненного здоровью, и во многих других случаях. Основным документом, подтверждающим возраст, является свидетельство о рождении гражданина, выданное на основании записи в книге регистрации рождений государственного органа записи актов гражданского состояния. Дата рождения указывается также в паспорте гражданина. Семейное положение. Правовой статус гражданина как участника гражданских правоотношений нередко зависит от его семейного положения. Так, жилищное законодательство важное значение придает состоянию лица в браке, его родственным связям Согласно ст. 53 Жилищного кодекса члены семьи нанимателя, проживающие совместно с ним, пользуются наравне с нанимателем всеми правами и несут все обязанности, вытекающие из договора найма жилого помещения. Законом определены и жилищные права членов семьи собственника жилого помещения (ст. 292 ГК). При этом к членам семьи нанимателя (а также собственника) жилого помещения относятся супруг нанимателя (и собственника), их дети и родители. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы, а в исключительных случаях иные лица могут быть признаны членами семьи при наличии определенных условий (совместное проживание, ведение общего хозяйства). Если лицо, проживающее в данном помещении, не относится к членам семьи нанимателя (или собственника), его правовой статус в сфере данных жилищных отношений будет иным по сравнению со статусом членов семьи Большой значение семейным связям придает и наследственное право. Так, при наследовании по закону наследниками первой очереди являются в равных долях дети (в том числе усыновленные), супруг и родители (усыновители) умершего, а также ребенок умершего, родившийся после его смерти. Ко второй очереди относятся братья и сестры умершего, его дед и бабка как со стороны отца, так и со стороны матери (ст. 154 Основ 1991 г., ст. 532 ГК РСФСР 1964 г.). Следовательно, правовое положение наследника лицо может приобрести лишь при наличии указанных семейно-право-вых отношений с умершим. Семейное положение гражданина влияет на его правовой статус и в ряде других случаев. Так, вред, возникший в связи со смертью кормильца, возмещается нетрудоспособным лицам, состоявшим на иждивении умершего или имевшим ко дню его смерти право на получение от него содержания (ст. 1088 ГК). К их числу относятся главным образом лица, с которыми умерший находился в семейных правоотношениях (родители, супруг, дети, братья, сестры и др.). Согласно ст. 1073 ГК за вред, причиненный несовершеннолетним, не достигшим 14 лет (малолетним), отвечают его родители (усыновители) или опекуны. И в данном случае на правовой статус указанных лиц влияет их семейно-правовая связь с несовершеннолетним. Пол. Иногда для гражданско-правового положения человека определенное значение имеет пол. Например, ст. 41 Жилищного кодекса предусматривает, что при предоставлении жилых помещений по договору найма не допускается вселение в одну комнату лиц разного пола старше 9 лет, кроме супругов. Законом для мужчин и женщин установлен разный возраст, с достижением которого они считаются нетрудоспособными, что имеет важное значение при определении права на возмещение вреда, при определении круга наследников и в других случаях Так, при возмещении вреда лицам, понесшим ущерб в результате смерти кормильца, к числу нетрудоспособных, имеющих право на возмещение, относятся женщины старше 55 лет и мужчины старше 60 лет (п. 2 ст. 1088 ГК). Аналогично решается вопрос об отнесении к числу наследников нетрудоспособных лиц - женщин и мужчин. Состояние здоровья. К числу признаков, индивидуализирующих гражданина (физическое лицо) как участника гражданско-правовых отношений, относится также состояние его здоровья. В первую очередь закон учитывает психическое здоровье. Согласно п. 1 ст. 29 ГК гражданин, который вследствие психического расстройства не может понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признан судом недееспособным. В этом случае гражданско-правовой статус такого гражданина существенно меняется: он не может лично совершать юридические действия и индивидуализируется как субъект гражданского права именно по этому признаку. Согласно п. 1 ст. 171 ГК сделка, совершенная гражданином, признанным недееспособным вследствие психического расстройства, ничтожна. Законом учитывается также такое состояние здоровья гражданина, когда он в момент совершения сделки не был способен понимать значение своих действий или руководить ими. В данном случае речь идет о дееспособном лице, но в момент совершения сделки его здоровье отклонилось по тем или иным причинам от нормы (в связи с нервным потрясением, физической травмой, сильным алкогольным опьянением и т. п.). Поэтому совершенная им сделка может быть признана судом недействительной (п. 1 ст. 177 ГК). Для индивидуализации гражданина как субъекта гражданского права важное значение в некоторых случаях имеет такое состояние здоровья, которое выражается в снижении или утрате им трудоспособности. Если эти обстоятельства наступили вследствие причинения ему вреда другим лицом, то при возмещении вреда учитывается степень утраты потерпевшим трудоспособности. В случае стойкой утраты трудоспособности потерпевший может быть признан инвалидом и приобретает права, обусловленные этим статусом, например право на возмещение вреда в случае потери кормильца (п. 2 ст. 1088 ГК). Помимо рассмотренных, для индивидуализации физического лица как субъекта гражданского права могут иметь значение и другие качества и признаки, если для этого имеются основания, предусмотренные законом. Первостепенное значение имеют качества правоспособности и дееспособности.

§ 2. Правоспособность граждан (физических лиц)

1. Понятие правоспособности граждан (физических лиц)

Общее понятие правоспособности дается в законе.

Правоспособность - способность иметь гражданские права и нести обязанности (п.1 ст 17 ГК)

Следовательно, правоспособность означает способность быть субъектом этих прав и обязанностей, возможность иметь любое право или обязанность из предусмотренных или допускаемых законом. Ценность данной категории заключается в том, что только при наличии правоспособности возможно возникновение конкретных субъективных прав и обязанностей. Она - необходимая общая предпосылка их возникновения и тем самым их реализации. Правоспособность признается за всеми гражданами страны Она возникает в момент рождения человека и прекращается с его смертью. Следовательно, правоспособность неотделима от человека, он правоспособен в течение всей жизни независимо от возраста и состояния здоровья. Однако отсюда нельзя делать вывод о том, будто правоспособность - естественное свойство человека, подобно зрению, слуху и т. п. Хотя правоспособность и возникает в момент рождения, она приобретается не от природы, а в силу закона, т. е. представляет собой общественно-юридическое свойство, определенную юридическую возможность. В истории были времена, когда большие группы людей в силу действовавших тогда законов были полностью или почти полностью лишены правоспособности (например, рабы при рабовладельческом строе). В юридической литературе гражданская правоспособность часто рассматривается как определенное качество (или свойство), присущее гражданину1. Это качество, как вытекает из закона, заключается в способности иметь права и обязанности. Способность же означает не что иное, как юридическую возможность: лицо способно, т е. может иметь права и обязанности Поскольку такая возможность предусмотрена и обеспечивается законом, она представляет собой определенное субъективное право каждого конкретного лица. «Правоспособность, - писал С. Н. Братусь, - это право быть субъектом права и обязанностей»2.

1 См Алексеев С С Общая теория права Т 2 М , 1982 С 141

2 Братусь С Н Субъекты гражданского права М , 1950 С 6

Этому праву корреспондируют и соответствующие обязанности: все, кто вступает в какие-либо отношения с данным гражданином, не должны нарушать его правоспособность. Правоспособность пользуется правовой защитой, что характерно для всех субъективных прав. Понимание правоспособности как определенного субъективного права получило убедительное обоснование в нашей юридической литературе1. Важно отметить, что нормы о правоспособности поставлены в законе впереди норм, относящихся ко всем другим субъективным правам (см. ст. 17 ГК). Тем самым законодатель как бы подчеркивает ее особенное предназначение - находиться с любым из субъективных прав в неразрывной связи, поскольку без гражданской правоспособности никакие субъективные гражданские права невозможны. Если правоспособность представляет собой субъективное право, то необходимо раскрыть его особенности и отграничить от других субъективных прав. От других субъективных прав правоспособность отличается в первую очередь специфическим, самостоятельным содержанием, которое, как уже говорилось, заключается в способности (юридической возможности) иметь гражданские права и обязанности, предусмотренные законом. Кроме того, гражданская правоспособность отличается от других субъективных прав назначением. Она призвана обеспечить каждому гражданину юридическую возможность приобретать конкретные гражданские права и обязанности, используя которые он может удовлетворять свои потребности, реализовать интересы. Третье отличие заключается в тесной связи правоспособности с личностью ее носителя, поскольку закон не допускает ее отчуждение или передачу другому лицу: согласно п. 3 ст. 22 ГК сделки, направленные на ограничение правоспособности, ничтожны. Итак, гражданская правоспособность - принадлежащее каждому гражданину и неотъемлемое от него право, содержание которого заключается в способности (возможности) иметь любые допускаемые законом гражданские права и обязанности

1 См Алексеев С Указ соч С 141, Советское гражданское право Субъекты гражданского права / Под ред С Н Братуся С 17-18, 20, Веберс Я Р Право-субъектность граждан в советском гражданском и семейном праве Рига, 1976 С 51

2. Правоспособность и субъективные права гражданина

Правоспособность как субъективное право нельзя смешивать с конкретными субъективными правами, возникшими в результате ее реализации. Быть правоспособным еще не означает фактически, реально иметь конкретные права и обязанности, которые предусмотрены или допускаются законом. Правоспособность, как отмечено в литературе, это лишь основа для правообладания, его предпосылка1. За каждым гражданином закон признает способность иметь множество имущественных и личных неимущественных прав, но конкретный гражданин никогда не может иметь весь их «набор», он имеет лишь часть этих прав. Так, каждый может иметь право авторства на изобретение, но далеко не все его имеют. Приобретение конкретных субъективных прав и обладание ими означает реализацию правоспособности. При этом объем субъективных прав зависит от того, как работает и сколько зарабатывает гражданин, какие у него потребности и вкусы. Кто больше и лучше работает, кто обладает природными и воспитанными талантами и способностями и активно реализует их, кто умеет разумно использовать заработанное и приобретенное, тот имеет и больше материальных и иных благ, прав на результаты интеллектуального творчества и т. д. Это закономерность любого общества.

3. Содержание правоспособности граждан и его пределы

Содержание правоспособности граждан образует те имущественные и личные неимущественные права и обязанности, которыми гражданин согласно закону может обладать. Другими словами, содержание гражданской правоспособности составляют не сами права, а возможность их иметь. Примерный перечень имущественных и личных неимущественных прав, которыми могут обладать российские граждане, дается в ст. 18 ГК, где предусматривается, что гражданин может: иметь имущество на праве собственности; наследовать и завещать имущество,

заниматься предпринимательской и любой иной не запрещенной законом деятельностью;

1 См Советское гражданское право Субъекты гражданского права / Под ред С Н Братуся С 16

создавать юридические лица самостоятельно или совместно с другими гражданами и юридическими лицами;

совершать любые не противоречащие закону сделки и участвовать в обязательствах;

избирать место жительства;

иметь права авторов произведений науки, литературы и искусства, изобретений и иных охраняемых законом результатов интеллектуальной деятельности;

иметь иные имущественные и личные неимущественные права.

Как видно, закон, определяя содержание правоспособности граждан, говорит только о правах, но прямо не упоминает об обязанностях. Между тем в п. 1 ст. 17 ГК указывается и на способность граждан «нести обязанности». В данном случае законодатель уделяет внимание главному в содержании правоспособности - правам. Но косвенное указание на обязанности в законе присутствует. Например, говорится о праве граждан «участвовать в обязательствах». Обязательство трактуется законом как правовое отношение, в силу которого одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности (п. 1 ст. 307 ГК). Как видно, право участвовать в обязательствах означает и приобретение обязанностей. С несением обязанностей связано и право иметь имущество в собственности. Например, ст. 210 ГК предусматривает, что собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, т. е. определенные обязанности. Таким образом, в содержание правоспособности, безусловно, входит и упомянутая в п. 1 ст. 17 ГК способность нести обязанности (исполнить обязательство, возместить причиненный вред и т. п.). В ст. 18 ГК перечислены наиболее важные (с точки зрения законодателя) права, которые могут быть у гражданина. Такой подход продиктован желанием законодателя сделать данную норму наиболее ясной и доступной Между тем в принципе было бы вполне достаточно записать в ГК, что гражданин может иметь любые гражданские права и обязанности, не запрещенные законом и не противоречащие общим началам и смыслу гражданского законодательства. Вместе с тем неправильно было бы утверждать, что по содержанию правоспособность граждан беспредельна. Для нее, как и для любого субъективного права, характерны некоторые пределы. «Всякое субъективное право, будучи мерой возможного поведения управомоченного лица, имеет определенные границы как по своему содержанию, так и по характеру его осуществления»1. Эти пределы отражены в положении о том, что гражданин может заниматься любой «не запрещенной законом деятельностью» и что обладание некоторыми правами может быть прямо запрещено.

4. Равенство правоспособности граждан

Для характеристики гражданской правоспособности принципиальное значение имеет закрепленное законом равноправие граждан. Равноправие граждан, предусмотренное конституционными нормами, означает не что иное, как равенство правоспособностей граждан2. Это положение вытекает из п. 1 ст. 17 ГК, согласно которому правоспособность признается в равной мере за всеми гражданами. Следовательно, согласно букве закона все граждане обладают равной по содержанию правоспособностью, никто не имеет никаких привилегий и преимуществ в способности обладать правами. Российские граждане признаются полностью равноправными независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а также других обстоятельств3. Следует вместе с тем подчеркнуть, что не все рассмотренные элементы, характеризующие равенство гражданской правоспособности, могут реализовываться полностью, во всем объеме. Так, право гражданина «избирать место жительства», входящее в содержание правоспособности, нельзя понимать в том смысле, что каждый гражданин может поселиться в любом месте России, поскольку существуют территории, где действует особый режим (приграничная полоса, расположение воинской части и т. п.). Другой пример: содержание правоспособности включает право гражданина заниматься предпринимательской деятельностью. Однако по прямому указанию закона некоторыми видами деятельности гражданин заниматься не вправе. Например, граждане не вправе осуществлять страховую деятельность.

1 Грибанов В П Пределы осуществления и защиты гражданских прав М, 1972 С 18

2 См • Братусь С Н. Предмет и система советского гражданского права С 140

3 См ст. 19 Конституции РФ, а также ст. 2 Всеобщей декларации прав человека, принятой Генеральной Ассамблеей ООН 10 декабря 1948 г

Правоспособность некоторых граждан может иметь специальный характер. Так, глава крестьянского (фермерского) хозяйства в сфере деятельности этого хозяйства может иметь права и обязанности, связанные с определенными законом целями создания хозяйства: производство сельскохозяйственной продукции, ее переработка и реализация. Однако как обычный гражданин глава крестьянского (фермерского) хозяйства обладает общей для всех граждан правоспособностью. Принцип равенства правоспособности в данном случае не нарушается. Отклонение от принципа равенства правоспособности нельзя видеть в том, что некоторые граждане фактически или по прямому указанию закона не могут (не способны) обладать отдельными правами и обязанностями (несовершеннолетние, психически больные)1. Например, малолетний гражданин не может иметь такие элементы содержания правоспособности, как право «завещать имущество» или быть членом кооператива. В подобных случаях речь идет о невозможности обладать некоторыми правами, которая распространяется в одинаковой мере на всех граждан (например, на всех несовершеннолетних), и, следовательно, принцип равенства правоспособности не нарушается, не терпит исключений.

5. Возникновение и прекращение правоспособности

Гражданская правоспособность согласно закону возникает в момент рождения гражданина и прекращается смертью. Приведенная формулировка закона вызывает тем не менее вопросы. Необходимо, прежде всего, уяснить, возникают ли с рождением человека все элементы содержания правоспособности, предусмотренные законом, или только отдельные элементы. Как было отмечено, принцип равенства правоспособности не означает полного совпадения ее объема у всех без исключения граждан. В частности, с рождением человек способен обладать не всеми гражданскими правами и обязанностями. Следовательно, во-первых, сам факт рождения не означает, что у новорожденного возникла гражданская правоспособность в полном объеме, некоторые ее элементы возникают лишь с достижением определенного возраста (право заниматься предпринимательской деятельностью, создавать юридические лица и др.).

1 См.Веберс Я. Р Основные проблемы правосубъектности граждан в советском гражданском и семейном праве Автореф дисс д-ра юрид наук. М, 1974 С. 15.

Во-вторых, требуют толкования слова «в момент рождения», поскольку установление такого момента может иметь практическое значение (например, при решении вопроса о круге наследников). Момент рождения ребенка определяется в соответствии с данными медицинской науки. С точки зрения права не имеет значения, бьи ли ребенок жизнеспособным: сам факт появления его на свет означает, что у него возникла правоспособность, хотя бы он был живым всего несколько минут или даже секунд. Следует отметить, что закон в некоторых случаях охраняет права и интересы и не родившегося ребенка, т. е. будущего субъекта права. Так, согласно ст. 530 ГК РСФСР 1964 г. наследниками могут быть дети наследодателя, родившиеся после его смерти. Это, однако, не означает, что зачатый, но не родившийся ребенок признается правоспособным. Правоспособность гражданина прекращается его смертью. Пока человек жив - он правоспособен, независимо от состояния здоровья. Факт смерти влечет безусловное прекращение правоспособности, т. е. прекращение существования гражданина как субъекта права. Этот факт влечет одновременно открытие наследства (ст. 528 ГК РСФСР 1964 г.).

6. Неотчуждаемость правоспособности и невозможность ее ограничения

Правоспособность признается за гражданином законом. При этом согласно закону гражданин не вправе отказаться от правоспособности или ограничить ее. Следовательно, для правоспособности характерна неотчуждаемость. Пункт 3 ст. 22 ГК устанавливает, что сделки, направленные на ограничение правоспособности, ничтожны. Гражданин вправе с соблюдением установленных законом требовании распоряжаться субъективными правами (продать или подарить принадлежащую ему вещь и т. д.), но не может уменьшить свою правоспособность. Однако допускается ограничение правоспособности в случаях и в порядке, установленных законом (ч. 1 ст. 22 ГК). Ограничение правоспособности возможно, в частности, в качестве наказания за совершенное преступление, причем гражданин по приговору суда может быть лишен не правоспособности в целом, а только способности иметь отдельные права - занимать определенные должности, заниматься определенной деятельностью. Ограничение правоспособности возможно и при отсутствии противоправных действий лица. Так, абз. 5 п. 4 ст. 66 ГК устанавливает, что законом может быть запрещено или ограничено участие отдельных категорий граждан в хозяйственных товариществах и обществах, за исключением открытых акционерных обществ. В частности, лицо может быть полным товарищем только в одном товариществе на вере (абз. 1 п. 3 ст. 82 ГК), т. е. его правоспособность в какой-то мере ограничена. Ограничение правоспособности в указанных случаях допускается при условии соблюдения установленных законом условий и порядка. Если это условие не соблюдается, акт государственного или иного органа, установивший соответствующее ограничение, признается недействительным (п. 2 ст. 22 ГК) в порядке, предусмотренном ст. 13 ГК. Принудительное ограничение правоспособности нельзя смешивать с лишением гражданина отдельных субъективных прав. Так, конфискация имущества по приговору суда означает лишение гражданина права собственности на определенные вещи и ценности, но не связана с ограничением правоспособности.

7. Гражданская правоспособность иностранных граждан и лиц без гражданства

Иностранные граждане согласно ст. 160 Основ пользуются в нашей стране гражданской правоспособностью наравне с российскими гражданами, т. е. им предоставляется национальный режим. Следовательно, иностранные граждане, находящиеся в нашей стране, обладают равной правоспособностью независимо от расы, цвета кожи, пола, языка, религии, политических или иных убеждений, национального или социального происхождения1. Они, как и российские граждане, могут иметь имущество в собственности, пользоваться жилыми помещениями и иным имуществом, наследовать и завещать имущество и иметь иные имущественные и личные неимущественные права, не запрещенные действующим гражданским законодательством и не противоречащие его общим началам. Согласно абз. 4 п. 1 ст. 2 ГК правила, установленные гражданским законодательством, применяются к отношениям с участием иностранных граждан и лиц без гражданства, если иное не предусмотрено федеральным законом. Вместе с тем иностранные граждане не могут пользоваться большей по объему правоспособностью, чем российские граждане. В связи с расширением содержания правоспособности граждан в последние годы расширилась и возможность иностранных граждан иметь гражданские права и обязанности.

1 См ст 2 Всеобщей декларации прав человека, принятой Генеральной Ассамблеей ООН 10 декабря 1948 г

Например, законом значительно расширен круг объектов права собственности граждан. Положения законов, относящихся к собственности граждан, применяются также к находящейся в нашей стране собственности иностранных граждан. Установив для иностранных граждан национальный режим, Основы гражданского законодательства предусмотрели в изъятие из этого правила возможность некоторых ограничений правоспособности иностранных граждан по сравнению с правоспособностью российских граждан. Например, в состав экипажа воздушных и морских судов могут входить по общему правилу лишь российские граждане. Ограничение гражданской правоспособности иностранных граждан, помимо указанных случаев, возможно по постановлению Правительства РФ в порядке ответной меры (реторсии) для граждан тех государств, в которых имеются специальные ограничения гражданской правоспособности российских граждан (ст. 162 Основ). Например, если в какой-либо стране нашим гражданам запрещено приобретать в собственность жилые дома, то граждане этой страны согласно данному закону также не вправе будут иметь жилые дома на праве собственности на нашей территории. Гражданская правоспособность лиц без гражданства (апатридов), т. е. лиц, которые проживают на нашей территории, не являясь российскими гражданами и не имея доказательств своей принадлежности к гражданству иностранного государства, аналогична правоспособности иностранных граждан. Согласно п. 1 ст. 160 Основ лица без гражданства пользуются гражданской правоспособностью наравне с российскими гражданами. Следовательно, им, как и иностранным гражданам, предоставлен национальный режим. Отдельные изъятия могут быть установлены законами РФ. Иностранным гражданам и лицам без гражданства, находящимся на территории РФ, гарантированы права и свободы, предусмотренные ее законами, в том числе в сфере имущественных и личных неимущественных отношений. Наряду с этим на них возлагается обязанность соблюдать требования указанных законов.

§ 3. Дееспособность граждан (физических лиц)

1. Понятие дееспособности граждан и ее значение

Гражданская дееспособность определяется в законе как способность гражданина своими действиями приобретать и осуществлять гражданские права, создавать для себя гражданские обязанностии исполнять их (п. 1 ст. 21 ГК).

Обладать дееспособностью - значит иметь способность лично совершать различные юридические действия: заключать договоры, выдавать доверенности и т. п., а также отвечать за причиненный имущественный вред (повреждение или уничтожение чужого имущества, повреждение здоровья и т. п.), за неисполнение договорных и иных обязанностей. Таким образом, дееспособность включает, прежде всего, способность к совершению сделок (сделкоспособность) и способность нести ответственность за неправомерные действия (деликтоспособность). Но, кроме того, дееспособность включает способность гражданина своими действиями осуществлять имеющиеся у него гражданские права и исполнять обязанности. Такая способность впервые в нашем законодательстве предусмотрена в ГК РФ (п. 1 ст. 21). В данном случае законодатель принял во внимание предложение, которое было обосновано в трудах ученых-цивилистов, доказавших, что если за гражданином признается способность приобретать права и создавать для себя обязанности, то за ним нельзя не признать способность своими действиями осуществлять права и исполнять обязанности1. Ценность названной категории определяется тем, что дееспособность юридически обеспечивает активное участие личности в экономическом обороте, предпринимательской и иной деятельности, реализации своих имущественных прав, в первую очередь права собственности, а также личных неимущественных прав. При этом все другие участники оборота всегда могут рассчитывать на применение мер ответственности к дееспособному субъекту, нарушившему обязательства или причинившему имущественный вред при отсутствии договорных отношений. Следовательно, категория дееспособности граждан представляет большую ценность в силу того, что является юридическим средством выражения свободы личности в сфере имущественных и личных неимущественных отношений.

2. Юридическая природа и содержание дееспособности граждан

Дееспособность, как и правоспособность, по юридической природе - субъективное право гражданина2.

1 См.: Грибанов В. П. Основные проблемы осуществления и защиты гражданских прав. Автореф. дисс, д-ра юрид. наук, М , 1970 С 11

2 См Грибанов В П. Основные проблемы осуществления и защиты гражданских прав. Автореф. дисс. д-ра юрид. наук С 6; Советское гражданское право Субъекты гражданского права / Под ред С. Н. Братуся. С. 20.

Это право отличается от других субъективных прав своим содержанием: оно означает возможность определенного поведения для самого гражданина, обладающего дееспособностью, и вместе с тем этому праву соответствует обязанность всех окружающих гражданина лиц не допускать его нарушений. Содержание дееспособности граждан как субъективного права включает следующие возможности, которые можно рассматривать как его составные части:

способность гражданина своими действиями приобретать гражданские права и создавать для себя гражданские обязанности;

способность самостоятельно осуществлять гражданские права и исполнять обязанности;

способность нести ответственность за гражданские правонарушения.

Можно также указать на возможность защиты данного субъективного права от нарушений1. Однако такая возможность характерна для любого субъективного права и не может идивидуализи-ровать содержание дееспособности как субъективного права. Содержание дееспособности граждан тесно связано с содержанием их правоспособности. Если содержание правоспособности составляют права и обязанности, которые физическое лицо может иметь, то содержание дееспособности характеризуется способностью лица эти права и обязанности приобретать и осуществлять собственными действиями. Поэтому можно сделать вывод, что дееспособность есть предоставленная гражданину законом возможность реализации своей правоспособности собственными действиями.

3. Понятие правосубъектности

В теоретической литературе широкое распространение получила категория «правосубъектность». Гражданский кодекс и другие гражданские законы термин «правосубъектность» не употребляют. Высказано мнение, что правосубъектность личности «представляет собой единство ее... правоспособности и дееспособности»2. Некоторые сторонники этого взгляда для характеристики правосубъектности употребляют даже понятие «праводееспособность»3.

1 См/ Веберс Я. Р. Правосубъектность граждан в советском гражданском и семейном праве. С. 129.

2 Витрук Н. В. Основы теории правового положения личности в социалистическом обществе. М., 1979. С. 89.

3 См.: Алексеев С. С. Общая теория права. Т. 2. С. 139.

Но при этом не учитывается, что гражданское право признает субъектами права (т. е. правосубъектными) всех граждан, всех людей, в том числе и недееспособных. Следовательно, в таких случаях нет единства правоспособности и дееспособности, но наличие свойств субъекта права (правосубъектности) бесспорно. Наибольшее признание получила трактовка правосубъектности в работах С. Н. Братуся, по мнению которого понятие «право-субъектность» совпадает по содержанию с понятием «правоспособность». Для того чтобы быть субъектом большинства гражданских прав, считает С. Н. Братусь, достаточно обладать правоспособностью1. Правоспособность и правосубъектность-равнозначные понятия2. Такой позиции придерживаются и многие другие авторы. Слабость изложенной позиции заключается в том, что она приводит к логическому умозаключению о ненужности категории «правосубъектность», ибо если она полностью совпадает с категорией «правоспособность», то ее употребление будет излишним. Большие усилия для обоснования объективной необходимости категории «правосубъектность» приложил Я. Р. Веберс. Ценность этой категории он видит в том, что «правосубъектность выражает признание гражданина в качестве субъекта правоотношений вообще, а также квалификацию его в качестве субъекта или возможного субъекта конкретных субъективных прав и обязанностей»3. Представляется, что категория «правосубъектность» нуждается в дальнейшем научном обосновании. Во всяком случае, нельзя согласиться с тем, что «лучше бы вообще не вводить категорию правосубъектности, поскольку это .усложняет и без того сложные вопросы и ведет к новым излишним спорам и дискуссиям»4.

4. Неотчуждаемость дееспособности и невозможность ее ограничения

Дееспособность, как и правоспособность, нельзя рассматривать как естественное свойство человека, они предоставлены гражданам законом и являются юридическими категориями.

1 См.: Советское гражданское право. Субъекты гражданского права / Под ред. С. Н. Братуся. С. 10.

2 См.: Братусь С. Н. Субъекты гражданского права. С 6.

3 Веберс Я. Р. Правосубъектность граждан в советском гражданском и семейном праве. С. 26

4 Матузов Н. И. Субъективные права граждан СССР. Саратов, 1966. С. 84

Поэтому и в отношении дееспособности закон устанавливает ее неотчуждаемость и невозможность ограничения по воле гражданина Что касается возможности принудительного ограничения дееспособности, то согласно п. 1 ст. 22 ГК никто не может быть ограничен в дееспособности иначе, как в случаях и в порядке, установленных законом. Примером может служить норма ст. 30 ГК, предусматривающая ограничение дееспособности граждан, злоупотребляющих спиртными напитками или наркотическими веществами.

5. Разновидности дееспособности

В отличие от правоспособности, которая в равной мере признается за всеми гражданами, дееспособность граждан не может быть одинаковой. Для того чтобы приобретать права и осуществлять их собственными действиями, принимать на себя и исполнять обязанности, надо разумно рассуждать, понимать смысл норм права, сознавать последствия своих действий, иметь жизненный опыт. Эти качества существенно различаются в зависимости от возраста граждан, их психического здоровья. Учитывая указанные факторы, закон различает несколько разновидностей дееспособности: 1)        полная дееспособность; 2)        дееспособность несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет, 3)        дееспособность несовершеннолетних в возрасте от 6 до 14 лет. Предусматривается также признание гражданина недееспособным и ограничение дееспособности граждан по определенным законом основаниям. Полная дееспособность - способность гражданина своими действиями приобретать и осуществлять любые допускаемые законом имущественные и личные неимущественные права, принимать на себя и исполнять любые обязанности, т. е. реализовать принадлежащую ему правоспособность в полном объеме. Такая дееспособность возникает с возрастом, причем границу этого возраста определяет закон. Согласно п. 1 ст. 21 ГК гражданская дееспособность возникает в полном объеме с наступлением совершеннолетия, т. е. по достижении 18-летнего возраста Закон знает следующие изъятия из указанного правила. Во-первых, лицо, вступившее в порядке исключения в брак до достижения 18 лет, приобретает дееспособность в полном объеме со времени вступления в брак (п 2 ст. 21 ГК) Эта норма направлена на обеспечение равноправия супругов и содействует охране родительских прав и других прав лиц, вступающих в брак до достижения 18 лет1. Во-вторых, несовершеннолетний, достигший 16 лет, согласно ст. 27 ГК может быть объявлен полностью дееспособным, если он работает по трудовому договору, в том числе по контракту, или с согласия родителей, усыновителей или попечителей занимается предпринимательской деятельностью и зарегистрирован в качестве предпринимателя. Объявление несовершеннолетнего полностью дееспособным, именуемое эмансипацией, производится по решению органа опеки и попечительства с согласия обоих родителей, усыновителей или попечителя, а при отсутствии такого согласия - по решению суда. Эмансипация существенно изменяет правовой статус несовершеннолетнего: в результате эмансипации он, как и все полностью дееспособные граждане, по своему усмотрению приобретает и осуществляет принадлежащие ему права, распоряжается доходами, полученными в результате трудовой и предпринимательской деятельности, совершает все необходимые юридические действия и сам отвечает в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения своих обязательств и за причинение вреда. В условиях рыночной экономики институт эмансипации содействует обретению несовершеннолетними гражданами экономической самостоятельности, развитию их способностей и навыков участия в трудовой и предпринимательской деятельности.

6. Предпринимательская деятельность граждан

Гражданин вправе заниматься предпринимательской деятельностью без образования юридического лица с момента государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя. Предпринимательской признается самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом 1В случае расторжения брака между супругами, если один (или оба) вступили в брак до достижения совершеннолетия, полная дееспособность за ними сохраняется Но если брак признан недействительным, то вопрос о сохранении полной дееспособности решается судом (абз 3 п 2 ст 21 ГК) порядке (абз. 3 п. 1 ст. 2 ГК). Предпринимательская деятельность без образования юридического лица предполагает участие гражданина в различных договорных отношениях, совершение им юридических действий, связанных с исполнением договорных и иных обязательств, с предъявлением претензий и исков и т. д. Все юридические действия гражданин-предприниматель совершает от своего имени на свой риск. В случаях, когда в предпринимательской деятельности участвуют лица, обладающие частичной дееспособностью, такие лица совершают юридические действия с согласия законных представителей - родителей, усыновителей, попечителя (см. абз.1 п. 1 ст. 27 ГК). При осуществлении предпринимательской деятельности в сельском хозяйстве предпринимателем признается глава крестьянского (фермерского) хозяйства. Такое хозяйство может состоять из одного лица. Если в деятельности хозяйства участвуют трудоспособные члены его семьи, другие родственники и иные лица, то они предпринимателями не являются. В качестве предпринимателя выступает только глава крестьянского (фермерского) хозяйства. Необходимым условием участия гражданина в предпринимательской деятельности является государственная регистрация его в качестве индивидуального предпринимателя или в качестве главы крестьянского (фермерского) хозяйства. Порядок регистрации определяется законом о регистрации юридических лиц. Если гражданин осуществляет предпринимательскую деятельность без государственной регистрации, то к сделкам, которые он совершает, суд может применить положения, установленные для предпринимателей. В частности, к нему применяются правила об ответственности предпринимателя без вины за неисполнение или ненадлежащее исполнение своих обязательств (п. 3 ст. 401 ГК), о недопущении ограничения ответственности перед потребителем (п. 2 ст. 400 ГК) и другие нормы, регламентирующие предпринимательскую деятельность.

7. Банкротство гражданина

Участие гражданина в имущественных отношениях нередко связано с риском оказаться без средств и без реальной надежды иметь их. Это влечет неспособность гражданина уплатить долги своим кредиторам, а также исполнить обязанности по уплате обязательных платежей. Такая ситуация квалифицируется как несостоятельность должника, которая при наличии предусмотренных законом условий может повлечь признание его банкротом. Под несостоятельностью (банкротством) понимается признанная арбитражным судом или объявленная должником неспособность должника в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей. Федеральный закон от 8 января 1998 г. «О несостоятельности (банкротстве)»1 предусмотрел три случая банкротства гражданина:

1) банкротство гражданина, не являющегося индивидуальным предпринимателем;

2) банкротство индивидуального предпринимателя;

3) банкротство крестьянского (фермерского) хозяйства.

Банкротство гражданина, не являющегося индивидуальным предпринимателем, до принятия Закона о банкротстве нашим законодательством не предусматривалось. Необходимость введения такого института продиктована развитием рыночных отношений. «В положении должника с непосильным бременем обязательств, - как весьма удачно отмечено в литературе, - может оказаться не только индивидуальный предприниматель, но и всякий гражданин, взявший займ у банка, купивший недвижимость или иной дорогостоящий товар в кредит и т. п.»2. Признаком банкротства гражданина является его неспособность удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей. Однако для признания гражданина банкротом необходимо принять во внимание еще два обстоятельства: срок, в течение которого гражданин был неспособен исполнить свои обязательства, и сумму его обязательств. Согласно п. 1 ст. 3 Закона о банкротстве должно быть установлено, что соответствующие обязательства и (или) обязанности не исполнены гражданином в течение трех месяцев с момента наступления даты их исполнения и что сумма его обязательств превышает стоимость принадлежащего ему имущества. Дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом. При этом дело о банкротстве может быть возбуждено арбитражным судом при условии, что размер требования к должнику-гражданину составляет не менее ста минимальных размеров оплаты труда, если иное не предусмотрено Законом о банкротстве.

1 СЗ РФ. 1998. № 2 Ст. 222 (далее - Закон о банкротстве)

2 Витрянский В В. Реформа законодательства о несостоятельности (банкротстве)// ВВАС РФ. Специальное приложение к № 2.1998. Февр. С. 95. Заявление о признании гражданина банкротом может быть подано в арбитражный суд самим гражданином-должником, кредитором, прокурором, а также налоговыми и иными уполномоченными органами (п. 1 ст. 153 Закона о банкротстве). Одновременно с принятием заявления о признании гражданина банкротом арбитражный суд налагает арест на его имущество. При этом учитывается, что в соответствии с гражданским процессуальным законодательством РФ на многие виды имущества граждан не может быть обращено взыскание. На основании решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом осуществляется продажа его имущества, включенного в конкурсную массу. Денежные средства, вырученные от продажи имущества гражданина, а также имевшиеся в наличии, вносятся в депозит арбитражного суда и используются затем для покрытия расходов, связанных с рассмотрением дела о банкротстве и исполнением решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и об открытии конкурсного производства. Требования кредиторов удовлетворяются в порядке очередности, предусмотренной п. 2 ст. 161 Закона о банкротстве. Важнейшим последствием объявления гражданина банкротом является освобождение его от обязательств, в том числе и не погашенных в связи с недостатком средств, вырученных от продажи имущества гражданина. Согласно п. 1 ст. 162 Закона о банкротстве после расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, заявленных при осуществлении процедуры признания гражданина банкротом. В виде исключения сохраняют силу и могут быть предъявлены и после окончания производства по делу о банкротстве гражданина требования о возмещении вреда, причиненного жизни и здоровью, о взыскании алиментов и некоторые другие (п. 2 ст. 162 Закона о банкротстве). Таким образом, гражданин, признанный банкротом, освобождается от бремени долгов. Он лишился имущества, которое было продано с целью их погашения, но зато приобрел душевное спокойствие и возможность начать новый этап в своей жизни. Недаром институт банкротства гражданина рассматривается в развитых правовых системах как один из наиболее эффективных способов защиты граждан, попавших в тяжелое материальное положение волею обстоятельств1. Этим целям призван служить и аналогичный институт российского законодательства2. Рассмотренные положения о банкротстве гражданина, не являющегося индивидуальным предпринимателем, как вытекает из п. 2 ст. 152 Закона о банкротстве, имеют общее значение по отношению к двум другим случаям банкротства граждан - индивидуальных предпринимателей и крестьянского (фермерского) хозяйства. Наряду с этим законом предусмотрены некоторые особенности указанных видов банкротства граждан, учитывающие специфику соответствующих отношений. Наиболее существенной особенностью банкротства индивидуального предпринимателя является то, что с момента принятия арбитражным судом решения о признании его банкротом и об открытии конкурсного производства утрачивает силу его регистрация в качестве индивидуального предпринимателя, а также аннулируются выданные ему лицензии на осуществление отдельных видов предпринимательской деятельности. В течение одного года с момента признания его банкротом индивидуальный предприниматель не может быть зарегистрирован в этом качестве. Следовательно, его дееспособность в связи с банкротством в определенной мере оказывается ограниченной. Законом предусмотрены особенности банкротства крестьянского (фермерского) хозяйства. В данном случае речь идет о признании банкротом именно хозяйства, а не его главы - индивидуального предпринимателя. Однако если крестьянское (фермерское) хозяйство включает нескольких лиц (членов хозяйства), то заявление о признании этого хозяйства банкротом может быть подано в арбитражный суд его главой - индивидуальным предпринимателем при наличии письменного согласия всех членов крестьянского хозяйства (п. 1 ст. 168 Закона о банкротстве). С учетом отношений собственности в крестьянском (фермерском) хозяйстве заявление его главы в арбитражный суд должно содержать подтвержденные документами сведения о составе и стоимости имущества, принадлежащего на праве собственности членам хозяйства, а также об источниках, за счет которых это имущество приобретено. Такие сведения необходимы, поскольку в случае признания хозяйства банкротом и открытия конкурсного производства имущество, принадлежащее на праве собственности членам хозяйства, в конкурсную массу не включается.

1 См.: Витрянский В. В. Указ. соч. С. 95

2 Необходимо иметь в виду, что в соответствии со ст. 185 Закона о банкротстве положения о банкротстве граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, вступят в силу с момента внесения соответствующих изменении в ГК РФ.

Конкурсную массу хозяйства, признанного банкротом, образует имущество, находящееся в общей собственности его членов: насаждения, хозяйственные или иные постройки, продуктивный и рабочий скот, птица, сельскохозяйственная и иная техника и оборудование, транспортные средства, инвентарь и другое имущество, приобретенное для крестьянского (фермерского) хозяйства на общие средства его членов (п. 1 ст. 171 Закона о банкротстве). Некоторые особенности признания банкротом крестьянского (фермерского) хозяйства обусловлены тем, что оно осуществляет сельскохозяйственное производство, связанное с сезонностью работ и получения доходов и большой зависимостью от природных условий. Так, внешнее управление крестьянским (фермерским) хозяйством после признания его банкротом вводится на срок до окончания соответствующего периода сельскохозяйственных работ с учетом времени, необходимого для реализации выращенной (произведенной, произведенной и переработанной) сельскохозяйственной продукции. Если же в течение срока внешнего управления имели место спад и ухудшение финансового состояния хозяйства в связи со стихийными бедствиями, с эпизоотиями и другими крайне неблагоприятными условиями, срок внешнего управления может быть продлен на один год (п. 3 ст. 169 Закона о банкротстве).

8. Неполная (частичная) дееспособность несовершеннолетних

Такой дееспособностью наделены несовершеннолетние в возрасте от 14 до 18 лет и малолетние в возрасте от 6 до 14 лет. Неполная (частичная) дееспособность характеризуется тем, что за гражданином признается право приобретать и осуществлять своими действиями не любые, а только некоторые права и обязанности, прямо предусмотренные законом. Неполная (частичная) дееспособность несовершеннолетних характеризуется иногда как «ограниченная». Представляется, что ограничить можно то, что уже имеется у субъекта права. Если же закон признает за несовершеннолетним дееспособность не в полном объеме, то в этом нельзя усмотреть ограничения, ибо он большим объемом дееспособности до этого не обладал. Не случайно Основы, ГК РСФСР и действующий ГК РФ понятием «ограниченная дееспособность несовершеннолетних» не пользуются. В законе речь идет о том, что несовершеннолетним предоставляется какая-то часть от полной дееспособности. Правда, эта часть может быть при определенных условиях ограничена. Но в таком случае будет ограничено (уменьшено) то, что несовершеннолетний уже имел. Объем (содержание) неполной (частичной) дееспособности несовершеннолетних зависит от их возраста.

9. Неполная (частичная) дееспособность несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет

Объем дееспособности несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет достаточно широк. Они могут приобретать гражданские права и создавать для себя гражданские обязанности либо самостоятельно (в указанных законом случаях), либо с согласия родителей (усыновителей, попечителя). С согласия родителей (усыновителей, попечителя) несовершеннолетний в возрасте от 14 до 18 лет может совершать разнообразные сделки (продать или купить имущество, принять или сделать подарок, заключить договор займа и т. п.) и совершать иные юридические действия, в частности заниматься предпринимательской деятельностью (п. 1 ст. 27 ГК). Волю в такого рода сделках и иных действиях выражает сам несовершеннолетний. Согласие родителей, усыновителей или попечителя, как предусмотрено п. 1 ст. 26 ГК, должно быть выражено в письменной форме. Несоблюдение этого требования является основанием для признания сделки, совершенной несовершеннолетним, недействительной (ст. 175 ГК). Однако допускается последующее письменное одобрение сделки указанными выше лицами (родителями, усыновителями, попечителем). Устанавливая, что несовершеннолетние могут совершать сделки с согласия родителей, закон не имеет в виду непременное согласие обоих родителей: достаточно согласия одного из них, поскольку российское семейное законодательство исходит из принципа полного равенства прав родителей по отношению к детям. То же надо сказать об усыновителях: требуется согласие не обоих усыновителей (если их двое), а одного из них. Несовершеннолетний в возрасте от 14 до 18 лет вправе самостоятельно, т. е. независимо от согласия родителей (усыновителей, попечителя), распоряжаться своим заработком, стипендией или иными доходами. Указанное право - наиболее существенное из входящих в объем частичной дееспособности лиц в возрасте от 14 до 18 лет. Поскольку несовершеннолетние согласно трудовому законодательству вправе вступать при определенных условиях в трудовые правоотношения, они должны иметь возможность распоряжаться вознаграждением, полученным за труд. То же касается стипендии и иных доходов (например, доходов от предпринимательской деятельности, гонораров за использование произведений и т. п.). По смыслу закона несовершеннолетний вправе распорядиться и накопленным им заработком (независимо от суммы), а также вещами, приобретенными на заработок. Путем толкования закона (пп. 1 п. 2 ст. 26 ГК) можно сделать вывод, что несовершеннолетний в возрасте от 14 до 18 лет может распоряжаться не только полученным заработком, стипендией или иными доходами, но и теми, на получение которых он имеет право, т. е. совершать сделки в кредит. Несовершеннолетние в возрасте от 14 до 18 лет вправе самостоятельно осуществлять авторские и изобретательские права: заключать авторские договоры с целью использования созданных ими произведений» требовать выдачи патента на изобретение и т. д. Полученным гонораром или иным вознаграждением несовершеннолетний распоряжается самостоятельно. Неполная (частичная) дееспособность несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет выражается также в их праве самостоятельно совершать мелкие бытовые сделки. В данном случае имеются в виду сделки, совершаемые несовершеннолетними за счет средств родителей (усыновителей, попечителя или других лиц), но не за счет своего заработка, стипендии, иных доходов, ибо заработок, стипендию, иные доходы он может расходовать самостоятельно, совершая любые, а не только «мелкие бытовые» сделки. Под бытовыми понимаются сделки, направленные на удовлетворение обычных потребностей несовершеннолетнего: приобретение продуктов питания, учебников, тетрадей, канцелярских принадлежностей, парфюмерных товаров, ремонт одежды или обуви и т. п. По характеру они должны соответствовать возрасту несовершеннолетнего. Устанавливая, что подобные сделки должны быть «мелкими», закон имеет в виду относительно небольшую стоимость приобретаемых несовершеннолетним вещей и иных затрат. Несовершеннолетние в возрасте от 14 до 18 лет могут самостоятельно вносить вклады в кредитные учреждения и распоряжаться вкладами. Указанное право несовершеннолетних, как сказано в п. 2 ст. 26 ГК, осуществляется «в соответствии с законом». Что касается организаций Сберегательного банка, то в них несовершеннолетний вправе самостоятельно сделать вклад и в полной мере распоряжаться вкладом, если лично внес его на свое имя. Если же вклад внесен другим лицом на имя несовершеннолетнего, достигшего 14 лет, или перешел к нему по наследству, то он вправе раcпоряжаться им только с письменного согласия родителей (усыновителей, попечителя). Для характеристики объема частичной дееспособности несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет необходимо указать на их право с 16 лет быть членами кооперативов в соответствии с законами о кооперативах. Вступив в кооператив, несовершеннолетний приобретает все, в том числе имущественные, права и обязанности в этой организации и может самостоятельно их осуществлять. Несовершеннолетние в возрасте от 14 до 18 лет считаются де-ликтоспособными, т. е. сами отвечают за имущественный вред, причиненный их действиями. Однако если у несовершеннолетнего нет имущества или заработка достаточного для возмещения вреда, вред в соответствующей части должен быть возмещен его родителями (усыновителями, попечителем), если они не докажут, что вред возник не по их вине (ст. 1073 ГК). Особо следует остановиться на праве несовершеннолетних составлять завещания. Завещание представляет собой распоряжение (сделку) гражданина о своем имуществе на случай смерти. Согласно ст. 534 ГК РСФСР оставить по завещанию свое имущество наследникам может каждый гражданин. Более определенное указание содержится в ч. 1 ст. 57 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, согласно которой нотариус «удостоверяет завещания дееспособных граждан»1. Важно отметить, что закон не требует, чтобы завещатель обладал полной дееспособностью. Поэтому при решении вопроса о праве несовершеннолетних на распоряжение имуществом путем завещания следует руководствоваться общими положениями закона о дееспособности граждан в возрасте от 14 до 18 лет. Согласно пп. 1 п. 2 ст. 26 ГК несовершеннолетние в возрасте от 14 до 18 лет вправе самостоятельно, без согласия родителей, усыновителей и попечителя распоряжаться своим заработком, стипендией и иными доходами Следовательно, они вправе распоряжаться заработком, стипендией и иными доходами путем завещания, которое представляет собой сделку по распоряжению имуществом на случай смерти. Однако несовершеннолетние не могут завещать иное имущество, распоряжаться которым они могут только с согласия родителей, усыновителей, попечителя. Это связано не только с тем, что самостоятельно распоряжаться таким имуществом несовершеннолетние не вправе, но и с тем, что завещание - это сделка, имеющая строго личный характер, и поэтому по самой ее сути она не может совершаться с согласия или одобрения кого бы то ни было.

1 ВВС РФ 1993 № 10 Ст 357

Вопрос о праве несовершеннолетних завещать имущество не получил единообразного решения в литературе. По мнению В. И. Серебровского, завещание как сделка, непосредственно связанная с личностью завещателя, может совершаться только лицами, полностью дееспособными1. Б. С. Антимонов и К. А. Граве допускают завещания несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет, если завещание касается денежных средств, представляющих собой заработок несовершеннолетнего2. Эта точка зрения больше соответствует и закону, и здравому смыслу. Если закон предусматривает право несовершеннолетних свободно распоряжаться своим заработком, стипендией и иными доходами, то нет оснований лишать их права использовать один из способов распоряжения - путем завещания3. Представляется правильным мнение и тех авторов, которые считают, что несовершеннолетние могут завещать не только денежные средства, полученные ими в виде заработной платы, стипендии или иньрс доходов, но также и имущество, приобретенное на эти средства4. Как было отмечено, таким имуществом несовершеннолетние вправе распоряжаться свободно, без согласия родителей, усыновителей, попечителя.

10. Частичная дееспособность несовершеннолетних в возрасте от 6 до 14 лет (малолетних)

В литературе высказывалось мнение, что дети в возрасте до 14 лет полностью недееспособны5. Такой вывод пытались обосновать тем, что закон признает за детьми в возрасте до 14 лет весьма узкую сделкоспособность и вовсе не признает деликтоспособности.

1 См.: Серебровский В. И. Очерки советского наследственного права. М., 1953. С. 98-99. Такого мнения придерживается К. Б. Ярошенко. См.: Комментарий части первой Гражданского кодекса Российской Федерации для предпринимателей. С. 60.

2См.: Антимонов Б. С., Граве К. А. Советское наследственное право. М., 1955. С. 148-149.

3 Некоторые авторы считают, что можно было бы предоставить несовершеннолетним такое право. См/ Барщевский М. Ю. Наследственное право. М., 1996. С. 66.

4 См.: Мозжухина 3. И. Наследование по завещанию в СССР. М., 1955. С. 24. Иное мнение высказано Т. Д. Чепигой. См.: Чепига Т. Д. К вопросу о праве завещать // Вестник МГУ. Серия «Право». 1965. № 2. С. 48.

5 См., например: Братусь С. Н. Субъекты гражданского права. С. 68; Иоффе О. С. Советское гражданское право. С. 125; Советское гражданское право Ч 1. Л., 1982. С. 87; Законодательство некоторых стран считает недееспособными малолетних в возрасте до 7 лет (§ 113 Германского гражданского уложения).

В настоящее время согласно ст. 28 ГК за несовершеннолетних, не достигших 14 лет (малолетних), сделки, за предусмотренными законом исключениями, могут совершать от их имени только их родители, усыновители или опекуны. В случае причинения вреда малолетним за этот вред отвечают его родители (усыновители) или опекуны, если не докажут, что вред возник не по их вине. Вред, причиненный малолетним, нуждающимся в опеке и находящимся в соответствующем воспитательном, лечебном или ином аналогичном учреждении, обязано возместить это учреждение, если не докажет, что вред возник не по его вине. В случаях, предусмотренных законом, причиненный малолетним вред обязаны возместить учебные заведения, воспитательные, лечебные или иные учреждения, под надзором которых находился малолетний (ст. 1073 ГК). Таким образом, и по действующему закону малолетние не признаются деликтоспособными. Что касается способности совершать сделки, то она признается за ними лишь в прямо предусмотренных, исключительных случаях. Несмотря на указанные обстоятельства, следует считать, что малолетние наделены определенной, хотя и незначительной дееспособностью. Эта идея была отчетливо выражена в ГК РСФСР 1964 г., в котором ст. 14 имела наименование «Дееспособность несовершеннолетних в возрасте до 15 лет». Действующий ГК РФ устанавливает, что определенные сделки малолетние могут самостоятельно совершать не с момента рождения (такой вывод вытекал из ст. 14 ГК РСФСР 1964 г.), а по достижении 6 лет (п. 2 ст. 28 ГК). Следовательно, до достижения 6 лет дети не могут совершать никаких юридически значимых действий, т. е. признаются полностью недееспособными. Прямого указания на это в законе не содержится, но такой вывод вытекает из п. 2 ст. 28 ГК1. Дееспособность детей в возрасте от 6 до 14 лет выражается, во-первых, в том, что они вправе самостоятельно совершать мелкие бытовые сделки. Эти сделки должны соответствовать возрасту ребенка (покупка хлеба, мороженого, тетрадей и т. п.) и предусматривать уплату незначительных сумм или передачу предметов, имеющих небольшую ценность. Естественно, что совершение указанных мелких бытовых сделок возможно, если ребенок способен сам выразить свое желание.

1 Такого мнения придерживаются и другие авторы. См., например: Комментарий части первой Гражданского кодекса Российской Федерации для предпринимателей. С. 68.

Во-вторых, дети в возрасте от 6 до 14 лет вправе самостоятельно совершать сделки, направленные на безвозмездное получение выгоды, не требующие нотариального удостоверения либо государственной регистрации (пп. 2 п. 2 ст. 28 ГК). В данном случае имеются в виду в первую очередь сделки дарения, в соответствии с которыми малолетний получает какую-то ценность (вещь, деньги) в дар, т. е. получает «безвозмездную выгоду». В законе прямо не указывается на предельную ценность подарка, передаваемого малолетнему, но по смыслу закона она не должна превышать разумную стоимость с учетом возраста одаряемого. Представляется, что в иных случаях дарение может быть совершено с согласия родителей, усыновителей, опекуна малолетнего. Безвозмездное получение малолетним «выгоды» возможно и при получении им какой-либо вещи в безвозмездное пользование. Представляется, что с учетом возраста ребенка на данные отношения не могут распространяться все нормы, регулирующие безвозмездное пользование, например правила о выполнении ссудополучателем капитального ремонта вещи, переданной ему в безвозмездное пользование (ст. 695 ГК). В-третьих, малолетние в возрасте от 6 до 14 лет вправе самостоятельно совершать сделки по распоряжению средствами, предоставленными законным представителем или с согласия последнего третьим лицом для определенной цели или для свободного распоряжения. В данном случае речь идет о весьма значительном расширении дееспособности малолетних в возрасте от 6 до 14 лет по сравнению с ранее действовавшим ГК РСФСР 1964 г. По смыслу пп. 3 п. 2 ст. 28 ГК малолетнему могут быть предоставлены не только для определенной цели, но и для «свободного распоряжения» денежные средства или иное имущество любой ценности, причем закон не указывает, что свободно распоряжаться ими малолетний может только путем совершения мелких бытовых сделок. Следовательно, за ним признано право распоряжаться переданными ему средствами по своему усмотрению, «свободно», путем совершения любых сделок. Практическое применение рассмотренных положений ГК покажет, насколько они целесообразны. Во всяком случае, разумно признать, что «свободное распоряжение» малолетнего будет, как правило, осуществляться с одобрения родителей, усыновителей, опекуна. На это косвенно указывает и норма, содержащаяся в п. 3 ст. 28 ГК, согласно которой имущественную ответственность по сделкам малолетнего, в том числе по сделкам, совершенным им самостоятельно, несут его родители, усыновители или опекуны, если не докажут, что обязательство было нарушено не по их вине. Следовательно, законные представители малолетнего осуществляют контроль за тем, как исполняются принятые им на себя обязательства, и отвечают перед контрагентом малолетнего, если этот контроль был недостаточным, т. е. при наличии их вины. Таким образом, понятие «свободное распоряжение малолетнего» не означает, что он выражает при совершении сделки и при ее исполнении только свою ничем не ограниченную волю. Его воля формируется под влиянием и при одобрении его действий родителями, усыновителями, опекуном.

11. Ограничение дееспособности граждан

Ограничение дееспособности возможно лишь в случаях и в порядке, установленных законом (п. 1 ст. 22 ГК). Оно заключается в том, что гражданин лишается способности своими действиями приобретать такие гражданские права и создавать такие гражданские обязанности, которые он в силу закона уже мог приобретать и создавать. Речь идет, следовательно, об уменьшении объема имевшейся у лица дееспособности. Ограниченным в дееспособности может быть как лицо, имеющее неполную (частичную) дееспособность, так и лицо, имеющее полную дееспособность. Ограничение неполной (частичной) дееспособности несовершеннолетних по ранее действовавшему законодательству допускалось по решению органов опеки и попечительства. ГК усилил в этой области охрану интересов несовершеннолетних. Согласно п. 4 ст. 26 ГК ограничение дееспособности несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет допускается только по решению суда. Ограничение дееспособности может выразиться в ограничении или даже в лишении несовершеннолетнего права самостоятельно распоряжаться заработком, стипендией или иными доходами. После вынесения судом такого решения несовершеннолетний будет иметь возможность распоряжаться заработком, стипендией и иными доходами (в полной мере или частично) только с согласия родителей, усыновителей, попечителя. Гражданский кодекс определяет круг лиц, которые могут обратиться в суд с ходатайством об ограничении или лишении несовершеннолетнего права самостоятельно распоряжаться заработком, стипендией или иными доходами: к их числу отнесены родители, усыновители или попечители, а также орган опеки и попечительства. Ни общественные организации, ни какие-либо заинтересованные лица (как предусматривалось ГК РСФСР 1964 г.) выступать с таким ходатайством не вправе. Решение об ограничении дееспособности несовершеннолетнего в возрасте от 14 до 18 лет может быть принято судом «при наличии достаточных оснований». Такими основаниями следует признать расходование денег на цели, противоречащие закону и нормам морали (покупка спиртных напитков, наркотиков, азартные игры и т. п.), либо неразумное их расходование, без учета потребностей в питании, одежде и т. д. В зависимости от конкретных обстоятельств суд может либо ограничить несовершеннолетнего в праве свободно распоряжаться заработком, стипендией или иными доходами, либо вовсе лишить его этого права. Выбор решения зависит от того, насколько прочны плохие склонности несовершеннолетнего и серьезны его ошибки в распоряжении заработком, стипендией, иными доходами. На основании решения суда заработок, стипендия, иные доходы несовершеннолетнего полностью или частично должны выдаваться не ему, а его законным представителям - родителям, усыновителям, попечителю. В ГК прямо не предусмотрена возможность ограничения дееспособности несовершеннолетнего на определенный срок. Представляется, что установить такой срок вправе суд в своем решении. В этом случае по истечении установленного судом срока частичная дееспособность несовершеннолетнего должна считаться восстановленной в том объеме, которую он имел до ее ограничения. Если срок, на который ограничивается дееспособность несовершеннолетнего, не был указан, то ограничение действует до достижения несовершеннолетним 18 лет либо до отмены ограничения судом по ходатайству тех лиц, которые ходатайствовали об ограничении. Ограничение дееспособности несовершеннолетнего невозможно, если он приобрел полную дееспособность в связи с вступлением в брак до достижения 18 лет либо в порядке эмансипации. Следовательно, применительно к несовершеннолетним в возрасте от 14 до 18 лет имеется в виду ограничение их частичной дееспособности.

12. Ограничение полной дееспособности граждан

Законом допускается ограничение (при наличии определенных условий) дееспособности граждан, злоупотребляющих спиртными напитками или наркотическими средствами (ст. 30 ГК). Эта норма относится только к гражданам, обладающим полной дееспособностью, поскольку граждане в возрасте от 14 до 18 лет при наличии достаточных оснований ограничиваются в дееспособности в порядке, рассмотренном выше. Вместе с тем следует признать, что норма ст. 30 ГК распространяется и на несовершеннолетних, которые до достижения 18 лет приобрели полную дееспособность в связи с вступлением в брак (п. 2 ст. 21 ГК) или в порядке эмансипации (ст. 27 ГК). К таким гражданам должны применяться все правила, относящиеся к полностью дееспособным лицам, и не могут применяться нормы, определяющие правовой статус несовершеннолетних. Ограничение дееспособности совершеннолетнего гражданина является весьма существенным вторжением в его правовой статус и поэтому допускается законом при наличии серьезных оснований, которые должны быть установлены судом. Во-первых, ограничение дееспособности предусмотрено ст. 30 ГК только для лиц, злоупотребляющих спиртными напитками либо наркотическими средствами. Иные злоупотребления и пороки (например, азартные игры, пари и т. п.) не могут повлечь ограничения дееспособности, если даже они являются причиной материальных затруднений семьи. Во-вторых, основанием для ограничения дееспособности гражданина по ст. 30 ГК служит такое чрезмерное употребление спиртных напитков или наркотических веществ, которое влечет за собой значительные расходы средств на их приобретение, чем вызывает материальные затруднения и ставит семью в тяжелое положение. Ограничение дееспособности гражданина в рассматриваемом случае выражается в том, что в соответствии с решением суда над ним устанавливается попечительство и совершать сделки по распоряжению имуществом, а также получать заработную плату, пенсию или иные виды доходов и распоряжаться ими он может лишь с согласия попечителя. Он вправе самостоятельно совершать лишь мелкие бытовые сделки (п. 1 ст. 30 ГК)1. При прекращении гражданином злоупотребления спиртными напитками или наркотическими средствами суд отменяет ограничение его дееспособности.

1 См. постановление Пленума Верховного Суда РСФСР от 4 мая 1990 г «О практике рассмотрения судами РСФСР дел об ограничении дееспособности граждан, злоупотребляющих спиртными напитками или наркотическими веществами» (ВВС РСФСР 1990 №7 С 9-12) в редакции постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 1993 г (Сборник постановлений Пленума Верховного Суда РФ 1961-1993. М, 1993)

На основании решения суда отменяется установленное над ним попечительство. Если гражданин после отмены ограничения его дееспособности снова начнет злоупотреблять спиртными напитками или наркотическими средствами, суд по заявлению заинтересованных лиц может повторно ограничить его дееспособность. Законодательство некоторых стран одним из оснований ограничения или лишения дееспособности признает расточительность. Так, Германское гражданское уложение содержит норму, согласно которой тот, кто своей расточительностью ставит себя или свою семью в тяжелое материальное положение, может быть лишен дееспособности и ставится под опеку. Такая же мера предусмотрена, если'указанные последствия наступают вследствие алкоголизма или наркомании (§ 6 гл. 1 разд. 1). По Гражданскому кодексу Франции расточитель не лишается дееспособности, но может совершать сделки и иные юридические действия лишь с разрешения назначенного трибуналом советника (ст. 513). Законодательство дореволюционной России основанием для ограничения дееспособности расточителей признавало «безмерную и разорительную роскошь, излишества, беспутство и мотовство». В литературе указывалось на трудность установления самого факта расточительности. Наиболее правильным критерием предлагалось считать «бесцельность трат, безотносительно к доходности»1. Гражданское законодательство советского периода не знало понятия «расточительность». Действующий ГК РФ о расточительности как основании для ограничения дееспособности также не упоминает, хотя аналогичные явления в жизни встречаются и влекут неблагоприятные последствия как для самого расточителя, так и для его семьи.

13. Признание гражданина недееспособным

Одним из важных факторов, влияющих на дееспособность гражданина, является психическое здоровье. Согласно п. 1 ст. 29 ГК гражданин, который вследствие психического расстройства не может понимать значения своих действий или руководить ими, может быть признан судом недееспособным. Однако сам по себе факт душевной болезни или слабоумия, хотя бы и очевидный для окружающих или даже подтвержденный справкой лечебного учреждения, еще не дает оснований считать гражданина недееспособным.

1 Шершеневич Г Ф. Учебник русского гражданского права Т. 1. М., 1914. С. 122 Высказывалось и отрицательное отношение к институту расточительства. См. Покровский И А. Проблема расточительства // Сборник статей по гражданскому и торговому праву памяти проф. Г. Ф. Шершеневича. М., 1915. С. 127-136.

Он может быть признан недееспособным только судом, причем с заявлением в суд согласно ст. 258 ГПК могут обратиться члены семьи гражданина, прокурор, орган опеки и попечительства, психиатрическое лечебное учреждение. Для рассмотрения такого дела требуется заключение о состоянии психики гражданина, выдаваемое судебно-психиатрической экспертизой по требованию суда; обязательным является участие прокурора и представителя органа опеки и попечительства. Все это является важной гарантией личных прав и интересов гражданина, недопущения произвольного вторжения в его правовой статус. Гражданин считается недееспособным лишь после вынесения судом соответствующего решения. При этом на основании решения суда над ним устанавливается опека. Если состояние психического здоровья гражданина, признанного недееспособным, улучшилось, он по решению суда может быть признан дееспособным. Основанием для такого решения должно быть соответствующее заключение судебно-психиатрической экспертизы. Признание гражданина дееспособным влечет отмену установленной над ним опеки.

§ 4. Опека и попечительство

1. Понятие и цели опеки и попечительства

Каждый гражданин (физическое лицо) независимо от возраста и состояния здоровья способен иметь права и обязанности, т. е. обладает правоспособностью. Но не все граждане (физические лица) способны самостоятельно осуществлять свои права и исполнять обязанности в силу недостатка дееспособности или ее полного отсутствия. Для восполнения недостающей или отсутствующей у таких граждан дееспособности и для защиты их прав и интересов используется институт опеки и попечительства. Следовательно, опека и попечительство являются одной из форм осуществления государственной защиты личности. До принятия ГК РФ 1994 г. отношения, связанные с опекой и попечительством, регулировались семейным законодательством. Однако при этом признавалось, что опека и попечительство тесно связаны с институтами гражданского законодательства о правоспособности и дееспособности граждан, в связи с чем должны рассматриваться наукой гражданского права и во всяком случае не могут быть отнесены только к семейному праву1. Наибольшее распространение имела трактовка опеки и попечительства как смешанного института гражданского, семейного и в некоторой части административного права (например, в части контроля местной администрации за выполнением опекунами и попечителями своих обязанностей)2. Представление о комплексном характере правового регулирования отношений опеки и попечительства является обоснованным, оно получило отражение и в законодательстве. В настоящее время основополагающие нормы об опеке и попечительстве содержатся в ГК РФ (ст. 31-40), который вместе с тем устанавливает, что деятельность опекунов и попечителей, относящаяся к воспитанию несовершеннолетних, состоящих под опекой или попечительством, является предметом регулирования семейного права (п. 1 ст. 150 Семейного кодекса РФ). Согласно п. 4 названной статьи гражданские права и обязанности опекуна (попечителя) определяются ст. 36-38 ГК. Таким образом, в курсе гражданского права предметом изучения являются гражданско-правовые аспекты опеки и попечительства. Опека устанавливается над детьми в возрасте до 14 лет, а также над гражданами, признанными судом недееспособными вследствие психического расстройства (п. 1 ст. 32 ГК). Сущность опеки состоит в том, что вместо ребенка, не достигшего 14 лет, либо вместо лица, признанного судом недееспособным вследствие психического расстройства, все права и обязанности осуществляет специально назначенное лицо - опекун. Опекуны являются представителями подопечных в силу закона и полностью заменяют подопечных в имущественных отношениях. Опекуны совершают от имени подопечных и в их интересах все необходимые сделки, они выступают в защиту прав и интересов своих подопечных в отношениях с любыми лицами, в том числе в судах, без специального полномочия, на основании удостоверения, выданного органом опеки и попечительства, либо решения этого органа о назначении данного лица опекуном. В литературе иногда высказывается мнение, что опека устанавливается над полностью недееспособными гражданами3.

1 См.: Свердлов Г. М. Советское семейное право. М., 1958. С. 27; Веберс Я. Р. Соотношение гражданского и семейного законодательства // Вопросы гражданского и трудового законодательства Советской Латвии. Рига, 1965. С 78.

2 См.: Советское семейное право / Под ред.В. А. Рясенцева. М, 1982 С. 239-240.

3 См, например: Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой / Отв. ред. О. Н. Садиков. М, 1995. С. 60.

Эта формулировка является неточной, поскольку ГК не считает детей в возрасте от 6 до 14 лет полностью недееспособными, а, напротив, определяет объем их частичной дееспособности. Попечительство отличается от опеки содержанием обязанностей, которые закон возлагает на опекунов и попечителей. Оно устанавливается над гражданами, которые частично дееспособны, - над несовершеннолетними в возрасте от 14 до 18 лет, а также над гражданами, ограниченными судом в дееспособности вследствие злоупотребления спиртными напитками или наркотическими средствами (п. 1 ст. 33 ГК). Попечительство состоит в том, что специально назначенное лицо - попечитель помогает частично дееспособному либо ограниченно дееспособному лицу осуществлять принадлежащие им права и исполнять обязанности своими советами и дает либо не дает свое согласие на совершение такими лицами сделок и других юридических действий (кроме сделок, которые несовершеннолетний или ограниченно дееспособный вправе совершать самостоятельно). Попечитель, таким образом, не заменяет полностью лицо, над которым установлено попечительство, а лишь помогает ему принимать разумные решения, восполняя недостающий жизненный опыт несовершеннолетнего либо удерживая от неправильных действий гражданина, ограниченного в дееспособности вследствие злоупотребления спиртными напитками или наркотическими средствами. Наряду с этим попечитель охраняет их от злоупотреблений со стороны третьих лиц.

2. Органы опеки и попечительства

Опека и попечительство находятся в ведении органов местного самоуправления. Наиболее важные вопросы решает непосредственно глава районной, городской, районной в городе администрации по месту жительства лица, подлежащего опеке или попечительству, или по месту жительства опекуна (попечителя). Глава администрации принимает решение об установлении опеки (попечительства) на основании соответствующего решения суда и издает постановление о назначении конкретного гражданина опекуном (попечителем). Выполнение остальных функций в области опеки и попечительства возлагается на соответствующие отделы (управления), являющиеся структурными подразделениями органа местного самоуправления: в отношении несовершеннолетних - на отделы (управления) народного образования; в отношении лиц, признанных недееспособными вследствие психического расстройства, - на отделы (управления) здравоохранения либо отделы (управления) социальной защиты населения. Орган опеки и попечительства подбирает лиц, которых можно назначить опекуном (попечителем), осуществляет надзор за деятельностью опекунов и попечителей, в необходимых случаях оказывает им помощь и содействие, рассматривает жалобы на неправильные действия опекунов и попечителей, принимает соответствующие меры в случае обнаружения обстоятельств, отрицательно влияющих на подопечного, и т. д. Таким образом, через органы опеки и попечительства осуществляется забота государства о гражданах, не обладающих дееспособностью либо обладающих частичной, неполной дееспособностью.

3. Лица, назначаемые опекунами и попечителями

При назначении опекунов и попечителей учитывается, что им оказывается большое доверие - наиболее полно обеспечить интересы и благополучие подопечных, их воспитание, заботу об их здоровье. В целях наиболее полного учета интересов подопечных закон устанавливает ряд общих требований к опекунам и попечителям. В первую очередь должны приниматься во внимание их нравственные и иные личные качества. Они должны быть способны к определенному самоограничению ради принимаемого под опеку или попечительство человека, который социально слабо защищен. Важное значение имеют также требования, относящиеся к правовому статусу лица, которое выразило согласие принять на себя обязанности и заботы опекуна или попечителя. Согласно п. 2 ст. 35 ГК опекунами и попечителями могут назначаться только совершеннолетние и дееспособные граждане. Следовательно, не могут быть назначены опекунами и попечителями граждане, которые приобрели полную дееспособность в связи со вступлением в брак до достижения 18 лет либо в порядке эмансипации, поскольку они хотя и признаются полностью дееспособными, но не относятся до достижения 18 лет к числу совершеннолетних. Равным образом не может быть опекуном или попечителем совершеннолетний гражданин, если его дееспособность ограничена судом по основаниям, предусмотренным ст. 30 ГК. По прямому указанию закона не могут быть назначены опекунами и попечителями граждане, лишенные родительских прав (п. 2 ст. 35 ГК). Представляется, что это относится не только к случаям, когда опекун (попечитель) назначается к малолетнему либо несовершеннолетнему, но и к случаям, когда он назначается к лицу, признанному недееспособным вследствие психического расстройства. Повышенные требования предъявляются к опекунам и попечителям детей. Семейный кодекс РФ устанавливает, что не назначаются опекунами и попечителями лица, больные хроническим алкоголизмом или наркоманией; лица, отстраненные от выполнения обязанностей опекунов (попечителей); лица, ограниченные в родительских правах; бывшие усыновители, если усыновление было отменено по их вине, а также лица, которые по состоянию здоровья (по перечню заболеваний, устанавливаемому Правительством РФ) не могут осуществлять обязанности по воспитанию ребенка (п. 3 ст. 146 и п. 1 ст. 127 Семейного кодекса РФ). При назначении опекуна и попечителя учитываются отношения между ним и лицом, нуждающимся в опеке и попечительстве, а если это возможно, то и желание подопечного. Опекунами и попечителями назначаются, как правило, лица, близкие подопечному, главным образом родственники. При их отсутствии опекун (попечитель) назначается по выбору органов опеки и попечительства. Опекуном или попечителем гражданин может быть назначен только с его согласия, т. е. эти отношения основаны на принципе добровольности. Никаких исключений из этого принципа закон не предусматривает. Однако в период, когда в РСФСР действовал Кодекс законов о браке, семье и опеке 1926 г., допускалось и принудительное возложение на гражданина обязанностей опекуна или попечителя (ст. 78 Кодекса). В литературе настойчиво предлагалось отказаться от этого правила и установить, что опекунами и попечителями можно назначать только тех лиц, которые изъявляют желание выполнять эту почетную обязанность и общественный долг1. В дальнейшем это предложение получило закрепление в законе - в ст. 126 Кодекса о браке и семье РСФСР 1969 г. Принцип добровольности принятия на себя обязанностей опекуна или попечителя в настоящее время содержится в ГК РФ (п. 3 ст. 35). На практике при назначении гражданина опекуном или попечителем требуется письменное согласие его супруга и совершеннолетних членов семьи, поскольку забота о подопечном осуществляется обычно всеми членами семьи, если обязанности опекуна или попечителя принял на себя семейный человек. Встречаются случаи, когда оказывается невозможным в месячный срок, установленный законом, подобрать опекуна или попечителя для нуждающегося в опеке (попечительстве) лица.

1 См : Ершова Н М. Опека и попечительство над несовершеннолетними. М., 1959 С. 67; Пергамент А. И. К вопросу о правовом положении несовершеннолетних // Уч. зап. ВИЮН Вып. 3.1955. С 36.

В такой ситуации функции опекуна (попечителя) временно выполняют органы опеки и попечительства. Специально регламентируется законом опека и попечительство над лицами, находящимися или помещенными в соответствующие воспитательные, лечебные учреждения, учреждения социальной защиты населения или другие аналогичные учреждения. К числу таких лиц относятся несовершеннолетние, воспитание и содержание которых полностью осуществляются указанными учреждениями, а также граждане, признанные недееспособными или ограниченно дееспособными и помещенные в соответствующие учреждения. Опекуны и попечители таким лицам не назначаются, поскольку их функции осуществляют сами названные учреждения, причем они признаются опекунами и попечителями (п. 4 ст. 35 ГК; п. 1 ст. 147 Семейного кодекса РФ).

4. Права и обязанности опекунов и попечителей

Главной надо считать обязанность опекунов и попечителей заботиться о содержании своих подопечных, об обеспечении их уходом и лечением, а в отношении несовершеннолетних подопечных - также и об их обучении и воспитании. Эта общая обязанность конкретизируется применительно к разным сферам деятельности опекунов и попечителей. Важнейшее место среди них занимает сфера имущественных отношений. Опекун, являясь законным представителем подопечного, полностью заменяет его в имущественных отношениях и в соответствии с этим вправе совершать от имени подопечного все сделки, которые необходимы для обеспечения интересов подопечного и целей опеки. Попечитель имеет право давать или не давать согласие на совершение сделок подопечным. Однако права опекуна и попечителя в данной сфере существенно ограничены в интересах подопечных. Это выражается в том, что опекун без предварительного разрешения органа опеки и попечительства не вправе совершать, а попечитель давать согласие на совершение следующих сделок:

по отчуждению, в том числе обмену или дарению, имущества подопечного, сдаче его внаем (в аренду), в безвозмездное пользование или в залог;

сделок, влекущих отказ от принадлежащих подопечному прав, раздел его имущества или выдел из него долей, а также любых других сделок, влекущих уменьшение имущества подопечного (п. 2 ст. 37 ГК).

В целях предупреждения возможных злоупотреблений опекуну, попечителю, их супругам и близким родственникам запрещено совершать сделки с подопечным. Исключение сделано для передачи имущества подопечному в качестве дара или в безвозмездное пользование. Имущественные отношения в сфере опеки и попечительства существенно усложняются в случае передачи части имущества подопечного в доверительное управление (ст. 38 ГК). Необходимость использования гражданско-правового института доверительного управления возникает при следующих обстоятельствах: при наличии в собственности подопечного недвижимого и ценного движимого имущества (например, ценных бумаг) и потребности обеспечить постоянное управление им. Доверительное управление устанавливается на основании договора, заключенного между органом опеки и попечительства и управляющим, который определяется этим органом. Передаваемое в доверительное управление имущество выделяется из имущества подопечного. При этом опекун (попечитель) сохраняет свои полномочия в отношении того имущества подопечного, которое не передано в доверительное управление. Имущество, переданное в доверительное управление, должно использоваться в интересах подопечного. Соблюдение управляющим этой обязанности контролируется органом опеки и попечительства как стороной в договоре о доверительном управлении. Доверительное управление имуществом подопечного прекращается по основаниям, предусмотренным законом для прекращения договора о доверительном управлении имуществом, а также в случаях прекращения опеки и попечительства, например в связи с достижением несовершеннолетним 18 лет (см. п. 2 ст. 38, ст. 1024 ГК). Содержание подопечного неизбежно требует определенных материальных затрат. Как отмечено в литературе, в данном случае действует следующий принцип: «опекуны и попечители не обязаны содержать своих подопечных»1. Источниками материального обеспечения подопечных служат полагающиеся им пенсии, стипендии, пособия, иные социальные выплаты, алименты, заработная плата, доходы от управления их имуществом (например, дивиденды по акциям, проценты по вкладам и т. п.). Указанные доходы могут расходоваться опекунами и попечителями исключительно в интересах подопечного и с предварительного разрешения органа опеки и попечительства.

1 Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой / Отв. ред. О. Н. Садиков. С. 66.

Однако если из доходов подопечного опекун (попечитель) делает необходимые на содержание подопечного затраты - на питание, одежду, оплату услуг и другие повседневные нужды, то получения разрешения органа опеки и попечительства не требуется (п. 1 ст. 37 ГК). Обязанности опекуна или попечителя рассматриваются как почетные, основанные на чувстве гражданского, а часто и родственного долга. В соответствии с этим выплата какого-либо вознаграждения опекунам и попечителям не предусмотрена; они, как сказано в п. 1 ст. 36 ГК, исполняют свои обязанности безвозмездно, кроме случаев, предусмотренных законом. Некоторые особые обязанности предусмотрены для опекунов и попечителей несовершеннолетних. В частности, они обязаны проживать совместно со своими подопечными. Раздельное проживание попечителя с подопечным, достигшим 16 лет, допускается с разрешения органа опеки и попечительства при условии, что это не отразится неблагоприятно на воспитании и защите прав и интересов подопечного. Опекуны и попечители несовершеннолетних должны заботиться об их обучении и воспитании, об их здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии (ч. 2 п. 3 ст. 36 ГК, п. 1 ст. 150 Семейного кодекса РФ). Время нахождения гражданина под опекой или попечительством зависит от обстоятельств, связанных с личностью подопечного и личностью опекуна (попечителя), а также от некоторых других обстоятельств, указанных в законе. Законом допускается освобождение опекуна или попечителя от исполнения ими своих обязанностей и отстранение от их исполнения. Освобождение происходит в силу определенных объективных обстоятельств, при отсутствии у органов опеки и попечительства каких-либо претензий к деятельности опекуна или попечителя. Освобождение происходит,

во-первых, если несовершеннолетний возвращается родителям или кто-либо его усыновил и,

во-вторых, если подопечный помещен для постоянного пребывания в соответствующее воспитательное, лечебное учреждение, учреждение социальной защиты населения или другое аналогичное учреждение.

В указанных случаях отпадают основания для продолжения опеки или попечительства. Освобождение от выполнения обязанностей опекуна или попечителя возможно по их просьбе. Однако для удовлетворения такой просьбы необходимо доказать, что она обоснована уважительными причинами: болезнь, изменение имущественного положения, отсутствие взаимопонимания с подопечным, изменение места жительства и т. п. Решение об освобождении принимает орган опеки и попечительства. Наряду с освобождением законом (ст. 39 ГК) допускается отстранение опекуна или попечителя от исполнения им своих обязанностей и замена его другим лицом. Отстранение применяется при ненадлежащем выполнении опекуном или попечителем лежащих на нем обязанностей, в том числе при использовании им опеки или попечительства в корыстных целях или при оставлении подопечного без надзора и необходимой помощи. При этом органы опеки и попечительства могут принять необходимые меры для привлечения виновного гражданина к установленной законом ответственности, в том числе уголовной. Возможно отстранение опекуна или попечителя от выполнения им своих обязанностей и при отсутствии его вины, например если недостатки в его деятельности обусловлены отсутствием опыта, навыков, педагогических знаний и т. д.1 Помимо освобождения опекуна или попечителя от выполнения им своих обязанностей или отстранения от их выполнения, опека или попечительство прекращаются и по другим основаниям. Так, опека над совершеннолетним гражданином, который ранее был признан недееспособным, прекращается, если судом вынесено решение о признании подопечного дееспособным. Равным образом и попечительство прекращается, если в отношении гражданина, ранее ограниченного в дееспособности, судом будет отменено это ограничение. Опека прекращается также по достижении малолетним подопечным 14 лет. В этом случае гражданин, выполняющий обязанности опекуна, становится попечителем несовершеннолетнего без дополнительного решения об этом. По достижении несовершеннолетним 18 лет прекращается и попечительство над ним, причем без особого решения, в силу самого факта достижения совершеннолетия. Если несовершеннолетний приобрел полную дееспособность до достижения 18 лет (п. 2 ст. 21 и ст. 27 ГК), то попечительство над ним также прекращается. В ГК РФ (ст. 41) закреплена специальная форма обеспечения интересов совершеннолетних и полностью дееспособных граждан, которые по состоянию здоровья не могут самостоятельно осуществлять и защищать свои права и исполнять обязанности, - патронаж.

1 См.: Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой / Отв. ред О Н Садиков С. 69.

Имеются в виду больные, не способные передвигаться и обслуживать себя, лица с тяжелыми увечьями, престарелые и т. п., при отсутствии лиц, обязанных осуществлять уход за ними. Орган опеки и попечительства с согласия такого гражданина может назначить ему попечителя (помощника), который принимает на себя обязанность оказывать подопечному регулярную помощь. Поскольку отношения патронажа устанавливаются с полностью дееспособным лицом, все вопросы, связанные с осуществлением его имущественных прав, решаются только с его согласия. Так, распоряжение имуществом, принадлежащим такому гражданину, осуществляется попечителем (помощником) на основании договора поручения или доверительного управления, заключенного с подопечным. Бытовые и иные сделки, направленные на содержание и удовлетворение бытовых потребностей подопечного, совершаются с его согласия. Сохранение за подопечным совершеннолетним дееспособным гражданином полной самостоятельности проявляется также в том, что отношения патронажа могут быть в любое время прекращены по его требованию. На отношения патронажа распространяется действие многих правил, регулирующих опеку и попечительство, в частности ст. 34, 35,39 ГК.

§ 5. Место жительства граждан

1. Понятие места жительства

Местом жительства признается место, где гражданин постоянно или преимущественно проживает (п. 1 ст. 20 ГК).

Это может быть жилой дом, квартира, служебное жилое помещение, специализированные дома (общежитие, гостиница-приют, дом маневренного фонда, специальный дом для одиноких престарелых, дом-интернат для инвалидов, ветеранов и др., а также иное жилое помещение, в котором гражданин постоянно или преимущественно проживает в качестве собственника, по договору найма (поднайма), договору аренды либо на иных основаниях, предусмотренных законодательством РФ1.

1 См.: Закон РФ от 25 июня 1993 г. «О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации» // ВВС РФ. 1993. № 32. Ст. 1227.

Место жительства гражданина должно быть определено с достаточной точностью. Мало, например, назвать только населенный пункт, надо указать улицу, номер дома, квартиры. В случае спора о том, является ли данное место местом жительства лица, вопрос решается на основании объективных признаков-постоянного или преимущественного проживания его в данном месте. Постоянное проживание не означает обязательно длительное проживание. Важно, чтобы в силу сложившихся условий гражданин обосновался в данном месте. Например, молодой специалист, приехавший по окончании вуза на работу в определенный населенный пункт, имеет со дня поселения местом жительства этот населенный пункт, а не город, где он учился или где живут его родители. Понятие «преимущественное проживание», содержащееся в ст. 20 ГК, имеет существенное значение, поскольку жизнь и деятельность гражданина часто не связаны постоянно с определенным местом пребывания. Так, геологи, моряки, рыболовы, строители и представители других профессий значительную часть жизни проводят в экспедициях, плавании, на стройках и т. п. В подобных случаях местом жительства признается место, где они проживают преимущественно, т. е. больше, чем в других местах. Правило о том, что гражданин должен иметь определенное место жительства, как правильно отмечено в литературе, ни в коей мере не ограничивает гражданина в праве на свободное передвижение и свободу выбора места жительства1.

2. Выбор места жительства

Каждый дееспособный гражданин РФ избирает место жительства по своему усмотрению. Свободный выбор места жительства - одно из важнейших прав человека, предусмотренных международными соглашениями2 и Конституцией РФ (ст. 27). Право выбора места жительства как нематериальное благо, принадлежащее гражданину, защищается законом (ст. 150 ГК). Провозглашая принцип свободы выбора места жительства, закон вместе с тем устанавливает, что возможно и ограничение этого права.

1 См.: Комментарий части первой Гражданского кодекса Российской Федерации для предпринимателей. С. 62.

2 См. ст. 13 Всеобщей декларации прав человека, принятой Генеральной Ассамблеей ООН 10 декабря 1948 г.

Согласно ст. 8 Закона РФ от 25 июня 1993 г. «О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации» право граждан РФ на свободу передвижения и выбор места жительства может быть ограничено: в пограничной полосе; в закрытых военных городках; в закрытых административно-территориальных образованиях; в зонах экологического бедствия; на отдельных территориях и в населенных пунктах, где в случае опасности распространения инфекционных и массовых неинфекционных заболеваний и отравлений людей введены особые условия и режимы проживания населения и хозяйственной деятельности; на территориях, где введено чрезвычайное или военное положение. Ограничение свободы выбора места жительства, как видно из приведенного перечня, продиктовано соображениями безопасности, охраны государственных интересов и интересов населения. Согласно названному выше Закону граждане РФ обязаны регистрироваться по месту пребывания и по месту жительства в пределах РФ. Регистрационный учет должен в перспективе полностью заменить привычную для граждан нашей страны прописку. В настоящее время граждане, имеющие прописку по определенному месту жительства, считаются зарегистрированными по этому месту жительства1. По смыслу закона (ст. 18 ГК) право свободного выбора места жительства признается за дееспособными гражданами. В связи с этим заслуживает внимания вопрос, имеют ли такое право лица в возрасте от 14 до 18 лет, обладающие частичной дееспособностью, а также граждане, дееспособность которых ограничена судом по основаниям, предусмотренным ст. 30 ГК. Представляется правильным высказанное в литературе мнение о том, что указанные граждане могут выбирать место жительства лишь с согласия родителей, усыновителей, попечителя2. Для некоторых категорий граждан предусматривается легальное, т. е. определенное самим законом, место жительства. Во-первых, местом жительства несовершеннолетних, не достигших 14 лет, признается место жительства их родителей, усыновителей или опекунов (п. 2 ст. 20 ГК).

1 См . постановление Верховного Совета РФ от 25 июня 1993 г. «О порядке введения в действие Закона Российской Федерации "О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации"»//ВВС РФ 1993 №32 Ст 1228

2 См • Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой / Отв ред. О Н Садиков С 42

В случае проживания родителей или усыновителей в разных местах местом жительства их детей в возрасте до 14 лет будет место жительства того из родителей (усыновителей), с которым дети проживают. Во-вторых, местом жительства недееспособных граждан, находящихся под опекой, считается место жительства их опекунов. Право свободного выбора места жительства на территории РФ принадлежит, как было отмечено, гражданам Российской Федерации. Однако нередки случаи, когда поселиться на территории РФ, избрав здесь место жительства, желают иностранные граждане и лица без гражданства. Возникающие в связи с этим отношения регулируются государством, которое определяет иммиграционную политику, устанавливая специальные правила в целях предупреждения и предотвращения неконтролируемой и незаконной миграции на территории РФ1.

3. Место жительства переселенцев и вынужденных переселенцев

Переселенцами признаются лица, которые меняют место жительства в связи с переездом в другую местность не в индивидуальном порядке, а по решению компетентных государственных органов, принятому в связи с определенными событиями: затоплением населенного пункта при строительстве гидротехнических сооружений, невозможностью проживания в прежнем месте жительства по причине его зараженности радиацией или какими-то ядовитыми веществами, а также по природным условиям (угроза схода лавин, оползней и т. п.). Переселенцы во всех подобных случаях меняют прежнее место жительства на новое. При этом на соответствующие государственные органы, организации и предприятия возлагается обязанность обеспечения переселенцев жильем, работой и другими средствами для нормальной жизни. Иногда переселение осуществляется по соглашению граждан с государственными и иными органами с целью освоения отдаленных и малонаселенных территорий, участия в новостройках и т. п. В подобных случаях отношения переселенцев с соответствующими органами определяется нормативными актами и договорами.

1 См.. Указ Президента РФ от 16 декабря 1993 г. № 2145 «О мерах по введению иммиграционного контроля»; постановление Федеральной иммиграционной службы России № 1414, правительства Москвы № 652 и правительства Московской области № 25/11 от 1 августа 1995 г. «Об организации иммиграционного контроля на территории г Москвы и Московской области» // Тверская, 13. 1995. 26 окт.- 1 нояб. Положение об иммиграционном контроле, утвержденное постановлением Правительства РФ от 8 сентября 1994 г № 1020.

При этом может быть предусмотрено возвращение переселенцев в прежнее место жительства. Особый статус предусмотрен законом для вынужденных переселенцев. Вынужденным переселенцем признается гражданин, покинувший место жительства не по своему желанию или распоряжению компетентного органа, а вынужденно, вследствие совершенного в отношении него лично или членов его семьи насилия или преследования в иных формах либо вследствие реальной опасности подвергнуться преследованию по признаку расовой или национальной принадлежности, вероисповедания, языка, а также по признаку принадлежности к определенной социальной группе или из-за политических убеждений, ставших поводом для проведения враждебных кампаний в отношении конкретного лица или группы лиц, массовых нарушений общественного порядка. Согласно Закону РФ от 19 февраля 1993 г. «О вынужденных переселенцах» в редакции от 20 декабря 1995 г.1 вынужденным переселенцем может быть признан при наличии указанных обстоятельств гражданин РФ, вынужденный покинуть место жительства на территории иностранного государства и прибывший на территорию РФ. Возможно признание вынужденным переселенцем гражданина РФ, вынужденного покинуть место жительства на территории одного субъекта РФ и прибывшего на территорию другого субъекта РФ. При определенных условиях вынужденным переселенцем может быть признан и иностранный гражданин или лицо без гражданства, а также гражданин бывшего Союза ССР (ст. 1 Закона о вынужденных переселенцах). Статус вынужденного переселенца гражданин получает при наличии решения соответствующего территориального органа миграционной службы, принятого по ходатайству этого гражданина. Получив удостоверение вынужденного переселенца, гражданин приобретает право самостоятельно выбрать место жительства на территории РФ, а также может в соответствии с установленным порядком проживать у родственников или иных лиц при условии их согласия на совместное проживание. Естественно, за ним признается право на прежнее место жительства.

1СЗ РФ. 1995. № 52. Ст. 5110.

4. Место жительства беженцев

Если понятие «вынужденные переселенцы» относится к гражданам Российской Федерации, вынужденно покинувшим свое место жительства, то «беженец» - это «лицо, которое не является гражданином Российской Федерации и которое в силу вполне обоснованных опасений стать жертвой преследований по признаку расы, вероисповедания, гражданства, национальности, принадлежности к определенной социальной группе или политических убеждений находится вне страны своей гражданской принадлежности и не может пользоваться защитой этой страны или не желает пользоваться такой защитой вследствие таких опасений; или, не имея определенного гражданства и находясь вне страны своего прежнего обычного местожительства в результате подобных событий, не может или не желает вернуться в нее вследствие таких опасений» . В 90-х гг. в России появились десятки тысяч беженцев из разных стран. В связи с этим возникла настоятельная необходимость в законодательном определении статуса беженца. В 1992 г. Российская Федерация присоединилась к Конвенции о статусе беженцев и Протоколу, касающемуся статуса беженцев1, а 19 февраля 1993 г. был принят Закон РФ «О беженцах»2. В настоящее время данный Закон действует в редакции Федерального закона от 28 июня 1997 г.3 Лицо признается беженцем по решению соответствующего органа исполнительной власти по миграционной службе. После принятия этого решения лицо, признанное беженцем, пользуется правами и несет обязанности, предусмотренные ст. 8 Закона о беженцах. Беженец вправе ходатайствовать о предоставлении ему гражданства РФ или обращаться с заявлением о предоставлении права на постоянное проживание на территории РФ (п. 14 ст. 8 Закона о бежецах). Вместе с тем за беженцем признается право добровольно вернуться в страну своего прежнего постоянного проживания, т. е. покинуть приобретенное в Российской Федерации место жительства.

1 ВВС РФ. 1992. № 49. Ст. 2863.

2 ВВС РФ. 1993. № 12. Ст. 425. 1 СЗ РФ. 1997. № 26. Ст. 2956.

5. Правовое значение места жительства

Точное определение места жительства имеет существенное значение для охраны прав и интересов граждан, обеспечения устойчивости гражданских правоотношений, а также государственных интересов. Необходимость знать точное место жительства гражданина возникает при решении ряда вопросов правового характера. Так, вопрос о том, где должно быть исполнено обязательство, решается во многих случаях в зависимости от места жительства участников обязательственного правоотношения - кредитора и должника (ст. 316 ГК). Местом открытия наследства согласно ст. 529 ГК РСФСР признается последнее постоянное место жительства наследодателя. По месту жительства гражданина обычно решается вопрос о постановке его на учет для улучшения жилищных условий (возможно обращение с этой целью и по месту работы). С местом жительства связывается общее предположение (презумпция) о том, что гражданин всегда находится в месте жительства, хотя бы в данный момент он и находился в другом месте1. Например, в адрес постоянного места жительства всегда посылаются различные официальные вызовы и извещения, в том числе судебные повестки.

§ 6. Безвестное отсутствие. Объявление гражданина умершим

1. Признание гражданина безвестно отсутствующим

Длительное отсутствие гражданина в месте жительства, если неизвестно место его пребывания, небезразлично для организаций и граждан, с которыми он находился в правовых отношениях. Например, если гражданин был должником, то кредиторы не имеют возможности потребовать уплаты долга. Нетрудоспособные лица, которые были на иждивении гражданина, перестают получать от него содержание, но не могут обратиться за пенсией, поскольку считаются имеющими кормильца. В случае длительного отсутствия гражданина может быть причинен ущерб его имуществу, оставшемуся в месте жительства без надзора. С целью устранения юридической неопределенности, вызванной длительным отсутствием гражданина, и предотвращения указанных неблагоприятных последствий для его имущества закон предусматривает создание особого юридического состояния для такого гражданина, а именно признание его безвестно отсутствующим.

1 См.: Братусь С. Н. Субъекты гражданского права. С. 78.

Безвестное отсутствие - удостоверенный в судебном порядке факт длительного отсутствия гражданина в месте его жительства, если не удалось установить место его пребывания. Согласно абз. 1 ст. 42 ГК гражданин может быть по заявлению заинтересованных лиц признан судом безвестно отсутствующим, если в течение года в месте его жительства нет сведений о месте его пребывания. Таким образом, обращение в суд именуется в данном случае не иском, а заявлением, и дело рассматривается в порядке особого производства (ст. 245 ГПК). Понятия «заинтересованные лица» в законе не дается. По смыслу закона к их числу относятся супруг, поскольку он может быть заинтересован в расторжении брака в упрощенном порядке; лица, состоящие на иждивении отсутствующего, поскольку они в случае признания его безвестно отсутствующим приобретают в соответствии с пенсионным законодательством право на пенсию по случаю потери кормильца. Заинтересованными в признании гражданина безвестно отсутствующим могут быть и другие лица, если это необходимо им для защиты нарушенного или оспариваемого права или охраняемого законом интереса (например, кредиторы отсутствующего, налоговые органы и т. п.), а также прокурор, органы государственного управления, иные органы и отдельные граждане, если они по закону вправе обращаться в суд за защитой прав и интересов других лиц. Непременным условием признания гражданина безвестно отсутствующим является отсутствие в месте его жительства сведений о месте его пребывания в течение не менее одного года. День получения последних известий может быть подтвержден предъявлением последнего письма отсутствующего гражданина или иным способом (например, показаниями свидетелей). При невозможности установить день получения последних известий началом безвестного отсутствия считается первое число месяца, следующего за тем, в котором были получены последние известия, а при невозможности установить этот месяц-первое января следующего года (абз. 2 ст. 42 ГК). Признание гражданина безвестно отсутствующим допустимо при условии, что невозможно установить место его пребывания. Поэтому до рассмотрения дела в соответствующие организации по последнему известному месту пребывания гражданина, месту работы, месту рождения и т. п. посылаются запросы об имеющих- ся о нем сведениях, опрашиваются его родственники, друзья, иные лица, с которыми он общался. Основные юридические последствия признания гражданина безвестно отсутствующим состоят в следующем. Во-первых, имущество, принадлежащее такому гражданину, если необходимо постоянное управление им, передается в доверительное управление. В соответствии с решением суда о передаче имущества в доверительное управление орган опеки и попечительства назначает управляющего и заключает с ним договор о доверительном управлении. Из этого имущества выдается содержание гражданам, которых безвестно отсутствующий обязан содержать, и погашается задолженность по иным обязательствам безвестно отсутствующего. Законом допускается назначение управляющего имуществом отсутствующего гражданина и до истечения года со дня получения сведений о месте его пребывания (п. 2 ст. 43 ГК). Управляющего в таком случае назначает орган опеки и попечительства своим решением, без обращения в суд. Управляющий выделяет средства гражданам, которых безвестно отсутствующий по закону обязан содержать (несовершеннолетние дети, нетрудоспособные родители и др.), а также погашает его задолженность по другим обязательствам. По заявлению заинтересованных лиц орган опеки и попечительства может назначить опекуна для охраны имущества гражданина, если он отсутствует меньше года и не признан безвестно отсутствующим. Однако по смыслу закона в этом случае опекун назначается только для охраны имущества и не может производить из него какие-либо выплаты. Во-вторых, в случае признания гражданина безвестно отсутствующим у нетрудоспособных членов семьи, состоящих на его иждивении, возникает право на пенсию по случаю потери кормильца согласно правилам пенсионного законодательства. В-третьих, согласно ст. 188 ГК прекращается действие доверенности, выданной на имя безвестно отсутствующего, а также выданной им самим. В-четвертых, супруг гражданина, признанного безвестно отсутствующим, имеет право на расторжение брака в упрощенном порядке через орган загса (п. 2 ст. 19 Семейного кодекса РФ). В случае явки или обнаружения места пребывания гражданина, признанного безвестно отсутствующим, суд отменяет решение о признании его безвестно отсутствующим (ст. 44 ГК). На основании решения суда отменяется доверительное управление имуществом гражданина и прекращаются другие юридические отношения, возникшие из факта признания его безвестно отсутствующим.

2. Объявление гражданина умершим

Признание гражданина безвестно отсутствующим не ликвидирует возникшую юридическую неопределенность, поскольку он остается участником ряда правоотношений. Между тем при длительном отсутствии гражданина, если невозможно установить место его пребывания, есть основания предполагать, что он умер. Однако с таким предположением нельзя связывать юридические последствия, пока факты, его порождающие, не будут установлены в официальном порядке, ибо ошибка в решении этого вопроса может повлечь серьезные нарушения прав и интересов личности. Согласно п. 1 ст. 45 ГК гражданин может быть объявлен судом умершим. При этом не требуется, чтобы предварительно он был признан безвестно отсутствующим. Условиями объявления умершим являются:

отсутствие гражданина в месте постоянного жительства в течение пяти лет, считая со дня получения последних сведений о нем, а в определенных случаях, указанных в законе, - шести месяцев;

неполучение в течение указанных сроков сведений о месте пребывания гражданина и невозможность, несмотря на принятые меры, установить, жив ли он.

Сокращенный шестимесячный срок для объявления гражданина умершим применяется, как сказано в законе, если гражданин пропал без вести при обстоятельствах, угрожавших смертью или дающих основание предполагать его гибель от определенного несчастного случая. Например, если известно, что гражданин был пассажиром или членом экипажа затонувшего морского судна либо потерпевшего катастрофу самолета, то для объявления его умершим требуется шесть месяцев, поскольку предположение о его гибели при таких условиях весьма основательно. Однако суд признает в данном случае не факт смерти гражданина, а объявляет его умершим на основании презумпции смерти во время несчастного случая. Особо закон определяет условия объявления умершим гражданина, пропавшего во время военных действий: он может быть в судебном порядке объявлен умершим не ранее чем по истечении двух лет со дня окончания военных действий (п. 2 ст. 45 ГК). На основании решения суда об объявлении гражданина умершим органы загса выдают заинтересованным лицам свидетельство о его смерти. Днем смерти гражданина, объявленного решением суда умершим, считается день вступления в законную силу этого решения. В случае объявления умершим гражданина, пропавшего без вести при обстоятельствах, угрожающих смертью или дающих основание предполагать его гибель от определенного несчастного случая, суд может признать днем смерти гражданина день его предполагаемой гибели (например, день гибели пассажирского самолета, день землетрясения или иного стихийного бедствия и т. п.). Юридическим последствием объявления гражданина умершим является прекращение или переход к наследникам всех прав и обязанностей, которые принадлежали ему как субъекту права, т. е. фактически это такие же последствия, которые влечет смерть человека. Однако объявление гражданина умершим, в отличие от смерти, устанавливает лишь презумпцию, но не самый факт смерти. Поэтому в тех исключительных случаях, когда гражданин, объявленный умершим, фактически жив, решение суда ни в коей мере не повлияет на его правоспособность. Если же гражданин действительно умер, то его правоспособность прекращается в силу естественной смерти независимо от того, когда будет вынесено решение суда об объявлении его умершим. В случае явки гражданина, объявленного умершим, не требуется восстанавливать его правоспособность. Будучи живым, он остается полностью правоспособным, несмотря на решение суда об объявлении его умершим. Все юридические действия, совершенные им в то время, когда он, не зная об этом, где-то ошибочно объявлен умершим (заключенные договоры, выданные доверенности и т. д.), считаются вполне действительными и имеют полную силу. Объявление умершим не влияет и на его субъективные права, приобретенные в том месте, где было неизвестно об объявлении его умершим. Следовательно, независимо от решения суда, объявившего гражданина умершим, он способен быть носителем прав и обязанностей. Объявление гражданина умершим создает презумпцию его смерти. Но всякая презумпция, даже очень достоверная, может быть опровергнута. Закон допускает такую возможность и устанавливает, что в случае явки или обнаружения места пребывания гражданина, объявленного умершим, соответствующее решение отменяется судом (п. 1 ст. 46 ГК). Решение суда является основанием для аннулирования записи о смерти в книге записи актов гражданского состояния (ст. 257 ГПК). Восстанавливать правоспособность явившегося гражданина, как было отмечено, нет надобности, поскольку он ее не утрачивал. Однако возникает необходимость в восстановлении его субъективных прав, в первую очередь его права собственности. В данном случае большое значение имеет основание приобретения его имущества другими лицами - безвозмездно или на возмездных началах. Согласно п. 2 ст. 46 ГК независимо от времени своей явки гражданин может потребовать от любого лица возврата сохранившегося имущества, которое безвозмездно перешло к этому лицу после объявления гражданина умершим (например, к наследнику, к лицу, которому имущество было подарено, и т. п.). Это правило вполне соответствует принципу справедливости, поскольку граждане, к которым имущество перешло безвозмездно, в случае возвращения этого имущества собственнику материального ущерба, как правило, не несут. Правило о возврате лицу, ошибочно объявленному умершим, принадлежащего ему имущества тесно связано с нормами ст. 301- 303 ГК, регулирующих отношения по истребованию имущества из чужого незаконного владения (виндикации). Применительно к истребованию своего имущества гражданином после отмены судом решения об объявлении его умершим, если это имущество было приобретено вполне законно его наследниками и другими лицами, следует признать, что после отмены указанного решения отпадает основание (титул) их владения, т. е. владение становится незаконным. Если они откажутся вернуть гражданину, ошибочно объявленному умершим, принадлежащее ему имущество, у него возникнет основание для предъявления иска об истребовании этого имущества из их незаконного владения, т. е. виндикационного иска (ст. 301 ГК). Если незаконные владельцы были добросовестными, поскольку не знали, что объявленный умершим гражданин находится в живых, то у них имущество может быть истребовано только в случаях, указанных в п. 1 ст. 302 ГК (в частности, в случае, когда имущество выбыло из владения собственника или лица, которому оно было передано собственником во владение, помимо их воли). В случае объявления гражданина умершим его имущество оказывается во владении других лиц не по его воле, и поэтому оно может быть истребовано и у добросовестных приобретателей. Удовлетворяя требование об изъятии имущества у незаконного (хотя и добросовестного) приобретателя, суд решает и связанные с ним требования. В частности, добросовестный приобретатель в случае изъятия у него имущества вправе требовать возмещения произведенных на него необходимых затрат (при наличии условий, предусмотренных абз. 2 ст. 303 ГК). Кроме того, добросовестный владелец вправе оставить за собой произведенные им улучшения, если они могут быть отделены без повреждения имущества. Вместе с тем он обязан возвратить или возместить собственнику все доходы, которые он извлек или должен был извлечь со времени, когда он узнал или должен был узнать о неправомерности владения или получил повестку по иску собственника о возврате имущества1. Гражданин, ошибочно объявленный умершим, вправе требовать возврата сохранившегося имущества от лиц, получивших его безвозмездно, при условии, что это имущество принадлежало гражданину. Если он состоял в браке и имелось совместное нажитое супругами имущество, возможно требовать возврата только полагающейся ему части общего имущества. Некоторые виды имущества возврату не подлежат. Это деньги и ценные бумаги на предъявителя (п. 3 ст. 302 ГК). Предусматривая возврат сохранившегося имущества, закон имеет в виду имущество, сохранившееся в натуре. Истребование стоимости вещей, которые после их безвозмездного приобретения были отчуждены их обладателями за деньги или были утрачены, закон не предусматривает. Например, если наследники гражданина, объявленного умершим, продали приобретенный по наследству дом, то от приобретателя, не знавшего, что объявленный умершим жив, нельзя истребовать этот дом, но нельзя взыскать и его стоимость с наследников. Однако следует согласиться с высказанным в литературе мнением, что если лицо, к которому безвозмездно перешло имущество гражданина, ошибочно объявленного умершим, было недобросовестным приобретателем, т. е. знало, что гражданин находится в живых, то гражданину должны быть возмещены убытки, причиненные утратой имущества2. Основную часть этих убытков будет составлять стоимость утраченного (не сохранившегося) имущества. От рассмотренного существенно отличается по правовым последствиям случай, когда имущество лица, объявленного умершим, кто-то приобрел на возмездных началах. Лица, к которым имущество такого гражданина перешло по возмездным сделкам, не обязаны возвращать ему это имущество. Имеются в виду такие сделки, как купля-продажа и мена. Однако закон предусматривает исключения из этого правила: возмездный приобретатель имущества, которое принадлежало лицу, объявленному умершим, обязан возвратить ему это имущество, если будет доказано, что, приобретая его, он знал, что гражданин, объявленный умершим, находится в живых.

1 Подробнее эти вопросы рассматриваются в главе «Защита права собственности и иных вещных прав».

2 См.: Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой / Отв. ред. О. Н Садиков. С. 76.

При невозможности возврата такого имущества в натуре возмещается его стоимость (абз. 2 п. 2 ст. 46 ГК). Следовательно, обязанность возвратить имущество или возместить его стоимость возникает в данном случае только в отношении лиц, действовавших в момент приобретения имущества недобросовестно, виновно. Требование о возврате имущества, предъявленное к такому недобросовестному владельцу, представляет по своему содержанию иск об истребовании имущества из чужого незаконного владения - виндикационный иск (ст. 301 ГК). На него должны распространяться правила ст. 303 ГК, в соответствии с которыми возврату подлежит не только имущество в натуре, но и доходы, которые недобросовестный владелец извлек или должен был извлечь за все время владения. Соответственно недобросовестный владелец вправе требовать возмещения произведенных им необходимых затрат на имущество. В случае явки гражданина, объявленного умершим, восстановлению (при наличии рассмотренных выше условий) подлежат лишь те его права, которые перешли к наследникам и другим лицам. Права, которые прекратились, т. е. были аннулированы в связи с объявлением гражданина умершим, не могут быть восстановлены. Так, не восстанавливается действие обязательств личного характера (обязанности по выполнению какой-либо работы, совершению юридических действий, созданию произведения и т. п.). Вопрос о сохранении или прекращении брака с гражданином, который был объявлен умершим, решается в соответствии с нормами семейного законодательства (ст. 26 Семейного кодекса РФ).

§ 7. Акты гражданского состояния

1. Понятие гражданского состояния

Гражданское состояние - правовое положение конкретного гражданина как носителя различных прав и обязанностей (политических, имущественных, личных и проч.), определяемое фактами и обстоятельствами естественного и общественного характера. Следовательно, ответить на вопрос о гражданском состоянии гражданина - значит указать факты, индивидуализирующие его (фамилия, имя, отчество, гражданство, пол, возраст), охарактеризовать правоспособность и дееспособность (гражданскую, трудовую и т. д.) и семейное положение. Гражданское положение людей неодинаково, поскольку существенно различаются определяющие его факты и обстоятельства. Например, гражданское состояние человека в возрасте 14 лет характеризуется тем, что он, обладая гражданской правоспособностью, дееспособен частично. Гражданское состояние совершеннолетних граждан также различно, поскольку одни из них состоят в браке, а другие - нет, одни имеют детей (и, следовательно, родительские права и обязанности), а другие - нет и т. д. Понятие гражданского состояния может употребляться и в более узком смысле - правового положения гражданина как участника только имущественных и личных неимущественных отношений, регулируемых гражданским правом. Фактам и обстоятельствам, от которых зависит гражданско-правовой статус гражданина, придается важное значение и другими отраслями права, в связи с чем целесообразно рассматривать их в обобщенном виде и пользоваться пониманием гражданского состояния в широком смысле.

2. Виды актов гражданского состояния и их регистрация

Актами гражданского состояния (от латинского actio - действие, поступок) согласно Федеральному закону от 15 ноября 1997 г. «Об актах гражданского состояния»1 признаются действия граждан или события, влияющие на возникновение, изменение и прекращение прав и обязанностей, а также характеризующие правовое состояние граждан. Акты гражданского состояния представляют собой юридические факты, поскольку закон связывает с ними возникновение, изменение и прекращение прав и обязанностей. Перечень обстоятельств, которые относятся к числу актов гражданского состояния, дается в п. 1 ст. 47 ГК и в п. 1 ст. 3 названного Федерального закона от 15 ноября 1997 г. В них предусмотрены следующие виды актов гражданского состояния: рождение, заключение брака, расторжение брака, усыновление (удочерение), установление отцовства, перемена имени, смерть гражданина. Каждое из указанных обстоятельств подлежит регистрации, которая устанавливается в целях охраны имущественных и личных неимущественных прав граждан. Регистрация осуществляется органом записи актов гражданского состояния (орган загс), который составляет соответствующую запись акта в книге установленного образца (книге регистрации рождений, книге регистрации браков и т. д.).

1 СЗ РФ 1997 № 47 Ст. 5340

На основании записи выдается свидетельство о регистрации акта гражданского состояния, которое удостоверяет факт регистрации. При наличии оснований, предусмотренных п. 2 ст. 69 Федерального закона от 15 ноября 1997 г., и при отсутствии спора между заинтересованными лицами орган загса вносит исправления и изменения в записи актов гражданского состояния. Например, исправления и изменения в записи актов гражданского состояния вносятся на основании записи акта об усыновлении, об установлении отцовства, о перемене имени и т. д. При наличии спора между заинтересованными лицами внесение исправлений и изменений в записи актов гражданского состояния производится на основании решения суда. Исправления или изменения в запись акта гражданского состояния могут быть внесены на основании заключения органа загса. Это возможно, в частности, если в записи акта гражданского состояния указаны неправильные или неполные сведения, а также допущены орфографическое ошибки. Например, в записи о рождении ребенка отчество матери было указано с ошибкой: вместо «Максимовна» было записано «Максумовна». Такая ошибка может быть исправлена на основании заключения самого органа загса. В порядке, предусмотренном Федеральным законом от 15 ноября 1997 г. (ст. 74, 75), возможно восстановление и аннулирование записей актов гражданского состояния. При изучении правового регулирования отношений, связанных с актами гражданского состояния, необходимо учитывать, что не все события и факты, которые влияют на правовое положение гражданина, подлежат специальной записи и регистрации. Например, признание гражданина недееспособным вследствие душевной болезни существенно влияет на его гражданское состояние, но специальная запись в органах загса об этом факте не предусмотрена. Записи делаются только о тех событиях и фактах, которые указаны в законе.

Дополнительная литература

Белякова А М. Гражданско-правовые последствия действий несовершеннолетних// Советская юстиция. 1965. № 7; Веберс Я. Р. Правосубъектность граждан в советском гражданском и семейном праве. Рига, 1976 (гл. 2, 3); Ершова Н. М. Вопросы семьи в гражданском праве. М., 1977 (гл. 2); Малеин Н. С. О понятии, ограничении и защите правосубъектности граждан // Теоретические вопросы гражданского права. М., 1980; Малеин Н. С. Гражданский закон и права личности в СССР. М., 1981 (гл. 2); МейерД. И. Русское гражданское право. Ч. 1 (переиздание с публикации 1902 г.). М., 1997 (с. 84-118); Советское гражданское право. Субъекты гражданского права / Под ред. С. Н. Братуся. М., 1984 (гл. 1, 2).

 

7. Юридические лица как участники гражданских правоотношений

§ 1. Понятие и виды юридических лиц

1. Сущность юридического лица

Участниками гражданских правоотношений являются не только физические лица (граждане), но и юридические лица - организации, специально создаваемые для участия в гражданском обороте. Поскольку гражданский оборот имеет имущественный, товарный характер, участвовать в нем могут лишь независимые, самостоятельные товаровладельцы, имеющие собственное имущество. Поэтому юридические лица должны иметь свое имущество, обособленное от имущества их создателей (учредителей, участников). Этим имуществом они будут отвечать перед своими кредиторами (контрагентами). Закрепление определенного имущества за организацией в целом означает его выбытие из состава имущества ее учредителей (участников). Но одновременно значительно уменьшается риск их возможных потерь от участия в обороте. Ведь именно учредители (участники) управляют деятельностью созданного ими субъекта, а нередко даже прямо или косвенно участвуют в ней и тем самым в имущественном обороте, тогда как неблагоприятные имущественные последствия этой деятельности по общему правилу относятся на имущество этого субъекта (организации), а не на их собственное. В этом и состоит смысл конструкции юридического лица. Использование этой конструкции свойственно высокоразвитому имущественному обороту. Не случайно юридические лица, прежде всего в форме различных торговых (купеческих, предпринимательских) компаний, стали широко признаваться законодательством лишь с появлением и усилением экономической потребности в объединении крупных капиталов, как правило не обещавшем быстрой отдачи и потому связанном с риском, непомерным для одного и даже нескольких предпринимателей (например, в эпоху великих географических открытий - для организации морских экспедиций и заморской торговли, позднее - для строи- тельства судоходных каналов и железных дорог и т. д.). Конструкция юридического лица дала возможность создавать такие объединения капиталов за счет имущественных вкладов многих лиц (первоначально главным образом купцов), рисковавших при этом по общим обязательствам лишь некоторой, заранее известной частью своего имущества (и получавших часть общих доходов соразмерно вложенным средствам). В результате объединения (отчуждения) части имущества учредителей появляется новый субъект права - собственник, являющийся не физическим лицом, а неким искусственным (в этом смысле - «фиктивным») образованием, признаваемым, однако, законом особым, самостоятельным субъектом гражданских правоотношений. Более того, данный субъект в принципе продолжает существовать и в случаях ухода из общего дела одного, нескольких или даже всех учредителей (участников). Иначе говоря, его юридическая личность является вполне самостоятельной, независимой от личности создавших его лиц и не сводится к ней. Поэтому такой субъект выступает в обороте от своего собственного имени, а не от имени своих участников, и приобретенные им гражданские права и обязанности принадлежат именно ему, а не его участникам. Этим, в свою очередь, предопределяется и необходимость возложения возможной ответственности по долгам этого субъекта на его имущество, а не на имущество его учредителей (участников). На таких принципах создавались первые классические юридические лица - торговые компании. Впоследствии категория юридического лица получила гораздо более широкое распространение и стала использоваться законом по отношению ко всякой самостоятельной организации, допущенной государством к участию в имущественном обороте, в том числе даже и к некоторым органам самого государства («юридические лица публичного права»). Ведь создание юридического лица может преследовать не только цель получения прибыли на вложенное имущество (в том числе лицами, не являющимися предпринимателями), но и цель материального обеспечения управленческой, научно-образовательной, культурно-воспитательной, благотворительной или иной общественно полезной деятельности (не предполагающей получение прямых доходов от нее). Но во всех ситуациях применение данной юридической конструкции связано с обособлением определенного имущества с целью ограничения имущественной ответ- ственности (т. е. уменьшения риска участия в гражданском обороте) Для его учредителей (участников)1. Следовательно, основными функциями (задачами), выполняемыми конструкцией юридического лица, являются ограничение риска ответственности по долгам и более эффективное использование капитала (имущества), в том числе при его объединении учредителями (участниками). Таким образом, юридическое лицо как субъект гражданского права по сути представляет собой не что иное, как особый способ организации хозяйственной деятельности, заключающийся в обособлении, персонификации имущества, т. е. в наделении законом обособленного имущества качествами «персоны» (субъекта), признании его особым, самостоятельным товаровладельцем. Именно персонификация имущества характеризует его юридическое обособление от имущества и личности своих учредителей и дает ему возможность последующего самостоятельного участия в гражданском обороте (т. е. приобретения и осуществления гражданских прав и обязанностей) под собственную имущественную ответственность перед своими кредиторами. Из сказанного становится очевидным, что категория юридического лица является гражданско-правовой, созданной для удовлетворения определенных реальных потребностей имущественного (гражданского) оборота. Вместе с тем персонификация имущества как определенный прием, способ юридической (законодательной) техники всегда вызывала и вызывает известные сомнения в своей обоснованности. Они обычно основываются на упрощенных, абстрактных положениях о «невозможности» существования каких-либо общественных отношений, в том числе правоотношений между лицами и вещами (имуществом).

1 С этой точки зрения очевидна абсурдность объявления юридическим лицом крестьянского (фермерского) хозяйства (ВВС РСФСР. 1991. № 1. Ст. 5), имущество которого не обособляется от личного имущества ведущих его граждан, а последние отвечают всем своим имуществом по долгам такого хозяйства. Не менее неудачным было и признание ранее действовавшим Законом о предприятиях и предпринимательской деятельности (ВВС РСФСР. 1990. № 30. Ст. 418) имущества некоторых обществ и товариществ объектом долевой собственности их участников Ведь при таком подходе юридическое лицо не становилось собственником переданного ему имущества, а последнее, следовательно, не обособлялось от иного имущества учредителей (участников), и потому они должны были бы отвечать по общим долгам хотя и в долевом порядке, но всем своим имуществом, а не только внесенным в уставный капитал общества. И в этом случае конструкция юридического лица также теряет смысл, что свидетельствует о непонимании ее сути законодателем.

В основе этих взглядов лежит методологически ошибочное, но, к сожалению, достаточно распространенное даже среди юристов представление о том, что право, включая гражданское, может служить лишь формой для содержательных экономических или иных общественных явлений и в силу этого не должно создавать и использовать собственные категории и конструкции, принципиально отличающиеся от философских или политэкономических1. Между тем правовые отношения представляют собой особый, самостоятельный вид реально существующих общественных отношений.

2. Основные теории сущности юридического лица

Все это требует специального научного обоснования категории юридического лица, раскрывающего ее сущность, содержание и возможности применения. Объяснениям данной цивилистичес-кой конструкции посвящены различные теории, многие из которых уже весьма давно известны в гражданско-правовой науке. Первую по времени появления группу таких теорий составляют взгляды, согласно которым юридическое лицо есть порождение правопорядка, т. е. некоторая юридическая фикция, искусственная конструкция, придуманная законодателем. Они получили название теории фикции (или фикционных теорий). Родоначальником этого подхода принято считать одного из римских пап, Иннокентия IV. В 1245 г. на вопрос о возможности отлучения корпорации от церкви он заявил, что корпорация не имеет души, а существует лишь в воображении людей, будучи «persona ficta», или «corpus mysticum», т. е. фиктивным, не существующим в реальности лицом2. Теория фикции получила наибольшее развитие в германской цивилистической литературе прошлого века. Наиболее видными ее представителями являются крупнейшие немецкие цивилисты того времени Ф.-К. ф. Савиньи и Б. Виндшейд (один из главных создателей Германского гражданского уложения).

1 Так, о собственности как об «отношении человека (лица) к вещи» как к своей теперь, вслед за дореволюционными юристами, стали прямо говорить и в современной отечественной литературе (см., например: Толстой Ю. К. К учению о праве собственности // Правоведение. 1992. № 1. С. 15-17) Подробнее о соотношении гражданско-правовых и экономических категорий см. также: Суханов Е. А. Правовая форма экономических отношений // Методологические проблемы правоведения. М, 1994. С. 46-57.

2 См. об этом: Венедиктов А. В. Государственная социалистическая собственность. М-Л., 1948. С. 675

Они считали юридическое лицо искусственным субъектом, созданным законом лишь для условной «привязки» к нему субъективных прав и обязанностей, которые в действительности либо принадлежат его участникам - конкретным физическим лицам, либо остаются «бессубъектными»1. В качестве фиктивного образования рассматривал юридическое лицо и Г. Ф. Шершеневич, который, однако, считал юридические, фикции не мнимыми понятиями, а научными приемами познания, а юридическое лицо - «искусственным субъектом» оборота, созданным для достижения определенной цели2. Аналогичных по существу взглядов придерживались Д. И. Мейер и А. М. Гуляев3. Теория фикции (legal fiction) получила широкое распространение и в англо-американском праве. Здесь юридическое лицо (корпорация) также рассматривалось как «искусственное образование, невидимое, неосязаемое и существующее только с точки зрения закона», как было указано одним из председателей Верховного суда США Д. Маршаллом в решении по конкретному спору еще в начале XIX в.4 В развитие этих взглядов была выдвинута теория «целевого имущества», автором которой был А. ф. Бринц5. Он доказывал, что права и обязанности могут как принадлежать конкретному человеку (субъекту), так и служить лишь определенной цели (объекту). В этом втором случае субъект права вообще не требуется, так как его роль выполняет обособленное с этой целью имущество (в том числе отвечающее за долги, сделанные для достижения соответствующей цели). По традиции оно наделяется свойствами субъекта права, хотя на самом деле в этом нет необходимости, а потому не нужно и само понятие юридического лица. Во французской литературе весьма близкие по сути взгляды высказывались М. Планиолем6. Последний считал, что юридическое лицо - это коллективное имущество, которое в качестве субъекта права является юридической фикцией, созданной для упрощения его использования.

1 См.: Savigny F.-K. System des heutigen rOmischen Rechts. Bd. II. Berlin, 1840; Wind-scheidB. Lehrbuch des Pandektenrechts. Bd. I. 9 Aufl. Berlin, 1907.

2 См.: Шершеневич Г. Ф. Учебник русского гражданского права (по изданию 1907 г.). С. 89-91.

3 См.: Мейер Д. И. Русское гражданское право. СПб., 1902. С. 84-87; Гуляев А. М. Русское гражданское право. СПб., 1913. С. 74-75.

4См.: Гражданское и торговое право капиталистических государств. Учебник. С. 78.

5 См.: BrinzA. Lehrbuch der Pandekten. Bd.1.1857.

6 См : Planiol M. Traite elementaire de droit civil, t.l. 1925.

Такой подход объяснял необходимость признания юридического лица государством в качестве субъекта права, а также целевой (специальный) характер его правоспособности. Но вместе с тем он допускал существование «бессубъектных правоотношений» (прав и обязанностей) и исключал наличие у такого субъекта собственной воли и интересов, а это, в свою очередь, затрудняло объяснение самостоятельного характера его действий и ответственности за них. Другим вариантом развития теории фикций стала «теория интереса», выдвинутая крупнейшим германским ученым-юристом Р. ф. Иерингом1. Он считал, что права и обязанности юридического лица в действительности принадлежат тем реальным физическим лицам, которые фактически используют общее имущество и получают от него выгоды («дестинаторам»). Их общий интерес и олицетворяет юридическое лицо. С его точки зрения, оно представляет собой некий единый центр для прав «дестинаторов», искусственно созданный с помощью юридической техники для упрощения ситуации - в качестве особой формы обладания имуществом многими физическими лицами для некоторых общих целей. В российской дореволюционной литературе эту теорию по сути поддерживали и развивали Ю. С. Гамбаров и Н. М. Коркунов2. Теория фикции оказала значительное влияние на законодательное развитие. Не случайно, например, в Германском гражданском уложении и в Гражданском кодексе Италии термин «юридическое лицо» используется только в заголовках отдельных разделов, без раскрытия его содержания; в Гражданском кодексе Франции (Code civil) до 1978 г. данное понятие вообще отсутствовало, а в гражданских кодексах ряда латиноамериканских стран юридическое лицо прямо названо фиктивным образованием (например, в ст. 545 ГК Чили и в ст. 583 ГК Эквадора). С развитием различных видов юридических лиц в противоположность фикционным теориям стали выдвигаться теории, признающие реальность юридического лица как субъекта права («реалистические теории юридического лица»).

1 См.: Ihering R. Geist des romischen Rechts. Bd.III. Leipzig, 1865.

2 См.: Гамбаров Ю. С. Курс гражданского права. Т. 1. Общая часть. СПб., 1911. С. 450-452; Коркунов Н. М. Лекции по общей теории права. СПб , 1914. С. 148.

В германской цивилистике практически одновременно с господствовавшими тогда взглядами Савиньи, Виндшейда и Бринца появились теории, рассматривавшие юридическое лицо как особый социальный организм, «духовную реальность» или «человеческий союз» со своей собственной волей, не сводимой к совокупности воль составляющих его отдельных физических лиц (Г. ф. Беселер, О. ф. Гирке)1. Органическая теория Гирке, рассматривавшего юридическое лицо как особый «телесно-духовный организм» («союзную личность»), нашла сторонников во французской цивилистике (Р. Саллейль, П. Мишу и др.)2. Отмечалось, что реальность существования таких общественных организмов, как юридические лица, предполагает их признание законом, но вовсе не «искусственное» создание3. В российской дореволюционной цивилистике .реальность юридического лица отстаивали Н. Л. Дювернуа и И. А. Покровский, назвавший его «живой клеточкой социального организма»4. Достоинством этого подхода стала возможность объяснения наличия собственной воли и интересов юридического лица, а тем самым самостоятельности его выступления в качестве субъекта гражданского оборота, хотя приравнивание юридического лица к физическому тоже признавалось искусственным. Теория «естественного лица» (natural entity) в начале нынешнего века распространилась и в американском праве5. В цивилистической науке советского периода также был выдвинут ряд теорий, объясняющих сущность категории юридического лица, прежде всего применительно к господствовавшим в тогдашнем обороте государственным организациям (предприятиям и учреждениям). Здесь отвергалась теория юридического лица как обособленного, персонифицированного имущества (ибо государственное имущество даже при создании на его базе юридического лица оставалось собственностью государства и в этом смысле действительно не обособлялось от имущества учредителя).

1 См.: Beseler С. Volksrecht und Juristenrecht. 1843; Gierke O. Deutsches Privat-recht. Bd. 1.1895; ders. Das Wesen der menschlichen Verbande. 1902.

2 См.: Salleiles R. De la personnalite juridique. Histoire et theories. Paris, 1910; Mi-choud P. La theorie de la personalite morale et son application au droit francais. Paris, 1909.

3 Подробнее о теориях фикции и реальности юридического лица см. также: Хвостов В. М. Система римского права. Учебник (по изданию 1907-1908 гг.). М., 1996. С. 118-121; Братусь С. Н. Субъекты гражданского права. С. 164-179; Венедиктов А. В. Указ. соч. С. 675-681.

4 См.: Дювернуа Н. Л. Чтения по русскому гражданскому праву. Т. 1. Вып. 2. СПб., 1898. С. 262-272; Покровский И. А. Основные проблемы гражданского права. С. 139.

5 См.: Сыродоева О. Н. Акционерное право США и России (сравнительный анализ). М., 1996. С. 23-24.

Юридическое лицо рассматривалось в качестве «социальной реальности» (а не фикции), наделенной определенным имуществом для достижения общественно полезных целей или для решения социально-экономических задач государства и общества (теория социальной реальности Д. М. Генкина)1. Иногда прямо утверждалось, что за государственным юридическим лицом всегда стоит само государство, или «всенародный коллектив», являющийся действительным собственником его имущества (теория государства С. И. Аскназия)2. Опасность такой трактовки, не позволявшей ясно разграничивать имущество и ответственность государства и созданных им юридических лиц, в наибольшей мере проявилась во внешнеэкономическом обороте (создавая, например, возможность обращения взыскания по долгам государственных внешнеторговых организаций на имущество государства). Во внутреннем же обброте она служила обоснованием тезиса об «отсутствии» у государственного юридического лица каких-либо интересов, отличных от интересов государства. Господствующей теорией в советской цивилистической доктрине стала теория коллектива, обоснованная в работах А. В. Венедиктова и С. Н. Братуся3. Согласно этой теории юридическое лицо является реально существующим социальным образованием, имеющим «людской субстрат» (сущность) в виде коллектива его работников, за которым стоит всенародный коллектив трудящихся, организованный в государство. Другие ученые подчеркивали также роль администрации (директора, руководителя) государственного юридического лица (теория директора Ю. К. Толстого, в определенной мере развивавшаяся В. П. Грибановым)4. Согласно этим взглядам, поскольку воля руководителя признается волей самого юридического лица и именно через него юридическое лицо приобретает права и обязанности, руководитель и представляет собой сущность («людской субстрат») юридического лица. «Теория коллектива» получила и определенное законодательное признание - на ее основе были сформулированы нормы о понятии юридического лица и правах государственных организаций в советском гражданском законодательстве 1961-1964 гг.

1 См.: Генкин Д. М. Юридические лица в советском гражданском праве // Проблемы социалистического права. 1939. № 1. С. 91 и след.; Генкин Д. М. Значение применения юридической личности во внутреннем и внешнем товарообороте СССР // Сб. научных трудов Института народного хозяйства. Вып. IX. М., 1955. С. 17 и след.

2 См.: Аскназий С. И. Об основаниях правовых отношений между государственными социалистическими организациями // Уч. зап. Ленинградского юрид. ин-та. Вып. IV. Л., 1947. С. 5.

3 См.: Венедиктов А. В. Указ. соч. С. 657-672; Братусь С. Н. Юридические лица в советском гражданском праве. М., 1947; Братусь С. Н. Субъекты гражданского права.

4 См.: Толстой Ю. К. О государственных юридических лицах в СССР // Вестник Ленинградского университета. 1955. № 3; Грибанов В. П. Юридические лица. М , 1961. С. 46-52. При переходе к рыночной организации хозяйства «теория коллектива», отвечавшая потребностям огосударствленной экономики, выявила ряд присущих ей серьезных недостатков. Трактовка сути юридического лица лишь как определенным образом организованного коллектива привела к забвению имущественной стороны дела. В силу этого, например, разрешение гражданам заниматься предпринимательской деятельностью путем создания производственных кооперативов, последовавшее в конце 80-х гг., в соответствии с законом предполагало обязательное наличие «людского субстрата» (не менее трех членов), но не требовало обособления какого-либо имущества при начале его деятельности. В такой ситуации учредители кооператива могли не вкладывать в него ли копейки собственных средств (например, арендуя государственное имущество, беря ссуду в банке и т. п.), исключая для себя какие-либо имущественные затраты, а созданное ими юридическое лицо нередко представляло собой «пустышку», не имеющую никакого собственного имущества (и потому опасную для контрагентов). Эта теория не дает также удовлетворительного объяснения существования «компаний одного лица» - хозяйственных обществ, имеющих единственного учредителя или участника1 (с отсутствующим в силу данного обстоятельства «людским субстратом» - коллективом). Между тем такие компании получили значительное развитие в современной рыночной экономике, где их создают не только мелкие предприниматели (стремящиеся уменьшить риск имущественной ответственности), но и государственные (публично-правовые) образования (с целью сохранения полного контроля за использованием переданного им имущества). В противовес господствовавшей «теории коллектива» выдвигались и другие концепции, по-иному раскрывавшие сущность юридического лица. Так, В. А. Рахмилович убедительно доказывал отсутствие самой необходимости обоснования или поиска людского либо иного особого «субстрата» (сущности) юридического лица, ибо носителем его прав является само юридическое лицо2.

1 См.: Мусин В. А. Одночленные корпорации в буржуазном праве // Правоведение. 1981. № 4, Кулагин М. И. Государственно-монополистический капитализм и юридическое лицо. М., 1987. С. 8-19.

2 См.: Рахмилович В. А. О так называемом субстрате юридического лица // Проблемы совершенствования советского законодательства. Труды ВНИИСЗ. Вып. 29. М.,1984. С. 116-118.

О. А. Красавчиков рассматривал юридическое лицо как определенную систему социальных связей1, а Б. И. Пугинский - как некое правовое средство, с помощью которого конкретная организация допускается к участию в гражданском обороте2. Действительно, будучи организацией, созданной для самостоятельного хозяйствования с определенным имуществом, юридическое лицо является вполне реальным образованием, не сводимым ни к своим участникам (или к учредителям, в том числе к единственному), ни тем более к работникам («трудовому коллективу»), которые в этом качестве не имеют никаких прав на его имущество и ни при каких условиях не отвечают по его долгам. В современной зарубежной правовой литературе теориям юридического лица обычно не уделяется большого внимания. Характерным даже для немецких комментариев является указание на то, что юридическое лицо следует рассматривать в качестве обобщающего юридико-технического понятия, служащего для признания «лиц или вещей» (предметов) правоспособными организациями, а сущность этого понятия объясняется многочисленными теориями, которые «не имеют практического значения и не обладают большой познавательной ценностью»3. Такой подход в значительной мере присущ как континентальному, так и современному англо-американскому праву4.

3. Классификация юридических лиц

Конструкция юридического лица весьма эффективный правовой способ организации хозяйственной деятельности. Юридически самостоятельные, имущественно обособленные организации составляют одну из основных групп участников развитого товарного оборота. Вместе с тем их появление, функционирование и развитие определяются господствующим в экономике типом хозяйственного механизма, т. е. принятой системой регуляторов (управления) экономической деятельностью - рыночной, планово-централизованной, смешанной (переходной).

1 См.: Красавчиков О. А. Сущность юридического лица // СГП. 1976 № 1.

2 См.: Пугинский Б. И. Гражданско-правовые средства в хозяйственных отношениях. М., 1984. С 161-165.

3 Jauemig О. Bilrgerliches Gesetzbuch mil Gesetz zur Regelung des Rechts der All-gemeinen GeschSftsbedingungen. Munchen, 1991. S. 4; Medicus D. Allgemeiner Teil des BOB. Bin Lehrbuch. Heidelberg. 1988. S 405.

4 См.: MUnchener Kommentar zum Burgerlichen Gesetzbuch Bd. 1 Allgemeiner Teil. Munchen, 1993. S. 285-288; Henn H. Handbook of the law of corporations and other business enterprises. 1983. P. 149-152; Blacks law dictionary. 1990. P. 113,340,893-894.

В зависимости от этого расширяется или сужается сеть юридических лиц, появляются или исчезают те или иные их разновидности. Так, в централизованной управляемой огосударствленной экономике статусом юридического лица наделяется производственное предприятие как таковое, как производственно-технический комплекс. При этом он одновременно является собственностью государства-учредителя, не будучи по-настоящему имущественно обособленным, и остается под его полным контролем. Государство же не только не отвечает своим имуществом по его долгам, но и запрещает другим кредиторам обращать взыскание на его «основные фонды» (т. е. на наиболее ценное имущество) как на объекты своей собственности. Очевидно, что такой своеобразный субъект оборота не может стать нормальным партнером для обычного (частного) собственника, а в правоотношения с другими такими же субъектами (несобственниками) вступает в основном в соответствии с указанием административно-плановых актов, т. е. по указаниям собственника, что существенно искажает и сам нормальный оборот. В отличие от этого в рыночной экономике юридическими лицами становятся прежде всего организации коммерческого, а не сугубо производственного характера - различные торговые (коммерческие, хозяйственные) общества и товарищества. Находящиеся в их собственности предприятия (производственно-технические, имущественные комплексы) рассматриваются как объект, а не субъект права1. Существующая в российском правопорядке система юридических лиц обусловлена переходным (от централизованно управляемого к рыночно-организованному) характером современной отечественной экономики. В ее составе сохраняются поэтому преобладавшие в плановом хозяйстве унитарные (государственные и муниципальные) производственные предприятия, а также некоторые другие (некоммерческие) организации-несобственники (учреждения), признание которых юридическими лицами не свойственно традиционному рыночному обороту. Наряду с ними развиваются, занимая господствующее место, обычные для рыночной экономики субъекты - акционерные и другие хозяйственные общества и товарищества. Названные обстоятельства обусловливают и некоторые особые критерии классификации юридических лиц в российском гражданском праве, например их деление на собственников и несобственников (обладателей особых ограниченных вещных прав) закрепленного за ними имущества.

1 См.: Гражданское и торговое право капиталистических государств. М., 1993. С. 112-113; Кулагин М. И. Государственно-монополистический капитализм и юридическое лицо. С. 21-22 и след. Классификация юридических лиц имеет важное гражданско-правовое значение. Во-первых, она дает исчерпывающее представление обо всех их разновидностях. Будучи закрепленной законом, она исключает появление правосубъектных организаций, не входящих в какое-либо подразделение данной классификации, и тем самым препятствует появлению среди участников оборота непонятных, сомнительных образований (типа разного рода «фирм», «центров» и т. п.). Поэтому в интересах всех участников оборота закон устанавливает исчерпывающий, закрытый перечень («numerus clausus») видов юридических лиц, которые могут создаваться лишь в прямо предусмотренных им формах. Во-вторых, такая классификация делает возможным четкое определение правового статуса той или иной организации и исключает смешение различных по юридической природе организационно-правовых форм хозяйственной деятельности. Так, «малые предприятия», подобно средним и большим, в действительности могут существовать не только в форме унитарных предприятий, но и в виде хозяйственных обществ, товариществ и производственных кооперативов, а «совместные предприятия» (с иностранным участием)-лишь в форме хозяйственных обществ или товариществ. Сами же «малые» и «совместные» предприятия обоснованно не признаются законом самостоятельными разновидностями юридических лиц.

4. Виды юридических лиц

В развитых правопорядках, главным образом в европейском континентальном праве, традиционным является деление юридических лиц на корпорации и учреждения1. Корпорации представляют собой добровольные объединения физических и (или) юридических лиц, организованные на началах членства их участников (акционерные и другие общества и товарищества, кооперативы).

1 Важной классификацией юридических лиц здесь также является их деление на юридические лица частного и публичного права. К последним относятся юридические лица, созданные на основе акта публичной власти и обладающие властными полномочиями (в частности, государственные органы). В российском правопорядке соответствующие организации выступают либо как государственные или муниципальные учреждения, либо как публично-правовые образования - самостоятельный вид субъектов гражданского права (подробнее см. гл. 8 настоящего учебника).

Учреждения - организации, создаваемые («учреждаемые») одним или несколькими лицами и не имеющие членства (строго фиксированного участия), например благотворительные и иные фонды. К числу корпоративных (членских) организаций у нас могут быть отнесены хозяйственные товарищества, общества, кооперативы и ассоциации (союзы) юридических лиц. К учреждениям могли бы быть отнесены не только фонды, но и «унитарные предприятия». Однако в российском гражданском праве понятие учреждение имеет свое, особое значение, отличное от традиционного. Под ним понимается некоммерческая организация, полностью или частично финансируемая учредителем-собственником и обладающая ограниченным вещным правом на свое имущество (п. 1 ст. 120, п. 1 ст. 296, ст. 298 ГК). Поэтому в отечественном правопорядке отсутствует деление юридических лиц на корпорации и учреждения. В действующем гражданском законодательстве все юридические лица в зависимости от характера деятельности разделяются прежде всего на коммерческие и некоммерческие организации. К коммерческим относятся организации, имеющие в качестве основной цели свой деятельности получение прибыли (п. 1 ст. 50 ГК). Полученную прибыль они в дальнейшем тем или иным способом распределяют между своими участниками (учредителями). Это - хозяйственные товарищества и общества, производственные кооперативы, государственные и муниципальные унитарные предприятия. Ни в каких иных организационно-правовых формах, кроме названных, коммерческие организации создаваться не могут (п. 2 ст. 50 ГК). Таким образом, законодатель намеренно ограничил перечень постоянных, профессиональных участников оборота. Статус коммерческой организации дает возможность весьма широкого участия в гражданском обороте (в частности, на базе общей, а не специальной правоспособности, которая предоставляется всем таким организациям, за исключением унитарных предприятий), но влечет и предъявление повышенных требований к деятельности соответствующего юридического лица (например, с точки зрения условий имущественной ответственности). К некоммерческим организациям относятся потребительские кооперативы, общественные и религиозные организации (объединения), учреждения, фонды и другие прямо предусмотренные законом виды юридических лиц (например, торгово-промышленные палаты и некоммерческие партнерства). Гражданский кодекс не содержит исчерпывающего перечня некоммерческих организаций, но предусматривает возможность их появления только в формах, установленных законом (п. 3 ст. 50 ГК). Таким образом, остается, по сути, непоколебленным замкнутый перечень видов юридических лиц. Некоммерческие организации вправе осуществлять предпринимательскую деятельность (т. е. получать прибыль), которая должна, однако, соответствовать двум условиям: служить достижению поставленных перед организацией некоммерческих целей и соответствовать этим целям по своему характеру (например, общественная организация вправе осуществлять приносящую прибыль издательскую деятельность, но не вправе заниматься торго-во-посреднической деятельностью). Кроме того, полученную прибыль некоммерческая организация не может распределять между своими участниками (учредителями), а должна направлять на достижение установленных для нее учредителями целей. В зависимости от прав учредителей (участников) юридического лица на его имущество закон разделяет все юридические лица на три группы. Первую группу составляют юридические лица - собственники, на имущество которых их учредители (участники) имеют лишь обязательственные права требования (утрачивая, следовательно, право собственности на переданное ими юридическому лицу имущество, если, конечно, последнее прямо не передается создаваемой организации только во временное пользование). К ним относится большинство коммерческих организаций (за исключением унитарных предприятий - несобственников), т. е. товарищества, общества и производственные кооперативы, а из числа некоммерческих - потребительские кооперативы (п. 2 ст. 48 ГК) и некоммерческие партнерства. Во вторую группу включаются юридические лица - несобственники, на имущество которых учредители сохраняют либо право собственности (унитарные предприятия и учреждения), либо иное (ограниченное) вещное право (дочерние унитарные предприятия) (п. 2 ст. 48 ГК). Существование таких юридических лиц не свойственно нормальному имущественному обороту и, как отмечалось, является следствием переходного характера отечественной экономики и основанного на нем правопорядка. К третьей группе относятся юридические лица - собственники, на имущество которых их учредители (участники) не сохраняют ни обязательственных, ни вещных прав. Это большинство некоммерческих организаций (за исключением потребительских кооперативов, учреждений и некоммерческих партнерств) - общественные и религиозные объединения, фонды, ассоциации (союзы) и др. Различие в статусе этих разновидностей юридических лиц проявляется, например, при их ликвидации или выходе из них участника (учредителя). В первом случае он вправе потребовать передачи ему части имущества, причитающейся на его долю (при ликвидации - части соответствующего остатка). Во втором случае собственник получает весь остаток имущества юридического лица при его ликвидации либо остается собственником при его реорганизации. В третьем случае участник (учредитель) юридического лица не получает никаких прав на имущество ни при выходе из организации, ни при ее ликвидации.

§ 2. Юридическое лицо как субъект гражданского права

1. Признаки юридического лица

Российское гражданское законодательство закрепляет обязательные признаки юридического лица, совокупность которых дает возможность учредителям обладающей такими признаками организации ставить вопрос о признании ее самостоятельным субъектом гражданских правоотношений. К числу таких признаков относятся (п. 1 ст. 48 ГК): 1) организационное единство; 2) имущественная обособленность;

3) самостоятельная имущественная ответственность по своим обязательствам;

4) выступление в гражданском обороте и при разрешении споров в судах от собственного имени.

Организационное единство характеризует всякую организацию как единое целое, способное решать определенные социальные (в данном случае - гражданско-правовые, имущественные) задачи. Оно предполагает определенную внутреннюю структуру организации, выражающуюся в наличии у нее органов управления, а при необходимости - и соответствующих подразделений для выполнения установленных для нее задач. Как задачи (функции) организации, так и ее структура закреп-таются в ее учредительных документах - уставе, учредительном -эговоре либо в общем положении об организациях данного вида (п. 1 ст. 52 ГК). В них обязательно определяется наименование и место нахождения юридического лица, порядок управления его деятельностью (органы управления, их компетенция и т. д.), в большинстве случаев - предмет и цели этой деятельности, а также иные сведения, предусмотренные законом для соответствующих разновидностей юридических лиц. Наличие такого рода документов и является формальным выражением организационного единства как признака юридического лица. В большинстве случаев учредительным документом организации является ее устав, но в некоторых случаях эту роль выполняют два учредительных документа - устав и учредительный договор (в обществах с ограниченной и с дополнительной ответственностью, в ассоциациях и союзах), а иногда - только учредительный договор (в полных и в коммандитных товариществах)1. Для некоторых организаций, не занимающихся предпринимательской деятельностью, например для многих государственных и муниципальных учреждений, допускается наличие только общего (типового) положения об организациях данного вида (при отсутствии индивидуального учредительного документа). Имущественная обособленность организации предполагает наличие у нее некоторого имущества на праве собственности (либо на ограниченных вещных правах хозяйственного ведения или оперативного управления). Очевидно, что отсутствие собственного имущества исключает возможность самостоятельного участия в гражданском (имущественном) обороте, а тем самым и признания субъектом гражданских правоотношений2. Ведь участниками товарно-денежных отношений в нормальной ситуации должны быть именно собственники. Принадлежащее организации имущество первоначально охватывается понятием уставного капитала или «уставного фонда» (в товариществах - «складочного капитала», в кооперативах - «паевого фонда»), размер которого отражается в ее учредительных документах.

1 Подробнее об учредительном договоре, его содержании и юридической природе см.: Козлова Н. В. Учредительный договор о создании коммерческих обществ и товариществ. М, 1994.

2 Попытки доказать возможность существования юридических лиц, не имеющих никакого собственного имущества, а действующих исключительно на базе имущества, состоящего из прав пользования (например, аренды здания) или прав требования (например, денежных средств, числящихся на банковском счете) (см.: Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой /Отв. ред. О. Н. Садиков. С. 79-80), призваны оправдать ситуацию, вынужденно сложившуюся в современных российских условиях, и потому не могут быть приняты в качестве нормального, общего правила закона (не говоря уже об опасности участия в обороте таких субъектов, имущественная обособленность которых целиком зависит от надежности их контрагентов).

В результате участия в гражданском обороте в составе этого имущества обычно появляются не только вещи, но и определенные права и долги (обязанности), а само оно, как правило, возрастает в объеме и по стоимости (хотя, разумеется, может и уменьшаться до известных пределов). В имуществе юридического лица могут выделяться и некоторые специальные имущественные фонды с особым правовым режимом (например, резервные) (подробнее об этом см. § 2 гл. 16 настоящего учебника). Все закрепленное за организацией имущество подлежит обязательному учету на ее самостоятельном балансе1 (а выделенное учреждению-несобственнику - также и по смете его расходов, утвержденной собственником). Числящееся на балансе организации имущество и характеризует его обособленность от имущества учредителей (или участников), в силу чего наличие самостоятельного баланса становится важнейшим показателем самостоятельности организации, бесспорно свидетельствующим о ее имущественной обособленности. Вместе с тем следует иметь в виду, что сам по себе бухгалтерский баланс организации имеет прежде всего учетное значение, отнюдь не всегда совпадающее с гражданско-правовым режимом числящегося на балансе имущества2. С имущественной обособленностью организации неразрывно связана ее самостоятельная имущественная ответственность по долгам. Смысл обособления имущества юридического лица как раз и состоит в выделении таких объектов, на которые его возможные кредиторы смогут обратить взыскание (с тем чтобы вывести из-под него иное имущество учредителей или участников). Именно этим целям прежде всего служит уставный капитал (уставный или паевой фонд), который определяет минимальный размер имущества, гарантирующего интересы кредиторов юридического лица (ср. абз. 2 п. 1 ст. 90 и абз. 2 п. 1 ст. 99 ГК).

1 Правила ведения бухгалтерских балансов установлены Законом о бухгалтерском учете (СЗ РФ. 1996. № 48. Ст. 5369) и Положением о бухгалтерском учете и отчетности в Российской Федерации, утвержденным приказом Минфина РФ от 26 декабря 1994 г. № 170 (БНА РФ. 1995. № 5; 1996. № 4; 1997. № 1). Самостоятельный бухгалтерский баланс, имеющийся у юридического лица, следует отличать от отдельного баланса, который в учетных целях может быть открыт и несамостоятельному подразделению юридического лица.

2 Так, «балансодержатель» не обязательно во всех случаях является единственным собственником (или субъектом ограниченного вещного права) числящейся на его балансе недвижимости (ср., например, п. 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 17 сентября 1992 г. «О некоторых вопросах прг "и-ки разрешения споров, связанных с применением законодательства о собствег ности» //ВВАС РФ. 1993. № 1. С. 80).

Юридическое лицо отвечает по своим обязательствам всем своим имуществом (п. 1 ст. 56 ГК), а не только имеющимися у него (в том числе числящимися на его банковских счетах) денежными средствами. Следовательно, наличие такого имущества составляет необходимую предпосылку его самостоятельной имущественной ответственности. Учредители или участники юридического лица по общему правилу не отвечают по его долгам. Но даже при установлении законом такой ответственности (например, в некоторых случаях банкротства юридических лиц, а также для полных товарищей и собственников имущества учреждений и казенных предприятий) она всегда носит дополнительный (субсидиарный) характер, т. е. наступает лишь при отсутствии или недостатке имущества у самого юридического лица. Кроме того, в ряде случаев она может быть ограниченной по размеру (например, для участников обществ с дополнительной ответственностью, для членов производственных кооперативов и участников ассоциаций и союзов). Наконец, показателем самостоятельности юридического лица является его выступление в гражданском обороте « в судебных органах от своего имени. Имя юридического лица служит его индивидуализации и заключается в его наименовании, определенном в учредительных документах. Наименование юридического лица должно содержать указание на его организационно-правовую форму (например, полное товарищество, общество с ограниченной ответственностью, благотворительный фонд), а в ряде случаев и на характер его деятельности (п. 1 ст. 54 ГК) (например, государственное внешнеторговое предприятие, профсоюз работников жилищно-коммунального хозяйства, общество защиты животных). Термины «биржа» и «банк» в соответствии с требованиями законодательства могут использоваться в наименовании лишь тех организаций, которые имеют лицензию на право совершения соответствующей деятельности. Коммерческие организации обязаны иметь фирменные наименования (фирму), например АО «АвтоВАЗ»; оощество с ограниченной ответственностью «Брянскавтосервис»; Торговый дом «Смирнов и сыновья», полное товарищество. Фирменное наименование регистрируется вместе с регистрацией самого юридического лица путем внесения данных о фирме в соответствующий реестр юридических лиц. Право на фирму является личным правом и имеет абсолютный (исключительный) характер. Организация, зарегистрировавшая фирменное наименование, получает исключительную возможность его использования и вправе требовать прекращения неправомерного (без ее согласия) использования такого наименования другими юридическими лицами и возмещения причиненных этим убытков (п. 4 ст. 54 ГК)1. Фирменное наименование охватывает и указание на организационно-правовую форму юридического лица, поэтому использование соответствующего обозначения с указанием иной организационно-правовой формы не следует считать нарушением права на фирму (например, наличие в реестре юридических лиц АОЗТ «Снежинка» не препятствует регистрации в нем ООО «Снежинка», поскольку каждая из этих организаций имеет право на собственную фирму). Юридическое лицо должно также иметь официальное-место нахождения («юридический адрес»), которое обычно определяется местом его государственной регистрации (п. 2 ст. 54 ГК) и обязательно указывается в его учредительных документах. По этому месту ему направляются различные документы, в том числе судебные повестки, и определяется место исполнения некоторых обязательств. В спорных случаях место нахождения юридического лица может определяться по месту нахождения его органов. Целям индивидуализации юридических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность, наряду с фирменными наименованиями служат товарные знаки и знаки обслуживания, а также наименования мест происхождения товаров2, Товарные знаки (знаки обслуживания) являются условными обозначениями, используемыми для отличия однородных товаров и услуг, выпускаемых (оказываемых) различными производителями (например, изготовителями автомобилей, одежды и обуви, некоторых пищевых продуктов и т. д.). Зарегистрированный в патентном ведомстве товарный знак (знак обслуживания) порождает исключительное право на его использование: Наименования мест происхождения товаров используются для оОозначения товаров, обладающих осооы-ми свойствами, которые предопределены природными условиями или людскими факторами той местности, где они производятся (например, шампанские вина, тульские самовары и т. п.).

1 До принятия специального закона отношения по регистрации и использованию фирменного наименования регулируются также формально не отмененным Положением о фирме, утвержденным постановлением ЦИК и СНК СССР от 22 июня 1927 г. (СЗ СССР. 1927. № 40. Ст. 395; 1928. № 24. Ст. 213), которое фактически во многом «перекрыто» позднее принятыми актами и действует лишь в не противоречащей им части.

2 См.: Закон о товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров //ВВС РФ. 1992. № 42. Ст. 2322.

Право пользования таким наименованием может закрепляться за любыми производителями соответствующего товара, действующими в данной местности. Гражданско-правовой режим перечисленных объектов и фирменных наименований регламентируется нормами института «промышленной собственности» (входящего в подотрасль исключительных прав) и подробнее освещается в разд. V настоящего учебника. Наименование (фирменное наименование) юридического лица, а также другие гражданско-правовые средства его индивидуализации позволяют четко идентифицировать как принадлежность конкретных субъективных прав и обязанностей, так и сторону соответствующего договорного или иного гражданского правоотношения, а также участника судебного спора (истца или ответчика). Ясно, что собственное имя (наименование) юридического лица также является признаком, производным от его основных признаков - организационного единства и имущественной обособленности. Указанные признаки юридического лица в тех или иных вариантах воспроизводятся и в современной зарубежной литературе1. На их основе затем выводятся научные (доктринальные) понятия юридического лица, обычно отсутствующие в законодательстве. В российском гражданском праве на базе отмеченных признаков юридического лица закон традиционно закрепляет определение этой категории. В соответствии с п. 1 ст. 48 ГК юридическим лицом признается организация, которая имеет в собственности (или на определенном ограниченном вещном праве) обособленное имущество и отвечает им по своим обязательствам, может от своего имени приобретать и осуществлять гражданские права и нести обязанности, быть истцом и ответчиком в суде.

1 Обычно называются такие признаки, как:

1) независимость существования юридического лица от существования входящих в его состав участников;

2) самостоятельность воли юридического лица, не совпадающей с волей его участников;

3) наличие собственного имущества, обособленного от имущества его участников;

4) самостоятельная ответственность по долгам;

5) совершение от своего имени гражданско-правовых сделок;

6) возможность искать и отвечать в суде от собственного имени (см.: Кулагин М. И. Указ. соч. С. 7; Сыродоева О. Н. Указ. соч. С. 25-26).

Необходимо подчеркнуть, что даже наличие всех четырех перечисленных признаков не ведет к автоматическому признанию организации юридическим лицом - субъектом гражданского права. Для этого необходима ее государственная регистрация в этом качестве, т. е. официальное признание ее юридической личности государством (публичной властью).

2. Правоспособность юридического лица

Как всякий участник гражданского оборота, юридическое лицо обладает правоспособностью и дееспособностью. Однако эти его качества отличаются от аналогичных качеств, признаваемых законом за физическими лицами (гражданами). Прежде всего, правоспособность и дееспособность юридического лица возникают одновременно, в момент его государственной регистрации (п. 3 ст. 49, п. 2 ст. 51 ГК). У граждан же дееспособность, как известно, возникает лишь с достижением определенного возраста, а иногда зависит и от состояния здоровья человека. Поэтому для юридических лиц различие данных категорий обычно не имеет значения. Прекращаются они также одновременно - в момент завершения ликвидации юридического лица путем внесения соответствующий записи об этом в государственный реестр юридических лиц (п. 8 ст. 63 ГК). Правоспособность юридических лиц может быть как универсальной (общей), дающей им возможность участвовать в любых гражданских правоотношениях, так и специальной (ограниченной), предполагающей их участие лишь в определенном, ограниченном круге таких правоотношений. Правоспособность граждан всегда является общей, ибо гражданин обладает признанной законом возможностью иметь любые имущественные и личные неимущественные права. Правоспособность юридических лиц предполагается ограниченной (целевой), ибо юридическое лицо по общему правилу может иметь только такие гражданские права, которые соответствуют определенным законом и (или) учредительными документами целям его деятельности, и соответственно может нести лишь связанные с этой деятельностью обязанности (п. 1 ст. 49 ГК). Такие ограничения вызваны тем, что сами юридические лица обычно создаются для достижения вполне конкретных целей, определенных их учредителями, а потому не могут использовать свою самостоятельную правосубъектность в противоречии с этими целями1. Ясно, например, что государственные учреждения или общественные организации не должны иметь широких возможностей для занятия коммерческой деятельностью, ибо они создавались для достижения совсем других целей. Кроме того, некоторые гражданские права и обязанности по самой своей сути могут принадлежать лишь физическим, но не юридическим лицам. Вместе с тем в условиях рыночной организации хозяйства целевые ограничения правоспособности юридических лиц весьма отрицательно сказываются на деятельности коммерческих организаций, заставляя их учредителей (участников) изменять и перерегистрировать учредительные документы при каждом, иногда даже не очень существенном изменении характера деятельности созданной ими организации (например, при вступлении ее во внешнеэкономический оборот или при развитии в ее рамках дополнительных, «непрофильных» видов деятельности). Вместе с тем с формальной стороны такие ограничения легко обходятся закреплением в учредительных документах длинного перечня различных видов деятельности, которые вправе осуществлять данная организация, да и сами цели деятельности могут быть сформулированы весьма общим образом. Новый ГК, следуя общим современным тенденциям развития гражданского законодательства, закрепил почти за всеми коммерческими организациями способность иметь гражданские права и нести гражданские обязанности, необходимые для осуществления любых не запрещенных законом видов деятельности, т. е. общую правоспособность (абз. 2 п. 1 ст. 49 ГК).

1 Именно поэтому совершение юридическим лицом действий, противоречащих установленным для него целям, т. е. выход за пределы (ultra vires) имевшейся правоспособности, и в наиболее «либеральной» американской правовой доктрине долгое время считалось неправомерным, а сама концепция ultra vires рассматривалась в качестве одного из способов контроля учредителей (участников) за деятельностью созданной ими организации (подробнее см., например: Мозолин В. П. Корпорации, монополии и право в США. М, 1966. С. 75-78. Ср. Халфина Р. О. Договор в английском гражданском праве. М., 1959. С. 235). Правило ultra vires, с которым связывается понятие специальной правоспособности в англо-американском праве, в США формально существует до сих пор (ср. § 3.04 модельного Закона США о предпринимательских корпорациях 1984 г. //Соединенные Штаты Америки. Конституция и законодательные акты. М., 1993. С. 387-388). Фактически же оно не применяется уже несколько десятилетий в связи с изменением законодательства в большинстве штатов, а в Англии его отмена последовала в конце 80-х гг.

Исключение в этом отношении составляют унитарные предприятия - несобственники (поскольку они создаются собственниками для строго определенных целей), а также некоторые Другие организации, для которых специальная правоспособность определена законом с целью их сосредоточения лишь на одном, специальном виде коммерческой деятельности, к тому же лицензированном, т. е. допускаемом по особому разрешению публичной власти (например, банки и страховые компании). Необходимо отметить, что осуществление тех видов предпринимательства, для которых требуется специальное разрешение государства (лицензия), возможно лишь с момента его получения и до истечения срока его действия (абз. 2 п. 3 ст. 49 ГК) и в этом смысле не зависит от наличия или отсутствия соответствующей записи в учредительных документах юридического лица. Поэтому коммерческой организации не может быть отказано в выдаче соответствующей лицензии только на том основании, что данный вид деятельности не предусмотрен ее учредительными документами. Перечень лицензируемых видов деятельности должен определяться федеральным законом (абз. 3 п. 1 ст. 49 ГК)1. Вместе с тем государственное лицензирование отдельных видов деятельности означает, что коммерческие организации, не имеющие соответствующей лицензии, не вправе заниматься такой деятельностью, и потому также можно говорить об известном ограничении содержания их общей правоспособности. Разумеется, учредители коммерческой организации вправе установить перечень видов деятельности, которыми только и может заниматься создаваемое ими юридическое лицо, или прямо исключить для него возможность осуществления отдельных видов деятельности. Такое «самоограничение» правоспособности будет иметь силу и для третьих лиц - других участников оборота, но лишь в том случае, когда они знали или должны были знать о нем (ст. 173 ГК). Иначе говоря, такая коммерческая организация сама должна оповещать своих контрагентов об имеющихся у нее ограничениях правоспособности.

1 На данное требование Кодекса обращается внимание и судебно-арбитражной практикой (п. 19 постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 1 июля 1996 г. «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой ГК РФ»). К сожалению, в отсутствие специального закона перечень видов деятельности, для осуществления которой необходимо лицензирование, устанавливается федеральным правительством в противоречии с данным правилом ГК (см.: постановление Правительства РФ от 24 декабря 1994 г. № 1418 «О лицензировании отдельных видов деятельности»//СЗ РФ. 1995. № 1. Ст. 69; № 20. Ст. 1804; № 24. Ст. 2280; № 33. Ст. 3394; № 43. Ст. 4062; 1997. № 17. Ст. 2011; №49. Ст. 5601).

Для юридических лиц, сохраняющих целевую правоспособность по прямому указанию закона (некоммерческих организаций, унитарных предприятий, банков и страховых компаний), возможно совершение лишь таких действий (сделок), которые соответствуют установленным учредительными документами целям деятельности. Специального оповещения контрагентов об этом не требуется (ибо знание ими действующего закона предполагается), а потому сделки, выходящие за указанные пределы, считаются ничтожными вне зависимости от того, знали ли они о таких ограничениях (ст. 168 ГК).

3. Органы юридического лица

Правоспособность и дееспособность юридического лица реализуются через его органы (п. 1 ст. 53 ГК), формирующие и выражающие вовне его волю как самостоятельного субъекта права. Органы юридического лица не только осуществляют управление его деятельностью, но и выступают в имущественном обороте от его имени, иначе говоря, их действия признаются действиями самого юридического лица. Они составляют часть юридического лица и не являются самостоятельными субъектами права (в отличие от представителей, которые тоже могут выступать от имени юридического лица по его поручению, и от полных товарищей, предпринимательская деятельность которых признается деятельностью соответствующего товарищества в целом). Поэтому для совершения сделок от имени юридического лица они не нуждаются в доверенности. Органы юридического лица могут быть единоличными (директор, генеральный директор, президент, председатель правления и т. п.) и коллегиальными (правление, наблюдательный или попечительский совет, общее собрание). Коллегиальные органы обязательно создаются в корпоративных юридических лицах, построенных на началах членства (товариществах и обществах, кооперативах, общественных организациях, ассоциациях и союзах). Высшим органом здесь всегда является общее собрание их участников. Они, впрочем, могут создаваться и в фондах (попечительские советы), и в учреждениях (например, в научных и образовательных), не относящихся к корпоративным организациям. Это, однако, не касается собраний «трудовых коллективов» юридических лиц, поскольку наемные работники (рабочие и служащие) в этом своем качестве не участвуют в формировании имущества (уставного или иного капитала) юридического лица и потому не вправе влиять на формирование его воли (по крайней мере, без прямого на то согласия учредителей или участников). Органы юридического лица могут создаваться для формирования его воли («волеобразующие органы») и для одновременного выражения его воли вовне, по отношению ко всем третьим лицам - участникам имущественного оборота («волеизъявляющие», или исполнительные, органы)1. К числу первых относятся прежде всего общие собрания и иные коллегиальные органы, волю которых как волю юридического лица должны затем осуществлять соответствующие исполнительные органы. Вместе с тем исполнительные (волеизъявляющие) органы одновременно всегда являются и волеобразующими. Их деятельность не ограничивается только строгим исполнением воли, сформированной иными органами юридического лица, Более того, в унитарных предприятиях, а также во многих видах учреждений единоличный руководитель (директор) одновременно является единственным волеобразующим и волеизъявляющим (исполнительным) органом. Поэтому закон требует, чтобы волеизъявляющие органы юридического лица действовали добросовестно и разумно, руководствуясь его интересами (п. 3 ст. 53 ГК). При нарушении этих требований на них может быть возложена обязанность по возмещению причиненных юридическому лицу убытков за счет своего личного имущества. Поскольку, однако, речь идет о внутренних взаимоотношениях юридического лица и его органа, такие противоправные действия последнего не могут служить основанием для признания недействительными сделок, заключенных этим органом от имени юридического лица с третьими лицами. Кроме того, правомочия исполнительных (волеизъявляющих) органов на выступление от имени юридического лица могут дополнительно ограничиваться законом или учредительными документами организации (т. е. волей ее учредителей), например необходимостью получения предварительного согласия на совершение определенных сделок от соответствующего коллегиального органа или учредителя (собственника). Если такие ограничения установлены в нормативном порядке, их несоблюдение влечет недействительность соответствующих сделок с третьими лицами (ст. 168 ГК), ибо последние должны были знать о требованиях закона. Например, унитарное предприятие не вправе распоряжаться своей недвижимостью без согласия собственника-учредителя (п. 2 ст. 295 ГК).

1 См.: Комментарий части первой Гражданского кодекса Российской Федерации для предпринимателей. С. 85 (автор соответствующего раздела -М. И. Брагинский).

Если же ограничения введены уставом конкретного юридического лица (например, запрет единоличному органу заключать договоры на определенную сумму без предварительного согласия коллегиального органа), оспаривание соответствующих сделок возможно лишь при доказанности знания контрагентов об этих ограничениях (ст. 174 ГК). Единоличные органы либо назначаются учредителями (например, собственником имущества унитарного предприятия или учреждения или уполномоченным им органом), либо избираются участниками (учредителями) юридического лица или созданным ими коллективным органом (советом, правлением). Коллективные органы либо избираются всеми участниками (учредителями) (совет директоров, правление), либо состоят из них (общее собрание, попечительский совет). Состав и компетенция органов юридических лиц, а также порядок их формирования (назначение или избрание) определяется законодательством и учредительными документами. По общему правилу заместитель руководителя (единоличного органа) юридического лица, а также члены правления или дирекции (коллегиального органа) не являются органами юридического лица. Так, в унитарном предприятии в соответствии с законом единственным (единоличным) органом является его руководитель (п. 4 ст. 113 ГК). Однако в уставах хозяйственных обществ и некоторых некоммерческих организаций может предусматриваться выступление в определенных сделках от их имени без доверенности также заместителей руководителя (например, вице-президентов). В содержание правоспособности юридического лица входит и его деликтоспособность, т. е. способность самостоятельно отвечать за причиненный его действиями имущественный вред. Поскольку действия органов юридического лица являются его собственными действиями, выражающими его волю, очевидно, что оно и должно отвечать за их вредоносный характер. Но оно отвечает также и за действия своих наемных работников, совершенные ими в пределах своих трудовых (служебных) обязанностей, как за свои собственные (п. 1 ст. 1068 ГК), ибо такие действия тоже совершаются во исполнение указаний (воли) этого юридического лица.

4. Представительства и филиалы

Юридическое лицо может испытывать потребность в постоянном совершении каких-либо действий за пределами своего основного места нахождения. С этой целью оно вправе создать в другом месте свое обособленное подразделение в виде представительства или филиала. Представительство создается для представления и защиты интересов юридического лица, т. е. с целью постоянного совершения для него определенных юридических действий (п. 1 ст. 55 ГК), например, в центре того или иного региона. Филиал создается для осуществления всех или определенной части функций (целей) юридического лица, включая и цели представительства (п. 2 ст. 55 ГК). Другими словами, филиал занимается той же деятельностью, что и создавшее его юридическое лицо, но одновременно может осуществлять и функции его представительства. В этой роли может выступать, например, отдельно расположенный цех или иное производство, отделение банка и т. п. Филиалами иногда могут становиться и вполне самостоятельные в экономическом или в структурном смысле организации, если их учредитель - юридическое лицо считает необходимым сохранить полный контроль (и полную ответственность) за их деятельностью. Создавшие представительство или филиал юридические лица передают им некоторое имущество (обязательно указывая об этом в своих учредительных документах для того, чтобы об этом знали потенциальные кредиторы) и утверждают положения, определяющие содержание и порядок их деятельности. Однако это имущество остается принадлежащим создавшему их юридическому лицу. Ведь представительства и филиалы являются обособленными подразделениями, т. е. частями создавших их юридических лиц. Не будучи самостоятельными юридическими лицами, они не могут иметь собственного имущества1 и, следовательно, не в состоянии сами участвовать в гражданском обороте. В свою очередь, отсутствие у них гражданской правосубъектности лишает их действия юридического (гражданско-правового) значения.

1 В связи с этим выделенное представительствам и филиалам имущество, учитываемое на их отдельных балансах, может стать объектом взыскания кредиторов создавших их юридических лиц, причем независимо от того, связано ли это с деятельностью данных подразделений или нет. Вместе с тем по долгам, возникшим в связи с деятельностью представительств и филиалов, юридическое лицо отвечает всем своим имуществом, а не только выделенным этим своим подразделениям.

Для осуществления представительских и иных юридических функций от имени юридического лица последнее должно выдать доверенность назначенному им руководителю (директору) своего представительства или филиала (абз. 2 п. 3 ст. 55 ГК), т. е. конкретному физическому лицу (поскольку выдать доверенность своему подразделению, иначе говоря, вступить с ним в гражданско-правовые отношения представительства невозможно из-за отсутствия у него гражданской правосубъектности1). Руководитель представительства или филиала на основании выданной ему доверенности действует от имени и в интересах юридического лица (а не «от имени» филиала или представительства2).

§ 3. Возникновение и прекращение юридических лиц

1. Возникновение (создание) юридического лица

Юридические лица создаются по воле их учредителей, однако государство (публичная власть) в интересах всех участников имущественного оборота контролирует законность их создания. Отсюда - требование обязательной государственной регистрации юридических лиц. В качестве учредителей юридического лица могут выступать их первоначальные участники (члены) (в хозяйственных обществах и товариществах, кооперативах, ассоциациях, общественных и религиозных организациях) либо собственник их имущества или уполномоченный им орган (при создании унитарных предприятий и учреждений), а также иные лица, вносящие в них имущественные вклады, хотя и не принимающие затем непосредственного участия в их деятельности (учредители фондов).

1 Согласно п. 3 ст. 8 Закона о высшем и послевузовском профессиональном образовании (СЗ РФ. 1996. № 35. Ст. 4135) структурные подразделения вуза могут им «наделяться по доверенности полностью или частично правомочиями юридического лица». Это абсурдное правило свидетельствует лишь о некомпетентности современного отечественного законодателя и не должно восприниматься всерьез, ибо даже законодатель не вправе переступать границы здравого смысла.

2 Поскольку руководитель филиала или представительства не является органом юридического лица, его полномочия на выступление от имени организации не могут основываться на указаниях, содержащихся в положении о филиале или представительстве либо в учредительных документах юридического лица. Хотя судебная и арбитражная практика и допускает действительность договора, заключенного руководителем филиала (представительства) «от имени филиала», при наличии «полномочий от юридического лица», «выраженных в положении о филиале и в доверенности» (абз. 3 п. 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 1 июля 1996 г.), с этим невозможно согласиться. Нельзя заключить сделку для юридического лица ни «от имени» его неправосубъектного подразделения, ни при отсутствии должным образом оформленных полномочий.

Законодательству известно несколько способов (порядков) создания юридических лиц. В условиях рыночной организации оборота основным становится явочно-нормативный (или нормативно-явочный, иногда называемый также заявительным либо регистрационным) способ их создания. Он исключает необходимость получения предварительного разрешения органов публичной власти на создание юридического лица. Учредители «являются» в регистрирующий орган, который не вправе отказать им в регистрации создаваемой организации при отсутствии каких-либо нарушений правовых норм с их стороны. В таком порядке создается большинство юридических лиц1. В качестве предусмотренного законом исключения используется также разрешительный порядок создания некоторых юридических лиц, предполагающих заниматься лишь предпринимательской деятельностью. Он связан с необходимостью получения предварительного разрешения (согласия) от органов публичной власти на создание соответствующего юридического лица, что обычно служит общим интересам всех участников оборота. В таком порядке, например, создаются коммерческие банки и страховые компании (в частности, поскольку их деятельность связана с оказанием финансовых услуг неограниченному кругу потребителей и аккумулированием значительных денежных средств последних).

1 В начале 90-х гг. активно обсуждалась возможность установления уведомительного порядка создания коммерческих организаций, идея которого была заимствована из законодательства некоторых американских штатов. В соответствии с ней юридическое лицо должно считаться созданным уже с момента представления его учредительных документов на регистрацию (например, путем отправки их по почте или даже сообщения об этом по телефону), а последующий отказ в государственной регистрации влечет появление «юридических лиц de facto», статус которых может быть подтвержден в судебном порядке. В конечном счете отечественный законодатель отказался от этой идеи, справедливо полагая, что ее принятие неизбежно поведет к значительным злоупотреблениям со стороны учредителей. Разумеется, невозможно создать и «юридическое лицо по доверенности» (как это предусмотрено уже упоминавшимся абсурдным правилом российского Закона о высшем образовании 1996 г.), минуя установленный ГК порядок.

Кроме того, данный порядок используется при создании юридических лиц, могущих занять доминирующее или даже монопольное положение на рынке определенных товаров или услуг с тем, чтобы сохранить в интересах потребителей конкуренцию между существующими товаропроизводителями (услугодателями)1. Очевидна поэтому невозможность полного отказа от разрешительного порядка даже в развитой рыночной экономике (что подтверждает и зарубежный опыт). В обоих случаях юридическое лицо считается созданным с момента его государственной регистрации (п. 2 ст. 51 ГК). Данная регистрация должна проводиться органами юстиции в едином государственном реестре юридических лиц в порядке, предусмотренном специальным законом. Однако, в отсутствие такого закона она проводится различными государственными и муниципальными органами либо даже созданными ими «регистрационными палатами» и их отделениями (филиалами) по не всегда совпадающим правилам и в отсутствие единого реестра2. Данное положение не только осложняет контроль за законностью создания и функционирования юридических лиц и ознакомление с их положением других участников оборота, но и создает почву для злоупотреблений. Единая процедура государственной регистрации в настоящее время установлена для юридических лиц, занимающихся предпринимательской деятельностью (включая и некоммерческие организации), кроме предприятий с иностранными инвестициями3. В соответствии с ней в регистрирующий орган представляются заявление, устав и решение о создании юридического лица либо учредительный договор, а также документы, подтверждающие оплату регистрационного сбора и не менее 50% уставного капитала.

1 Именно в этих целях п. 1 ст. 17 Закона «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» (ВВС РСФСР. 1991. № 16. Ст. 499; СЗ РФ. 1995. № 22. Ст. 1977) предусматривает необходимость получения предварительного согласия Госкомитета по антимонопольной политике (ГКАП) на создание объединения коммерческих организаций в форме ассоциации или союза, а п. 4 ст.17 - уведомления ГКАП о создании коммерческой организации, если суммарная стоимость активов ее учредителей превышает сумму, эквивалентную 100 тыс. минимальных размеров оплаты труда.

2 Так, коммерческие банки регистрируются в Центральном банке России, предприятия с иностранными инвестициями (независимо от организационно-правовой формы)-в особой Государственной регистрационной палате при Министерстве экономики, средства массовой информации - в Министерстве печати и информации и его органах. В Министерстве юстиции и его органах в настоящее время регистрируются лишь общественные и религиозные организации (объединения). При этом каждый из названных государственных органов ведет отдельный государственный реестр зарегистрированных им юридических лиц.

3 Она определяется сохранившими силу до принятия указанного выше Закона ст. 34 и 35 Закона о предприятиях и предпринимательской деятельности и Положением о порядке государственной регистрации субъектов предпринимательской деятельности, утвержденным Указом Президента РФ от 8 июля 1994 г. № 1482 (СЗ РФ. 1994. № 11. Ст. 1194).

Требование иных, не предусмотренных законодательством документов (например, гарантийных писем или справок, подтверждающих место нахождения юридического лица), запрещается. Регистрация должна проводиться в течение трех дней с момента представления всех необходимых документов (либо в 30-дневный срок с момента их отправления по почте). Отказ в государственной регистрации юридического лица возможен только по мотивам несоответствия представленных документов закону или несоблюдения установленного (разрешительного) порядка, но не по иным основаниям, например из-за «отсутствия целесообразности». При этом отказ в регистрации может быть обжалован в судебном порядке (п. 2 ст. 35 Закона о предприятиях). Любым заинтересованным лицам также предоставлено право в 6-месячный срок с момента регистрации заявить в суде требование о признании регистрации и (или) учредительных документов юридического лица недействительными полностью или частично (например, по мотивам нарушения их прав на имущество, внесенное в уставный капитал созданного юридического лица). Сведения о регистрации юридических лиц подлежат опубликованию. Данные государственного реестра юридических лиц должны быть открыты для всеобщего ознакомления с тем, чтобы любой участник имущественного оборота мог удостовериться в статусе своего реального или потенциального контрагента - юридического лица.

2. Прекращение юридического лица путем реорганизации

Деятельность юридического лица прекращается посредством его реорганизации или ликвидации. Реорганизация юридического лица осуществляется в таких формах, как:

слияние нескольких юридических лиц в одно;

присоединение одного или нескольких юридических лиц к другому;

разделение юридического лица на несколько самостоятельных организаций;

выделение из состава юридического лица (не прекращающего при этом своей деятельности) одного или нескольких новых юридических лиц;

преобразование юридического лица из одной организационно-правовой формы в другую (п. 1 ст. 57 ГК).

Во всех этих случаях, за исключением выделения, прекращается деятельность по крайней мере одного юридического лица, однако его права и обязанности не прекращаются, а переходят к вновь созданным юридическим лицам в порядке правопреемства. Правопреемство происходит и при выделении, ибо к вновь создаваемому (выделяющемуся) юридическому лицу и в этом случае переходит часть прав и обязанностей остающегося юридического лица. Следовательно, реорганизация юридического лица всегда влечет возникновение правопреемства (даже не будучи связанной с прекращением его деятельности в случае выделения). В этом ее принципиальное отличие от ликвидации юридического лица, при котором никакого преемства в правах и обязанностях не возникает, ибо они, как и их субъект - юридическое лицо, подлежат прекращению. Реорганизация юридического лица по общему правилу проводится им добровольно, по решению его учредителей либо уполномоченного на то учредительными документами его органа, например общего собрания его участников. Добровольная реорганизация в форме слияния, присоединения или преобразования в предусмотренных законом случаях может осуществляться с предварительного согласия государственных органов (п. 3 ст. 57 ГК). Такое согласие требуется получить от антимонопольных органов, контролирующих появление хозяйствующих субъектов, которые могли бы занять доминирующее положение на товарном рынке1. В случаях, прямо предусмотренных законом, реорганизация в форме разделения и выделения может осуществляться принудительно, по решению компетентного государственного органа или суда.

1 В соответствии с п. 1 ст. 17 Закона о конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках (Антимонопольного закона) предварительное согласие антимонопольных органов требуется в случаях слияния и присоединения любых объединений коммерческих организаций (ассоциаций и союзов); слияния и присоединения коммерческих организаций, если общая сумма их активов превышает 100 тыс. минимальных зарплат (а если она превышает 50 тыс. минимальных зарплат, то требуется обязательное уведомление антимонопольного органа о состоявшейся реорганизации); разделения и выделения унитарных предприятий, размер активов которых превышает 50 тыс минимальных зарплат (если это приводит к появлению хозяйствующего субъекта, доля которого на соответствующем товарном рынке будет превышать 35%) При нарушении этих требований антимонопольный орган вправе требовать в судебном порядке признания недействительной состоявшейся реорганизации.

Так, в соответствии с законом юридические лица, занимающие доминирующее положение на каком-либо товарном рынке, в случае неоднократного нарушения требований антимонопольного законодательства могут быть подвергнуты принудительному разделению или выделению из их состава самостоятельных организаций1. Реорганизация юридических лиц оформляется либо передаточным актом (балансом) (в случаях слияния, присоединения и преобразования), либо разделительным балансом (в случаях разделения и выделения) (ст. 58 ГК). В передаточном акте или в разделительном балансе должны содержаться положения о правопреемстве по всем без исключения правам и обязанностям реорганизованного юридического лица в отношении всех его кредиторов и должников, включая и оспариваемые сторонами обязательства (п. 1 ст. 59 ГК). Соблюдение этого правила призвано обеспечить полную ясность относительно всех правоотношений, участником которых являлось реорганизованное юридическое лицо. Очевидно, что оно установлено прежде всего в интересах кредиторов юридического лица с тем, чтобы их требования не «затерялись» в ходе реорганизации. Данный процесс таит в себе значительные опасности для кредиторов - контрагентов реорганизуемых юридических лиц. Так, они могут столкнуться с ситуацией, когда имеющиеся перед ними у юридического лица обязательства после его разделения или выделения окажутся переданными наиболее слабым в имущественном отношении преемникам. Присоединение или слияние грозит кредиторам увеличением их числа, отнюдь не обязательно сопровождающимся увеличением имущества должника (если, например, имущество присоединяемого юридического лица уже обременено многочисленными долгами). Изменение организационно-правовой формы в результате преобразования может повлечь исключение дополнительной ответственности перед ними участников юридического лица (например, при преобразовании общества с дополнительной ответственностью или производственного кооператива в общество с ограниченной ответственностью). Поэтому закон требует, чтобы лица или органы, принявшие решение о реорганизации, письменно уведомили об этом всех кредиторов, а последние вправе независимо от поступления уведомления требовать прекращения или досрочного исполнения соответствующих обязательств и возмещения возникших убытков (п. 1 и 2 ст. 60 ГК).

1 См ст 19 Антимонопольного закона При этом неисполнение решения о принудительной реорганизации дает право суду по требованию антимонопольного органа назначить внешнего управляющего юридическим лицом, который и осуществляет такую реорганизацию (п 2 ст 57 ГК)

Данные правила составляют важнейшие юридические гарантии прав и интересов кредиторов реорганизуемого юридического лица. Если же кредитор не воспользовался указанным правом, место реорганизованного юридического лица в обязательстве перед ним занимает правопреемник, определяемый на основании передаточного акта или разделительного баланса. Поэтому после утверждения названных документов лицами или органами, принявшими решение о реорганизации, они должны быть представлены для государственной регистрации вместе с учредительными документами вновь возникших юридических лиц. Непредставление этих документов для регистрации либо отсутствие в них положений о правопреемстве в отношении обязательств реорганизованного юридического лица должны влечь отказ в государственной регистрации вновь возникших юридических лиц (п. 2 ст. 59 ГК), т. е. по сути непризнание состоявшейся реорганизации. Если же разделительный баланс составлен так, что не дает возможности определить правопреемника по конкретному обязательству, вновь возникшие в результате разделения или выделения юридические лица будут нести по нему солидарную ответственность перед кредиторами реорганизованного юридического лица (п. 3 ст. 60 ГК). Таким образом, в ходе реорганизации юридических лиц осуществляется всесторонняя защита интересов кредиторов. Реорганизация считается завершенной (состоявшейся) с момента государственной регистрации вновь возникших юридических лиц, а в случае присоединения - с момента государственной регистрации прекращения деятельности присоединенного юридического лица (п. 4 ст. 57 ГК).

3. Прекращение юридического лица путем ликвидации

Ликвидация юридического лица представляет собой способ прекращения его деятельности при отсутствии преемства в его правах и обязанностях (п. 1 ст. 61 ГК). Поскольку права и обязанности юридического лица не переходят к правопреемникам, задача обеспечения прав и интересов кредиторов (других участников имущественного оборота) приобретает здесь еще большую важность, чем в случаях его реорганизации. Поэтому закон устанавливает специальный порядок ликвидации юридического лица. Ликвидация может осуществляться добровольно, по решению учредителей либо уполномоченного на то органа юридического лица, в частности, по истечении срока или с достижением целей, для которых оно создавалось (например, дирекция строящегося предприятия прекращает свою деятельность после сдачи готового объекта в эксплуатацию). Возможна и принудительная ликвидация в соответствии с судебным решением (п. 2 ст. 61 ГК). Основаниями для нее являются осуществление юридическим лицом своей деятельности без надлежащего разрешения (лицензии) либо с неоднократным или грубым нарушением закона или иных правовых актов, а также противоречие этой деятельности законодательным запретам (в том числе при систематическом нарушении своей специальной правоспособности некоммерческой организацией). Случаи принудительной ликвидации юридического лица могут предусматриваться только Гражданским кодексом. К ним относится также признание судом недействительной регистрации юридического лица из-за допущенных при его создании неустранимых нарушений законодательства, поскольку в этом случае «добровольная» по форме ликвидация юридического лица, по сути, носит вынужденный (принудительный) характер. Особым случаем ликвидации юридического лица является его банкротство. Ликвидация юридического лица представляет собой достаточно длительную процедуру, основное содержание которой сводится к выявлению и удовлетворению имеющихся у кредиторов требований. При этом юридическое лицо продолжает свою деятельность (до момента исключения его из государственного реестра). Поэтому как имеющиеся, так и возможные контрагенты должны быть осведомлены, предупреждены о том, что данное юридическое лицо находится в процессе ликвидации и осуществляет расчеты со своими кредиторами, имея решение (или будучи обязанным) прекратить свою деятельность. С этой целью лица или органы, принявшие решение о ликвидации юридического лица, должны незамедлительно письменно сообщить об этом регистрирующему органу для внесения соответствующих сведений в государственный реестр (п. 1 ст. 62 ГК). С момента внесения данных сведений к наименованию (фирменному наименованию) юридического лица обязательно добавляются слова в ликвидации. Предусмотренная законом обязательная процедура ликвидации также рассчитана прежде всего на защиту интересов кредиторов. Ведь учредители или участники юридического лица при его ликвидации обычно заинтересованы в сохранении максимально возможного остатка имущества после завершения всех расчетов, поскольку он обычно поступает в их собственность. Поэтому ликвидация должна проходить под контролем органа, осуществившего государственную регистрацию юридического лица. Ликвидация начинается с назначения лицами или органом, принявшими решение о ликвидации юридического лица, специальной ликвидационной комиссии (ликвидкома) или единоличного ликвидатора, к которым и переходят все полномочия по управлению делами юридического лица, включая выступление в суде от его имени (п. 2 и 3 ст. 62 ГК). Такая комиссия (или единоличный ликвидатор) назначается по обязательному согласованию с регистрирующим органом (п. 1 ст. 62 ГК). Перечисленные действия составляют первый этап процесса ликвидации. Главной задачей ликвидкома является выявление всех долгов юридического лица и осуществление расчетов с его кредиторами. Поэтому на втором этапе ликвидком обязан опубликовать извещение о ликвидации юридического лица, а также о порядке и сроке заявления требований его кредиторами (причем такой срок не может быть менее двух месяцев с момента данной публикации) и письменно уведомить о ликвидации всех известных ему кредиторов. Помимо этого ликвидком принимает все другие возможные меры по выявлению кредиторов, а также по получению задолженности с должников ликвидируемого юридического лица (дебиторской задолженности). По истечении срока для предъявления требований кредиторами ликвидком должен составить промежуточный ликвидационный баланс, в котором отражаются сведения о фактическом составе имущества ликвидируемого юридического лица, перечне заявленных кредиторами требований и результатах их рассмотрения (возможности удовлетворения или отклонения). Данный баланс утверждается лицами или органами, принявшими решение о ликвидации, также по согласованию с регистрирующим органом (п. 2 ст. 63 ГК). Последний должен, следовательно, контролировать правильность и обоснованность данных баланса. Названными действиями завершается вторая стадия ликвидации. Если по данным промежуточного баланса у ликвидируемого юридического лица недостаточно денежных средств для удовлетворения заявленных кредиторами требований, ликвидком продает его имущество с публичных торгов (с тем чтобы выручить за него максимально возможные суммы). При недостатке и этого имущества в некоторых случаях возможно обращение с иском об удовлетворении оставшейся части требований за счет имущества учредителя (казенного предприятия или учреждения) либо участников юридического лица (полных товарищей, участников обществ с дополнительной ответственностью, производственных кооперативов, ассоциаций и союзов)1. В таком случае кредитор не связан сроками утверждения ликвидационного баланса и работы ликвидационной комиссии. В этом состоит третий этап ликвидации. Со дня утверждения промежуточного ликвидационного баланса начинаются расчеты с кредиторами юридического лица, составляющие четвертый этап его ликвидации. Они производятся в порядке очередности, установленной ст. 64 ГК. В соответствии с ней предусмотрены четыре последовательно удовлетворяемых очереди привилегированных кредиторов, требования которых удовлетворяются преимущественно перед другими кредиторами. Имеется также пятая очередь, куда включены требования всех остальных (непривилегированных) кредиторов, выплаты которым начинаются лишь по истечении месяца со дня утверждения промежуточного ликвидационного баланса. При этом требования каждой последующей очереди удовлетворяются только после полного удовлетворения требований предыдущей очереди (п. 2 ст. 64 ГК). Следовательно, при недостатке или отсутствии необходимого имущества требования последующих очередей могут остаться неудовлетворенными. Между кредиторами одной очереди имущество ликвидируемого юридического лица при его недостатке распределяется пропорционально суммам их требований. Например, если требования соответствующей очереди составляют 500 млн руб., а оставшееся после удовлетворения требований предшествующих очередей имущество стоит 100 млн руб., то это означает, что каждый из кредиторов данной очереди получит за рубль долга только 20 коп. В первую очередь включены требования граждан к ликвидируемому юридическому лицу по возмещению вреда, причиненного жизни или здоровью2, а во вторую очередь - требования по оплате труда и вознаграждений по авторским договорам. В третью очередь удовлетворяются требования залоговых кредиторов (по обязательствам юридического лица, обеспеченным залогом его имущества).

1 Если при принятии решения о ликвидации юридического лица или утверждении промежуточного баланса обнаружится недостаточность стоимости его имущества для удовлетворения требований его кредиторов, ликвидация должна проводиться в порядке, предусмотренном законодательством о несостоятельности (банкротстве).

2 При ликвидации банков или других кредитных учреждений, привлекающих средства граждан, в первую очередь подлежат удовлетворению любые требования граждан, являющихся их кредиторами (в том числе и требования их вкладчиков) (ст. 64 ГК).

В четвертую очередь удовлетворяются требования по обязательным платежам в бюджет (налоги) и во внебюджетные фонды (пенсионный и т. п.). Все остальные требования относятся к пятой очереди. При отказе ликвидкома в удовлетворении конкретного требования кредитора последний вправе обратиться с соответствующим иском в суд (до момента утверждения окончательного ликвидационного баланса). В этот же период еще возможно обращение с требованием к ликвидкому, несмотря на пропуск установленного им для этих целей срока. В обеих ситуациях требования кредиторов могут быть удовлетворены из остатка имущества, если таковой имеется. При отсутствии такого остатка требования кредиторов считаются погашенными. Также погашаются требования кредиторов, отклоненные ликвидкомом и не предъявленные затем в суде, либо требования, в удовлетворении которых кредитору отказано судебным решением (п. 4-6 ст. 64 ГК). Последний, пятый этап ликвидации начинается после завершения всех расчетов с кредиторами. Ликвидком составляет окончательный ликвидационный баланс, который утверждается лицами или органом, принявшими решение о ликвидации юридического лица, по согласованию с регистрирующим органом (п. 5 ст. 63 ГК). Остаток имущества передается учредителям или участникам юридического лица, а при ликвидации некоторых некоммерческих организаций используется на цели, предусмотренные законодательством и их учредительными документами. Ликвидация считается завершенной, а юридическое лицо - прекратившим существование с момента внесения записи об этом в государственный реестр (п. 8 ст. 63 ГК).

4. Прекращение юридического лица при банкротстве

Несостоятельность (банкротство) наступает в случаях невозможности (неспособности) полного удовлетворения юридическим лицом всех денежных требований своих кредиторов. В такой ситуации речь должна идти о равномерном и справедливом распределении имеющегося имущества должника между его кредиторами, которые при этом как бы «конкурируют» друг с другом, в том числе в рамках определенных групп (очередей). Порядок такого распределения называется конкурсом или конкурсным производством («конкурсным процессом»). Составляющие его правила являются сутью института несостоятельности (банкротства)1. В современных правопорядках правила о несостоятельности применяются как к юридическим, так и к физическим лицам, причем не обязательно осуществляющим предпринимательскую деятельность2. Поэтому институт банкротства не связан лишь с ликвидацией коммерческих организаций. Действующее законодательство РФ исходит из того, что банкротами не могут быть объявлены юридические лица, по долгам которых их учредители несут субсидиарную ответственность. Поэтому банкротами в соответствии с п. 1 ст. 65 ГК могут быть признаны только коммерческие организации (за исключением казенных предприятий), а из числа некоммерческих - потребительские кооперативы и фонды3. Несостоятельность может быть признана в судебном порядке либо объявлена самим должником. Судебное признание банкротства возможно как по требованию кредиторов (или прокурора), так и по заявлению самого неплатежеспособного должника. В предусмотренных законом случаях руководитель должника обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом (ст. 8 Закона о банкротстве). Таким образом, как объявление банкротом, так и последующая ликвидация юридического лица могут быть как принудительными (по судебному решению), так и добровольными (по решению самого банкрота, принятому совместно с его кредиторами в соответствии с п. 2 ст. 65 ГК и ст. 24,181-183 Закона о банкротстве).

1 Современное законодательство отождествляет понятия несостоятельности и банкротства. В дореволюционном русском праве эти понятия различались. Несостоятельностью считалось само состояние недостаточности имущества должника для удовлетворения требований кредиторов, а банкротством - причинение ущерба кредиторам путем уменьшения или сокрытия имущества несостоятельным должником, т. е. «уголовная сторона того гражданского отношения, которое называется несостоятельностью» (Шершеневич Г. Ф. Курс торгового права Т. IV. М., 1912. С. 148, 580). Такое различие иногда проводится и в зарубежных правопорядках (см.: Гражданское и торговое право капиталистических государств. М., 1993. С. 441).

2 См., например: Васильев Е. А. Правовое регулирование конкурсного производства в капиталистических странах. М., 1989.

3 См. п. 2 ст. 1 Закона о банкротстве. По существу, к ним должны были бы также относиться и некоммерческие партнерства. Кроме того, следует иметь в виду, что действующий Закон о банкротстве предусматривает применение конкурсной процедуры лишь в случаях, когда общая сумма заявленных кредиторами требований составляет не менее 500 минимальных размеров оплаты труда и Они не погашены в течение трех месяцев с даты наступления их исполнения.

Основную особенность такой ликвидации составляет обязательное соблюдение конкурсного порядка распределения имущества между кредиторами. Вместе с тем институт банкротства не направлен только на прекращение (ликвидацию) юридического лица. Ведь интерес кредиторов неплатежеспособного юридического лица состоит не в его ликвидации, а в возможно более полном удовлетворении своих требований, чему может служить и продолжение его деятельности (если, конечно, ее результатом станут дополнительные доходы, а не убытки). Следует также иметь в виду, что ликвидация юридического лица в результате его банкротства крайне неблагоприятно отражается на его наемных работниках и нередко имеет иные отрицательные социальные последствия (например, при банкротстве градообразующих предприятий). Поэтому она является крайней мерой, использованию которой обычно предшествует применение иных, предупредительных мер. К их числу относится досудебная санация (оздоровление), под которой понимается оказание должнику финансовой помощи с целью восстановления его платежеспособности и погашения его денежных обязательств (ст. 27 Закона о банкротстве). Она может осуществляться как учредителями (участниками) или собственником имущества юридического лица - должника, так и его кредиторами и иными (третьими) лицами. Ее условием может стать принятие должником обязательства по отчуждению своего имущества или его части в пользу лиц, предоставивших финансовую помощь. Традиционной мерой предотвращения ликвидации является мировое соглашение должника с кредиторами (ст. 120 Закона о бан- • кротстве). Оно принимается по решению общего собрания кредиторов на любой стадии рассмотрения дела о банкротстве и утверждается арбитражным судом. Содержание мирового соглашения могут составлять условия об отсрочке или рассрочке исполнения обязательств должника; об уступке прав требования должника; об исполнении его обязательств третьими лицами; об уменьшении (скидке) долга; о прекращении обязательств путем предоставления взамен отступного, изменения (новации) их содержания или прощения долга либо об удовлетворении требований кредиторов иными законными способами. Мировое соглашение может быть признано недействительным при наличии предусмотренных законом оснований (ст. 127 Закона о банкротстве), а при неисполнении должником его условий в отношении не менее трети требований кредиторов - расторгнуто по решению арбитражного суда (п. 3 ст. 129 Закона о банкротстве). В последнем случае кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику не в первоначальном объеме, а в объеме, предусмотренном мировым соглашением. В ходе разбирательства дела о банкротстве арбитражным судом на основании решения собрания кредиторов может вводиться внешнее управление организацией-должником (если есть основания полагать, что ее платежеспособность может быть восстанов-лена)(ст. 68 Закона о банкротстве). На период внешнего управления вводится мораторий - отсрочка удовлетворения требований кредиторов, которая распространяется на долги, возникшие до назначения этого управления, в том числе подтвержденные испол-нител^чыми документами (ст. 70 Закона о банкротстве). Внешнее управление осуществляется назначенным судом внешним управляющим, который приобретает права руководителя организации-должника и самостоятельно распоряжается ее имуществом (за исключением крупных сделок). Деятельность управляющего строится на основе плана проведения внешнего управления, утвержденного общим собранием кредиторов на срок не более года. План может предусматривать перепрофилирование или закрытие нерентабельных производств; продажу части имущества должника, продажу предприятия-должника в целом (как имущественного комплекса), осуществление иных законных способов восстановления платежеспособности должника. При недостижении этой цели арбитражный суд признает должника банкротом и открывает конкурсное производство. С момента принятия арбитражным судом заявления о банкротстве предусматривается введение периода наблюдения, для осуществления которого судом может назначаться временный управляющий. С этого момента приостанавливается производство и исполнение по всем делам, связанным с обращением взыскания на имущество должника, а любые имущественные требования к нему могут предъявляться лишь в конкурсном порядке (ст. 57, 58 Закона о банкротстве). Цель этих мер очевидна - сохранение имущества должника для соразмерного удовлетворения требований всех кредиторов. Поэтому в период наблюдения органы управ тения должника не вправе совершать большинство сделок без согласия временного управляющего, а также не могут принимать решения о реорганизации или ликвидации должника, его участии в иных юридических лицах, выплате дивидендов и размещении эмиссионн х ценных бумаг, так как это может ущемить интересы кредт гюв. Для соблюдения этого порядка в государственный реестр ю щических лиц должна вноситься соответствующая запись. Временным управляющим в этот период проводится анализ финансового состояния должника и устанавливается размер требований всех его кредиторов. Последние на своем общем собрании принимают решение либо о применении к должнику предупредительных мер, либо об обращении в суд с ходатайством о признании его банкротом и об открытии конкурсного производства. Конкурсное производство открывается с момента судебного признания должника банкротом (п. 1 ст. 97 Закона о банкротстве). Оно относится к «ликвидационным процедурам», влекущим прекращение деятельности юридического лица-банкрота и осуществляется назначенным судом конкурсный управляющим в срок, как правило, не более года. С этого же момента считается наступившим срок исполнения всех денежных обязательств должника (что уравнивает требования всех кредиторов независимо от сроков их возникновения) и одновременно прекращается начисление пени (неустоек) и процентов по всем видам его задолженности. Совершение сделок с имуществом должника, предъявление требований отдельными кредиторами и исполнение в их пользу теперь допускаются только в порядке конкурса (конкурсный иммунитет) (п.1 ст. 98 Закона о банкротстве). Все полномочия по управлению делами должника и распоряжению его имуществом переходят к конкурсному управляющему (а полномочия органов управления и собственника имущества должника соответственно прекращаются). Конкурсный управляющий вправе требовать признания недействительными совершенных должником сделок и расторжения заключенных им договоров, направленных на уменьшение его имущества; он может предъявлять иски об истребовании имущества должника у третьих лиц, а также принимать иные меры по поиску, выявлению и возврату находящегося у них имущества должника (ст. 101 Закона о банкротстве). В некоторых правопорядках для этого устанавливается специальный срок - «период подозрительности». Затем конкурсный управляющий проводит инвентаризацию и оценку выявленного имущества должника, которое предназначено для удовлетворения требований кредиторов (конкурсной массы). В конкурсную массу не включаются находящийся на балансе должника жилищный фонд и отдельные объекты социально-культурной сферы и коммунальной инфраструктуры, а также некоторые другие виды имущества (например, изъятые из оборота) (ст. 103,104 Закона о банкротстве). Имущество, составляющее конкурсную массу, продается управляющим с согласия кредиторов по общему правилу на открытых (публичных) торгах. Из вырученных от продажи сумм производятся расчеты с кредиторами в соответствии с очередностью их требований и в порядке, установленном законом для ликвидации юридических лиц (п. 1-3 ст. 64 ГК; ст. 106-111 Закона о банкротстве). Вне очереди покрываются судебные расходы и вознаграждения управляющим при банкротстве, а также требования, возникшие в периоды наблюдения, внешнего управления и конкурсного производства (в том числе текущие коммунальные и эксплуатационные платежи). Требования кредиторов, не удовлетворенные из-за недостаточности имущества должника, считаются погашенными. Действия конкурсного управляющего контролируются кредиторами и арбитражным судом. По завершении расчетов с кредиторами конкурсный управляющий представляет суду отчет с приложением реестра требований кредиторов (с указанием размера погашенных требований) и документов, подтверждающих продажу имущества и погашение требований кредиторов. После рассмотрения отчета управляющего арбитражный суд выносит определение о завершении конкурсного производства, которое является основанием для внесения записи в реестр юридических лиц о ликвидации юридического лица - должника. С момента внесения такой записи в указанный реестр (т. е. государственной регистрации) конкурсное производство считается завершенным, а юридическое лицо - ликвидированным. Банкротство отдельных видов юридических лиц обладает некоторыми особенностями, предусмотренными законодательством. Так, при банкротстве градообразующих организаций допускается введение внешнего управления под поручительство публично-правового образования по обязательствам должника (ст. 134 Закона о банкротстве); при банкротстве сельскохозяйственных организаций другие сельскохозяйственные организации могут получать преимущественное право приобретения объектов недвижимости, используемых для сельскохозяйственного производства (п. 3 ст. 139 Закона о банкротстве) и т. д. До введения в действие нового Закона о банкротстве для всех государственных предприятий предусматривался особый порядок продажи принадлежащего им имущества в целях предотвращения признания их банкротами1.

1 См.: Указы Президента РФ от 22 декабря 1993 г. № 226 «О мерах по реализации законодательных актов о несостоятельности (банкротстве) предприятий» и от 2 июня 1994 г. № 1114 «О продаже государственных предприятий - должников», а также постановление Правительства РФ от 20 мая 19& г № 498 «О некоторых мерах по реализации законодательства о несостоятельности (банкротстве) предприятий»// СЗ РФ. 1993. № 52. Ст 5070; 1994. № 6. Ст. 592; № 5. Ст 490. Продажа государственных предприятий-должников (как имущественных комплексов) противоречила сути института банкротства и игнорировала права как кредиторов, так и самого предприятия как юридического лица Вместо расчетов с кредиторами при банкротстве или восстановления платежеспособности своего предприятия публичный собственник проводил его отчуждение, избегая процедуры банкротства.

Определенные особенности имеются также при банкротстве банков и иных кредитных организаций, страховых и финансовых компаний и некоторых других видов юридических лиц.

§ 4. Юридическая личность коммерческих организаций

1. Хозяйственные товарищества и общества

Данные виды коммерческих организаций являются (tm)задицион-ной, наиболее распространенной в обычном имуществе, .лом обороте формой коллективного предпринимательства. Именно поэтому они открывают перечень отдельных видов юридических лиц, установленный законом. Такого рода объединения, создаваемые предпринимателями, в европейском праве обычно называются компаниями или фирмами, а в американском - корпорациями В России они ранее именовались торговыми товариществами, пос т>льку коммерческая деятельность отождествлялась прежде всего с торговлей. Отсутствие частной коммерции в прежнем правопорядке вынуждало итюльзо-вать более «нейтральное» и широкое понятие «хозяйственная деятельность». С учетом этих традиций Гражданский кодекс тг еже использует термин «хозяйственные» применительно к торговым (коммерческим) товариществам и обществам. Товарищества и общества имеют много общих черт. Все они являются коммерческими организациями, созданными на добровольной (как правило, договорной) основе на началах членства (корпоративных), и наделяются законом общей правоспособностью. Они становятся едиными и единственными собственниками имущества, образованного за счет вкладов учредителей (участников), а также произведенного и приобретенного в процессе их деятельности, что делает их самостоятельными, полноценными участниками имущественного оборота. Закон определяет их как коммерческие организации с разделенным на доли (вклады) учредителей (участников) уставным (складочным) капиталом (п. 1 ст. 66 ГК) Как организации корпоративного характера товарищества и общества имеют однотипную структуру управления, в которой высшим (волеобразующим) органом признается общее собрание их участников. Последние также имеют во многом сходные права и обязанности (ст. 67 ГК). В частности, все они вправе участвовать в управлении делами компании и получать информацию о ее деятельности (корпоративные права), а также принимать участие в распределении прибыли и получать ликвидационную квоту (часть имущества, оставшегося после ликвидации компании и осуществления расчетов со всеми ее кредиторами) (обязательственные права). Они во всяком случае обязаны вносить установленные учредительными документами вклады в имущество компании и не разглашать конфиденциальную информацию о ее деятельности. Близость этих организационно-правовых форм делает возможным их преобразование из товариществ и обществ одного вида в товарищества и общества другого вида (п. 1 ст. 68 ГК). Следует иметь в виду, что действующее законодательство исключает участие в товариществах и обществах государственных органов и органов местного самоуправления (если только закон прямо не допускает их участие в хозяйственных обществах или в качестве вкладчиков в товариществах на вере, как это сделано законодательством о приватизации в отношении комитетов по управлению государственным или муниципальным имуществом и соответствующих фондов имущества) (абз. 3 п. 4 ст. 66 ГК). Ведь эти органы публичной власти создаются не для участия в имущественном обороте, а в гражданско-правовом отношении они обычно представляют собой разновидность финансируемых собственниками учреждений с ограниченным вещным правом на переданное им имущество. Закон может также исключать или ограничивать участие отдельных категорий граждан в товариществах и обществах (например, должностные лица органов публичной власти по общему правилу не вправе занимать руководящие должности в частных компаниях, но могут быть акционерами в открытых акционерных обществах). Вместе с тем российский закон, следуя известной европейской (германской) традиции, различает товарищества как объединения лиц (предпринимателей, коммерсантов) и общества как объединения капиталов. Объединения лиц помимо имущественных вкладов предполагают непосредственное, личное участие в делах товарищества. А так как речь идет об участии в предпринимательской деятельности, участник которой должен иметь статус либо индивидуального предпринимателя, либо коммерческой организации, очевидно, что только указанные лица и могут быть участниками товариществ (абз. 1 п. 4 ст. 66 ГК). При этом конкретный предприниматель (или коммерческая организация) одновременно может быть участником лишь одного товарищества (если не учитывать возможность одновременного выступления в качестве вкладчика в нескольких товариществах на вере, поскольку имущественное положение такого вкладчика в принципе аналогично статусу участника хозяйственного общества) (п. 2 ст. 69, п. 3 ст. 82 ГК). Это связано не только с необходимостью личного участия в деятельности компании, но и с тем обстоятельством, что участники товариществ (за исключением упомянутых вкладчиков) несут неограниченную ответственность по обязательствам таких компаний при недостатке у последних собственного имущества. Иначе говоря, они, по существу, как бы ручаются всем своим имуществом по возможным долгам созданной ими компании, а ручательство одним и тем же имуществом по возможным долгам нескольких самостоятельных субъектов недопустимо. Вместе с тем участники товарищества, действуя от его имени, не нуждаются в специальных исполнительных (волеизъяв-ляющих) органах этого юридического лица, а потому структура управления им всегда проста (и не требует специального закрепления в уставе). Поэтому единственным учредительным документом товарищества является учредительный договор. Таким образом, товарищества характеризуются большим значением личного элемента (между товарищами, по сути, возникают лично-доверительные отношения, исключающие или серьезно ограничивающие перемену участников или уступку ими своего членства иным лицам). Исторически товарищества возникли раньше обществ как более простая форма коллективного предпринимательства. В отличие от этого общества как объединения капиталов не предполагают (хотя и не исключают) обязательного личного участия учредителей (участников) в своих делах. Отсюда принципиальная возможность участия в них любых лиц, а не только профессиональных коммерсантов (предпринимателей) (абз. 2 п. 4 ст. 66 ГК). Тем самым в обществах исключаются какие-либо доверительные отношения участников и потому имеются гораздо более широкие, чем в товариществах, возможности изменения их состава (особенно в открытых акционерных обществах). В свою очередь, это делает необходимым создание специальных исполнительных (волеизъявляющих) органов общества, подчиняющихся воле общего собрания его участников, т. е. ведет к появлению сложной (многозвенной) структуры управления компанией, требующей специального оформления в ее уставе (который становится ее необходимым учредительным документом наряду с учредительным договором). В обществах отсутствует личная ответственность их участников по долгам компании (за исключением обществ с дополнительной ответственностью). Поэтому одно лицо вполне может одновременно быть участником нескольких обществ, в том числе и занимающихся однородной по характеру деятельностью (что понижает для него риск возможных потерь). Хозяйственные товарищества согласно закону могут создаваться в форме полных товариществ и товариществ на вере (коммандитных) (п. 2 ст. 66 ГК). Хозяйственные общества могут создаваться в форме обществ с ограниченной или с дополнительной ответственностью и акционерных обществ (п. 3 ст. 66 ГК). Аналогичное по сути деление проводится и во многих развитых зарубежных правопорядках. Так, в немецком праве к объединениям лиц (Personengesellschaften) относятся полные и коммандитные товарищества (формально не признаваемые юридическими лицами), называемые также договорными объединениями. Им противопоставляются объединения капиталов (Kapitalgesellschaf-ten), к которым относятся общества с ограниченной ответственностью и акционерные, называемые также уставными объединениями. В англо-американском праве различаются товарищества (partnership и limited partnership, в принципе примерно соответствующие полному и коммандитному товариществам) и корпорации, или компании (stock corporation и close corporation, private company и limited liability company, примерно соответствующие европейским понятиям акционерных обществ и обществ с ограниченной ответственностью).

2. Полное товарищество

Полным признается такое хозяйственное товарищество, участники которого, во-первых, осуществляют предпринимательскую деятельность от имени товарищества и, во-вторых, субсидиарно несут ответственность по его обязательствам всем принадлежащим им имуществом (п. 1 ст. 69 ГК). Таким образом, предпринимательская деятельность участника полного товарищества признается деятельностью товарищества как юридического лица, а при недостатке имущества товарищества для погашения его долгов кредиторы вправе требовать удовлетворения из личного имущества любого из участников (или всех их вместе). Следовательно, здесь не исключается ситуация, когда по сделке, заключенной одним из участников, имущественную ответственность будет нести другой участник, причем всем своим личным имуществом. Поэтому взаимоотношения участников такого товарищества (полных товарищей) носят лично-доверительный характер. Не случайно полные товарищества появились и развивались прежде всего как форма семейного предпринимательства. Несмотря на наличие индивидуальной имущественной ответственности участников по долгам такого объединения, в русском гражданском праве оно традиционно признавалось юридическим лицом. В этом качестве оно принципиально отличается от простого товарищества, которое является договором о совместной деятельности (ст. 1041ГК). Следует также подчеркнуть, что такая ответственность наступает лишь при отсутствии Имущества у самого товарищества (в субсидиарном порядке). При этом личную имущественную ответственность по долгам товарищества несут и те его участники, которые вступили в товарищество после его создания (в том числе по обязательствам, возникшим до их вступления в товарищество), а также выбывшие из товарищества, причем эта их личная ответственность не может быть ни устранена, ни ограничена соглашением участников (п. 2 и 3 ст. 75 ГК). Ответственность полных товарищей по долгам товарищества личным имуществом, в свою очередь, приводит, к двум важным последствиям. Во-первых, она делает излишним предъявление каких-либо особых требований к складочному капиталу товарищества, ибо важнейшей гарантией погашения возможных долгов становится имущество каждого из товарищей. Поэтому закон не требует наличия у товарищества обязательного минимума имущества, хотя определенный складочный капитал у него должен быть и фактически всегда имеется (подробнее об имуществе товарищества см. § 2 гл. 16 настоящего учебника). Во-вторых, она объясняет значение обязательного указания в фирменном наименовании полного товарищества имен (или фирменных наименований) его участников (п. 3 ст. 69 ГК). Ориентируясь на это указание, контрагенты товарищества будут оценивать и его потенциальную платежеспособность, учитывая состоятельность отдельных товарищей. Поэтому товарищество может указать в своем фирменном наименовании имена (или фирменные наименования) наиболее обеспеченных участников, добавив слова «и компания, полное товарищество». Полное товарищество создается на основании учредительного договора, который должен быть подписан всеми его участниками (выражающими тем самым свою волю на создание товарищества и на свое участие в нем). С момента государственной регистрации этого договора товарищество возникает как юридическое лицо. В учредительном договоре о создании полного товарищества наряду с общими сведениями, необходимыми для всякого учредительного документа (п. 2 ст. 52 ГК), должны содержаться положения о порядке формирования и использования складочного капитала (п. 2 ст. 70 ГК). В полном товариществе каждый участник имеет один голос, если только учредительным договором прямо не предусмотрен иной порядок определения количества голосов участников (например, в зависимости от размера вклада). Поэтому и управление полным товариществом строится на основе общего согласия всех участников (п. 1 ст. 71 ГК), т. е. по принципу единогласия (учредительным договором могут быть предусмотрены случаи, когда решение принимается тем или иным большинством голосов участников). Ведение дел полного товарищества может осуществляться как традиционным способом - каждым из его участников, так и по их воле, прямо выраженной в учредительном договоре, всеми участниками совместно (т. е. по их обязательному согласию на совершение каждой сделки товарищества) либо одним или несколькими отдельными, наиболее опытными участниками (п. 1 ст. 72 ГК). В последнем случае остальные участники товарищества при необходимости совершения сделок от его имени должны получить доверенность на это от тех товарищей, которым учредительным договором поручено ведение общих дел (ибо такие товарищи по сути становятся как бы «органами» данного юридического лица). Однако при наличии серьезных оснований товарищи, не ведущие дел, вправе в судебном порядке добиваться прекращения полномочий на ведение дел, предоставленных другим товарищам или товарищу, в частности если эти уполномоченные лица грубо нарушают свои обязанности в отношении товарищества и не соблюдают его интересов либо неспособны к разумному ведению дел (п. 2 ст. 72 ГК). Следовательно, и товарищи, не ведущие дел, имеют возможности защиты своих имущественных интересов. Вместе с тем контрагенты товарищества не обязаны знать о возможных ограничениях правомочий отдельных участников товарищества. При заключении сделки им достаточно удостовериться в том, что они имеют дело с одним из полных товарищей, предполагая, что он вправе действовать от имени товарищества. Поэтому сделки, заключенные от имени товарищества любым его участником, будут действительными, если только само товарищество не сможет доказать, что контрагент по сделке знал или должен был знать об отсутствии правомочий у конкретного участника (например, знакомился с содержанием учредительного договора товарищества, содержащего соответствующие ограничения). Участник полного товарищества наряду с правомочиями, признаваемыми законом за любым участником общества или товарищества (п. 1 ст. 67 ГК), вправе также знакомиться со всей документацией по ведению дел товарищества, в том числе и в случае, когда он не уполномочен на ведение этих дел. Ведь он продолжает нести риск возможной ответственности по общим долгам своим личным имуществом, а потому должен быть в курсе дел товарищества и может требовать по суду, прекращения полномочий тех товарищей, кто недолжным образом ведет общие дела. Кроме того, он вправе возмездно или безвозмездно передать свою долю в складочном капитале товарищества (или ее часть) как другому товарищу, так и третьему лицу, не участвующему в товариществе (ст. 79 ГК). Наконец, он может выйти из товарищества в любой момент, отказавшись от участия в нем (ст. 77 ГК). О своем отказе от участия в товариществе товарищ должен заявить не менее чем за 6 месяцев до фактического выхода. Лишь в полном товариществе, учрежденном на определенный срок, выход участника допускается при наличии уважительных причин. При выходе из полного товарищества участник вправе потребовать выдачи ему части имущества, пропорциональной его доле в складочном капитале. Он, однако, продолжает отвечать по долгам товарищества, возникшим до момента его выбытия, еще в течение двух лет (абз. 2 п. 2 ст. 75 ГК). Передача доли (части доли) в складочном капитале как другому товарищу, так и третьему лицу допустима лишь с согласия остальных товарищей, ибо при этом меняется либо одно из существенных условий учредительного договора (о распределении долей между участниками), либо состав участников, между которыми складываются лично-доверительные отношения. Но это положение не ведет к возникновению права преимущественной покупки отчуждаемой доли (или ее части) у других товарищей. При отсутствии согласия кого-либо из товарищей на передачу доли (ее части) участник может выйти из товарищества. Обязанностями полного товарища являются внесение вклада в общее имущество (в соответствии с условиями учредительного договора) и воздержание от совершения сделок в собственных интересах или в интересах лиц, не участвующих в товариществе, если эти сделки однородны с теми, которые составляют предмет деятельности товарищества, т. е. воздержание от конкуренции с товариществом (ст. 73 ГК). Такие сделки могут совершаться лишь с согласия всех остальных участников (товарищей). Нарушение обязанностей товарища служит основанием не только для требования о возмещении причиненных этим убытков (или передачи товариществу незаконно приобретенной выгоды в соответствии с правилом абз. 2 п. 3 ст. 73 ГК), но и для исключения такого товарища из числа участников товарищества в судебном порядке (по единогласному решению остающихся участников). При исключении из товарищества бывшему участнику также выплачивается стоимость части общего имущества, пропорциональная его доле в складочном капитале, но за ним сохраняется и ответственность по долгам товарищества, предусмотренная правилом абз. 2 п. 2 ст. 75 ГК. Участие в полном товариществе прекращается при обращении кредиторами участника взыскания на его долю в складочном капитале товарищества из-за отсутствия у него иного имущества для покрытия личных долгов (ст. 80 ГК). В случае смерти физического лица - участника товарищества либо реорганизации участвовавшего в нем юридического лица вступление в полное товарищество их наследников или правопреемников допускается только с согласия всех других участников (п. 2 ст. 78 ГК), ибо необходимо установление лично-доверительных отношений и с новым участником. Лишь для юридических лиц в учредительном договоре товарищества могут быть предусмотрены исключения из данного правила (поскольку, например, преобразование как способ реорганизации фактически не меняет участника товарищества). Не принятые в товарищество либо не захотевшие вступить в него правопреемники товарища получают стоимость его доли, но вместе с ней и риск возможной ответственности перед кредиторами товарищества, лежавший на бывшем участнике,, в пределах перешедшего к ним имущества. Изменение состава участников вследствие выхода или смерти, признания безвестно отсутствующим, недееспособным или ограниченно дееспособным, несостоятельным (банкротом) либо ликвидации кого-либо из них, а также при обращении кредиторами участника взыскания на его долю в складочном капитале товарищества может не влечь прекращения его деятельности, если это прямо предусмотрено учредительным договором или соглашени- ем остающихся участников (п. 1 ст. 76 ГК). Ведь между ними продолжают сохраняться характерные для полного товарищества лично-доверительные отношения. Конечно, при этом должны быть внесены и зарегистрированы необходимые изменения в содержание учредительного договора. При отсутствии соответствующей записи в учредительном договоре или соглашения всех оставшихся участников товарищество подлежит ликвидации. Наряду с об-. щими основаниями прекращения деятельности юридических лиц (ст. 61 ГК) полное товарищество прекращается также в случае, когда в нем остается единственный участник (ст. 81 ГК), ибо оно не может существовать в качестве «компании одного лица». Такой товарищ вправе в течение 6 месяцев преобразовать товарищество в общество, где допускается наличие единственного участника (но с сохранением своей личной имущественной ответственности по перешедшим к обществу долгам товарищества в течение двух лет).

3. Товарищество на вере (коммандитное)

Товарищество на вере, или коммандитное, состоит из двух групп участников. Одни из них осуществляют предпринимательскую деятельность от имени товарищества и при этом солидарно отвечают своим личным имуществом по его долгам, т. е. являются полными товарищами (и составляют полное товарищество внутри , коммандитного), в то время как другие лишь вносят вклады в имущество товарищества, не участвуя непосредственно в его предпринимательской деятельности, и несут только риск их утраты (вкладчики, коммандитисты) (п. 1 ст. 82 ГК).

Иначе говоря, коммандита представляет собой такое объединение лиц, в котором хотя бы один участник отвечает по общим долгам всем имуществом, а другой (или другие) рискует только своим вкладом1. Исторически данный вид товарищества возник как способ совершения купцом (предпринимателем) в ходе морской торговли сделок со специально вверенным ему для этих целей капиталом (имуществом) других лиц, а затем использовался для получения предпринимательских выгод лицами, не являвшимися профессиональными коммерсантами (прежде всего дворянами).

1 Термин «коммандита» происходит от commandare (ит.), соответствующего лат. deponere - вверять на хранение, хранить, что характеризует суть взаимоотношений коммандитистов и товарищей (подробнее см.: Шершеневич Г. Ф. Курс торгового права. Т. 1. СПб., 1908. С. 365-366).

Коммандитное товарищество дает возможность объединения имущества для предпринимательской деятельности как предпринимателям (полным товарищам), так и непредпринимателям (вкладчикам), известным образом соединяя в себе свойства объединения лиц (предпринимателей) и объединения капиталов. Коммандитисты (вкладчики), не будучи профессиональными предпринимателями и рискуя лишь своим вкладом, не участвуют в ведении дел и в управлении товариществом. Они сохраняют только право на получение дохода (дивиденда) и на информацию о деятельности товарищества (а также на ликвидационную квоту). Поэтому в вопросах использования имущества товарищества они вынуждены полагаться на полных товарищей, доверять им. Отсюда традиционное российское название коммандиты-товарищество на вере. Наличие в коммандите полных товарищей и их решающая роль в делах такого товарищества объясняют общее правило закона о распространении на таких товарищей статуса участников полного товарищества, а на коммандиту в целом - правил о полном товариществе (п. 2 и 5 ст. 82 ГК). В свою очередь, из этого вытекает невозможность для полного товарища выступать в таком качестве более чем в одной коммандите либо являться одновременно участником хотя бы одного полного товарищества (а для последних - невозможность стать также и полными товарищами в каком-либо товариществе на вере) (п. 3 ст. 82 ГК), ибо полным товарищем можно быть лишь в одном товариществе. В фирменном наименовании товарищества на вере указывается имя (наименование) всех, нескольких или одного полного товарища с добавлением слов «и компания, товарищество на вере» (или «коммандитное товарищество»). При этом включение в фирменное наименование коммандиты имени (наименования) вкладчика автоматически ведет к превращению его в полного товарища и, следовательно, к его неограниченной солидарной ответственности по долгам товарищества (п. 4 ст. 82 ГК). Ведь указание имени участника в фирменном наименовании товарищества всегда служит важным ориентиром для потенциальных кредиторов. По тем же причинам, что и в полном товариществе, единственным учредительным документом коммандиты остается учредительный договор, подписываемый всеми полными товарищами, и только ими (п. 1 ст. 83 ГК). Вкладчики не подписывают учредительный договор и не участвуют в формировании его условий, а их отношения с товариществом оформляются договорами о внесении ими вкладов. Управление делами здесь также осуществляется исключительно полными товарищами, а его организация полностью совпадает с управлением делами в полном товариществе. Вкладчики не только не вправе участвовать в управлении и ведении дел товарищества на вере, но и лишены возможности оспаривать соответствующие действия полных товарищей (п. 2 ст. 84 ГК). В образовании складочного капитала товарищества на вере должны принимать участие как полные товарищи, так и вкладчики (а в учредительном договоре должно содержаться условие о совокупном размере вкладов коммандитистов). Однако соотношение вкладов коммандитистов и полных товарищей закон отдает целиком на усмотрение самих участников. Это означает, что полные товарищи сами определяют в учредительном договоре, какой дополнительный капитал потребуется товариществу от вкладчиков и каково будет количество последних1. В коммандите должен быть по крайней мере один полный товарищ и один вкладчик (абз. 2 п. 1 ст. 86 ГК). Однако такая ситуация может сложиться лишь в результате выбытия из нее других участников. Коммандита, как и полное товарищество, не может быть создана одним участником, ибо ему не с кем будет заключать учредительный договор2.

1 В развитых правопорядках континентального права, прежде всего во французском и в немецком праве, традиционно допускается разделение капитала, вносимого в коммандиту вкладчиками, на акции, что влечет появление акционерной коммандиты. В настоящее время такое юридическое лицо зачастую представляет собой небольшое акционерное общество, внутренние взаимоотношения участников которого строятся по модели коммандитного товарищества (поскольку один или несколько акционеров принимают на себя неограниченную ответственность по его долгам, становясь в положение управляющих всеми делами полных товарищей, а другие автоматически попадают в положение не имеющих права голоса коммандитистов, рискующих лишь своим вкладом). Действующее российское законодательство исключает появление такой «смешанной» организационно-правовой формы (ср. п. 2 и 3 ст. 66 ГК).

2 Вместе с тем полным товарищем в коммандите (как и в полном товариществе) может стать юридическое лицо - хозяйственное общество, в том числе состоящее из одного лица (причем последнее может одновременно являться и единственным коммандитистом). В такой ситуации, известной западноевропейскому праву, участники юридического лица, ставшего полным товарищем, фактически тоже становятся полными товарищами, управляющими всеми делами товарищества, однако не несут по его долгам неограниченной ответственности (перекладывая ее на созданное ими юридическое лицо - полного товарища). При этом особенно отчетливым становится смысл конструкции юридического лица как ограничения ответственности (или риска) его участников.

В качестве полных товарищей здесь также могут выступать лишь индивидуальные предприниматели или коммерческие организации, а в качестве вкладчиков-любые субъекты гражданского права (за изъятиями, предусмотренными п. 4 ст. 66 ГК). Вкладчики коммандиты вправе получить часть прибыли товарищества, приходящейся на их долю (вклад), причем обычно преимущественно перед полными товарищами. Они могут также передать свою долю или ее часть как другому вкладчику, так и не участвующему в товариществе третьему лицу (п. 2 ст. 85 ГК). Для этого не требуется согласия товарищества или полных товарищей, ибо никаких лично-доверительных отношений с участием вкладчиков не возникает. При продаже вкладчиком своей доли (ее части) третьему лицу остальные вкладчики товарищества пользуются правом ее преимущественной покупки (пропорционально размерам их долей в складочном капитале, если иное не установлено учредительным договором товарищества). Вкладчик вправе по своему желанию выйти из товарищества, получив при этом свой вклад (но не долю во всем имуществе товарищества, пропорциональную вкладу). Учредительным договором конкретной коммандиты могут устанавливаться и иные права вкладчиков. К числу их обязанностей относится прежде всего обязанность по внесению вкладов в складочный капитал, исполнение которой удостоверяется особым «свидетельством об участии», которое и удостоверяет статус вкладчика. Они обязаны также не разглашать ставшую им известной (в частности, после ознакомления с документами товарищества) конфиденциальную информацию о его деятельности (п. 2 ст. 67, п. 2 ст. 85 ГК). Закон не предусматривает возможности исключения вкладчиков из товарищества. Товарищество на вере ликвидируется по тем же основаниям, что и полное товарищество, а также при выбытии из него всех вкладчиков. В последнем случае оставшиеся полные товарищи вместо ликвидации могут преобразовать его в полное товарищество (п. 1 ст. 86 ГК). При этом вкладчики получают право на возврат своих вкладов хотя и после всех кредиторов, но преимущественно перед полными товарищами (т. е. по сути становятся кредиторами последней очереди, что отличает действующую российскую конструкцию коммандиты от классической), а затем участвуют в распределении остатка имущества наряду с полными товарищами (п. 2 ст. 86 ГК), реализуя свое право на ликвидационную квоту.

4, Общество с ограниченной ответственностью

Данная разновидность объединения капиталов представляет собой хозяйственное общество, характеризующееся, во-первых, разделенным на доли участников уставным капиталом и, во-вторых, отсутствием личной (имущественной) ответственности участников по долгам созданного ими общества (п.1 ст. 87 ГК; п.1 ст. 2 Закона об обществах с ограниченной ответственностью1). Традиционное наименование этой коммерческой организации как общества «с ограниченной ответственностью» участников неточно. Так как вклады участников становятся собственностью самого общества как юридического лица, его участники несут не «ответственность» по его долгам, «ограниченную размерами их вкладов», а только риск убытков (утраты внесенных ими вкладов)2. Поскольку речь идет о хозяйственном обществе, участники которого не обязаны лично участвовать в его деятельности, общество с ограниченной ответственностью должно иметь особые исполнительные (волеизъявляющие) органы. Их состав и компетенция определяется уставом общества, утверждаемым учредителями. Воля же учредителей на создание общества и условия участия в нем выражаются в учредительном договоре. Таким образом, общество с ограниченной ответственностью должно иметь два учредительных документа (п. 1 ст. 89 ГК; ст. 11,12 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). В случае противоречий в их содержании предпочтение должно быть отдано уставу как документу, непосредственно предназначенному для оформления статуса общества в его взаимоотношениях с другими (третьими) лицами3.

1 РГ. 1998.17февр.

2 Юридическая конструкция общества с ограниченной ответственностью (Gesellschaft mil beschrankten Haftung, GmbH) была создана в Германии в конце XIX в. После Первой мировой войны она стала использоваться в континентальном европейском праве, английский же (а вслед за ним и американский) правопорядок не воспринял ее, используя для данной цели конструкцию «закрытой компании» (close corporation). Последняя под именем «закрытого акционерного общества» была некритически перенесена в российский Закон о предприятиях и предпринимательской деятельности 1990 г. В результате этого названный Закон в ст. 11 отождествил конструкции общества с ограниченной ответственностью и «акционерного общества закрытого типа», выполняющие в разных правопорядках одну и ту же экономическую функцию.

3 В некоторых развитых правопорядках для обществ с ограниченной ответственностью вместо двух учредительных документов предусматривается один - устав (как в акционерном обществе).

В обществе с ограниченной ответственностью обязательна двухзвенная структура управления (ст. 91 ГК; ст. 32 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). Высшим (волеобра-зуюшим) органом общества является общее собрание его участников. Кроме того, образуется исполнительный (волеизъявляющий) орган, который может быть как коллегиальным (правление, дирекция и т. п.), так и единоличным (президент, директор, генеральный директор и т. д.). При этом коллегиальный исполнительный орган образуется в обществе при необходимости, а единоличный - во всех случаях. Последний не обязательно должен быть участником общества - в его роли может выступить и наемный управляющий (менеджер), и даже управляющая компания (другая коммерческая организация). Возможно одновременное создание и функционирование коллегиального и единоличного исполнительных органов общества. Уставом конкретного общества может быть предусмотрено создание в нем наблюдательного совета (совета директоров) как постоянно действующего органа его участников, к компетенции которого в этом случае может быть отнесено образование исполнительных органов общества, решение вопросов о совершении крупных сделок от имени общества и подготовка и проведение общего собрания (п. 2 ст. 32 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). В обществах создаются также ревизионные комиссии (или исполняющие их функции ревизоры), не являющиеся органами общества. Исполнительный орган (органы) общества, осуществляющий текущее управление его деятельностью, подотчетен его высшему органу (общему собранию). Наиболее важные вопросы жизни общества относятся к исключительной компетенции общего собрания и не могут быть переданы на решение исполнительного органа даже по воле самого собрания. Это:

изменения учредительных документов общества (в том числе связанные с изменением размера его уставного капитала);

образование и досрочное прекращение полномочий его исполнительных органов и ревизионной комиссии;

утверждение годовых отчетов и бухгалтерских балансов общества, а также распределение прибылей и убытков;

исключение участника из общества;

реорганизация и ликвидация общества;

другие вопросы, прямо предусмотренные ст. 33 Закона об обществах с ограниченной ответственностью.

Такой подход призван защитить важнейшие интересы участников общества (отнюдь не всегда являющихся профессиональными предпринимателями) от возможных злоупотреблений со стороны его исполнительных органов. Этими же соображениями обусловлены и предусмотренные законом и уставами конкретных обществ правила о созыве и проведении очередных и внеочередных собраний общества. Вопросы, не входящие в исключительную компетенцию общего собрания, предполагаются отнесенными к компетенции исполнительного органа (органов) общества (если иное прямо не предусмотрено в его уставе), поскольку последний в силу своей природы должен иметь достаточно широкие возможности для самостоятельных действий. Участниками общества с ограниченной ответственностью могут быть любые субъекты гражданского права, за исключением государственных и муниципальных органов (абз. 3 п. 4 ст. 66 ГК). Унитарные предприятия и учреждения-несобсгвенники могут участвовать в обществах с ограниченной ответственностью с соблюдением установленных для них законом ограничений (по общему правилу - с согласия собственника-учредителя в соответствии с нормами ст. 295-298 ГК). Количество участников общества ограничено 50 с тем, чтобы эта конструкция не заменяла собой акционерные общества (для которых, напротив, повсеместно устанавливается минимально необходимое число участников). Общество может быть создано и одним лицом (например, индивидуальным предпринимателем или публично-правовым образованием). При этом появляется компания одного лица, т. е. хозяйственное общество, состоящее из одного участника1. Очевидно, что при создании такого общества не заключается учредительный договор, а в структуре его управления отсутствует общее собрание (решения которого заменяются письменными указаниями единственного участника). Но это вовсе не означает, что именно этот участник (учредитель) сам и осуществляет в рамках такого юридического лица предпринимательскую деятельность (тем более что в роли учредителя здесь может выступать также государство или другое публично-правовое образование).

1 Законодательное признание категории «one man company» (Einmanngesellschaft), широко используемой в современных развитых правопорядках, последовало сравнительно недавно, в начале 80-х тт. Гражданский кодекс РФ, также признав данную возможность, исключает ее только для попыток создания таких компаний другими «компаниями одного лица» (п. 2 ст. 88; абз. 3 п. 2 ст. 7 Закона об обществах с ограниченной ответственностью), с тем чтобы предотвратить полное исчезновение ответственности реальных (фактических) учредителей, предусмотренной, в частности, абз. 2 п. 3 ст. 56 ГК.

Для этого обычно нанимаются управляющий (менеджер) и другие наемные работники. Вместе с тем единственный учредитель (участник) общества юридически не становится собственником имущества последнего (ибо тогда потеряло бы смысл объявление такого общества юридическим лицом), а сохраняет по отношению к обществу права требования обязательственного и корпоративного характера. Организационно-правовая форма общества с ограниченной ответственностью наиболее часто используется для создания «компаний одного лица». Участники общества имеют права, признаваемые законом за всеми участниками товариществ и обществ (п. 1 ст. 67 ГК; п.1 ст 8 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). При этом объем прав, принадлежащих конкретному участнику общества (количество голосов на общем собрании, размер дивиденда и ликвидационной квоты), определяется размером его доли в уставном капитале. Среди прав, принадлежащих любому участнику общества, необходимо отметить право на отчуждение (уступку) своей доли или ее части как другим участникам общества, так и иным (третьим) лицам. Дело в том, что его реализация влечет изменение состава участников общества, в чем они не всегда заинтересованы. Более того, в небольших по составу обществах между их участниками нередко складываются лично-доверительные отношения, как в товариществах (что может быть отражено в учредительном договоре). Поэтому учредительными документами конкретного общества данное право может быть ограничено: при уступке другому участнику - требованием предварительного согласия оставшихся участников и (или) общества в целом, а при уступке третьим лицам-либо аналогичным образом, либо правом преимущественной покупки продаваемой доли, либо, наконец, такая уступка может быть вообще запрещена (ст. 21 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). В случае смерти (или реорганизации) участника общества его доля переходит к его наследникам (правопреемникам), если устав конкретного общества не требует для этого согласия остальных участников. В последнем случае наследникам (правопреемникам) участника общества компенсируется стоимость доли. Отсутствие свободы отчуждения долей в таком обществе свидетельствует о сохранении в нем элементов, свойственных объединениям лиц. Участник, полностью внесший свой вклад, вправе в любое время выйти из общества независимо от согласия оставшихся участников или общества в целом (ст. 94 ГК; ст. 26 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). При этом ему должна быть выплачена причитающаяся на его долю часть стоимости имущества общества (разумеется, за вычетом падающих на эту долю части долгов общества) либо произведены выдачи имущества в натуре. Хотя это может неблагоприятно отразиться на делах общества, лишить участника данного права невозможно, ибо имущество общества создано и за счет его вклада. Кроме того, участники общества с ограниченной ответственностью могут приобретать дополнительные права, предусмотренные уставом общества или предоставленные им по единогласному решению общего собрания (например, право голоса, превышающее пропорциональный размер доли в уставном капитале или право назначать одного из директоров общества)(п. 2 ст. 8 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). При выходе участника из общества (в том числе при отчуждении им всей своей доли) предоставленные ему дополнительные права прекращаются. В некоторых правопорядку например в немецком праве, дополнительные права участников такого общества обычно «привязываются» к их долям и, следовательно, могут переходить к другим лицам при отчуждении соответствующей доли. Участники общества несут обязанности, предусмотренные законом для любых участников товариществ и обществ (п. 2 ст. 67 ГК; п. 1 ст. 9 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). Уставом общества либо решением его общего собрания, принятого большинством не менее чем в две трети голосов участников (или единогласно), могут предусматриваться или возлагаться дополнительные обязанности для всех или конкретных участников (например, по внесению дополнительных вкладов в имущество общества)(п. 2 ст. 9 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). Такие обязанности прекращаются при отчуждении участником принадлежащей ему доли (влекущей прекращение участия в обществе) либо по решению общего собрания. Участник общества, грубо нарушающий свои обязанности или затрудняющий своими действиями деятельность общества, может быть исключен из него, но только в судебном порядке. Возможность исключения участника из общества с ограниченной ответственностью также свидетельствует о сохранении им черт, присущих объединениям лиц, а не капиталов, и в известном смысле позволяет говорить о его «смешанной» природе. Общества с ограниченной ответственностью реорганизуются или ликвидируются по общим правилам о реорганизации или ликвидации коммерческих организаций как в добровольном, так и в принудительном порядке (ст. 92 ГК; ст. 51-57 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). Общество с ограниченной ответственностью может преобразоваться в акционерное общество либо в производственный кооператив, но не в товарищество, поскольку в его составе могут быть не только индивидуальные предприниматели или коммерческие организации (не говоря уже о возникновении дополнительной ответственности участников по его долгам, необходимой в товариществе, но отсутствующей в обществе).

5. Общество с дополнительной ответственностью

Обществом с дополнительной ответственностью признается общество, участники которого солидарно несут ответственность по его обязательствам своим имуществом в одинаковом для всех кратном размере к стоимости их вкладов (п. 1 ст. 95 ГК). Такая ответственность наступает лишь при недостаточности имущества самого общества для покрытия возникших у него долгов, т. е. в субсидиарном порядке. В остальном статус этого хозяйственного общества аналогичен статусу общества с ограниченной ответственностью, что влечет применение к нему и соответствующих правовых норм (п. 3 ст. 95 ГК). Следовательно, данная организационно-правовая форма отличается от конструкции общества с ограниченной ответственностью лишь наличием дополнительной ответственности участников общества по его долгам своим личным имуществом. Однако такая ответственность касается не всего имущества участников (как в полном товариществе), а лишь его заранее определенной части, предусмотренной учредительными документами общества (например, в трех- или пятикратном размере стоимости вклада в уставный капитал). В случае банкротства одного из участников его дополнительная ответственность распределяется между остальными участниками, как бы «прирастая» к их долям (пропорционально или в ином порядке, например поровну). Поэтому общая сумма дополнительных гарантий кредиторам общества остается неизменной. Таким образом, общество с дополнительной ответственностью занимает промежуточное положение между товариществами (с неограниченной ответственностью их участников) и обществами (исключающими ответственность участников)1.

6. Акционерное общество

Акционерным признается такое хозяйственное общество, уставный капитал которого разделен на определенное количество одинаковых долей, выраженных ценными бумагами - акциями, а его участники (владельцы акций - акционеры) не отвечают по долгам общества и несут лишь риск убытков в пределах стоимости принадлежащих им акций (п. 1 ст. 96 ГК, п. 1 ст. 2 Закона об акционерных обществах2). Организационно-правовая форма акционерного общества - наиболее сложная форма организации крупной предпринимательской деятельности. Ее появление и распространение было связано с образованием больших капиталов для реализации необходимых, но крайне дорогостоящих экономических проектов, не сулящих к тому же скорой отдачи, - прокладки судоходных каналов, строительства железных дорог и т. п.3 Акционерное общество и представляет собой способ создания, централизации крупного капитала, первоначально распыленного среди множества мелких владельцев. Доли участия в собранном капитале оформляются затем ценными бумагами - акциями, по общему правилу свободно обращающимися прежде всего на фондовых биржах. Это делает возможным быстрый перелив капитала из одной сферы предпринимательства в другую в соответствии с постоянно меняющейся рыночной конъюнктурой (ибо продажа акций одного общества и приобретение акций другого экономически и означает смену капиталом сферы своего приложения).

1 Данная юридическая конструкция в отечественном правопорядке была закреплена Гражданским кодексом 1922 г., именовавшим ее «товариществом с ограниченной ответственностью». В отличие от недостатков общепринятого употребления этого понятия, здесь оно использовалось в точном соответствии с существом дела Именно так представлял новую для того времени конструкцию общества с ограниченной ответственностью российский законодатель времен нэпа.

2 СЗ РФ. 1996. № 1. Ст. 1; № 25. Ст. 2956.

3 По справедливому замечанию К. Маркса, «мир до сих пор оставался бы без железных дорог, если бы приходилось дожидаться, пока накопление не доведет некоторые отдельные капиталы до таких размеров, что они могли бы справиться с постройкой железной дороги. Напротив, централизация посредством акционерных обществ осуществила это в один миг» (К. Маркс, Ф. Энгельс. Соч. Т. 23. С. 642).

Эти два преимущества обеспечили распространение акционерных обществ. Вместе с тем акционерная форма организации предпринимательства таит в себе и значительные опасности для акционеров1. Будучи рассчитанной на весьма широкий круг участников, она затрудняет их реальный контроль за деятельностью исполнительных органов общества (директоров, управляющих), предоставляя последним широчайшие, иногда, по сути, бесконтрольные возможности распоряжения громадным чужим капиталом. Ведь рядовые акционеры обычно заинтересованы только в получении дивиденда и нередко даже не стремятся участвовать в управлении обществом, в том числе в работе его общих собраний, не будучи знакомы с предпринимательской деятельностью. Привлечение же их средств к формированию капитала общества часто достигается с помощью разного рода рекламы, обещаний исключительно высоких дивидендов и т. п. Поэтому одной из важнейших задач акционерного законодательства наряду с защитой интересов возможных кредиторов общества становится защита интересов мелких акционеров. Юридическая конструкция акционерного общества на первый взгляд весьма сходна с конструкцией общества с ограниченной ответственностью (хотя исторически акционерные общества возникли гораздо раньше). Действительно, основными признаками акционерного общества также являются разделение уставного капитала на доли и отсутствие ответственности участников по долгам общества (ибо, становясь собственниками акций, акционеры теряют право собственности на переданное обществу имущество, утрата стоимости которого составляет их риск). В действительности, однако, между этими видами хозяйственных обществ имеются принципиальные, существенные различия. Прежде всего, уставный капитал акционерного общества оформляется акциями. Не случайно закон даже говорит о его делении на акции, а не на доли. Акции разрешено выпускать лишь акционерному обществу (п. 7 ст. 66 ГК). Участие акционера в обществе оформляется только акциями, которые в ряде правопоряд-ков объявлены предъявительскими ценными бумагами.

1 Они отмечались еще в дореволюционной литературе как «темные стороны акционерного дела» (подробнее см.: Шершеневич Г. Ф. Курс торгового права. Т 1. С. 391-393).

Это делает участие в обществе анонимным (во французском, бельгийском, голландском праве акционерные общества и называются «societes anonymes» - «анонимные общества»)1. Но и при наличии именных акций осуществление прав акционера и их передача (уступка) другим лицам возможны только путем предъявления или передачи самих акций как ценных бумаг. Поэтому при выходе из общества акционер не может потребовать от общества никаких выплат или выдач, причитающихся на его долю, - он получает компенсацию за отчуждаемые акции лишь от своего контрагента-приобретателя. Следовательно, и сам выход из общества может быть осуществлен только путем отчуждения акции (акций) другому лицу. Таким образом, акционерное общество гарантировано от уменьшения своего имущества вследствие выхода из него участников. Это составляет важнейшее преимущество акционерной формы по сравнению с формой общества с ограниченной ответственностью, в котором выход одного из немногих участников может серьезно отразиться на имущественном положении общества. В российском праве акционерные общества разделяются на открытые и закрытые (ст. 97 ГК, ст. 7 Закона об акционерных обществах). Открытые акционерные общества вправе продавать свои акции, т. е. формировать уставный капитал, не только по закрытой подписке (среди заранее определенного круга лиц), но и путем открытой (публичной) подписки, т. е. свободной продажи акций всем желающим. Акционеры открытых обществ вправе и сами свободно отчуждать принадлежащие им акции как другим акционерам, так и третьим лицам. Все это делает состав участников такого общества не только большим, но и весьма изменчивым и ведет к необходимости публичного ведения его дел. Последнее состоит в обязательной ежегодной открытой публикации для всеобщего сведения годового отчета, бухгалтерского баланса и счета прибылей и убытков (подтвержденных независимым аудитом). Содержащиеся в них сведения не могут составлять коммерческую тайну общества, так как его участником может стать любое лицо. Количественный состав участников таких обществ не ограничивается (крупные общества могут иметь десятки и даже сотни тысяч акционеров). Это - классические акционерные общества.

1 Современное французское акционерное законодательство разрешает выпуск только именных акций и только в «безбумажной форме», что делает «анонимность» французских акционерных обществ лишь данью традиции.

В отличие от них закрытые акционерные общества могут распределять свои акции только между учредителями или иным заранее определенным кругом лиц. Следовательно, количество участников таких обществ, как и источники формирования их уставных капиталов, изначально ограничено, а размер последних, как правило, гораздо ниже, чем в открытых обществах. Поэтому по российскому закону закрытое общество не может состоять более чем из 50 участников. Кроме того, акционеры закрытого общества имеют право преимущественного приобретения акций, продаваемых другими акционерами этого общества. Данное право призвано содействовать сохранению их «закрытости» (хотя при наличии предъявительских акций его практически невозможно реализовать). Для закрытых акционерных обществ (как и для обществ с ограниченной и с дополнительной ответственностью и товариществ) не установлено обязанности публичного ведения дел (за исключением случаев публичной продажи облигаций такого общества). Все это сближает закрытые общества с обществами с ограниченной ответственностью (выполняющими в принципе одинаковые экономические задачи1). Однако как открытые, так и закрытые акционерные общества являются разновидностями одной организационно-правовой формы и не должны рассматриваться как разные виды коммерческих организаций. Следует также иметь в виду, что в современном отечественном правопорядке действует значительное количество акционерных обществ, созданных в результате приватизации государственных и муниципальных предприятий. Здесь акционерная форма использовалась для целей, прямо противоположных тем, для которых она создавалась, - для «раздачи» (распределения), а не для собирания (концентрации) капитала.

1 Конструкция закрытого акционерного общества была некритически заимствована современным российским законодателем из англо-американского права, где close corporation, как уже отмечалось, выполняет функции общества с ограниченной ответственностью. Ее широкое распространение в нынешней предпринимательской практике обусловлено тем, что созданные в результате приватизации, в том числе работниками бывших госпредприятий, закрытые акционерные общества не нуждались в собирании первоначального уставного капитала и потому не всегда дальновидно старались «закрыться» от сторонних инвесторов, используя вместе с тем отмеченные преимущества акционерной формы.

Таким образом появились особые акционерные общества, статус которых определяется в первую очередь не общим акционерным законодательством, а специальным законодательством о приватизации1. Законодательством установлены также некоторые особенности создания и правового положения акционерных обществ в сферах банковской, страховой и инвестиционной деятельности и в агропромышленном комплексе (п. 3 и 4 ст. 1 Закона об акционерных обществах). Во всех этих случаях нормы ГК об акционерных обществах и нормы Закона об акционерных обществах применяются, только если иное не предусмотрено специальным законодательством. Вместе с тем основная конструкция акционерного общества сохраняется единой. Акционерное общество создается по решению его учредителей (учредителя), одновременно утверждающих его устав. Устав общества является его единственным учредительным документом (п. 3 ст. 98 ГК; п. 1 ст. 11 Закона об акционерных обществах). Заключаемый же учредителями договор, определяющий порядок осуществления ими деятельности по созданию общества (п. 1 ст. 98 ГК; п. 5 ст. 9 Закона об акционерных обществах), по своей юридической природе является не учредительным, а договором о совместной деятельности (п. 1 ст. 1041 ГК). В момент государственной регистрации акционерного общества как юридического лица этот договор прекращается и потому не может определять статус созданного с его помощью общества. По существу же учредительный договор для обычных (открытых) акционерных обществ и нецелесообразен, ибо состав их участников (акционеров) подвержен частым изменениям, например при продаже их акций на биржах, в связи с чем необходимость внесения постоянных изменений в такой договор могла бы без нужды осложнить деятельность общества

1 Речь идет о Типовом уставе акционерного общества открытого типа, составляющем разд. IV Положения о коммерциализации государственных предприятий с одновременным преобразованием в акционерные общества открытого типа, утвержденного Указом Президента РФ от 1 июля 1992 г. № 721 «Об организационных мерах по преобразованию государственных предприятий, добровольных объединений государственных предприятий в акционерные общества» (ВВС РФ. 1992. № 28. Ст. 1657).В соответствии с п. 5 ст. 1 Закона об акционерных обществах особенности создания и правового положения обществ, созданных в результате приватизации, действуют до окончания предусмотренного планом срока приватизации конкретного предприятия, либо до момента, когда принадлежащая публично-правовому образованию доля акций составит не более 25%, либо до окончания периода действия «золотой акции» (см. также п. 1 и 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 2 апреля 1997 г. «О некоторых вопросах применения Федерального закона "Об акционерных обществах"» //ВВ АС РФ. 1997. №6. С. 11-12).

В уставе акционерного общества наряду с общими сведениями, которые необходимо указывать в учредительных документах всякого юридического лица, должны содержаться условия о категориях выпускаемых обществом акций, их количестве и номинальной стоимости (п. 3 ст. 98 ГК; п. 3 ст. 11 Закона об акционерных обществах). При учреждении акционерного общества все его акции первоначально должны быть распределены среди его учредителей (п. 3 ст. 99 ГК) и, следовательно, оплачены ими по номиналу. Лишь после этого возможно проведение открытой подписки на акции (в открытых обществах). Это сделано для того, чтобы учредители приняли непосредственное участие в формировании уставного капитала общества и не могли бы сформировать его исключительно за счет вкладов иных лиц. Закон об акционерных обществах в п. 1 ст. 27 допускает возможность установления уставом конкретного общества не только количества и номинала акций, приобретенных (и оплаченных) акционерами (размещенных акций), но и некоторого количества акций, предполагаемых к дополнительному размещению (и оплате) в будущем (объявленных акций). Это позволяет обществу при необходимости привлекать дополнительных инвесторов. Наличие в обычном, открытом акционерном обществе гораздо большего количества участников, чем в закрытом акционерном обществе или в обществе с ограниченной ответственностью, ведет к усложнению структуры управления им. Наряду с общим собранием акционеров, являющимся высшим (волеобразующим) органом общества, и исполнительным (волеизъявляющим) органом (или органами), в акционерных обществах с числом участников более 50 обязательно создается наблюдательный совет (отождествляемый российским законодательством с советом директоров) как постоянно действующий (волеобразующий) орган акционеров, контролирующий управляющих (директоров) общества. Таким образом, в открытых акционерных обществах с большим количеством участников появляется трехзвенная структура управления1.

1 Идея трехзвенной структуры управления воплощена в немецкой модели акционерного общества. В отличие от нее англо-американская модель предусматривает двухзвенную структуру управления - общее собрание и совет директоров или правление (при отсутствии наблюдательного совета) (о причинах этого см., например: Сыродоева О. Н. Указ. соч. С. 55-58). Российский Закон об акционерных обществах, пытаясь подражать американской модели, одновременно оставаясь в рамках классических конструкций, закрепил весьма странный «смешанный» вариант, при котором наблюдательный совет не только отождествлен с советом директоров, но и может состоять наполовину из членов исполнительного органа (п. 2 ст. 66), что делает его существование в значительной мере неоправданным.

Общее собрание акционеров, подобно общему собранию участников общества с ограниченной ответственностью, имеет исключительную компетенцию, определенную непосредственно законом (п. 1 ст. 103 ГК, ст. 48 Закона об акционерных обществах). Она включает следующие вопросы:

об изменении устава общества, в том числе размера его уставного капитала;

о реорганизации и ликвидации общества;

об избрании наблюдательного совета, исполнительного органа и ревизионной комиссии (ревизора) (последние вопросы уставом общества разрешено относить к компетенции его наблюдательного совета), а также о досрочном прекращении их полномочий;

об утверждении годовых отчетов и балансов общества и распределении прибылей и убытков;

о совершении некоторых крупных сделок и др.

Эти вопросы не могут быть переданы общим собранием на решение как исполнительного органа, так и наблюдательного совета общества. Вместе с тем общее собрание не вправе рассматривать и принимать решения по вопросам, прямо не отнесенным законом к его компетенции, поскольку при ином подходе может быть затруднено управление текущей деятельностью общества к невыгоде самих акционеров. Установленные законодательством правила о порядке созыва и проведения общего собрания, в том числе о способах голосования участников, также служат прежде всего защите интересов мелких (рядовых) акционеров. Наблюдательный совет («совет директоров») общества тоже имеет исключительную компетенцию, определяемую не только законом, но и уставом конкретного общества (п. 2 ст. 103 ГК, ст. 65 Закона об акционерных обществах). В нее обычно входят:

вопросы подготовки и созыва общего собрания;

образование исполнительного органа общества и досрочное прекращение его полномочий;

использование резервных и иных фондов общества;

утверждение внутренних документов общества;

дача согласия на заключение некоторых сделок;

 рекомендации по размеру дивиденда и порядку его выплаты и др.

Исполнительный (волеизъявляющий) орган акционерного общества может быть либо единоличным (директор, генеральный директор), либо коллегиальным (правление, дирекция). Однако единоличный орган должен быть у общества во всяком случае, а коллегиальный - в случаях, предусмотренных уставом конкретного общества. По решению общего собрания полномочия исполнительного органа могут быть переданы наемному управляющему (индивидуальному предпринимателю или коммерческой организации - «управляющей компании»), с которым заключается соответствующий гражданско-правовой договор (абз. 3 п. 3 ст. 103 ГК; абз. 3 п. 1 ст. 69 Закона об акционерных обществах). Исполнительный орган (органы) осуществляет руководство текущей деятельностью общества и решает все вопросы, не отнесенные к исключительной компетенции волеобразующих органов общества. Участниками или учредителями (первыми участниками) акционерного общества могут быть любые лица (за изъятиями, предусмотренными п. 4 ст. 66 ГК). Число учредителей открытого общества не лимитировано, а в закрытом оно не может превышать 50. Акционерное общество может быть учреждено и одним лицом (п. 6 ст. 98 ГК; п. 1 ст. 9, п. 2 ст. 10 Закона об акционерных обществах), становясь тем самым «компанией одного лица». Оно лишь не может иметь в качестве единственного учредителя или участника другую «компанию одного лица». В обществе должен вестись реестр акционеров (ст. 44 Закона об акционерных обществах). Поскольку во многих случаях современные акционерные общества не выпускают свои акции в виде отдельных документов, а используют «безбумажную» («бездокументарную») форму их эмиссии, единственным способом подтверждения прав акционера становится получение выписки из этого реестра. В нем же в связи с этим должны также фиксироваться и все сделки акционеров по отчуждению (приобретению) акций общества. Участники акционерного общества обладают всеми правами участников обществ и товариществ, предусмотренных п. 1 ст. 67 ГК. Лишь владельцы привилегированных акций общества (по которым общество гарантирует получение заранее определенного дивиденда) по общему правилу не имеют права голоса на общем собрании (за исключением случаев, предусмотренных п. 3-5 ст. 32 Закона об акционерных обществах, когда и у них появляется право голоса). При этом все акции одной категории или типа (обыкновенные, привилегированные и т. п.) должны иметь одинаковую номинальную стоимость и в силу этого предоставлять своим владельцам одинаковый объем прав. Вместе с тем наличие у одного акционера нескольких акций или их определенного количества [например, контрольного пакета, составляющего большинство обыкновенных (голосующих) акций данного общества] позволяет аккумулировать соответствующий объем прав (право голоса, право на дивиденд и т. д.) и повышает роль данного акционера в управлении делами общества. Акционеры несут обязанность лишь по оплате приобретенных ими акций общества (ибо другая предусмотренная законом общая обязанность неразглашения конфиденциальной информации о деятельности общества неприменима к открытым обществам, а в закрытых обществах сама эта информация просто недоступна обычным акционерам1). В связи с этим акционер, полностью оплативший приобретенные акции (либо получивший их в порядке правопреемства), ни при каких условиях не может быть исключен из акционерного общества. Таким образом, в отличие от обществ с ограниченной ответственностью акционерные общества представляют собой классическое объединение капиталов. Реорганизация и ликвидация акционерных обществ в целом производится по общим правилам, предусмотренным для реорганизации и ликвидации юридических лиц, в том числе как в добровольном, так и в принудительном порядке. Особенности реорганизации акционерных обществ связаны с необходимостью определения судьбы размещенных ими акций в связи с прекращением деятельности выпустившего (эмитировавшего) их юридического лица при слиянии, присоединении и разделении либо уменьшении его имущества при выделении. Поэтому при слиянии и присоединении двух или нескольких акционерных обществ между ними необходимо заключение соответствующего гражданско-правового договора, который, в частности, определяет порядок конвертации (обмена) акций каждого общества в акции нового или другого общества, а при разделении и выделении принимается решение общего собрания реорганизуемого таким образом общества, в том числе о порядке конвертации его акций в акции создаваемых обществ (ст. 15-19 Закона об акционерных обществах). Акционерное общество может преобразоваться в общество с ограниченной или с дополнительной ответственностью либо в производственный кооператив (п. 2 ст. 104 ГК; п. 1 ст. 20 Закона об акционерных обществах), но не в товарищество (по тем же причинам, что и общество с ограниченной ответственностью).

1 Закон об акционерных обществах в противоречии с требованием п. 1 ст 67 ГК не предусмотрел для акционеров права на информацию о деятельности общества, включая знакомство с его бухгалтерскими книгами и иной документацией.

7. Дочерние и зависимые общества

Участие в обществах других обществ и товариществ может привести к тому, что последние, обладая контрольным пакетом акций (или большинством долей) и, по сути, определяя в силу этого все действия контролируемого общества, формально остаются в стороне от возможных отрицательных результатов своего руководства, например от последствий неудачно совершенных контролируемым обществом сделок. Ведь если такая рискованная или заведомо невыгодная сделка навязывается контролируемому обществу основной, «материнской» компанией, последняя в результате либо получит большую часть дохода, либо предоставит кредиторам имущество дочерней компании, устранившись от всякой ответственности за нанесенные убытки как обычный участник юридического лица (компании). При этом в проигрыше могут оказаться не только потенциальные контрагенты дочернего общества, но и другие его участники, не контролирующие его деятельность (в частности, оставшиеся в меньшинстве акционеры). В развитом рыночном хозяйстве все большее распространение получили своеобразные объединения компаний, в которых одна («материнская») компания так или иначе контролирует деятельность связанных с ней дочерних компаний или даже специально создает их. В немецком праве такие объединения получили название концернов, а в англо-американском - холдингов (от англ, holder - держатель, ибо такие «держательские» компании являются владельцами крупных пакетов акций или долей в уставном капитале многочисленных дочерних корпораций). Находящиеся в их составе компании в большинстве случаев, по сути, не имеют или не выражают собственной воли, хотя являются формально независимыми и самостоятельными участниками имущественного оборота. И здесь, таким образом, возникают традиционные для корпоративного, в том числе для акционерного, права задачи - защита интересов кредиторов и меньшинства акционеров (других участников контролируемых обществ). Этой проблемы не встает применительно к деятельности товариществ, ибо участвующие в них полные товарищи всегда несут неограниченную личную ответственность по их долгам (что снимает вопрос о защите интересов кредиторов) и находятся друг с другом в лично-доверительных отношениях (что снимает вопрос о защите их личных интересов). Поэтому в роли контролируемых, дочерних компаний могут выступать только хозяйственные общества. В роли же контролирующих, основных («материнских») компаний могут выступать как общества, так и товарищества. Решение данной проблемы развитые правопорядки нашли в признании при определенных условиях возможности возложения имущественной ответственности по сделкам дочерних компаний не только на совершившее их юридическое лицо, но и на его участников, реально определявших его действия. Поскольку при этом закон пренебрегает оболочкой юридического лица, призванной не допустить кредиторов к имуществу его участников (учредителей), данная возможность получила наименование «снятия корпоративных покровов»1.

Дочерним признается хозяйственное общество, действия которого определяются другим (основным) хозяйственным обществом или товариществом либо в силу преобладающего участия в уставном капитале, либо в соответствии с заключенным между ними договором, либо иным образом (п. 1 ст. 105 ГК; п. 2 ст. 6 Закона об акционерных обществах; п. 2 ст. 6 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

В силу этого взаимоотношения двух компаний могут быть признаны взаимоотношениями «материнской» и дочерней компаний при наличии хотя бы одного из трех условий. Во-первых, речь идет о преобладающем участии одной компании в уставном капитале другой, что дает ей решающий голос в управлении делами. Закон не требует при этом наличия заведомо контрольного пакета акций (например, 50% плюс одна акция) или долей участия, поскольку преобладание - вопрос факта. Известно, что в некоторых крупных компаниях с большим количеством акционеров для контроля может оказаться достаточным и 5 - 10% акций.

1 Сама терминология «piercing the corporate veil» («снятие корпоративной маски») пришла из практики американских судов в отношении «компаний одного лица», иногда недобросовестно скрывавших имущество учредителя (единственного участника) от его кредиторов. В более широком плане эта проблема стала предметом изучения и получила отражение в законодательстве лишь в 70-х гг. (подробнее см.: Кулагин М. И. Указ. соч. С. 132-143).

Во-вторых, возможно наличие договора о подчинении одной компании другой, например, в виде соглашения с управляющей компанией, которой передаются полномочия исполнительного органа общества. В-третьих, имеется в виду любая возможность одной компании иным образом определять решения другой компании, например навязать ей свою волю на совершение одной конкретной сделки. Уже из этого видно, что дочернее общество не является какой-либо особой организационно-правовой формой или разновидностью хозяйственных обществ. Всякое хозяйственное общество может быть признано дочерним при доказанности хотя бы одной из названных выше ситуаций, в том числе только в отношении конкретной сделки, т. е. даже в единственном правоотношении. Дочерние общества нельзя отождествлять и с дочерними предприятиями, являющимися разновидностью унитарных предприятий (п. 7 ст. 114 ГК), а не хозяйственных обществ. Последствия признания общества дочерним (и «материнским») двоякие. Во-первых, общество, которое вправе давать дочернему обществу обязательные указания, отвечает солидарно с дочерним обществом по сделкам, заключенным во исполнение таких указаний (что дает возможность кредиторам обратить взыскание сразу на имущество «материнской» компании). Такое право, безусловно, принадлежит как компании с преобладающим участием в уставном капитале, так и компании, управляющей другой (дочерней) компанией по договору. Не исключена, однако, и возможность доказательства наличия такого права в иных ситуациях. Во-вторых, при доказанности вины основного общества в банкротстве дочернего возникает его субсидиарная ответственность перед кредиторами дочерней компании. Дочернее же общество ни при каких условиях не отвечает по долгам «материнской» компании, ибо оно не может оказать влияния на формирование ее воли1.

1 Пункт 3 ст. 6 Закона об акционерных обществах в противоречии с правилами п. 2 ст. 105 ГК практически устранил ответственность акционерной «материнской» компании требованиями прямой записи в уставе или договоре дочернего общества о наличии права «материнской» компании давать обязательные указания, а также наличие умысла «материнской» компании на доведение дочерней до банкротства.

Закон о финансово-промышленных группах (ФПГ) (СЗ РФ. 1995. № 49. Ст. 4697), рассматривающий «совокупность юридических лиц, действующих как основное и дочернее общества» в качестве такой группы (ст. 2), а основное общество - как «центральную компанию» ФПГ (п. 1 ст. 11), вводит солидарную ответственность участников ФПГ по долгам ее «центральной компании» (ст. 14), т. е. устанавливает ответственность дочерней компании по долгам «материнской», что противоречит существу рассматриваемых отношений. Что касается защиты интересов меньшинства участников дочерней компании, то действующее российское законодательство ограничивается предоставлением им возможности требовать непосредственно от основного общества возмещения убытков, причиненных по его вине дочерней компании (поскольку в результате этого у них, в частности, может понизиться размер дивиденда)1. В развитых правопорядках акционерам дочерних обществ предоставляются и другие возможности, например право обмена (конвертации) своих акций на акции «материнской» компании2. По мере развития и усложнения рыночного оборота можно ожидать появления аналогичных правил и в отечественном законодательстве.

Зависимым признается хозяйственное общество, в уставном капитале которого другое (преобладающее, участвующее) общество имеет более 20% участия (голосующих акций или долей) (п. 1 ст. 106 ГК; п. 4 ст. 6 Закона об акционерных обществах; п. 4 ст. 6 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

Участие обществ в капиталах друг друга может быть и взаимным, и даже равным, что исключает возможность одностороннего влияния. Такая ситуация сама по себе не ведет к контролю одной компании над другой (если только данное участие не является преобладающим в сравнении с долями других участников общества), а потому и не возникает ответственности преобладающего общества по долгам зависимого. Закон устанавливает два последствия такой зависимости. Во-первых, преобладающее общество должно публично объявить о своем участии в зависимом обществе для сведения всех других участников имущественного оборота. Это, в частности, может означать публичную информацию об учредителях того или иного общества и о размере их участия в его уставном капитале. Во-вторых, антимонопольное законодательство, а также законодательство о банках, страховых и инвестиционных компаниях может предусматривать ограничения (пределы) такого участия, в том числе взаимного, в частности для того, чтобы не допустить отстранения мелких участников обществ от реального участия в управлении их делами.

1 Ср. п. 3 ст. 105 ГК и абз. 4 п. 3 ст. 6 Закона об акционерных обществах, который практически исключил и эту возможность требованием обязательного наличия умысла в действиях «материнской» компании при причинении ее действиями вреда дочернему обществу.

2 См., например: Германское право. Часть II. Торговое уложение и другие законы. М, 1994. С. 275 и след.

Зависимыми (и преобладающими) в данном смысле могут быть только хозяйственные общества, но не товарищества. Как и дочерние общества, они также не составляют какой-либо самостоятельной организационно-правовой формы или разновидности хозяйственных обществ.

8. Производственный кооператив (артель)

Производственный кооператив, подобно товариществам и обществам, представляет собой коммерческую организацию, основанную на началах членства, т. е. корпорацию. Однако в отличие от товариществ и обществ кооперативы рассчитаны не только и не столько на объединение имущества участников, сколько на их совместное, личное трудовое участие в деятельности созданной ими организации1. Отсюда-распределение полученного дохода между участниками главным образом (или даже исключительно) по труду, а не пропорционально имущественным вкладам, а также наличие у каждого из них лишь одного голоса при решении всех общих вопросов (т. е. полное равенство в управлении общими делами)2. 1 Производственные кооперативы начали создаваться европейскими рабочими с середины XIX в. с «целью устранить для малосостоятельных лиц посредничество капиталиста» (см.: Шершенееич Г. Ф. Курс торгового права. Т. 1. С. 290-293). В России такой принцип организации деятельности был давно известен под именем артели (артельного товарищества), характеризовавшейся совместным личным трудом участников «за общий их счет и с круговою их порукою», т. е. наступающей при недостатке имущества товарищества солидарной (ограниченной или неограниченной) ответственностью участников личным имуществом по долгам товарищества.

2 Перечисленные принципы организации совместной хозяйственной деятельности в гораздо большей мере соответствуют особенностям сельскохозяйственного и ряда видов промышленного производства, нежели искусственно навязываемая законодательством о приватизации в качестве универсальной акционерная форма (не случайно как это законодательство, так и ранее действовавший Закон о предприятиях и предпринимательской деятельности 1990 г. отвергали эту форму коллективного предпринимательства, по сути возрожденную новым Гражданским кодексом).

Таким образом, производственным кооперативом (артелью) признается добровольное объединение не являющихся предпринимателями граждан для совместной производственной или иной хозяйственной деятельности, основанной на их личном трудовом (или ином) участии и объединении определенных имущественных (паевых) взносов, при их личной ограниченной субсидиарной ответственности по обязательствам этой коммерческой организации (п. 1 и 2 ст. 107 ГК; ст. 1 Закона о производственных кооперативах1). Поскольку в современном имущественном обороте кооперативы, основанные исключительно на личном труде их участников, неизбежно были бы оттеснены более мощными в экономическом отношении объединениями капиталов, законодательство, в том числе российское, в ограниченных размерах допускает участие в них не только личным трудом, но и исключительно имущественными вкладами («иное участие»), возможное также и для юридических лиц (применительно к которым невозможно говорить об их «личном трудовом участии» в деятельности кооператива). Такие «финансовые участники» должны способствовать укреплению имущественной базы кооператива (получая взамен доход на вложенный в кооператив капитал), но не могут быть обязаны к личному трудовому участию в его деятельности. В их роли выступают не только предприниматели и иные состоятельные лица, но и, например, пенсионеры и другие нетрудоспособные граждане. Важно лишь, чтобы «финансовые участники» не преобладали среди других членов кооператива, по сути превращая его тем самым в хозяйственное общество. Поэтому их число не может превышать 25% от числа обычных членов кооператива (п. 2 ст. 7 Закона о производственных кооперативах)2.

1 СЗ РФ. 1996. № 20. Ст. 2321.

2 Закон о сельскохозяйственной кооперации (СЗ РФ. 1995. № 50. Ст. 4870) в п. 1 и 3 ст. 3 и в п. 1 ст. 13 исключает иное, нежели личное трудовое, участие в деятельности сельскохозяйственных производственных кооперативов и разрешает членство в них только гражданам. Вместе с тем в ст. 14 он допускает «ассоциированное членство» в производственных кооперативах для граждан и юридических лиц на основании договора с ними (причем такие «члены» по общему правилу лишены права голоса в кооперативе).

Кроме того, он разделяет сельскохозяйственные производственные кооперативы на сельскохозяйственные и рыболовецкие артели (колхозы) и кооперативные хозяйства (коопхозы) (п. 2-4 ст. 3). Участниками первых являются граждане, земельные участки или земельные паи (доли) которых поступают в собственность (паевой фонд) кооператива, в котором они обязаны трудиться, а участниками вторых - лишь главы крестьянских (фермерских) хозяйств или граждане, ведущие личное подсобное хозяйство, при этом сохраняющие земельные участки в своей собственности и осуществляющие личным трудом лишь определенные виды совместной деятельности. В кооперативе может состоять любое количество участников. Однако по своей экономико-правовой природе он не может быть «компанией одного лица». Поэтому закон предусматривает обязательный минимум учредителей и участников производственного кооператива - не менее пяти членов (п. 3 ст. 108 ГК; ст. 4 Закона о производственных кооперативах; п. 5 ст. 3 Закона о сельскохозяйственной кооперации). Необходимость личного трудового участия в делах кооператива по общему правилу исключает для его участника возможность одновременного членства в двух или нескольких производственных кооперативах. Согласно п. 6 ст. 15 Закона о сельскохозяйственной кооперации членство в кооперативе должно оформляться выдачей «членской книжки». Кооператив создается на основании устава, являющегося его единственным учредительным документом. В уставе кооператива помимо общих сведений, необходимых для учредительных документов любого юридического лица, должны быть также указаны условия:

о размере и порядке внесения паевых взносов членами кооператива;

о характере и порядке их трудового участия в его деятельности;

о размере и условиях субсидиарной ответственности его членов по долгам кооператива и некоторые другие (п. 1 и 2 ст. 108 ГК; ст. 5 Закона о производственных кооперативах).

Структура управления кооперативом определяется его корпоративной природой (отношениями членства его участников). Высшим (волеобразующим) органом управления здесь является общее собрание (в сельскохозяйственных производственных кооперативах, имеющих более 300 членов, оно может проводиться в форме собрания уполномоченных). Общее собрание имеет исключительную компетенцию, которая установлена законом и может быть расширена уставом конкретного кооператива. К ней отнесены:

вопросы изменения устава кооператива;

вопросы образования и прекращения полномочий других его органов и ревизионной комиссии (ревизора);

прием и исключение членов кооператива;

утверждение его годовых отчетов и бухгалтерских балансов, а также распределение прибыли и убытков;

решения о реорганизации и ликвидации кооператива и некоторые другие (п. 3 ст. НО ГК; п. 1 ст. 15 Закона о производственных кооперативах; п. 2 ст. 20 Закона о сельхозкооперации).

Вопросы, отнесенные к исключительной компетенции общего собрания, не могут быть переданы на решение исполнительных органов даже по его собственному решению. Вместе с тем общее собрание кооператива, в отличие от общего собрания акционерного общества, вправе рассматривать и принимать решения по любым вопросам деятельности кооператива (п. 1 ст. 15 Закона о производственных кооперативах), в том числе входящим в компетенцию его исполнительных органов. В этом также выражается принцип кооперативной демократии, учитывающей совместный трудовой характер деятельности всех членов кооператива. В крупных кооперативах (с числом членов более 50) могут создаваться также наблюдательные советы как постоянно действующие органы контроля их членов за деятельностью исполнительных органов. В этих случаях наблюдательный совет тоже получает исключительную компетенцию, определенную уставом конкретного кооператива (п. 1 ст. 110 ГК; п. 1 ст. 16 Закона о производственных кооперативах). Наблюдательный совет является волеоб-разующим, а не волеизъявляющим (исполнительным) органом кооператива. Поэтому избранные в его состав члены кооператива не могут одновременно являться членами его исполнительного органа. Исполнительными органами кооператива являются правление (коллегиальный орган) и его председатель (единоличный орган). Коллегиальный исполнительный орган создается в кооперативе с числом членов более 10, причем председатель кооператива одновременно возглавляет и его правление (п. 2 ст. 17 Закона о производственных кооперативах). В этом случае уставом кооператива должна быть определена единоличная компетенция председателя. Члены правления и председатель кооператива избираются только из числа членов кооператива и не могут быть его наемными работниками (управляющими). В компетенцию исполнительных органов кооператива входит решение всех вопросов, не отнесенных к исключительной компетенции общего собрания и наблюдательного совета. Все члены кооператива имеют равное право на участие в управлении его делами, получая всегда только один голос при принятии решений общим собранием, независимо от размера пая или трудового участия (п. 4 ст. НО ГК; п. 2 ст. 15 Закона о производственных кооперативах). Они вправе также получать соответствующую их трудовому или иному вкладу часть прибыли кооператива и ликвидационную квоту. Наконец, они могут передать свой пай или его часть как другим членам кооператива, так и иным лицам и свободно выйти из кооператива, получив свой пай и другие предусмотренные уставом выплаты или выдачи. Поскольку отчуждение пая третьим лицам влечет обязанность их приема в кооператив (и личного трудового участия в его деятельности), закон ограничивает эту возможность требованием обязательного согласия кооператива на прием нового члена и правом других членов кооператива на преимущественную покупку отчуждаемого третьему лицу пая (его части) (абз. 2 п. 3 ст. 111 ГК; п. 4 ст. 9 Закона о производственных кооперативах; п. 5 ст. 16 Закона о сельскохозяйственной кооперации). Уставом кооператива разрешено устанавливать запрет на отчуждение пая или его части даже другому члену кооператива. Наследники умершего члена кооператива, унаследовавшие его пай (или часть пая), могут быть приняты в кооператив, только если его устав прямо предусматривает такую возможность (п. 4 ст. 111 ГК; п. 3 ст. 7 Закона о производственных кооперативах). В ином случае они вправе претендовать лишь на компенсацию стоимости пая (его части). К обязанностям члена кооператива относится внесение как паевого, так и вступительного и иных, в том числе дополнительных, взносов, предусмотренных уставом кооператива или решением его общего собрания. Члены кооператива (кроме «финансовых участников») обязаны личным трудом участвовать в его деятельности, соблюдая при этом трудовую и производственную дисциплину. Они могут нести и иные обязанности, предусмотренные законом или уставом кооператива (например, по неразглашению информации, являющейся коммерческой тайной кооператива). В субсидиарном порядке они также несут ограниченную ответственность по его долгам частью своего личного имущества. За неисполнение или ненадлежащее исполнение лежащих на члене производственного кооператива обязанностей он может быть исключен из кооператива по решению общего собрания (п. 2 ст. 111 ГК; п. 2-6 ст. 22 Закона о производственных кооперативах; ст. 17 Закона о сельхозкооперации). Кроме того, член наблюдательного совета или правления кооператива может быть исключен из кооператива в случаях, когда он одновременно является членом другого, аналогичного по характеру деятельности кооператива (ибо при этом создается почва для злоупотреблений). Исключенный член кооператива сохраняет право на получение своего пая и других выплат или выдач, предусмотренных уставом кооператива для выходящих из него членов. Реорганизация и ликвидация производственного кооператива осуществляются в соответствии с общими правилами гражданского законодательства о реорганизации и ликвидации юридических лиц. Она осуществляется по решению общего собрания кооператива (добровольно), а в установленных законом случаях и в принудительном порядке. Производственный кооператив может преобразоваться только в хозяйственное товарищество или общество по единогласному решению всех своих членов (п. 2 ст. 112 ГК; п. 5 ст. 26 Закона о производственных кооперативах; п. 8 ст. 41 Закона о сельхозкооперации).

9. Унитарное предприятие

Среди всех коммерческих организаций унитарные предприятия выделяются тем, что не являются построенными на началах членства корпорациями и не становятся собственниками закрепленного за ними имущества. Создавший такое предприятие единоличный учредитель (как правило, публичный собственник) сохраняет за собой право собственности на переданное предприятию и приобретенное им в ходе своей деятельности имущество, тогда как само предприятие как самостоятельное юридическое лицо в силу закона наделяется лишь определенным ограниченным вещным правом, по сути используя чужое имущество. Термин «унитарное» подчеркивает неделимость имущества такого юридического лица по вкладам (долям, паям), в том числе и между его наемными работниками, ибо никто, кроме учредителя, не участвовал в его образовании1. Таким образом, унитарным предприятием признается коммерческая организация, имущество которой остается неделимой собственностью ее учредителя (п. 1 ст. 113 ГК).

1 При этом юридическим лицом признается именно предприятие, а не его «трудовой коллектив», не являющийся субъектом гражданских правоотношений. Тем самым юридически и логически удовлетворительно решается вопрос о существовании так называемых коллективных или народных предприятий (или «предприятий, принадлежащих их работникам») Это политэкономическое понятие не является самостоятельной юридической (гражданско-правовой) категорией, ибо в действительности речь идет об акционерных и других хозяйственных обществах, участниками которых также (или даже преимущественно) являются их же наемные работники, в том числе получившие акции (доли, паи) на льготных условиях Хозяйственные общества не меняют при этом своей юридической природы, а на унитарных, прежде всего государственных, предприятиях такая ситуация в принципе исключается.

Такая своеобразная организационно-правовая форма, как юридическое лицо - несобственник, не свойственна нормальному, развитому имущественному обороту и представляет собой исключение, сохраненное законом на период становления рыночной экономики прежде всего для государственных и муниципальных (публичных) собственников. Поэтому и в законодательной систематизации данная разновидность коммерческих организаций поставлена на последнее место. Дело в том, что данная юридическая конструкция является порождением огосударствленной экономики, в которой госпредприятия были основными хозяйствующими субъектами. Государство как единый собственник огромного имущества создавало свои предприятия, утверждало их уставы, определяя объем и характер их правоспособности, назначало их органы управления и, по сути, руководило всей их деятельностью, формально не отвечая за ее результаты (ибо такие «предприятия» признавались самостоятельными юридическими лицами, по долгам которых их учредитель ответственности не нес), но оставаясь собственником всего их имущества. Фактически государство в лице своих «предприятий», заключавших сделки друг с другом, имело дело само с собой, ибо никакого отчуждения имущества из государственной собственности в результате этого не происходило. Поэтому и взаимная «ответственность» таких субъектов была ограничена числящимися за ними денежными средствами и не могла быть обращена на их «основные фонды», забронированные от взыскания кредиторов (а нередко госпредприятия решениями правительства «просто» освобождались от имущественной ответственности за невыполнение своих обязательств). Преобладание в тогдашнем обороте таких организаций и заключаемых ими друг с другом сделок делало его в значительной мере искусственным. Ясно, что с такими контрагентами могли иметь дело лишь подобные им организации, а их участие в нормальном имущественном обороте представляется странным и даже опасным для обычных частных собственников. Данную опасность особенно наглядно подтверждает существование «индивидуальных частных» (или семейных) предприятий (ИЧП), созданных в соответствии с ранее действовавшим законодательством по модели государственных предприятий. Они полностью контролируются собственниками-учредителями, которые, однако, не несли практически никакой ответственности по долгам созданных ими коммерческих организаций, причем последние нередко имели чисто символический уставный капитал, практически никак не гарантирующий интересы потенциальных кредиторов1. В связи с этим действующее законодательство сохраняет конструкцию унитарного предприятия лишь для публичных собственников (абз. 3 п. 1 ст. 113 ГК)2. Созданные до введения в действие гл. 4 ГК индивидуальные и семейные частные предприятия, а также предприятия, созданные в этой организационно-правовой форме кооперативными и общественными организациями и другими частными собственниками, до 1 июля 1999 г. подлежат либо преобразованию в товарищества, общества или производственные кооперативы, либо ликвидации. В период продолжения их деятельности в соответствии с правилом абз. 2 п. 5 ст. 6 Закона о введении в действие части первой ГК РФ их учредители-собственники несут по их обязательствам дополнительную ответственность всем своим имуществом, что существенно повышает защищенность их кредиторов. Унитарное предприятие, учреждаемое публичным собственником, является единственной разновидностью коммерческих организаций, обладающей не общей, а целевой (специальной) правоспособностью (абз. 2 п. 1 ст. 49 ГК). Поэтому в его уставе помимо общих сведений, указываемых в учредительных документах юридического лица, должны содержаться сведения о предмете и целях его деятельности. Сделки, совершенные унитарным предприятием с нарушением его правоспособности, являются недействительными (ст. 173 ГК). В фирменном наименовании унитарного предприятия должно содержаться указание на собственника его имущества (учредителя).

1 Предусматривавшаяся п. 3 ст. 8 ранее действовавшего Закона о предприятиях и предпринимательской деятельности дополнительная ответственность собственника-учредителя по долгам своего ИЧП личным имуществом парализовалась указанием на то, что ее размер определяется уставом ИЧП, утверждаемым собственником (т. е. целиком зависит от его усмотрения). Собственник же был вправе определить и размер уставного капитала своего ИЧП, обычно делая его чисто символическим.

2 Указ Президента РФ от 23 мая 1994 г. № 1003 «О реформе государственных предприятий» (СЗ РФ. 1994. № 5. Ст. 393) в п.1 еще до введения в действие гл. 4 нового ГК предусмотрел «прекращение создания новых федеральных государственных предприятий с закреплением за ними государственного имущества на праве полного хозяйственного ведения» и рекомендовал эту меру другим субъектам публичной собственности (п. 11).

Единственным учредительным документом унитарного предприятия является его устав, утверждаемый уполномоченным на то органом соответствующего публично-правового образования (в этой роли обычно выступают соответствующие министерства и ведомства)1. Для создания и функционирования унитарного предприятия не требуется заключения никаких договоров предприятия с учредителем-собственником (или уполномоченным им органом). Последние одновременно с решением о создании унитарного предприятия утверждают и руководителя (директора) предприятия, который является его единственным (единоличным) органом, подотчетным собственнику-учредителю (п. 4 ст. 113 ГК). Никаких иных органов унитарного предприятия, в том числе «собраний трудового коллектива», закон не предусматривает. Учредитель наделяет унитарное предприятие уставным фондом, который не может быть менее размера, предусмотренного специальным законом о государственных и муниципальных унитарных предприятиях (п. 3 ст. 114 ГК). При этом уставный фонд предприятия должен быть полностью оплачен учредителем к моменту его государственной регистрации (без каких бы то ни было рассрочек). Уставный фонд (капитал) предприятия представляет собой минимальную гарантию интересов его кредиторов. Поэтому при понижении стоимости чистых активов предприятия до размера меньшего, чем уставный фонд, последний должен быть уменьшен его учредителем с обязательной письменной информацией об этом всех его кредиторов (п. 5, 6 ст. 114 ГК). Унитарные предприятия существуют в двух разновидностях: основанные на праве хозяйственного ведения и основанные на праве оперативного управления (казенные) (ср. ст. 114 и 115 ГК). Различия в их правовом статусе заключаются прежде всего в объеме правомочий, получаемых унитарными предприятиями в отношении имущества учредителя-собственника, поскольку право хозяйственного ведения по своему содержанию значительно шире права оперативного управления (ср. ст. 295-297 ГК). В частности, для совершения казенным предприятием любых сделок по распоряжению имеющимся у него имуществом требуется обязательное согласие собственника, если только речь не идет о готовой продукции такого предприятия (п. 1 ст. 297 ГК).

1 См.: п. 15 постановления Верховного Совета РФ от 27 декабря 1991 г. № 3020-1 в редакции от 21 июля 1993 г. (ВВС РФ. 1993. № 32. Ст. 1261) и постановление Правительства РФ от 10 февраля 1994 г. № 96 «О делегировании полномочий Правительства Российской Федерации по управлению и распоряжению объектами федеральной собственности» (САПП РФ. 1994. № 8. Ст. 593).

Важным для оборота является и то обстоятельство, что по долгам казенных предприятии при недостатке у них своего имущества ответственность несет их учредитель - Российская Федерация (п. 5 ст. 115 ГК), тогда как для обычных унитарных предприятий такая ситуация исключается. Поэтому казенное предприятие в отличие от обычного унитарного не может быть объявлено банкротом. Унитарные предприятия, основанные на праве хозяйственного ведения, могут создаваться как федеральным собственником, так и субъектами Федерации и муниципальными образованиями (в том числе совместно - на началах общей долевой собственности учредителей на их имущество). Казенные предприятия могут создаваться только на базе федеральной собственности по решению федерального правительства в случаях, предусмотренных законом о государственных и муниципальных унитарных предприятиях (п. 1 ст. 115 ГК). Количество казенных предприятий (казенных заводов, казенных фабрик, казенных хозяйств) сравнительно невелико. К ним, в частности, относятся предприятия, осуществляющие производство некоторых видов оборонной продукции, и предприятия исправительно-трудовых учреждений. Унитарные предприятия, основанные на праве хозяйственного ведения, могут создавать дочерние предприятия (п. 7 ст. 114 ГК). Эти последние также являются унитарными предприятиями, основанными на праве хозяйственного ведения, и поэтому не представляют собой особой, самостоятельной организационно-правовой формы. Они создаются с разрешения собственника-учредителя (или уполномоченного им органа) путем передачи унитарным предприятием-учредителем части своего имущества в хозяйственное ведение вновь создаваемому унитарному предприятию (т. е., по сути, путем реорганизации в форме выделения). Иначе говоря, речь идет об унитарном предприятии - несобственнике, созданном другим унитарным предприятием - несобственником. При этом предприятие-учредитель принимает на себя функции собственника в отношении своего дочернего предприятия, т. е. утверждает ему устав (определяя объем правоспособности) и назначает руководителя (директора), а в необходимых случаях дает согласие на совершение сделок по распоряжению недвижимым имуществом (п. 2 ст. 295 ГК). Оно, как и собственник обычного унитарного предприятия, не отвечает по долгам своего дочернего предприятия (п. 8 ст. 114 ГК), что также существенно отличает дочернее предприятие от дочернего общества. Необходимость в создании дочерних предприятий обычно возникает для крупных государственных предприятий, выделяющих из своего состава отдельные структурные подразделения (например, имеющийся на промышленном предприятии цех по производству товаров народного потребления или некоторые вспомогательные производства), которые собственник не считает необходимым приватизировать. Все виды унитарных предприятий отвечают по своим обязательствам всем закрепленным за ними имуществом (не будучи его собственником) (п. 5 ст. 113 ГК). С 1990 г. российское законодательство исключило возможность появления объектов, забронированных от взыскания кредиторов (если, конечно, речь не идет об объектах, изъятых из оборота или ограниченных в обороте) Вместе с тем унитарное предприятие не отвечает своим имуществом по обязательствам своего учредителя-собственника, что также является гарантией интересов его кредиторов. В этом смысле унитарное предприятие становится полноценным участником имущественного оборота. Государственные и муниципальные предприятия реорганизуются и ликвидируются по общим правилам о реорганизации и ликвидации юридических лиц. Следует, однако, иметь в виду, что их преобразование в другие организационно-правовые формы коммерческих организаций - собственников всегда связано с отчуждением их имущества из публичной собственности в частную, т. е. является одной из форм приватизации, которая должна осуществляться по правилам, предусмотренным специальным законодательством. Последнее предусматривает преобразование государственных и муниципальных предприятий лишь в форму хозяйственных, главным образом открытых акционерных обществ.

§ 5. Юридическая личность некоммерческих организаций

1. Некоммерческие организации как юридические лица

Некоммерческие организации не являются постоянными, профессиональными участниками гражданского оборота. Их выступление в роли самостоятельных юридических лиц обусловлено необходимостью материального обеспечения их основной, главной деятельности, не связанной с участием в имущественных отношениях. В связи с этим некоммерческие организации в отличие от коммерческих имеют целевую (специальную) правоспособность (п. 1 ст. 49 ГК) и используют имеющееся у них имущество лишь для достижения целей, предусмотренных их учредительными документами (п. 4 ст. 213 ГК). При этом в качестве таких целей не может выступать получение прибыли и распределение ее между участниками (учредителями). С учетом этих обстоятельств закон в большинстве случаев не предусматривает для этих организаций минимального размера уставного фонда (капитала), а также возможности банкротства (за исключением потребительских кооперативов и благотворительных и иных фондов). Некоммерческие организации могут существовать в организационно-правовых формах, предусмотренных как ГК, так и иными федеральными законами. Гражданский кодекс предусматривает такие формы некоммерческих организаций, как: •        потребительский кооператив; •        общественная и религиозная организация (объединение); •        благотворительный и иной фонд; •        учреждение; •        ассоциация (союз). Иные законы предусматривают возможность создания таких юридических лиц в форме:

некоммерческих партнерств и автономных некоммерческих организаций;

торгово-промышленных палат;

товарных бирж;

товариществ собственников жилья.

Большинство некоммерческих организаций, подобно коммерческим, представляют собой корпорации, построенные на началах членства. Однако среди некоммерческих организаций чаще встречаются юридические лица, не являющиеся корпорациями. К последним относятся фонды, учреждения и автономные некоммерческие организации.

2. Потребительский кооператив

Потребительские кооперативы в отличие от производственных создаются не для совместной производственной или иной хозяйственной деятельности, основанной на личном труде участников, а для удовлетворения материальных и иных потребностей последних. Поэтому они не предполагают обязательного личного участия своих членов в общих делах, но требуют объединения их имущественных взносов. С этой точки зрения их можно сравнить с объединениями капиталов, тогда как производственные кооперативы ближе к объединениям лиц. Одним из последствий такого положения является возможность гражданина (или юридического лица) одновременно участвовать в нескольких потребительских кооперативах, в том числе однородных по характеру деятельности (например, жилищных, садоводческих и т. д.). Потребительским кооперативом признается основанная на началах членства организация, созданная для удовлетворения материальных и иных потребностей участников путем объединения ими имущественных взносов (п. 1 ст. 116 ГК). К числу потребительских относятся такие кооперативы, как жилищные и жилищно-строительные; гаражные; дачные; садоводческие товарищества; потребительские общества; общества взаимного кредита («кассы взаимопомощи»); общества взаимного страхования (ст. 968 ГК) и др. Гражданский кодекс предполагает принятие ряда специальных законов об отдельных видах потребительских кооперативов (п. 6 ст. 116)1. Потребительский кооператив создается в соответствии с решением его учредителей (членов) на основании устава, являющегося его единственным учредительным документом. В уставе такого кооператива наряду с общими сведениями, содержащимися в учредительных документах всякого юридического лица, должны также содержаться сведения о размере и порядке внесения паевых взносов его членами и о порядке покрытия ими понесенных кооперативом убытков (п. 2 ст. 116 ГК). Членами потребительского кооператива могут быть как граждане, так и юридические лица (причем не обязательно коммерческие организации). Потребительские кооперативы должны учреждаться не менее чем тремя лицами (для потребительских обществ в качестве учредителей требуется не менее 5 граждан и (или) 3 юридических лиц). Они не могут создаваться одним учредителем или состоять из единственного участника (члена). 1 В настоящее время в этой сфере имеется лишь один специальный закон - Закон о потребительской кооперации (потребительских обществах, их союзах) в РФ (СЗ РФ. 1997. № 28. Ст. 3306). В отсутствие других законов здесь сохраняют силу ранее принятые для данной сферы нормативные акты (в том числе союзный Закон о кооперации и типовые уставы некоторых видов потребительских кооперативов), а также уставы конкретных кооперативов, разумеется, в части, не противоречащей правилам ГК РФ.

Управление потребительским кооперативом строится по общим для всех кооперативов принципам. Высшим (волеобразующим) органом и здесь является общее собрание участников (пайщиков), которое имеет определенную уставом исключительную компетенцию. В большинстве случаев оно как высший орган кооператива правомочно также принять к своему рассмотрению любой вопрос его деятельности; оно же формирует исполнительные (волеизъяв-ляющие) органы кооператива, в ведение которых входит решение всех вопросов, не отнесенных к компетенции общего собрания. В потребительских обществах в качестве второго, постоянно действующего волеизъявляющего органа создаются советы (наблюдательные советы) с определенной уставом исключительной компетенцией. Такие советы при необходимости могут создаваться и в других (крупных) кооперативах. В потребительском кооперативе всегда имеется единоличный исполнительный орган (председатель) и может создаваться коллегиальный исполнительный орган (правление), а также ревизионная комиссия (или ревизор), не являющаяся его органом. Исполнительные органы такого кооператива всегда формируются из числа его членов и не могут быть наемными. Каждый участник потребительского кооператива независимо от размера паевого взноса обладает одним голосом при принятии решений на общем собрании. Он вправе принимать участие в управлении делами кооператива, в том числе в составе его исполнительных органов, а также получать в пользование пропорциональную своему паю часть кооперативного имущества для удовлетворения соответствующих потребностей (например, жилищных) либо удовлетворять их иным образом (например, за счет первоочередного предоставления ему товаров или услуг, оказываемых потребительским обществом или созданными им организациями). Член кооператива вправе в любое время выйти из его состава, получив стоимость своего пая, а в предусмотренных законом и уставом кооператива случаях и иные («кооперативные») выплаты. В соответствии с условиями, предусмотренными уставом потребительского кооператива, его член вправе также продать, передать по наследству (в порядке правопреемства) или иным образом произвести отчуждение своего пая и тем самым выйти из числа его участников. Вновь принятый вследствие этого пайщик приобретает права своего предшественника, включая пользование соответствующей частью кооперативного имущества. Пай в потребительском кооперативе может быть разделен между несколькими лицами (в частности, наследниками умершего члена) лишь в случаях, прямо предусмотренных законом и уставом кооператива и не противоречащих существу отношений по пользованию коопе- ративным имуществом (невозможно, например, разделить пай, связанный с пользованием однокомнатной квартирой или земельным участком менее 0,06 га). Поэтому отчуждение части пая здесь в большинстве случаев невозможно. Член потребительского кооператива несет обязанности по оплате вступительного, паевого и иных (дополнительных) взносов. Уставом кооператива или решениями его общего собрания могут предусматриваться и иные обязанности членов потребительского кооператива (например, по отработке определенного времени при создании объектов кооперативной собственности). За невыполнение указанных обязанностей пайщик может быть исключен из кооператива по решению его общего собрания (которое может быть обжаловано им в судебном порядке). Важной обязанностью членов потребительского кооператива является обязанность по покрытию за счет дополнительных взносов убытков, образовавшихся в результате его деятельности (ибо доходов от нее потребительский кооператив не получает). При этом не внесенный или не полностью внесенный членом кооператива дополнительный взнос дает возможность для привлечения его к солидарной с кооперативом ответственности по долгам кооператива своим личным имуществом (в размере неуплаченных сумм и при недостатке имущества кооператива) (п. 4 ст. 116 ГК). Потребительский кооператив должен иметь паевой (уставный) фонд, являющийся минимальной гарантией удовлетворения требований его кредиторов. Паевой фонд создается за счет взносов участников и должен быть оплачен к моменту государственной регистрации кооператива либо полностью, либо в размере, предусмотренном законодательством для определенного вида кооперативов. Это законодательство должно устанавливать и минимальный размер данного фонда. Законом и уставом кооператива может быть предусмотрено образование в нем и иных имущественных фондов (за счет взносов его участников). Законом не исключается осуществление потребительским кооперативом некоторых видов предпринимательской деятельности (например, сдача в аренду неиспользуемого имущества или реализация произведенной его членами продукции), доходы от которой по решению его общего собрания могут распределяться между его членами или направляться на общие нужды (п. 5 ст. 116 ГК). Следует признать, что данная возможность противоречит природе потребительского кооператива как некоммерческой организации и должна быть максимально сужена специальным законодательством. Потребительские кооперативы реорганизуются и ликвидируются по общим правилам о реорганизации и ликвидации юридических лиц. Особым основанием их реорганизации или ликвидации является полное внесение членами кооперативов (или иными лицами, имеющими право на паенакопления) паевых взносов за предоставленные им в пользование объекты (квартиру, дачу, гараж, земельный участок и т. п.), поскольку в соответствии с п. 4 ст. 218 ГК это обстоятельство влечет для них возникновение права собственности на данное имущество и соответственно прекращение этого права для кооператива. В такой ситуации потребительский кооператив по решению его общего собрания должен быть либо преобразован в иной потребительский кооператив (по совместной эксплуатации остающихся общими объектов) или в другую форму некоммерческой организации (например, в товарищество собственников жилья), либо ликвидирован. Потребительский кооператив может быть объявлен банкротом.

3. Товарищество собственников жилья

Особой разновидностью некоммерческих организаций являются товарищества собственников жилья, нередко необоснованно отождествляемые с потребительскими кооперативами. Создание таких организаций стало следствием проведения в широких масштабах приватизации государственного и муниципального жилья. Граждане, став собственниками отдельных жилых помещений в многоквартирных домах, столкнулись с необходимостью совместной эксплуатации общих для всех квартир элементов зданий (подвалов, крыш и чердаков, лестничных площадок, лифтов, санитар-но-технического и иного оборудования и т. п.). При этом в силу добровольности приватизации жилья у некоторых (неприватизированных) квартир сохранились прежние, в том числе публичные, собственники, которые также столкнулись с указанной необходимостью. Одной из основных организационно-правовых форм решения названных задач законодательство признало создание товариществ собственников жилья.

Товариществом собственников жилья признается организация, созданная на началах членства гражданами или иными собственниками жилья для совместного использования находящихся в их общей собственности объектов недвижимости, обслуживающих принадлежащие им жилые помещения 1. Товарищества собственников жилья могут возникать и на базе жилищных и жилищно-строительных кооперативов, участники которых полностью выплатили свои паевые взносы. Товарищество организуется не менее чем двумя домовладельцами, в качестве которых могут выступать не только граждане, но и иные собственники жилых помещений - юридические лица и публично-правовые образования (по решению последних членами товарищества могут стать их унитарные предприятия или учреждения). Учредительным документом товарищества является его устав. Высшим (волеобразующим) органом товарищества является общее собрание его участников, имеющее исключительную компетенцию, но правомочное решать любой вопрос, отнесенный к компетенции коллегиального исполнительного органа. Исполнительными (волеизъявляющими) органами товарищества являются правление и его председатель (единоличный орган). Участники товарищества обладают правом голоса в управлении его делами пропорционально доле принадлежащих им жилых помещений, если иное прямо не предусмотрено уставом товарищества. Членство в товариществе обусловлено правом собственности на соответствующее жилое помещение. Поэтому с утратой данного права по любым основаниям членство в товариществе прекращается. В случае смерти гражданина или реорганизации юридического лица членами товарищества становятся их наследники (правопреемники) с момента возникновения у них права собственности на соответствующее жилое помещение. Участник не может быть исключен из товарищества. В случае нарушения им обязанности по уплате взносов в имущество товарищества он должен возместить товариществу причиненные этим убытки. Товарищество является собственником своего имущества, в том числе вступительных и иных взносов участников и их обязательных платежей на поддержание в порядке общего имущества. Участники, однако, не приобретают на это имущество никаких прав, не вправе требовать от товарищества никаких выплат или выдач в случае выхода из него и не несут никакой ответственности по его обязательствам.

1 См.: ч. 8 ст. 1 Закона об основах федеральной жилищной политики (ВВС РФ. 1993. № 3. Ст. 99; СЗ РФ. 1996. № 3. Ст. 147; 1997. № 17. Ст. 1913) и ст. 1, 24 и 25 Закона о товариществах собственников жилья (СЗ РФ. 1996. № 25. Ст. 2963).

Хозяйственная (предпринимательская) деятельность товарищества строго ограничена рамками эксплуатации и ремонта общих помещений и оборудования, а полученный от нее доход идет на общие нужды и не распределяется между участниками. Товарищество собственников жилья реорганизуется и ликвидируется по общим правилам гражданского законодательства. В отличие от кооперативов закон не предусматривает для такого товарищества возможности его преобразования в иной вид юридического лица и его банкротства. Таким образом, товарищество собственников жилья существенно отличается от производственного кооператива и не может быть признано его разновидностью1. В нем нет паевых отношений, а его участники не обладают равным количеством голосов в управлении общими делами и не вправе претендовать на получение от товарищества какого-либо имущества. Они также не могут быть исключены из товарищества и не несут никакой ответственности по его долгам. Все это невозможно для кооператива.

4. Общественные и религиозные организации (объединения)

Как юридические лица общественные и религиозные организации представляют собой корпоративные объединения граждан, созданные с целью совместного удовлетворения различных нематериальных, прежде всего духовных, потребностей2.

1 Данное положение убедительно обосновано в современной литературе (см.: Крашенинников П. В. Современные проблемы права собственности и иных вещных прав на жилые помещения. Автореф. дисс. д-ра юрид. наук. М, 1997. С. 7, 46-«)

2 Закон об общественных объединениях (СЗ РФ. 1995. № 21. Ст. 1930; 1997. № 20. Ст 2231) допускает существование общественных объединений без государственной регистрации и без прав юридического лица (ч. 4 ст. 3 и ч. 1 ст. 21). Аналогичную возможность для профсоюзов предусматривает п. 1 ст. 8 Закона о профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности (СЗ РФ. 1996. № 3. Ст. 148). Такие организации не становятся, следовательно, субъектами гражданских правоотношений. Кроме того, Закон об общественных объединениях рассматривает общественные организации как одну из разновидностей («организационно-правовых форм») общественных объединений (к числу которых ст. 7 относит также общественные движения, «общественные фонды», «общественные учреждения» и органы общественного самоуправления), что не вполне соответствует трактовке этой категории в ГК РФ. В гражданско-правовом смысле фонды и учреждения являются самостоятельными разновидностями юридических лиц- некоммерческих организаций точно так же, как и общественные организации (признанные государством юридическими лицами).

Их юридическая личность (дающая возможность участия в гражданском обороте) составляет лишь одну из сторон их правового статуса, причем не основную, а сами эти организации попадают в сферу гражданско-правового регулирования только в этом своем качестве юридических лиц. Общественной и религиозной организацией признается основанное на началах членства объединение граждан, созданное ими на базе общности нематериальных интересов для совместного удовлетворения духовных и иных нематериальных потребностей, в том числе для совместного осуществления и защиты некоторых своих прав и интересов (п. 1 ст. 117 ГК)1. К числу общественных организаций относятся политические партии, профессиональные и творческие союзы, добровольные общества, другие аналогичные объединения граждан по интересам и т. п. Следует иметь в виду, что в крупных общественных (и религиозных) организациях (объединениях) юридическими лицами в соответствии с законом и их уставом могут признаваться как организации в целом, так и их отдельные (обычно территориальные) звенья. Например, юридическим лицом может являться как профсоюз в целом, так и его первичные (профсоюзные) организации. В этом качестве не вправе, однако, выступать советы, правления и иные руководящие органы таких организаций. Так, юридическим лицом согласно закону является не профком, а профсоюзная организация в целом. Общественные организации создаются по инициативе не менее чем 3 граждан, а религиозные - в составе не менее 10 граждан. Закон об общественных объединениях допускает в число учредителей и участников общественных организаций юридические лица, но только те, которые сами являются общественными объединениями (ст. 6, ч. 2 ст. 8). Учредительным документом общественной или религиозной организации является ее устав, утвержденный учредителями и зарегистрированный в органах юстиции. В уставе общественной и религиозной организации помимо сведений, общих для всех юридических лиц, должны быть указаны цели ее деятельности, порядок вступления и выхода из организации, структура управления (органы этого юридического лица и их компетенция) и источники образования ее имущества.

1 Аналогичное по сути определение содержится в п. 1 ст. 6 Закона о некоммерческих организациях (СЗ РФ. 1996. № 3. Ст. 145), в ч. 1 ст. 8 Закона об общественных объединениях, в п. 1 ст. 6 и в п. 1 ст 8 Закона о свободе совести и религиозных объединениях (СЗ РФ. 1997. № 39. Ст. 4465).

К числу указанных источников относятся вступительные и членские взносы участников, добровольные пожертвования и доходы от разрешенной законом и уставом предпринимательской деятельности (издательской, проведения выставок, лотерей и других общественно полезных мероприятий, продажи предметов символики и т. п.). Общественные и религиозные организации обладают целевой правоспособностью, а их участие в имущественном обороте носит строго целевой характер. Поэтому они вправе осуществлять предпринимательскую деятельность лишь для достижения своих уставных целей (исключающих распределение доходов между их участниками или работниками) и соответствующую этим целям (абз. 2 п. 1 ст. 117 ГК; п. 2 ст. 24 Закона о некоммерческих организациях). Вместе с тем они вправе выступать учредителями или участниками коммерческих организаций, на которые указанные ограничения не распространяются. По смыслу закона они, однако, должны выступать учредителями или участниками таких коммерческих организаций, деятельность которых тоже соответствует уставным задачам соответствующей общественной организации (а не только служит укреплению материальной базы ее деятельности)1. Полученные в результате этого доходы также должны идти на цели, предусмотренные уставом общественной (или религиозной) организации, и не могут распределяться между ее участниками или работниками (п. 3 ст. 26 Закона о некоммерческих организациях). Для достижения своих уставных задач общественные организации могут создавать и другие некоммерческие организации. Общественные организации должны ежегодно публиковать отчеты об использовании своего имущества либо обеспечивать свободный доступ к таким сведениям (ст. 29 Закона об общественных объединениях), т. е. обязаны к публичному ведению своих имущественных дел. Поскольку общественные и религиозные организации являются едиными и единственными собственниками принадлежащего им имущества2, а их участники (члены) не получают в этом отношении никаких имущественных прав (п. 3 ст. 48, п. 2 ст. 117, п. 4 ст. 213 ГК), складывающиеся внутри них членские (корпоративные) правоотношения носят чисто организационный, неимущественный характер.

1 В соответствии с п. 6 ст. 24 Закона о профессиональных союзах профсоюзы наряду с фондами, соответствующими их уставным целям, вправе также учреждать коммерческие банки (СЗ РФ. 1996. № 3. Ст. 148).

2 Закон дает возможность крупным общественным и религиозным организациям (объединениям, конфессиям), состоящим из первичных и (или) иных звеньев с правами юридических лиц, самим решить в своих уставах вопрос о субъекте права собственности на соответствующее имущество. Им может быть признано каждое правосубъектное звено организации в отношении имеющегося у него имущества (как это, в частности, имеет место в профсоюзах) либо сама организация в целом (например, Русская Православная Церковь), которая в этом случае наделяет свои правосубъектные звенья ограниченным вещным правом на закрепленное за ними имущество.

Никакой взаимной имущественной ответственности этих организаций и их членов не существует (п. 2 ст. 117 ГК). Выход участника из организации не влечет для нее никаких имущественных последствий (обязанностей) и потому осуществляется беспрепятственно. Участники общественных организаций имеют равные права в управлении их делами, иначе говоря, каждый участник располагает одним голосом при решении вопросов их деятельности. Они несут и равные обязанности, в том числе по уплате членских взносов (за нарушение которых могут быть исключены из организации в порядке, предусмотренном ее уставом). Высшим (волеобразую-щим) органом общественной организации является ее съезд (конференция) или общее собрание участников, который избирает ее исполнительные (волеизъявляющие) органы и имеет исключительную компетенцию, определенную законом (абз. 3 п. 3 ст. 29 Закона о некоммерческих организациях) и уставом. В общественных организациях из числа их членов обязательно избирается коллегиальный исполнительный орган (совет, президиум, правление и т. п.), руководитель которого является единоличным исполнительным органом организации. К компетенции исполнительных органов общественной организации относится решение всех вопросов, не составляющих исключительной компетенции ее высшего органа (п. 2 ст. 30 Закона о некоммерческих организациях). При наличии заинтересованности руководителя или иного должностного лица общественной организации в совершении сделки от ее имени такая сделка подлежит предварительному одобрению ее коллегиального органа под страхом признания ее недействительной (ст. 27 Закона о некоммерческих организациях). Общественные и религиозные организации реорганизуются и ликвидируются по общим правилам реорганизации и ликвидации юридических лиц (за исключением невозможного для них банкротства). Законодательство предусматривает как добровольную, так и принудительную (по решению суда) ликвидацию общественных и религиозных организаций. Остаток имущества организации, образующийся в результате ее ликвидации, подлежит направлению на цели, предусмотренные ее уставом или решением ее высшего органа, а при их отсутствии - на цели, определенные решением суда (ч. 2 ст. 26 Закона об общественных объединениях). Ни при каких условиях он не может распределяться между участниками организации, ибо последние не вправе получать какие-либо доходы от своего участия в такой организации.

5. Фонд

Фонд относится к числу некоммерческих организаций, не являющихся корпорациями, т. е. не имеет членства. Фонды создаются для материального обеспечения социально-культурной, благотворительной, образовательной и иных общественно полезных видов деятельности, а потому их участие в гражданском обороте имеет строго целевой характер, подчиненный основным целям деятельности конкретного фонда. Необходимое для названных целей имущество аккумулируется в них с помощью добровольных пожертвований (взносов). Фондом признается не имеющая членства организация, созданная на основе добровольных имущественных взносов учредителей в социально-культурных, благотворительных, образовательных и иных общественно полезных (некоммерческих) целях (п. 1 : ст. 118 ГК; п. 1 ст. 7 Закона о некоммерческих организациях). Фонд является собственником имущества, переданного ему учредителями или иными жертвователями, которые не приобретают никаких прав на имущество фонда (п. 3 ст. 48, п. 4 ст. 213 ГК). Тем самым исключается и взаимная ответственность по долгам фонда и его учредителей. Фонд создается по решению его учредителей, утверждающих его устав как единственный учредительный документ. В уставе фонда помимо общих для всех юридических лиц сведений должны также содержаться сведения о целях его деятельности, об органах фонда и их компетенции, о порядке назначения и освобождения должностных лиц фонда (например, с согласия или утверждения попечительского совета) и о судьбе имущества фонда в случае его ликвидации. Закон ограничивает возможности внесения изменений в устав фонда его исполнительными органами (ибо в ином случае открывается возможность изменения статуса фонда вопреки воле его учредителей). Такие изменения могут вноситься этими органами самостоятельно только в случаях, когда устав (утвержденный учредителями фонда) прямо разрешает это, а при отсутствии таких указаний - только по решению суда при наличии предусмотренных законом условий (п. 1 ст. 119 ГК). В качестве учредителей фондов могут выступать как физические и юридические лица (коммерческие и некоммерческие организации), так и публично-правовые образования1. Учредитель может быть и единственным (единоличным). Важнейшей обязанностью учредителей является передача взноса в имущество (уставный капитал) фонда (хотя требования к минимальному размеру такого взноса, как и к минимальному размеру его уставного капитала (фонда), в законодательстве отсутствуют). Поэтому в роли учредителей фонда не могут выступать лица, которые только организуют его деятельность (а впоследствии обычно становятся его руководителями (должностными лицами) и начинают бесконтрольно распоряжаться собранным у иных лиц имуществом, как это нередко имело место при создании у нас первых благотворительных фондов). Учредители фонда обычно не участвуют в его деятельности и не обязаны это делать. Вместе с тем учредители и другие участники фонда вправе и должны контролировать соблюдение целевого характера использования полученного фондом имущества. С этой целью в фонде из числа его учредителей (их представителей) либо также иных авторитетных в общественном мнении лиц должен быть создан попечительский совет (п. 4 ст. 118 ГК; п. 3 ст. 7 Закона о некоммерческих организациях), который, будучи его волеобразующим органом, осуществляет надзор за всей деятельностью фонда и его исполнительных органов и должностных лиц. В фонде образуются коллегиальный (правление, совет и т. п.) и единоличный (президент, председатель и т. д.) исполнительные (волеизъявляющие) органы, обычно назначаемые или утверждаемые учредителями или попечительским советом. При наличии заинтересованности руководителя или иного должностного лица фонда в совершении сделки от его имени такая сделка подлежит предварительному одобрению попечительского совета фонда под страхом признания ее недействительной (ст. 27 Закона о некоммерческих организациях). Как и общественная организация, фонд преследует в своей деятельности исключительно общественно полезные цели и ни при каких условиях не может распределять полученное имущество между своими участниками (учредителями) или работниками.

1 Учредителями благотворительных фондов не вправе выступать публично-правовые образования, а также их унитарные предприятия и учреждения (ст. 8 Закона о благотворительной деятельности и благотворительных организациях // СЗ РФ. 1995. № 33. Ст. 3340), ибо иное означало бы нецелевое использование публичного имущества.

Поэтому он обязан законом к публичному ведению своих имущественных дел (абз. 2 п. 2 ст. 118 ГК; абз. 2 п. 2 ст. 7 Закона о некоммерческих организациях; п. 5 ст. 19 Закона о благотворительной деятельности). Наряду со взносами учредителей и другими пожертвованиями фонд вправе использовать для пополнения своего имущества результаты собственной предпринимательской деятельности. Последняя, однако, обязана непосредственно служить достижению целей фонда и полностью соответствовать им. Речь, следовательно, может идти лишь о тех же формах предпринимательства, которые разрешено осуществлять общественным организациям. На аналогичных условиях фондам разрешено создавать хозяйственные общества или участвовать в них. Благотворительные фонды вправе создавать хозяйственные общества лишь в качестве «компаний одного лица», будучи их единственными учредителями и участниками (п. 4 ст. 12 Закона о благотворительной деятельности). Для достижения своих уставных целей фонды могут создавать и другие некоммерческие организации. Фонды могут реорганизовываться по решению их учредителей и (или) назначенного ими попечительского совета по общим правилам гражданского законодательства. Они, однако, не могут преобразовываться в другие виды юридических лиц. Закон предусматривает также особый порядок ликвидации фондов. С целью предотвращения возможных злоупотреблений в использовании собранного фондами имущества, в частности при их самоликвидации, перечень оснований их ликвидации предусматривает закон, а не устав конкретного фонда, а сама эта ликвидация допускается только по решению суда, а не в добровольном порядке (п. 2 ст. 119 ГК; п. 2 ст. 18 Закона о некоммерческих организациях). При этом остаток имущества направляется на цели, предусмотренные в уставе фонда или на благотворительные цели, а при невозможности его использования для этих целей обращается в доход государства (п. 1 ст. 20 Закона о некоммерческих организациях). Таким образом, он ни при каких условиях не может быть распределен между учредителями (участниками) или работниками фонда. Фонд может быть объявлен банкротом.

б. Учреждение

Подобно фондам, учреждения не относятся к числу корпораций. Учреждения - единственная разновидность некоммерческих организаций, не являющихся собственниками своего имущества. Они финансируются их учредителями-собственниками, получая в силу этого ограниченное вещное право на предоставленное им имущество и достаточно узкие возможности самостоятельного участия в гражданских правоотношениях. Как и унитарные предприятия, они, в сущности, представляют собой остатки прежней экономической системы и в этом качестве не свойственны развитому товарному обороту. Однако опасность их участия в обороте для третьих лиц значительно смягчается правилом о неограниченной дополнительной ответственности собственника-учредителя по их долгам. Поэтому закон сохранил данную конструкцию не только для публичных собственников. Учреждением признается не имеющая членства организация, со-I зданная и финансируемая собственником в качестве субъекта ограниченного вещного права под его дополнительную ответственность для осуществления управленческих, социально-культурных и иных некоммерческих функций (п. 1 ст. 120 ГК, п. 1 ст. 9 Закона о некоммерческих организациях).

К числу учреждений относятся органы государственной и муниципальной власти и управления, а также организации образования, просвещения и науки, здравоохранения, культуры и спорта и др. (школы и вузы, научные институты, больницы, музеи, библиотеки и т. п.). В зависимости от учредителей они могут быть публичными (государственными и муниципальными) и частными (созданными юридическими или физическими лицами). Множественность разновидностей учреждений делает необходимым регламентацию их правового статуса не только законами, но и иными правовыми актами. Учреждения создаются по решению соответствующего собственника (или уполномоченного им органа) либо нескольких собственников и действуют на основании утвержденного им и зарегистрированного устава или положения, а иногда - общего (типового или примерного) положения об учреждениях данного вида (например, типового положения о вузе, примерного положения об учреждении юстиции по регистрации прав на недвижимость)1. В уставе учреждения собственник определяет его задачи

1 Решение собственника о создании учреждения не является учредительным документом (как ошибочно указано в п. 1 ст. 14 Закона о некоммерческих организациях, отождествившего учредительные документы с документами, предоставляемыми для регистрации некоммерческой организации).

Не требуется также заключения никаких договоров учредителя с созданным им учреждением (о чем по недоразумению говорит Закон об образовании в п. 6 и 12 ст. 39, п. 1 ст 41 и п. 5 ст 43), ибо собственник самостоятельно определяет условия использования своего имущества. и цели деятельности (поскольку учреждение как некоммерческая организация всегда имеет ограниченную, целевую правоспособность). Собственник-учредитель назначает руководителя учреждения в качестве его единоличного исполнительного органа. В некоторых видах учреждений могут создаваться коллегиальные исполнительные органы (ученые и аналогичные им советы). Учреждение обычно финансируется собственником по смете, в которой строго фиксируются направления расходования и размер выделяемых ему собственником сумм. В связи с этим права учреждения на закрепленное за ним имущество собственника носят ограниченный характер и определяются непосредственно законом (ст. 296 ГК), а отчуждение или иное распоряжение данным имуществом без согласия собственника невозможно (п. 1 ст. 298 ГК). В силу этого участие учреждения в имущественном обороте обычно происходит в весьма узких пределах. Уставом или положением учреждению в рамках его специальной правоспособности может быть разрешено осуществление некоторых видов деятельности, приносящей доходы (т. е. предпринимательской). Эти последние, как и приобретенное за их счет имущество, остаются собственностью учредителя и поступают лишь в самостоятельное распоряжение, а не в собственность учреждения (п. 2 ст. 298 ГК)1. Как правило, речь идет о возмездном предоставлении услуг, связанных с основной (уставной) деятельностью учреждения (образовательных и научно-исследовательских, культурных и воспитательных, медицинских и спортивных и т. п.). Учреждение не вправе само создавать другие юридические лица, ибо это означало бы незаконное распоряжение имуществом собственника (если только речь не идет о доходах от разрешенной ему предпринимательской деятельности и приобретенном за счет этого имуществе, получающем особый правовой режим). В отличие от всех других видов юридических лиц учреждения отвечают перед своими кредиторами не всем своим имуществом, а только имеющимися у них денежными средствами, при отсутствии которых наступает неограниченная ответственность их собственников-учредителей (п. 2 ст. 120 ГК; п. 2 ст. 9 Закона о некоммерческих организациях).

1 Учреждение ни при каких условиях не может стать собственником своего имущества, что противоречило бы существу этой юридической конструкции. Иной подход (п. 7 ст. 39 Закона об образовании; п. 2 ст. 27 Закона о высшем и послевузовском профессиональном образовании) необоснованно расширяет рамки участия учреждений в обороте (ср. п. 2 ст 47 Закона об образовании) и одновременно сужает условия ответственности их учредителей (п. 9 ст. 39 названного Закона), прямо превращая учреждения в подобие «предприятий» (ср. п. 4 ст. 47 названного Закона).

Поэтому они не могут быть объявлены банкротами. Учреждение может быть реорганизовано, в том числе преобразовано в автономную некоммерческую организацию или в фонд, а также в хозяйственное общество (для государственных и муниципальных учреждений это допускается лишь в порядке, предусмотренном законодательством о приватизации) (п. 2 ст. 17 Закона о некоммерческих организациях). Ликвидация учреждения осуществляется по общим правилам гражданского законодательства, причем остаток имущества всегда поступает в собственность учредителя.

7. Объединения юридических лиц (ассоциации и союзы)

Ассоциации и союзы представляют собой объединения различных юридических лиц, основанные на корпоративных (членских) началах. В отличие от неправосубъектных объединений холдингового типа (включающих «материнские» и дочерние компании) данные объединения, во-первых, являются самостоятельными юридическими лицами, а во-вторых, преследуют некоммерческие цели, главным образом координации деятельности участников и представления и защиты их общих, в том числе имущественных, интересов, будучи, таким образом, некоммерческими организациями. Они создаются исключительно на добровольной основе и не вправе осуществлять какие-либо управленческие функции в отношении участников. Поэтому члены ассоциации или союза полностью сохраняют свою самостоятельность и права юридических лиц (п. 3 ст. 121 ГК; п. 3 ст. 11 Закона о некоммерческих организациях).

Ассоциацией (союзом) признается основанное на началах членства объединение юридических лиц, созданное ими с целью координации деятельности, а также представления и защиты их интересов (п. 1 и 2 ст. 121 ГК; п. 1 и 2 ст. 11 Закона о некоммерческих организациях).

Разновидностью таких некоммерческих организаций теперь объявлены территориальные (региональные) союзы потребительских обществ (райпотребсоюзы, облпотребсоюзы и т. п.)1, а такжетерриториальные и межрегиональные объединения профсоюзов (облсовпрофы и т. д.).

1В соответствии со ст. 31 Закона о потребительской кооперации союз потребительских обществ может осуществлять «контрольные и распорядительные функции», предусмотренные его учредительными документами, а по смыслу п. 2 ст. 31 этого Закона часть его имущества может быть получена его членами при выходе из союза или после его ликвидации. Такие союзы сохраняют тем самым остатки конструкции «кооператива кооперативов», которыми они были в соответствии с ранее действовавшим законодательством. В качестве учредителей ассоциаций и союзов могут выступать как коммерческие, так и некоммерческие организации, причем как порознь, так и совместно (п. 4 ст. 50 ГК), хотя практическая необходимость в координации деятельности или совместной защите общих интересов обычно возникает у однородных по характеру деятельности групп (видов) юридических лиц. Закон не предусматривает минимально необходимого числа участников таких организаций, отдавая решение этого вопроса на усмотрение самих учредителей. Одно и то же юридическое лицо, оставаясь полностью самостоятельным, может одновременно состоять в нескольких ассоциациях и союзах, в том числе однородных по характеру деятельности. Учредительными документами ассоциации и союза являются учредительный договор и устав (п. 1 ст. 122 ГК; п. 1 ст. 14 Закона о некоммерческих организациях). В первом из них определяются цели создания объединения и условия участия в нем, а во втором - статус самого объединения. Поэтому в случае расхождения условий, содержащихся в этих документах, предпочтение должно быть отдано уставу как непосредственно определяющему статус объединения в его взаимоотношениях с третьими лицами. Помимо сведений, общих для всех юридических лиц, учредительные документы ассоциации (союза) должны содержать условия о задачах и целях ее деятельности (определяющие объем и характер ее специальной правоспособности, а также основной предмет ее деятельности, который должен быть указан в ее наименовании), о составе и компетенции органов управления и порядке принятия ими решений, а также о порядке распределения имущества, остающегося после ликвидации ассоциации (союза). Поскольку такая некоммерческая организация создается на корпоративных началах, ее высшим (волеобразующим) органом всегда является общее собрание участников (их представителей), компетенцию и порядок работы которого в соответствии с законом должен определять ее устав (п. 1-3 ст. 29 Закона о некоммерческих организациях). Исполнительные (волеизъявляющие) органы ассоциации (союза) образуются ее высшим органом из числа физических лиц - органов (должностных лиц) или представителей участников. Имущество ассоциации первоначально составляется из вступительных и членских взносов участников и их добровольных пожертвований и становится объектом ее собственности. При этом учредители (участники) ассоциации или союза не приобретают на это имущество никаких прав (п. 3 ст. 48 ГК). Закон не устанавливает требований к минимальному размеру имущества такой некоммерческой организации или к взносу ее участника. Имущество ассоциации (союза) является ее собственностью и используется ею исключительно для достижения целей, предусмотренных ее учредительными документами. Вместе с тем члены ассоциации (союза) при недостатке ее имущества для покрытия долгов перед кредиторами несут ограниченную ответственность своим имуществом в размере и порядке, предусмотренных учредительными документами ассоциации (п. 4 ст. 121 ГК; п. 4 ст. 11 Закона о некоммерческих организациях; п. 4 ст. 14 Закона о благотворительной деятельности). Такая субсидиарная ответственность членов ассоциации (союза) составляет важную особенность ее гражданско-правового статуса. Ассоциация или союз не вправе сами осуществлять предпринимательскую деятельность, но могут создавать для этой цели хозяйственные общества или участвовать в них1. Однако доходы от своей деятельности ассоциация (союз) не вправе распределять между своими членами и должна использовать исключительно на нужды объединения. Член ассоциации (союза) вправе участвовать в управлении ее делами на равных началах с другими членами (участниками). Он также может безвозмездно пользоваться оказываемыми ассоциацией (союзом) услугами (п. 1 ст. 123 ГК; п. 1 ст. 12 Закона о некоммерческих организациях). Член ассоциации (союза) вправе беспрепятственно выйти из нее, поскольку для ассоциации или союза его выход не влечет обязанности по осуществлению каких-либо выплат или выдач. Он несет предусмотренные учредительными документами обязанности, в том числе по уплате членских и иных взносов, за неисполнение которых может быть исключен из ассоциации (союза) по решению остальных участников (абз. 2 п. 2 ст. 123 ГК; абз. 2 п. 2 ст. 12 Закона о некоммерческих организациях). Вместе с тем в течение двух лет с момента выхода за ним сохраняется дополнительная ответственность по долгам ассоциации (союза) в размере, пропорциональном его взносу в ее имущество. Новые члены принимаются в такое объединение по единогласному решению его участников, причем на них может быть возложена дополнительная ответственность личным имуществом по долгам объединения, возникшим до момента их принятия (п. 3 ст. 123 ГК; п. 3 ст. 12 Закона о некоммерческих организациях).

1 Закон о финансово-промышленных группах в п. 2 ст. 11 допускает функционирование ассоциации или союза в качестве «центральной компании» ФПГ, что противоречит их статусу некоммерческих организаций. Ассоциация (союз) реорганизуется и ликвидируется по общим правилам реорганизации и ликвидации юридических лиц. Такое объединение по единогласному решению участников может быть преобразовано в фонд или в автономную некоммерческую организацию, а в случае возложения на него учредителями ведения предпринимательской деятельности должно быть преобразовано в хозяйственное общество или товарищество. В связи с наличием субсидиарной ответственности членов ассоциации (союза) по ее долгам такая некоммерческая организация не может быть признана банкротом (ср. п. 2 ст. 65 ГК). Остаток имущества объединения, образовавшийся после завершения его ликвидации, передается для использования на цели, определенные в его уставе, либо на иные цели, предусмотренные законом (п. 1 ст. 20 Закона о некоммерческих организациях) и не может распределяться между его учредителями (членами). Самостоятельной разновидностью ассоциации является торгово-промышленная палата.

Торгово-промышленная палата представляет собой добровольное объединение на началах членства коммерческих организаций и индивидуальных предпринимателей, созданное ими с целью содействия развитию предпринимательства, организации взаимодействия предпринимателей, а также представления и защиты их интересов (п. 1 ст. 1 и п. 1 ст. 3 Закона о торгово-промышленных палатах в Российской Федерации)1.

Ее главной особенностью является отсутствие дополнительной ответственности участников по долгам объединения (палаты). Торгово-промышленная палата (ТПП) создается по инициативе не менее 15 учредителей и в отличие от учредительных документов обычной ассоциации имеет в качестве единственного учредительного документа устав. Торгово-промышленные палаты образуются по территориальному принципу, причем на одной и той же территории (в регионе) может существовать только одна такая палата. Членами ТПП могут быть исключительно российские коммерческие организации и индивидуальные предприниматели, а также их объединения (союзы и ассоциации). В остальном их статус аналогичен статусу обычных ассоциаций и союзов.

1 ВВС РФ. 1993. № 33. Ст. 1309; СЗ РФ. 1995. № 21. Ст. 1930.

8. Некоммерческое партнерство

Данный вид некоммерческой организации является новым для отечественного правопорядка. Он представляет собой объединение на корпоративных (членских) началах граждан и юридических лиц (в том числе коммерческих организаций), призванное содействовать своим членам в достижении некоммерческих задач путем осуществления предпринимательской деятельности. Главную особенность некоммерческого партнерства составляет возможность его участников получить при выходе из него или при ликвидации этой организации часть ее имущества, т. е. иметь прямые имущественные выгоды от участия в некоммерческой организации. Партнерство же получает тем самым возможность распределения части своего имущества между своими участниками, что тоже противоречит его статусу некоммерческой организации. Данная юридическая конструкция заимствована из зарубежного (американского) правопорядка (о чем свидетельствует и ее название - partnership) с сомнительной целью открытия более широких возможностей осуществления предпринимательской деятельности в форме некоммерческой организации1.

Некоммерческим партнерством признается основанное на членстве объединение граждан и юридических лиц, созданное ими для содействия своим членам в достижении некоммерческих целей путем осуществления предпринимательской деятельности (п. 1 и - 2 ст. 8 Закона о некоммерческих организациях).

Тем не менее закон обязывает создавать в форме некоммерческого партнерства фондовые биржи2. Некоммерческое партнерство создается на основании решения его учредителей, утверждающих его устав. Кроме того, они могут (но не обязаны) заключить учредительный договор, становящийся в этом случае вторым учредительным документом партнерства (п. 1 ст. 14 Закона о некоммерческих организациях).

1 Организационно-правовая форма партнерства (Partnerschaftsgesellschaft) была введена и в Германии специальным законом от 25 июля 1994 г., но лишь как один из возможных способов объединения лиц свободных профессий (способствующий ограничению их имущественной ответственности за профессиональные ошибки), причем такое партнерство само не вправе осуществлять никакой предпринимательской деятельности.

2 См. ч. 2 ст. И Закона о рынке ценных бумаг (СЗ РФ. 1996. № 17. Ст. 1918).

В этих документах должны содержаться сведения о характере и целях деятельности партнерства (имеющего целевую правоспособность), условиях членства в нем, о составе и компетенции органов управления и порядке принятия ими решений, об источниках формирования имущества и о порядке распределения его остатка после ликвидации партнерства. Число учредителей некоммерческого партнерства не ограничено, но партнерство во всяком случае не может быть создано одним лицом. Высшим (волеобразующим) органом партнерства является общее собрание его членов, имеющее исключительную компетенцию. Возможно также создание в нем «постоянно действующего коллегиального органа» (типа наблюдательного совета). В партнерстве обязателен единоличный исполнительный (волеизъявля-ющий) орган, образуемый его высшим органом, а в случаях, предусмотренных уставом, возможно создание и коллегиального исполнительного органа (правления, директората и т. п.). Партнерство становится собственником своего имущества. Оно вправе осуществлять предпринимательскую деятельность, соответствующую его уставным целям, и может создавать другие коммерческие и некоммерческие организации. Члены партнерства не отвечают по его обязательствам, как и партнерство не отвечает по обязательствам своих членов. Члены партнерства имеют право участвовать в управлении его делами и получать информацию о его деятельности, а также могут иметь иные права, предусмотренные его уставом. Они вправе свободно выйти из партнерства, получив при этом часть его имущества или его стоимость «в пределах стоимости имущества, переданного членами некоммерческого партнерства в его собственность, за исключением членских взносов» (если иное не установлено законом или учредительными документами партнерства) (п. 3 ст. 8 Закона о некоммерческих организациях). Часть остатка имущества (или его стоимости) пропорционально своим взносам они могут получить и при ликвидации партнерства (п. 2 ст. 20 Закона о некоммерческих организациях). По смыслу этих норм участники партнерства должны иметь определенную долю (обязательственное право требования) в имуществе партнерства или в его части, в соответствии с которой и должно осуществляться их право на участие в управлении делами партнерства. Члены партнерства несут предусмотренные его учредительными документами обязанности, в том числе по внесению взносов в его имущество. За нарушение этих обязанностей они могут быть исключены из партнерства по решению остающихся членов. Исключенный из партнерства участник сохраняет право на получе- ние соответствующей части имущества партнерства (п.4 ст. 8 Закона о некоммерческих организациях). Некоммерческое партнерство реорганизуется и ликвидируется по общим правилам гражданского законодательства. По единогласному решению учредителей оно может преобразоваться в общественную или религиозную организацию (объединение), фонд или автономную некоммерческую организацию (п. 1 ст. 17 Закона о некоммерческих организациях). Закон не предусматривает возможностей его преобразования в коммерческую организацию, хотя по своей природе оно весьма близко к обществу с ограниченной ответственностью. С учетом особенностей статуса такого партнерства следует признать возможность объявления его банкротом.

9. Автономная некоммерческая организация

Автономные некоммерческие организации, как и некоммерческие партнерства, являются новым для нашего правопорядка видом юридических лиц. Они не относятся к числу корпораций, т. е. не имеют членства, и создаются на базе имущественных взносов учредителей для оказания различных услуг, прежде всего некоммерческого характера (в сфере образования, здравоохранения, науки, культуры, спорта и т. п.). От финансируемых собственниками учреждений такие организации отличаются наличием права собственности на переданное им учредителями имущество.

Автономной некоммерческой организацией признается не имеющая членства организация, созданная на базе имущественных взносов учредителей для оказания различных услуг (в том числе не  коммерческого характера) и являющаяся собственником своего имущества (п. 1 ст. 10 Закона о некоммерческих организациях).

В этой организационно-правовой форме могут функционировать частные учреждения образования, здравоохранения, культуры, спорта и т. п., преследующие не только предпринимательские цели. По сути, речь и идет об учреждениях, являющихся, однако, собственниками имеющегося у них имущества. Учредителями автономной некоммерческой организации могут быть как физические, так и юридические лица, производящие взносы в ее имущество. Закон не исключает здесь единоличного учредительства. Учредительным документом такой организации является устав, а при наличии нескольких учредителей возможно и заключение между ними учредительного договора, выполняющего в этом случае роль второго учредительного документа (п. 1 ст. 14 Закона о некоммерческих организациях). В уставе должны быть указаны предмет и цели деятельности такой организации (сохраняющей целевую правоспособность), источники формирования и порядок использования ее имущества, состав и компетенция органов управления, направления использования остатка имущества после ее ликвидации. В автономной некоммерческой организации создается коллегиальный высший (волеобразующий) орган (п. 1 ст. 29 Закона о некоммерческих организациях), имеющий исключительную компетенцию. В него включаются как учредители (их представители), так и наемные работники этой организации, которые, однако, не могут составлять более одной трети от общего числа членов этого органа. Вопросы, не включенные в компетенцию высшего органа, решаются единоличным исполнительным органом данной организации (в соответствии с ее уставом может быть образован также и коллегиальный исполнительный орган). Учредители автономной некоммерческой организации не приобретают никаких прав на ее имущество и не несут никакой ответственности по ее обязательствам. Они, однако, обязаны осуществлять надзор за соответствием ее деятельности уставным задачам в порядке, определенном ее учредительными документами. Они вправе пользоваться услугами, предоставляемыми созданной ими организацией, только на равных условиях с другими лицами (п. 4 ст. 10 Закона о некоммерческих организациях). Автономная некоммерческая организация реорганизуется и ликвидируется по общим правилам гражданского законодательства. По решению ее высшего органа она может преобразовываться в общественную или религиозную организацию (объединение) либо в фонд, но не в коммерческую организацию (п. 3 ст. 17 Закона о некоммерческих организациях). По смыслу п. 1 ст. 65 ГК она не может быть объявлена банкротом. Остаток имущества ликвидируемой организации используется в соответствии с указаниями ее устава или в порядке, предусмотренном п. 1 ст. 20 Закона о некоммерческих организациях.

10. Товарная биржа

Товарные биржи служат организации оптовой торговли, осуществляемой между предпринимателями, но сами обычно являются некоммерческими организациями. С их помощью между конкретными предпринимателями заключаются и исполняются приносящие доход коммерческие сделки, однако сама их деятельность бездоходна и требует финансирования от участников. В отечественных условиях перехода к рынку товарные биржи первоначально создавались в форме коммерческих организаций, учредители (участники) которых получали доход от каждой совершаемой на бирже сделки, что противоречило сути биржевой торговли и удорожало цену реализуемых через биржу товаров. Постепенно биржи были приведены в должный вид, однако действующее в этой области законодательство пока сохранило некоторые остатки прежнего подхода к их организации и деятельности (в частности, возможность получения членами бирж дивидендов в случаях, предусмотренных уставами конкретных бирж).

Товарной биржей признается основанное на началах членства объединение предпринимателей, созданное ими с целью организации специальных публичных торгов по продаже определенных товаров (п. 1 ст. 2 Закона о товарных биржах и биржевой торговле)1.

Биржа не вправе сама осуществлять торговую, посредническую или иную предпринимательскую деятельность, непосредственно не связанную с организацией биржевой торговли, а также не может создавать хозяйственные общества и товарищества, не ставящие целью организацию и регулирование биржевой торговли, либо участвовать в них. Товарная биржа создается коммерческими организациями или индивидуальными предпринимателями, число которых не может быть менее 10. В числе учредителей и членов биржи не могут быть: органы государственной и муниципальной власти и управления; банки и другие кредитные организации; страховые и инвестиционные компании; общественные, религиозные и благотворительные организации и фонды. Учредительным документом биржи является ее устав, в котором должны содержаться сведения: о видах товаров, с которыми осуществляются сделки на данной бирже;  о составе и компетенции ее органов и порядке принятия ими решений; о максимальном количестве членов биржи;

1 ВВС РСФСР. 1992 № 18 Ст. 961; 1993. № 22 Ст. 790; СЗ РФ 1995. № 26. Ст 2397.

об условиях и порядке приобретения, приостановления и прекращения членства на бирже;

о правах и обязанностях членов биржи и их категориях;

о размере уставного капитала и других фондах биржи.

Биржевая деятельность лицензируется Комиссией по товарным биржам Государственного антимонопольного комитета РФ. Как разновидность корпорации товарная биржа имеет высший орган в лице общего собрания ее членов. Доля каждого участника (учредителя) биржи в ее уставном капитале (и соответственно количество его голосов на общем собрании) не может превышать 10%. Среди участников биржи различаются полные и неполные члены. Первые имеют право на участие в биржевых торгах во всех секциях или отделах биржи и соответствующее количество голосов на общих собраниях как биржи в целом, так и всех ее секций (отделов). Вторые вправе участвовать в биржевых торгах лишь в определенных секциях (отделах) или секции биржи и имеют определенное количество голосов на общем собрании биржи и на собрании ее соответствующей секции (отдела). Учредители биржи в течение трех лет с момента ее государственной регистрации могут иметь особые (дополнительные) права, предусмотренные уставом и не связанные со сферой биржевой торговли. Члены биржи могут уступить право на участие в биржевой торговле путем передачи своей доли в уставном капитале биржи другому лицу и даже сдать это право в «аренду» (п. 6 и 7 ст. 14 Закона о товарных биржах). Они обязаны вносить в ее имущество членские и иные целевые взносы, предусмотренные ее уставом, и могут быть исключены за нарушение предусмотренных уставом обязанностей. Исключение из числа членов биржи может быть обжаловано в судебном порядке.

Дополнительная литература

Братусь С. Н. Юридические лица в советском гражданском праве. М., 1947, Братусь С. Н. Субъекты гражданского права. М., 1950 (гл. VI-VIII); Козлова Н. В. Учредительный договор о создании коммерческих обществ и товариществ. М., 1994; Комментарий части первой Гражданского кодекса Российской Федерации для предпринимателей. М., 1995 (гл. 6); Комментарий к Федеральному закону об акционерных обществах / Под ред. Г. С. Шапкиной. М., 1996; Кулагин М. И. Государственно-монополистический капитализм и юридическое лицо. М., 1987; Кулагин М. И. Предпринимательство и право: опыт Запада. М., 1992(§ 1 гл. 2); Мозолин В. П. Корпорации, монополии и право в США. М., 1966; Сыродоева О. Н. Акционерное право США и России (сравнительный анализ). М., 1996; Шершеневич Г. Ф. Учебник торгового права (по изданию 1914 г.). М., 1994 (§ 17-35).

Глава 8. Публично-правовые образования как участники гражданских правоотношений

1. Гражданская правосубъектность публично-правовых образований

1. Государство и другие публично-правовые образования как субъекты гражданского права

Наряду с физическими и юридическими лицами участниками отношений, регулируемых гражданским правом, являются государство и другие публично-правовые образования. Для решения стоящих перед ними публичных, общенациональных или иных общественных (региональных, местных) задач они во многих случаях нуждаются в участии в имущественных отношениях. При этом должны быть учтены особенности статуса таких образований, обладающих публичной властью, а в ряде случаев являющихся политическими суверенами, которые сами определяют правопорядок, в том числе случаи и пределы собственного участия в гражданских правоотношениях. С другой стороны, необходимо в полной мере соблюсти интересы участников имущественного оборота как юридически равных собственников (или иных законных владельцев) имущества, находящихся в частноправовых, а не в публично-правовых отношениях друг с другом. Этими обстоятельствами и определяются особенности участия публично-правовых образований в гражданском (имущественном) обороте. К числу публично-правовых образований, участвующих в гражданских правоотношениях, относятся, во-первых, государство и, во-вторых, муниципальные образования. Особенности отечественного государственного и социально-экономического устройства имеют следствием то положение, что государство не выступает в качестве единого субъекта гражданских правоотношений, а, напротив, характеризуется множественностью субъектов. К их числу относятся как Российская Федерация (федеральное государство) в целом, так и ее отдельные субъекты - республики, края, области, города федерального подчинения, автономная область, автономные округа (ч. 1 ст. 65 Конституции РФ), являющиеся государственными образованиями. Что касается городских и сельских поселений и других муниципальных образований, то в них осуществляются функции местного самоуправления (ст. 131 Конституции РФ), в связи с чем они не могут считаться государственными образованиями. Органы местного самоуправления не входят в систему органов государственной власти. Несомненно, однако, что они обладают известными властными полномочиями, т. е. функциями публичной власти, которыми их наделяет закон (ст. 132 Конституции РФ). Поэтому как муниципальные, так и государственные образования охватываются общим понятием публично-правовых образований. Особенности правового положения всякого государства обусловлены наличием у него политической власти и государственного суверенитета, в силу которых оно само регулирует различные, в том числе имущественные, отношения, устанавливая в качестве общеобязательных как правила поведения для всех участников, так и порядок разбирательства их возможных споров. При этом оно само определяет и собственную гражданскую правосубъектность, ее содержание и пределы. Вместе с тем, участвуя в имущественных (частноправовых) отношениях, государство должно соблюдать установленные им же правила, обусловленные самой природой регулируемых отношений. Оно не может использовать свои властные прерогативы для того, чтобы произвольно менять в своих интересах гражданско-правовые нормы или навязывать контрагентам свою волю в конкретных правоотношениях, иначе рыночный (имущественный) оборот не сможет нормально функционировать, а необходимая ему частноправовая форма будет разрушена. Поэтому государство и другие публично-правовые образования в гражданско-правовых отношениях выступают на равных началах с иными их участниками - гражданами и юридическими лицами (п. 1 ст. 124 ГК). Это означает, что они не вправе использовать здесь никакие свои властные полномочия по отношению к другим участникам (контрагентам). За нарушение гражданских прав или неисполнение обязанностей к публично-правовым образованиям в судебном порядке могут быть применены обычные меры имущественной ответственности, ибо во «внутренних» (внутригосударственных) гражданских правоотношениях публично-правовые образования лишены судебного иммунитета (т. е. возможности привлечения к суду только с их согласия).

2. Особенности гражданской правосубъектности публично-правовых образований

Гражданская правосубъектность государства и других публично-правовых образований в различных правовых системах оформляется по-разному. Часто встречается признание государства в целом и (или) ряда его органов (учреждений), а также административно-территориальных образований и их органов юридическими лицами публичного права. Они отличаются от обычных юридических лиц частного права тем, что создаются на основе публично-правового (обычно - административного, властно-распорядительного) акта и преследуют в своей деятельности публичные (общественные) цели, а также имеют определенные властные полномочия. Их правовой статус регламентируется нормами публичного, а не частного права, но в качестве субъектов имущественного оборота они уравниваются с юридическими лицами частного права. В некоторых случаях государство в целом для целей гражданского (имущественного) оборота рассматривается как фиск (казна) - особый субъект права. Это понятие применяется только к государству, но не к его органам (ср., например, § 89 Германского гражданского уложения, ст. 19 ГК РСФСР 1922 г.), которые в таком случае считаются лишь представителями казны1. Не применяется оно и к административно-территориальным (муниципальным и иным) образованиям, которые обычно рассматриваются как юридические лица публичного права. Действующее российское законодательство считает государство, государственные и муниципальные (публично-правовые) образования самостоятельными, особыми субъектами права (sui generis), существующими наряду с юридическими и физическими лицами. К их гражданско-правовому статусу применяются нормы, определяющие участие в имущественном обороте юридических лиц, если иное прямо не вытекает из закона или из особенностей данных субъектов (п. 2 ст. 124 ГК). Очевидна, например, невозможность применения к ним правил о порядке создания и прекращения юридических лиц. Гражданско-правовые сделки с участием публично-правовых образований, напротив, по общему правилу (при отсутствии специальных изъятий) подчиняются нормам о сделках с участием юридических лиц, хотя сами эти субъекты юридическими лицами не являются.

1 См. об этом, например: Братусь С. Н. Субъекты гражданского права. С. 239 - 242. Действующий ГК РФ вслед за законами о собственности и Основами гражданского законодательства 1991 г. рассматривает казну не как субъект права, а как часть государственного (или иного публичного) имущества, не закрепленную за государственными юридическими лицами - предприятиями и учреждениями (п. 4 ст. 214 и п. 3 ст. 215 ГК). Подробнее см. гл. 17 настоящего учебника.

В качестве субъектов гражданского права государство и иные публично-правовые образования обладают гражданской правоспособностью и дееспособностью. При определении их характера и содержания следует иметь в виду, что рассматриваемые субъекты, в отличие от юридических лиц, созданы не для участия в гражданских правоотношениях, которое носит для них вынужденный, вспомогательный по отношению к основной деятельности характер. Следует поэтому согласиться с утверждением, что гражданская правоспособность государства (и других публично-правовых образований) хотя и может быть достаточно широкой по содержанию, но в целом носит специальный, а не общий (универсальный) характер1. Указанные субъекты могут иметь лишь те гражданские права и обязанности, которые соответствуют целям их деятельности и публичным интересам. Государство и другие публично-правовые образования приобретают для себя гражданские права и создают гражданские обязанности, т. е. реализуют свою дееспособность, через свои органы (органы государственной власти или органы местного самоуправления), действующие в рамках их компетенции, установленной актами о статусе этих органов (п. 1 и 2 ст. 125 ГК). Но в результате их действий участниками гражданских правоотношений становятся именно публично-правовые образования в целом, а не органы их исполнительной или законодательной власти, либо органы местного самоуправления. Последние могут участвовать в гражданских правоотношениях самостоятельно, а не от имени соответствующего публично-правового образования, только в роли финансируемых собственником государственных или муниципальных учреждений - юридических лиц с ограниченным вещным правом оперативного управления на закрепленное за ними имущество и под субсидиарную ответственность создавшего их публичного собственника2.

1 См.: Советское гражданское право. Субъекты гражданского права / Под ред. С. Н. Братуся. С. 270-271 (автор раздела -М. И. Брагинский).

2 От имени публично-правовых образований по их специальным поручениям могут выступать различные государственные органы и органы местного самоуправления, а также юридические лица и граждане (п. 3 ст. 125 ГК). Но в этом случае речь идет о гражданско-правовых отношениях представительства, в которых перечисленные субъекты выполняют функции представителей, а не органов публичной власти.

Таким образом, действия органов власти, совершенные в пределах их компетенции, являются действиями самих публично-правовых образований. Важно поэтому определить, основаны ли эти действия на соответствующих полномочиях данных органов, входят ли они в их компетенцию. Компетенция государственных органов и органов местного самоуправления, в том числе и по участию в гражданских правоотношениях, устанавливается актами публичного, а не частного (гражданского) права. Для сферы гражданского права имеет значение прежде всего их компетенция по использованию государственного и муниципального имущества, включая возможности его приобретения и отчуждения (распоряжения), а также компетенция в области возложения (несения) имущественной ответственности. При этом речь идет о государственном и муниципальном имуществе, не закрепленном за соответствующими юридическими лицами - предприятиями и учреждениями - на самостоятельном вещном праве, ибо такое имущество составляет базу самостоятельного участия этих лиц в гражданском обороте. Поэтому такие юридические лица не отвечают своим имуществом по долгам учредивших их публичных собственников (п. 2 ст. 126 ГК). В частности, в соответствии с ч. 5 ст. 2 Закона о Центральном банке РФ (Банке России) Российская Федерация не отвечает по обязательствам Банка России, а этот Банк не отвечает по обязательствам федерального государства (если только он специально не принял на себя такое обязательство либо оно прямо предусмотрено федеральным законом). По своим собственным обязательствам государство и другие публично-правовые образования отвечают лишь той частью своего имущества, которую они не передали своим юридическим лицам (п. 1 ст. 126 ГК) и которая составляет понятие «казны» (нераспределенного государственного и муниципального имущества). Имущество казны, состоящее прежде всего из средств соответствующего государственного или местного бюджета, и составляет материальную базу для самостоятельного участия публично-правовых образований в гражданских правоотношениях. Бюджетными средствами распоряжаются финансовые органы (федеральное и республиканские министерства финансов, их региональные и местные управления и отделы). Поэтому именно они чаще всего выступают в качестве органов, уполномоченных публично-правовыми образованиями (т. е. от их имени) для участия в гражданских правоотношениях, в частности при выпуске (эмиссии) государственных или муниципальных внутренних займов или предоставлении кредитов, а также при предъявлении к государствен- ным или муниципальным образованиям имущественных требований (исков), в том числе в порядке субсидиарной ответственности за долги созданных ими учреждений (ср. ст. 107 ГК)1. Что касается иного находящегося в публичной собственности имущества, то распоряжение им от имени собственника осуществляют иные уполномоченные на то органы. Так, создание, реорганизация и ликвидация государственных и муниципальных унитарных предприятий, в том числе наделение их имуществом на праве хозяйственного ведения или оперативного управления, а также контроль за его сохранностью и использованием по назначению осуществляется министерствами и ведомствами либо комитетами по управлению государственным и муниципальным имуществом2. Последние принимают решения об отчуждении недвижимого государственного или муниципального имущества в виде имущественных комплексов, зданий и сооружений в порядке приватизации, а также об изъятии излишнего, неиспользуемого или используемого не по назначению имущества, закрепленного за казенными предприятиями либо за государственными или муниципальными учреждениями, и распоряжаются им от имени учредителя-собственника (п. 2 ст. 296 ГК). Фонды государственного и муниципального имущества выступают в качестве продавцов в сделках приватизации, а также являются учредителями хозяйственных обществ и товариществ с государственным (или иным публично-правовым) участием, становясь законными владельцами принадлежащих публично-правовым образованиям акций и других ценных бумаг приватизированных предприятий (либо управомоченными лицами в отношении прав требования по «бездокументарным ценным бумагам»). Управление земельными ресурсами государства осуществляет Госкомитет по земельным ресурсам и землеустройству (Роскомзем) и его территориальные (региональные) органы; использование находящихся в публичной собственности памятников истории и культуры - Министерство культуры и его органы, в соответствии с законом выполняющие функции органов охраны таких памятников;

1 Операции со средствами республиканского бюджета РФ, в том числе его осуществление и контроль за его исполнением, а также управление его доходами и расходами осуществляет Федеральное казначейство РФ и его территориальные органы, входящие в общую систему Министерства финансов РФ (см.: Положение о Федеральном казначействе Российской Федерации, утвержденное постановлением Правительства РФ от 27 августа 1993 г. № 864 // САПП РФ. 1993. № 35. Ст. 3320; СЗ РФ. 1995. № 8. Ст. 681).

2 В настоящее время Госкомитет РФ по управлению государственным имуществом преобразован в Министерство государственного имущества РФ.

распоряжение изъятыми предметами контрабанды на основании правил таможенного законодательства осуществляют таможенные органы и т. д.1 Определенные законом государственные органы исполнительной власти выступают в роли государственных заказчиков в договорах поставки и подряда для государственных нужд (ср. ст. 764 ГК); в роли субъектов некоторых исключительных прав, принадлежащих федеральному государству, и т. д.

2. Случаи участия публично-правовых образований в гражданских правоотношениях

1. Участие государства и иных публично-правовых образований в вещных отношениях

Материальную базу для самостоятельного участия публично-правовых образований в гражданских правоотношениях составляет имущество, принадлежащее им на праве собственности. Российская Федерация, ее субъекты и муниципальные образования являются собственниками своего имущества и в этом качестве участвуют в отношениях собственности и иных вещных правоотношениях. Как собственники своего имущества публично-правовые образования независимы друг от друга и выступают в гражданских правоотношениях как вполне самостоятельные, равноправные и имущественно обособленные субъекты. Попытки федерального государства устанавливать для других публичных собственников случаи распоряжения их имуществом, например определять объекты приватизации, не могут быть признаны основанными на законе. Не случайно ст. 217 ГК разрешает устанавливать специальным законодательством лишь «порядок» (способы, процедуру) приватизации, но не ее объекты («случаи»).

1 Следует отметить, что действующее законодательство не предусматривает случаев непосредственного участия в гражданских правоотношениях от имени Российской Федерации и ее субъектов высших органов государственной власти - Президента РФ, Федерального Собрания РФ, глав администраций или законодательных органов субъектов Федерации, как иногда ошибочно указывается в литературе (Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой / Отв. ред. О. Н. Садиков. С. 169-170; Гражданское право России. Курс лекций. Часть первая. С. 112). Более того, указанные высшие органы публичной власти не выступают в имущественном обороте и от собственного имени, ибо имеют совершенно иные функции и задачи. Для материального обеспечения их деятельности создаются самостоятельные юридические лица - управления делами, финансово-хозяйственные отделы и т. п., выступающие в организационно-правовой форме учреждений или унитарных предприятий.

Именно поэтому Российская Федерация не отвечает своей казной по обязательствам своих субъектов или муниципальных образований, а последние не отвечают своим имуществом по обязательствам друг друга или Российской Федерации, если только кто-либо из них не принял на себя специальную гарантию (поручительство) по обязательствам другого субъекта (п. 4-6 ст. 126 ГК). Публично-правовые образования располагают некоторыми особыми возможностями приобретения имущества в собственность. Так, в случае обнаружения клада, содержащего вещи, относящиеся к памятникам истории и культуры, они подлежат обязательной передаче в государственную собственность (п. 2 ст. 233 ГК). Бесхозяйные недвижимости, а также находки и безнадзорные животные при определенных условиях по указанию закона переходят в муниципальную собственность (п. 3 ст. 225, п. 2 ст. 228, п. 1 ст. 231 ГК). Основаниями возникновения права государственной или муниципальной собственности на имущество являются также отчуждение у частного собственника вещей, изъятых из оборота или ограниченных в обороте (п. 2 ст. 238 ГК), и изъятие недвижимости для государственных или муниципальных нужд (ст. 239 ГК), а для государственной собственности - выкуп бесхозяйственно содержимых культурных ценностей, реквизиция, конфискация и национализация частного имущества (ст. 240, 242, 243, 306 ГК). Вместе с тем только эти собственники производят отчуждение своего определенного имущества частным лицам в порядке приватизации. Публично-правовые образования могут быть субъектами некоторых ограниченных вещных прав (сервитутного типа). Они вправе использовать вещно-правовые и другие способы защиты своих прав и законных интересов, предъявляя соответствующие иски в общем порядке, установленном законодательством. Публично-правовые образования могут быть наследниками по завещанию, а также становятся собственниками выморочного имущества. Таким образом, они могут быть участниками наследственных отношений1. В зависимости от того, какие объекты входят в состав выморочного имущества (движимые или недвижимые вещи, ценные бумаги, банковские вклады и т. д.), определяются и органы публичной власти, участвующие в данных правоотношениях от имени публично-правовых образований.

1 Действующий в этой части ГК 1964 г говорит о переходе выморочного имущества к «государству» (государственным образованиям), тогда как проекттретьей части ГК РФ исходит из необходимости передачи такого имущества муниципальным образованиям.

В качестве собственников они вправе создавать юридические лица, наделяя их необходимым имуществом. Создание унитарных предприятий - несобственников (субъектов права хозяйственного ведения) разрешено теперь только публично-правовым образованиям (а создание казенных предприятий - субъектов права оперативного управления - только федеральному государству). Учредителями унитарного предприятия обычно выступают органы исполнительной власти по согласованию с комитетами по управлению государственным или муниципальным имуществом, а учредителем казенного предприятия в соответствии со ст. 115 ГК должно выступать Правительство РФ (на практике оно обычно передает свои полномочия федеральным органам исполнительной власти). Органы исполнительной власти - министерства и ведомства (по согласованию с комитетами по управлению имуществом) в большинстве случаев выступают учредителями государственных учреждений, передавая им имущество на праве оперативного управления. С позиций гражданского права речь во всех этих случаях идет о создании юридических лиц - несобственников публично-правовыми образованиями, сохраняющими право собственности на их имущество.

2. Участие публично-правовых образований в корпоративных отношениях

Государственные и муниципальные образования могут создавать новых собственников - хозяйственные общества и товарищества - за счет своего имущества или совместно с другими субъектами гражданского права. Однако учредителями таких обществ от их имени могут выступать лишь соответствующие комитеты или фонды имущества. Иные государственные или муниципальные органы не вправе ни сами, ни от имени публично-правовых образований выступать в роли учредителей или участников хозяйственных обществ либо в качестве вкладчиков в товариществах на вере (п. 4 ст. 66 ГК). Ведь по своему гражданско-правовому статусу все они являются не коммерческими организациями, а учреждения-ми-несобственниками со специальной правоспособностью. Как акционеры и участники других хозяйственных обществ и товариществ публично-правовые образования через уполномоченных ими лиц становятся участниками корпоративных гражданско-правовых отношений. Их представители участвуют в деятельности таких коммерческих организаций от имени публично-правовых образований и в соответствии с их указаниями как на общих собраниях, так и в органах управления (исполнительных). Более того, государственные и муниципальные образования вправе на указанных выше условиях создавать хозяйственные общества со своим преобладающим или даже единоличным участием («компании одного лица», «государственные корпорации»).

3. Участие публично-правовых образований в обязательственных отношениях

Государственные и муниципальные образования могут быть субъектами различных обязательств, возникающих как из договоров, так и из внедоговорных отношений. В сфере договорных связей наиболее распространены случаи их выступления в качестве государственных заказчиков в договорах поставки или подряда для государственных нужд (где от их имени могут выступать как государственные органы, так и иные уполномоченные ими на это лица), а также в роли заемщиков или заимодавцев в договорах займа или кредита. В последних случаях от имени государственного или муниципального образования практически всегда выступает соответствующий финансовый орган (министерство или управление финансов и т. п.). Такие отношения могут также оформляться выпуском облигаций или иных государственных и муниципальных ценных бумаг (в том числе в «бездокументарной форме»), выполняющих функции облигаций («казначейских векселей» или «казначейских обязательств», «золотых сертификатов» Минфина и т. д.). Для более эффективного использования находящегося в публичной собственности имущества государственные и муниципальные образования могут обращаться к профессиональным управленческим компаниям, банкам и другим коммерческим организациям или предпринимателям, заключая с ними договоры поручения, комиссии, агентирования или доверительного управления государственным или муниципальным имуществом (например, недвижимостью в виде имущественных комплексов, пакетами акций или других ценных бумаг, «финансовыми инвестициями» или «кредитными ресурсами», т. е. правами требования, и т. д.). С соблюдением указанных ранее условий публично-правовые образования могут быть участниками и других гражданско-правовых сделок, в том числе многосторонних (например, договоров о совместной деятельности) и односторонних. В частности, в силу правила п. 1 ст. 1063 ГК Российская Федерация, ее субъекты и муниципальные образования могут выступать в качестве организаторов лотерей, тотализаторов (взаимных пари) и других основанных на риске игр - «алеаторных сделок» (от лат. alea-игральная кость). От имени федерального государства как кредитора в делах о несостоятельности (банкротстве) коммерческих организаций выступает Федеральное управление по делам о несостоятельности (банкротстве) при Мингосимуществе РФ. По поручению субъектов Федерации или органов местного самоуправления Федеральное управление по банкротству может представлять их интересы при решении вопросов о несостоятельности (банкротстве) коммерческих организаций, учрежденных ими (или с их участием). Публично-правовые образования являются также субъектами ответственности за вред, причиненный гражданам или юридическим лицам незаконными действиями государственных органов, органов местного самоуправления либо их должностных лиц (ст. 16, 1069 ГК). Иначе говоря, они могут выступать в качестве участников обязательств из причинения вреда (деликтных). Разновидностью (частным случаем) такой ответственности является ответственность за вред, причиненный вследствие издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, а также ответственность за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры или суда (ст. 1070 ГК). Имущественный вред, причиненный гражданам и юридическим лицам такого рода действиями публичной власти, подлежит возмещению за счет соответствующей казны (Российской Федерации, ее субъекта, муниципального образования), т. е. прежде всего за счет бюджетных (денежных) средств, а при их отсутствии - за счет иного составляющего казну имущества, кроме имущества, изъятого из оборота (п. 1 ст. 126 ГК)1. Поэтому ответчиками по соответствующим искам по общему правилу выступают финансовые органы.

4. Участие государства в исключительных (неимущественных) правоотношениях

В сфере исключительных (изобретательских, авторских, «смежных» и тому подобных) прав субъектом правоотношений в определенных законом случаях может становиться федеральное государство (но не иные государственные и муниципальные образования).

1 См. п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 1 июля 1996 г. «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой ГК РФ».

Так, в соответствии со ст. 9 Патентного закона Федеральный фонд изобретений России (а в его лице - федеральное государство) может приобретать права патентообладателя на отобранные им изобретения, полезные модели, промышленные образцы с целью реализации этих прав в интересах государства. Специально уполномоченный федеральный орган исполнительной власти осуществляет охрану авторских прав умершего автора в течение срока их действия при отсутствии наследников (п. 2 ст. 27 Закона об авторском праве и смежных правах), т. е., по сути, выполняет некоторые функции наследника авторского права. Вместе с тем участие федерального государства как самостоятельного субъекта гражданских правоотношений, возникающих в данной сфере, носит исключительный характер, обусловленный особой общественной (публичной) значимостью использования некоторых охраняемых объектов. По общему правилу государство не становится и не может становиться субъектом не только авторских и изобретательских (патентных), но даже и других «промышленных прав», например на товарный знак или знак обслуживания.

5. Участие государства во внешнем (международном) гражданском обороте

Самостоятельными участниками рассматриваемых гражданско-правовых отношений могут быть лишь государственные, но не муниципальные образования. Российская Федерация является собственником имущества, находящегося за рубежом, в том числе и недвижимого (включая определенное имущество бывшего Союза ССР и его организаций). От имени федерального государства в этих отношениях выступает Мингосимущество РФ, которое также осуществляет защиту и надлежащее оформление прав собственности на данное имущество и управляет им (за исключением федерального имущества, переданного в оперативное управление соответствующим федеральным организациям и учреждениям). Кроме того, оно же выступает от имени Российской Федерации в качестве учредителя или участника находящихся за рубежом хозяйственных обществ, товариществ и других юридических лиц1.

1 См.: постановление Правительства РФ от 5 января 1995 г. § 14 «Об управлении федеральной собственностью, находящейся за рубежом» //СЗ РФ. 1995. № 3. Ст. 203.

На основе гражданско-правовых (а не только международных, т. е. публично-правовых) договоров и гарантий могут осуществляться как государственные внешние займы Российской Федерации, так и предоставление ею кредитов иностранным государствам, их юридическим лицам и международным организациям. Стороной таких сделок является Российская Федерация обычно в лице Правительства РФ1. Гражданско-правовые соглашения о государственных займах и кредитах, в том числе оформленных выпуском облигаций, под собственную ответственность могут теперь заключать и субъекты РФ (государственные образования). Федеральное государство выступает также стороной во внешнеторговых сделках, заключенных российскими торговыми представительствами за рубежом, и несет по ним имущественную ответственность. Вместе с тем ни торговые представительства, ни федеральное государство в целом не отвечают по сделкам, заключенным внешнеторговыми (в том числе государственными) организациями как самостоятельными юридическими лицами (а эти организации, в свою очередь, не отвечают по обязательствам торгпредств или государства). Субъектом гражданско-правовых отношений может выступать и иностранное государство, будучи, в частности, собственником определенного имущества или иностранным инвестором на российской территории2. Однако его правосубъектность будет определяться по правилам его национального законодательства (где оно чаще всего считается юридическим лицом публичного права) и с учетом соответствующих международно-правовых соглашений.

6. Судебный иммунитет государства

Участие государства как партнера по сделке во внешнеэкономическом обороте само по себе не дает возможности привлечения его к ответственности за невыполнение своих обязательств в иностранном суде, поскольку этим нарушался бы суверенитет государства. Наше действующее законодательство традиционно исходит из принципа абсолютного судебного иммунитета иностранного государства и его имущества на российской территории и требует аналогичного понимания иммунитета нашего государства (ст. 435 ГПК 1964 г.). В соответствии с этим подходом без прямого на то согласия компетентного органа иностранного государства к нему не может быть ни предъявлен иск в суде, ни обращено взыскание на его имущество.

1 По уполномочию федерального Правительства, оформленному в виде постановления, такие соглашения могут заключаться и от имени федеральных органов исполнительной власти или российских юридических лиц (ст. 3 Федерального закона от 26 декабря 1994 г. «О государственных внешних заимствованиях Российской Федерации и государственных кредитах, предоставляемых Российской Федерацией иностранным государствам, их юридическим лицам и международным организациям» // СЗ РФ. 1994 № 35. Ст. 3656). Но юридически стороной этих соглашений все равно будет считаться Российская Федерация.

г См. ст. 1 Закона об иностранных инвестициях в РСФСР (ВВС РСФСР. 1991. № 22. Ст 1008; САПП РФ. 1993. № 52. Ст. 5086; СЗ РФ 1995. № 26. Ст. 2397). В некоторых случаях государство само отказывается от судебного иммунитета, например с целью привлечения иностранных инвестиций. Так, в ряде соглашений о взаимной защите капиталовложений, заключенных Российской Федерацией с иностранными государствами, содержится правило о рассмотрении возможных имущественных (гражданско-правовых) споров принимающего государства с иностранным инвестором в международном коммерческом арбитраже (третейском суде)1. В законодательстве и судебной практике многих зарубежных стран и в некоторых международных конвенциях в последние десятилетия получила распространение так называемая доктрина ограниченного (функционального) иммунитета. В соответствии с ней предполагается, что государство (публично-правовое образование), осуществляя частноправовую, коммерческую деятельность в международном имущественном обороте, тем самым отказывается от судебного иммунитета по вытекающим из нее требованиям2. Такой подход действительно последовательно уравнивает государство с другими участниками частноправовых отношений в сфере международных коммерческих связей. Российское законодательство предполагает принятие специального закона об иммунитете государства и его собственности (ст. 127 ГК), который и должен урегулировать эти проблемы для Российской Федерации и ее субъектов. Разумеется, такой закон будет распространяться лишь на сферу внешнеэкономической деятельности нашего государства и обязывать лишь его органы, а не иностранные суды.

Дополнительная литература

Братусь С. Н. Субъекты гражданского права. М., 1950 (гл. XIV);

Комментарий части первой Гражданского кодекса Российской Федерации для предпринимателей. М., 1995 (гл. 5);

Мейер Д. И. Русское гражданское право. Ч. 1 (переиздание с публикации 1902 г.). М., 1997 (§ 19);

Советское гражданское право. Субъекты гражданского права / Под ред. С. Н. Братуся. М., 1984 (гл. 13).

1 Согласно ст. 23 Закона «О соглашениях о разделе продукции» (СЗ РФ. 1996. № 1. Ст. 18) в таких соглашениях с иностранными гражданами и юридическими лицами может предусматриваться отказ государства от судебного иммунитета. 2 См.: Комментарий части первой Гражданского кодекса Российской Федерации для предпринимателей. С 170-171 (автор раздела -В. П. Звеков).

Глава 9. Объекты гражданских правоотношений

1. Понятие и виды объектов гражданских правоотношений

1. Понятие объекта гражданских правоотношений

Объекты гражданских правоотношений - это различные материальные (в том числе вещественные) и нематериальные (идеальные) блага либо процесс их создания, составляющие предмет деятельности субъектов гражданского права.

Названные объекты нередко именуют объектами гражданских прав (как это, в частности, делает Гражданский кодекс). Как известно, объектом правового регулирования может быть только поведение людей (их деятельность), а не сами по себе разнообразные явления окружающей действительности, например вещи или результаты творческой деятельности. Поэтому считается, что именно оно и составляет объект гражданских правоотношений, тогда как вещи и иные материальные и нематериальные блага, в свою очередь, составляют объект (или предмет) соответствующего поведения участников (субъектов) правоотношений. На этом основываются традиционные попытки разграничения понятий «объект гражданского правоотношения» (под которым понимается поведение участников) и «объект гражданских прав» (под которым понимаются материальные или нематериальные блага). Однако такие блага становятся объектами не только прав, но и обязанностей, которые в совокупности как раз и составляют содержание правоотношений. Таким образом, категория объекта гражданских прав совпадает с понятием объекта гражданских правоотношений (либо понятие объекта гражданских прав следует признать условным и весьма неточным). В действительности поведение участников правоотношений невозможно рассматривать изолированно от тех объектов, по поводу которых оно осуществляется, ибо такое поведение никогда не является беспредметным и бесцельным. Смысл категории объектов гражданских правоотношений (объектов гражданских прав) заключается в установлении для них определенного гражданско-правового режима, т. е. возможности или невозможности совершения с ними определенных действий (сделок), влекущих известный юридический (гражданско-правовой) результат. Ясно, что такой режим на самом деле устанавливается не для различных благ, а для людей, совершающих по поводу этих благ различные юридически значимые действия. Иначе говоря, он определяет именно поведение участников правоотношений, касающееся соответствующих материальных и нематериальных благ. В силу этого объектом гражданских правоотношений (или объектом гражданских прав) можно было бы признать правовой режим разнообразных благ, а не сами эти блага. Ведь именно этим (а не своими физическими свойствами) отличаются друг от друга различные объекты гражданского оборота, и именно эта их сторона имеет значение для гражданского права. Тем не менее по сложившейся традиции и при известном упрощении ситуации к числу таких объектов относят именно материальные и нематериальные блага либо деятельность по их созданию, имея в виду, что в связи с ними (по их поводу) и возникают соответствующие права и обязанности, реализуемые в поведении участников правоотношений Почти все рассматриваемые объекты могут быть охвачены также понятием объектов гражданского (имущественного) оборота. Лишь личные неимущественные блага не могут быть объектом оборота, поскольку они неотчуждаемы от их обладателей. Однако гражданские правоотношения во всяком случае могут возникать по поводу их защиты. Поэтому понятие объекта гражданских правоотношений (объекта гражданских прав) оказывается шире понятия объекта гражданского оборота.

2. Виды объектов гражданских правоотношений

К числу материальных благ как объектов гражданских правоотношений относятся вещи, а также результаты работ или услуг, имеющие материальную, вещественную форму (например, результат строительства или ремонта какого-либо материального объекта). В этом смысле материальным благом может являться не только вещь, но и деятельность по созданию или улучшению вещей, и даже деятельность по оказанию иных материальных услуг. Поэтому в данную группу объектов включаются и услуги, не сопровождающиеся созданием или изменением вещей, но создающие известный полезный эффект материального, хотя и не обязательно овеществленного характера (например, услуги по хранению вещей, перевозке пассажиров и багажа или услуги оздоровительного либо культурно-зрелищного характера). Все эти объекты объединяет их экономическая природа как товаров, объективно требующих для себя гражданско-правового оформления (режима). Вместе с тем следует различать вещи как имеющие товарную форму предметы материального мира (объекты вещных прав) и иные материальные блага, например работы, услуги, другие чужие действия, т. е. поведение обязанных лиц (объекты обязательственных прав). Ведь вклад в банке или пай (доля) в имуществе товарищества, общества или кооператива представляют собой не вещи, а возможности (права) требования определенного поведения от обязанных лиц. Поэтому по поводу таких материальных благ и складываются особые (обязательственные, либо членские, или корпоративные) правоотношения. Следовательно, такое «бестелесное имущество», как, например, обязательственные права требования или пользования, тоже является объектом гражданских прав. К нематериальным благам относятся результаты творческой деятельности (произведения науки, литературы и искусства, изобретения и т. п.) и некоторые другие сходные с ними по своей природе объекты (объекты «промышленных прав» в виде промышленных образцов, товарных знаков, фирменных наименований и т. д., отдельные виды информации и т. п.), а также личные неимущественные блага, пользующиеся гражданско-правовой защитой. Нематериальные блага, за исключением личных неимущественных, также приобретают экономическую форму товаров, что и дает им возможность становиться объектами имущественного оборота (объекты исключительных прав). Следовательно, экономическое понятие товара как объекта товарного (имущественного) оборота в гражданском праве воплощается не только в вещах, но и в иных, в том числе нематериальных, объектах. Категория товара в известном смысле может служить синонимом категории объекта гражданских правоотношений (объекта гражданских прав), если не учитывать в числе последних личные неимущественные блага. Иначе говоря, подавляющее большинство объектов гражданских прав выступает в форме товаров и в силу этого входит в понятие объектов гражданского (имущественного) оборота. Таким образом, к объектам гражданских прав (правоотношений) относятся:

1) вещи и иное имущество, в том числе имущественные права;

2) действия (работы и услуги либо также их результаты как вещественного, так и неовеществленного характера);

3) нематериальные объекты товарного характера (результаты творческой деятельности и способы индивидуализации товаров и их производителей);

4) личные неимущественные блага (ср. ст. 128 ГК).

3. Объекты гражданских прав и гражданские правоотношения

Различный характер названных объектов гражданских правоотношений предполагает и различия в содержании самих правоотношений, возникающих по их поводу. Так, вещи являются объектами вещных прав, тогда как действия, а также имущественные права и обязанности могут быть объектами обязательственных либо корпоративных прав, но не вещных отношений. Результаты творческой деятельности, имеющие свойства товара, становятся объектами исключительных прав. Иначе говоря, определенным группам объектов гражданских прав соответствуют и различные разновидности гражданских правоотношений. С этой точки зрения следует различать объекты вещных, обязательственных, корпоративных (членских) и исключительных прав. Такое разграничение имеет важное юридическое значение, ибо предопределяет различия в правовом режиме конкретных объектов. К сожалению, в практической деятельности нередко допускается необоснованное смешение различных правовых режимов. Так, акционеров иногда рассматривают как «собственников прав», выраженных акциями, либо даже как собственников имущества акционерного общества. Нередко пытаются осуществить «куплю-продажу» «бездокументарных ценных бумаг» (т. е. определенных прав требования, не закрепленных в документарной, вещественной форме) либо их «истребование» от неуправомоченного приобретателя, вместо того чтобы произвести возмездную уступку прав или предъявить требование о признании соответствующего права. Имели место попытки «аренды прав» на недвижимость (или сдачи в «аренду» места на бирже), под которой в действительности имелась в виду субаренда (или уступка права на время или под условием). Смешение правового режима объектов вещных и иных (прежде всего обязательственных) прав у нас сейчас во многом объясняется влиянием англо-американских правовых представлений. В этом правопорядке щринято различать «вещи во владении» (choses in posessiorr) т. е. вещи, которыми можно физически обладать, и «вещи в требовании» (choses in action), т. е. различные права [что, в свою очередь, можно считать буквальным использованием понятия «нетелесные вещи» (res incorporates), известного римскому частному праву]. Однако в европейской континентальной правовой системе режим вещей и режим прав четко различаются. Так, § 90 Гражданского кодекса Германии прямо указывает, что вещами могут быть только «телесные предметы». Кроме того, при таком подходе всякому объекту, имеющему экономические свойства товара, пытаются придать юридический режим вещи, объявляя его объектом вещного права (обычно права собственности). Вещи, безусловно, являются товаром в экономическом смысле, однако свойствами товара обладает гораздо более широкий круг объектов. Им, в частности, охватываются объекты так называемой интеллектуальной собственности, т. е. нематериальные, по сути, результаты творческой деятельности, а также средства индивидуализации товаров и их производителей (так называемые промышленные права, или «промышленная собственность»). Речь идет об объектах нематериального характера (научных и технических идеях и решениях, воплощенных в форме чертежей, технических устройств, магнитных записей или дисков; художественных образах, выраженных в рукописях и других художественных произведениях, и т. п.), а также об определенных символах (фирменных наименованиях, товарных знаках и т. д.), которыми невозможно обладать физически, в качестве вещи. Ведь обладание материальным носителем идеи (например, чертежом, прибором или рукописью) вовсе не делает его приобретателя собственником, т. е. монопольным обладателем соответствующей идеи, ибо в принципе ничто не мешает их создателю (автору) вновь воспроизвести соответствующий материальный носитель, коль скоро идея или символ сохранились в его сознании. Более того, и в случае возмездного приобретения такого объекта у автора новый обладатель не вправе без согласия автора менять содержание и даже форму данного объекта, считать себя, а не автора его создателем и т. д. Таким образом, понятие «интеллектуальной собственности» является условным и применяется к объектам не вещных, а исключительных прав (ст. 138 ГК). Аналогичный по сути вывод следует сделать и по поводу коммерческой информации как объекта гражданского права. Ее товарный характер и коммерческая ценность отнюдь не превращают ее в вещь (точно так же, как и сама информация не может быть отождествлена с ее материальным носителем, например с чертежами или рукописью). При наличии указанных в п. 1 ст. 139 ГК признаков такая информация становится охраноспособной. Однако ее правовая охрана не может осуществляться с помощью тех же способов, что и охрана вещей (ибо, например, даже возврат в неприкосновенности неправомерно скопированных чертежей все равно не восстанавливает их коммерческую, ценность). Поэтому для охраноспособной коммерческой информации, носящей название ноу-хау-от англ, know-how, т. е. знать, как (сделать что-либо), устанавливается режим объекта обязательственного, а не вещного права (при заключении с ее обладателем договора об условиях ее использования). Правовой режим конкретных объектов вещных, корпоративных, исключительных и обязательственных прав подробнее освещается при рассмотрении соответствующих конкретных тем курса. В настоящей главе рассматривается лишь общий правовой режим вещей (имущества) как основного, наиболее часто встречающегося объекта гражданских прав.

4. Имущество как объект гражданских правоотношений

Основная часть гражданских правоотношений носит имущественный характер, имея объектом то или иное имущество. В строгом смысле слова имущество представляет собой совокупность принадлежащих субъекту гражданского права вещей, имущественных прав и обязанностей. Принадлежащие лицу вещи и имущественные права (например, право получения объявленного дивиденда по принадлежащим ему акциям или право требовать возврата данных взаймы другому лицу денег) составляют актив его имущества (иногда называемый также наличным имуществом), а обязанности (долги) составляют пассив этого имущества1.

1 Следует иметь в виду, что бухгалтерские понятия актива и пассива не совпадают полностью с гражданско-правовыми. Так, в пассив в бухгалтерском смысле включаются заемные средства, которые с позиций гражданского права становятся объектом собственности заемщика (п. 1 ст. 807 ГК), т. е. его активом, и в этом качестве могут стать объектом взыскания его кредиторов (а в пассив имущества включается долг перед заимодавцем, т. е. обязанность возврата денег).

Состав и стоимость (объем) принадлежащего субъекту гражданского права имущества важны прежде всего потому, что его активом (наличным имуществом) прямо или косвенно определяются пределы возможной ответственности этого субъекта по долгам перед другими участниками гражданских правоотношений, а тем самым и реальные возможности его участия в гражданском (имущественном) обороте, ибо здесь мало кто захочет иметь дело с имущественно несостоятельным субъектом. Поэтому у каждого участника гражданского оборота непременно есть какое-то имущество, причем одно (единое)1. Иное дело, что наличное имущество конкретного лица может быть как весьма значительным, так и ничтожно малым или обремененным большим количеством долгов, поэтому его контрагенты в обороте либо удостоверяются в наличии определенного имущества, либо несут риск невозможности удовлетворения своих потенциальных требований. Уже из этого видно, что под имуществом в одних случаях понимается совокупность принадлежащих лицу вещей, а также имущественных прав и обязанностей, а в других - только наличное имущество, т. е. актив имущества в виде вещей и имущественных прав. Иногда и закон, и сложившееся словоупотребление придают понятию имущества еще более узкое значение. В его состав при этом включаются только вещи, принадлежащие конкретному лицу (когда, например, говорится об истребовании имущества из чужого незаконного владения или о причинении вреда имуществу лица). Следовательно, понятие имущества в гражданском праве многозначно. Поэтому необходимо всякий раз путем толкования уяснять значение этого термина в конкретной правовой норме.

§ 2. Вещи как объекты гражданских правоотношений

1. Понятие вещи

Вещами в гражданском праве признаются материальные, физически • осязаемые объекты, имеющие экономическую форму товара.

1 Российское гражданское право знает одно исключение из этого правила. Учреждения в соответствии с п. 2 ст. 298 ГК могут иметь два вида имущества с различным правовым режимом и даже с различным пассивом (долгами), причем не будучи собственниками ни того ни другого. Это изъятие связано с необходимостью сохранения на переходный период юридических конструкций особых вещных прав «оперативного управления» и «хозяйственного ведения», не известных ни классической цивилистике, ни развитым правопорядкам.

Вещи являются результатами труда, имеющими в силу этого определенную материальную (экономическую) ценность. К ним относятся не только традиционные орудия и средства производства или разнообразные предметы потребления. Вещами являются наличные деньги и ценные бумаги (ст. 128 ГК). К числу вещей в гражданском праве относятся также различные виды энергетических ресурсов и сырья, произведенных или добытых человеческим трудом и потому ставших товаром. Так, объектом гражданских прав, в частности права собственности, не может быть атмосферный воздух в его естественном состоянии (хотя у нас время от времени предпринимаются законодательные попытки объявить его таковым). Иное дело воздух или его составные части, измененные либо обособленные под воздействием труда человека (нагретый воздух - пар, «сжиженный воздух» - газ, «сжатый воздух» с помощью компрессора и т. д.). Они становятся товаром и объектом гражданского оборота. Исключение в этом отношении составляет земля и другие природные ресурсы, которые, как правило, не являются результатами труда (если не считать специально улучшенных, например мелиорированных земель или искусственных лесопосадок). Эти объекты так или иначе тоже вовлекаются в товарный оборот, хотя именно отсутствие у них свойств, присущих результатам чьего-то труда, а также их естественная ограниченность дают основания для предложений об установлении для них особого правового режима (типа никому не принадлежащего «объекта достояния народа»). В качестве объектов гражданских правоотношений земельные участки, участки недр, обособленные водные объекты и другие природные ресурсы тоже относятся к категории вещей. Вещи становятся объектами права собственности и других вещных прав. Ряд обязательственных отношений также связан с вещами, имея их объектом соответствующих действий обязанной стороны (должника), например, в обязательствах купли-продажи, аренды, подряда, перевозки грузов, причинения вреда имуществу. Однако понятие вещей в гражданском праве не безгранично. Как уже отмечалось, не являются вещами входящие в состав имущества права требования и пользования (res incorporates), а также объекты исключительных прав и охраноспособная информация (ноу-хау).

2. Оборотоспособиость вещей

Важнейшим критерием классификации вещей в гражданском праве выступает их оборотоспособность, т. е. способность служить объектом имущественного оборота (различных сделок) и менять своих владельцев (собственников). С этой точки зрения все вещи делятся на три группы (ст. 129 ГК). Одни из них могут свободно, без специального разрешения публичной власти, переходить от одного лица к другому в результате гражданско-правовых сделок. Такие вещи, разрешенные в обороте, составляют большинство вещей. Другие вещи могут принадлежать лишь определенным участникам оборота (например, большинство видов вооружения, за исключением некоторых видов стрелкового и холодного оружия) либо находиться в обороте по специальному разрешению публичной власти (например, иностранная валюта и валютные ценности). Такие вещи относятся к категории вещей, ограниченных в обороте (или ограниченно оборотоспособных вещей). Так, в соответствии со ст. 141 ГК специальным законом определяется порядок совершения сделок с валютными ценностями1. В частности, покупка и продажа иностранной валюты допускается только через специально уполномоченные российские банки, ввоз и вывоз валютных ценностей через границу осуществляется с соблюдением специальных таможенных правил и т. п. Сделки по отчуждению и приобретению памятников истории и культуры требуют уведомления публичной власти (органов управления культурой), поскольку государство имеет преимущественное право их покупки2.

1 Согласно п. 1 ст. 4 Закона о валютном регулировании и валютном контроле (ВВС РФ. 1992. № 45. Ст. 2542) к валютным ценностям относятся иностранная валюта и ценные бумаги в иностранной валюте, а также драгоценные металлы в любом виде и состоянии и драгоценные камни и жемчуг (за исключением сделанных из них ювелирных и бытовых изделий и их лома, на которые, следовательно, соответствующие ограничения не распространяются). Порядок совершения сделок с драгоценными металлами, драгоценными камнями и жемчугом на основании п. 2 ст. 3 данного Закона устанавливается федеральным Правительством (см., например: Положение о совершении сделок с драгоценными металлами на территории РФ, утвержденное постановлением Правительства РФ от 30 июня 1994 г. № 756 // СЗ РФ. 1994. № 11. Ст. 1291). 2 Ст. 5 Закона об охране и использовании памятников истории и культуры (ВВС РСФСР. 1978. № 51. Ст. 1387; 1985. № 4. Ст. 117).

Наконец, некоторые вещи изъяты из оборота, т. е. не могут служить предметом сделок и изменять собственника. К их числу, например, относится большинство природных ресурсов (богатства континентального шельфа и морской экономической зоны, участки недр, многие виды земельных участков и водных объектов, природные целебные источники и др.)1 Собственником таких вещей может являться только государство, как правило федеральное. Виды вещей, которые изымаются из оборота, должны быть прямо указаны в федеральном законе, а вещи, оборотоспособность которых ограничена, определяются либо законом, либо в установленном им порядке подзаконными актами (п. 2 ст. 129 ГК). Таким образом, исключение или ограничение оборотоспособности вещей находится под прямым законодательным контролем и представляет собой изъятие, прямо предусмотренное законом.

3. Движимые и недвижимые вещи

Важное юридическое значение имеет деление вещей на движимые и недвижимые (ст. 130 ГК). К недвижимости закон относит земельные участки, участки недр и все вещи, прочно связанные с землей, т. е. неотделимые от нее без несоразмерного ущерба их хозяйственному назначению (жилые дома и другие здания и сооружения, многолетние насаждения и леса, обособленные водные объекты и т. п.). К недвижимым вещам закон может отнести и иное, аналогичное по сути имущество. Так, жилищное законодательство относит к объектам недвижимости квартиры и иные жилые помещения в жилых домах и других строениях, пригодные для постоянного и временного проживания (ст. 1 Закона об основах федеральной жилищной политики). Поскольку такие объекты неотрывны от места их нахождения, а сделки с ними могут совершаться и в другом месте, приобретателям и другим участникам оборота необходимо точно знать правовое положение конкретного объекта (например, не находится ли этот дом или земельный участок в залоге, имеются ли у кого-либо права пользования им и т. д.), так как это влияет на цену и другие условия сделок.

1 Конституция РФ в п. 2 ст. 9 признает возможность нахождения в частной собственности (а следовательно, и в имущественном обороте) земли и других природных ресурсов. Однако оборот этих объектов, составляя предмет гражданско-правового регулирования, допустим лишь в той мере, в какой эти объекты признаны оборотоспособными законами о земле и других природных ресурсах, а не актами гражданского законодательства (п. 3 ст. 129 ГК). В частности, оборотоспособными в настоящее время можно признать лишь те земельные участки, которые уже принадлежат на праве собственности гражданам и юридическим лицам (см. гл. 16 настоящего учебника).

Узнать все это можно по результатам специальной государственной регистрации прав на недвижимость и сделок с нею, которая предусмотрена законом (ст. 131 ГК)1. Такая регистрация является юридическим актом признания и подтверждения государством (публичной властью) возникновения, ограничения (обременения), перехода или прекращения прав на недвижимость и служит единственным доказательством существования зарегистрированных прав. Эти права могут быть оспорены только в судебном порядке. Государственной регистрации подлежат вещные права, а также права аренды и доверительного управления и сделки с земельными участками, участками недр или обособленными водными объектами, лесами и многолетними насаждениями, зданиями, сооружениями, жилыми помещениями, предприятиями и кондоминиумами как имущественными комплексами. Регистрация осуществляется учреждениями юстиции по регистрации прав на недвижимость в Едином государственном реестре и удостоверяется выдачей свидетельства о государственной регистрации прав на недвижимость. Сведения, содержащиеся в Едином государственном реестре прав на недвижимость, имеют открытый характер и могут быть предоставлены любому лицу по любому объекту недвижимости. Отказ в государственной регистрации может быть обжалован в суд. С другой стороны, отсутствие обязательной государственной регистрации некоторых тесно связанных с землей объектов, например незавершенного строительства, порождает сомнения в их юридической природе как недвижимости (ср. абз. 1 п. 1 ст. 130 и ст. 219 ГК; ст. 25 Закона о государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним). Таким образом, к недвижимым по общему правилу относятся вещи, прочно связанные с землей не только физически, но и юридически, поскольку их использование по прямому назначению невозможно в отсутствие каких-либо прав на соответствующий земельный участок.

1 См.: Закон о государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним (СЗ РФ. 1997. № 30. Ст. 3594). Аналогичная регистрация, осуществляемая до введения в действие данного Закона различными органами (см. п. 14 Указа Президента РФ от 28 февраля 1996 г. № 293 «О дополнительных мерах по развитию ипотечного кредитования» // СЗ РФ, 1996. № 10. Ст. 880), сохраняет юридическую силу, как и приобретенные до этого момента без регистрации права на недвижимость, которые могут быть зарегистрированы по желанию их обладателей (п. 1 ст. 6 Закона).

Государственную регистрацию прав на недвижимость, имеющую гражданско-правовое значение, не следует смешивать с кадастровым и иным техническим учетом (инвентаризацией) отдельных видов недвижимости, имеющей фискальное или иное публично-правовое значение. Такая регистрация или учет осуществляются наряду с государственной регистрацией прав на недвижимость (п. 2 ст. 131 ГК), однако не имеют правопорождающего значения и не влияют на действительность совершенных сделок. Государственная регистрация недвижимых вещей и сделок с ними составляет основную особенность их правового режима. Эта особенность вызвана прежде всего юридическими причинами, а не только естественными свойствами данных объектов оборота. В связи с этим закон распространяет режим недвижимости на некоторые объекты, «движимые» в естественно-физическом смысле, например на воздушные и морские суда и космические объекты (они подлежат государственной регистрации в особых реестрах в соответствии со специальными правилами). Действующий гражданский закон в большинстве случаев не требует нотариальной формы сделок с недвижимостью наряду с их государственной регистрацией, ибо это без необходимости усложнило бы процедуру их совершения и привело бы к неоправданным дополнительным затратам для участников. Вместе с тем во многих ситуациях он предусматривает и иные особенности правового режима недвижимости в сравнении с движимыми вещами (например, при обращении взыскания на заложенное имущество, при определении объема правомочий унитарных предприятий на закрепленное за ними имущество публичного собственника и др.). Не относятся к недвижимости (и, следовательно, не требуют регистрации своего правового состояния) вещи, хотя и обладающие значительной ценностью, но не связанные с землей и не признаваемые в качестве недвижимости законом. Например, при продаже «дома на снос» объектом сделки в действительности является не дом, а совокупность стройматериалов, из которых он состоит, и которая сама по себе не имеет связи с землей. Все это - движимые вещи. Как указывает закон, движимыми признаются любые вещи, не отнесенные им к недвижимости (п. 2 ст. 130 ГК). Законом может быть установлена государственная регистрация сделок с определенными видами движимых вещей (п. 2 ст. 164 ГК), например с некоторыми ограниченными в обороте вещами. В этом случае она имеет правопорождающее значение и влияет на действительность соответствующих сделок (хотя и не превращает движимые вещи в недвижимые, ибо последние должны быть признаны в этом качестве законом). Ее также не следует смешивать с технической регистрацией некоторых движимых вещей, например автомототранспортных средств или стрелкового оружия в соответствующих органах внутренних дел. Такая регистрация может влиять лишь на осуществление гражданских прав (например, запрет эксплуатации автомобиля владельцем, не зарегистрированным в этом качестве в органах Государственной автомобильной инспекции), но не на их возникновение, изменение или прекращение (в частности, на право собственности на автомобиль).

4. Имущественные комплексы

Особой разновидностью недвижимости являются комплексы взаимосвязанных недвижимых и движимых вещей, используемых по общему назначению как единое целое. К ним относятся предприятия и кондоминиумы. Термин «предприятие» используется в нашем законодательстве и для обозначения некоторых видов юридических лиц - субъектов гражданского права. Однако в нормальном имущественном обороте предприятия являются объектами, а не субъектами права. Предприятие как объект гражданского оборота представляет собой не просто вещь или совокупность вещей, но целый имущественный комплекс, включающий в свой состав наряду с недвижимостью (земельными участками, зданиями, сооружениями) и движимостью (оборудование, инвентарь, сырье, готовая продукция) обязательственные права требования и пользования и долги (обязанности), а также некоторые исключительные права (на фирменное наименование, товарный знак и т. п.) (ст. 132 ГК). В развитых правопорядках в состав предприятий включают также «клиентеллу» (goodwill), т. е. устойчивые хозяйственные связи с потребителями их продукции или услуг, весьма важные в условиях конкурентного рыночного хозяйства. Поэтому действующее предприятие (предприятие «на ходу») нередко стоит дороже, чем простая совокупная «балансовая» стоимость его наличного имущества или чистых активов. Разумеется, субъектом соответствующих прав и обязанностей является юридическое лицо (или иной собственник), а не имущество. Поэтому закон подразумевает под предприятием как объектом прежде всего имущество унитарных предприятий. Однако объектом гражданского оборота может стать и часть предприятия (например, имущество цеха), и производственная единица, не имевшая гражданской правосубъектности (например, магазин, кафе, гостиница, ателье и иное «предприятие» сферы обслуживания). В случаях продажи, аренды, залога или совершения иных сделок с такими имущественными комплексами их собственник (которым, в частности, может быть хозяйственное общество или товарищество либо индивидуальный предприниматель) в соответствии с условиями договора передает приобретателю или другому контрагенту не только входящие в их состав недвижимые и движимые вещи, но и относящиеся к ним свои права, обязанности и даже «клиентеллу» (ср. ст. 559 и 656 ГК). Другой разновидностью имущественных комплексов является кондоминиум (от лат. con - общий, совместный и dominium - собственность, т. е. общая собственность). Кондоминиумом признается комплекс недвижимого имущества, включающий земельный участок и расположенное на нем жилое здание, в котором отдельные жилые помещения находятся в частной (или публичной) собственности конкретных владельцев, а остальные части - в их общей долевой собственности (ч. 8 ст. 1 Закона об основах федеральной жилищной политики; ч. 5 ст. 1, ст. 5 Закона о товариществах собственников жилья). Такая ситуация обычно складывается при приватизации жилья в многоквартирных домах, когда частные собственники отдельных квартир должны совместно эксплуатировать находящиеся в их общей собственности лестничные клетки и лестницы, лифты, крыши и подвалы, электрическое, сантехническое и иное оборудование, обслуживающее жилой дом в целом, а также придомовую территорию (земельный участок). Особенность юридического режима кондоминиума составляет невозможность для собственника жилого помещения произвести отчуждение своей доли в общем имуществе кондоминиума отдельно от права собственности на находящееся в нем же жилое помещение (п. 3 ст. 8 Закона о товариществах собственников жилья), как, впрочем, и наоборот.

5. Иные виды вещей

Вещи разделяются также на определенные индивидуальными признаками и определенные родовыми признаками (индивидуально определенные и родовые вещи). Индивидуально определенные вещи отличаются конкретными, только им присущими характеристиками (например, дом № 22 по улице Садовой; автомобиль такой-то марки под конкретным номером и т. п.). Вещи, определенные родовыми признаками, характеризуются числом, весом, мерой и т. п., т. е. рассматриваются как известное количество вещей одного и того же рода (10 тонн стали определенной марки; пять грузовых автомобилей «Газель» и т. д.). Понятие родовых обычно используется только по отношению к движимым вещам, ибо недвижимые вещи являются индивидуально определенными в силу их государственной регистрации. Индивидуально определенные вещи признаются юридически незаменимыми. В случае гибели или порчи таких вещей от обязанного лица можно требовать лишь возмещения убытков, но не предоставления аналогичных вещей. Вместе с тем только индивидуально определенные вещи можно истребовать от обязанного лица в натуре (например, при неисполнении им договора купли-продажи). Индивидуально определенными могут быть как движимые, так и недвижимые вещи. Вещи, определенные родовыми признаками, юридически заменимы. Поэтому неисполнение обязательства по их передаче (например, в силу гибели или иной утраты конкретной партии товара) по общему правилу дает возможность управомоченному лицу требовать предоставления такого же количества аналогичных вещей, но исключает возможность истребования в натуре тех же самых (конкретных) вещей. Так, изготовитель металла обязался продать покупателю 10 тонн никеля, причем право собственности на металл по условиям договора переходило к покупателю с момента оплаты им товара. Однако после поступления денег на счет продавца он продал весь изготовленный им металл в количестве более 100 тонн другому покупателю. В такой ситуации первоначальный покупатель может требовать либо передачи ему этого же количества металла из вновь изготовленной партии, либо возмещения убытков, но не вправе настаивать на изъятии 10 тонн никеля из проданной другому приобретателю партии товара. Предметом некоторых сделок могут быть лишь индивидуально определенные вещи (например, в договоре аренды, предполагающем возврат использованного имущества), тогда как в других сделках в этом качестве, напротив, могут выступать только вещи, определенные родовыми признаками (например, в договоре займа вещей, согласно которому заемщик должен вернуть заимодавцу такое же количество вещей того же рода и качества). С юридической точки зрения вещи могут быть также делимыми и неделимыми (хотя в физическом смысле делима всякая вещь). Неделимые вещи в соответствии со ст. 133 ГК характеризуются невозможностью их раздела в натуре без изменения их первоначального назначения. Например, невозможно разделить поровну между двумя совладельцами (сособственниками) принадлежащий им автомобиль. Неделимую вещь нельзя разделить без несоразмерного ущерба ее хозяйственному или иному целевому назначению, тогда как в делимой вещи любая часть и после раздела может выполнять ту же функцию, что и вещь в целом (хотя, возможно, и в меньшем масштабе, как это, например, происходит при разделе квартиры или жилого дома, состоящих из нескольких изолированных комнат). Эти обстоятельства приобретают юридическое значение при разделе объектов общей собственности (ст. 252 ГК), при определении характера обязательств, возникающих по поводу таких вещей (п. 1 ст. 322 ГК), и в некоторых других случаях. Сложные вещи (ст. 134 ГК) делимы как физически, так и юридически. Речь идет о совокупности разнородных вещей, составляющих единое целое в силу их использования по общему назначению (например, столовый сервиз, мебельный гарнитур, имущество фермерского хозяйства и т. д.). Нередко такая совокупность вещей используется как одна, единая вещь, стоимость которой может быть даже больше, чем простая сумма стоимости составляющих ее частей. Сложной вещью можно считать коллекцию однородных предметов или, например, библиотеку. Юридическое значение выделения сложных вещей состоит в том, что они являются предметом оборота как целое. Поэтому действие сделки, заключенной по поводу такой вещи, распространяется на все ее части, если иное прямо не предусмотрено договором. С этой точки зрения предприятие как имущественный комплекс можно рассматривать как разновидность сложной вещи, отличающуюся тем, что в ее состав входят не только вещи, но и права и обязанности. В гражданском праве вещи традиционно подразделяются также на главные вещи и принадлежности. Принадлежность призвана служить главной вещи и связана с ней общим назначением. Поэтому она по общему правилу следует судьбе главной вещи, если только иное прямо не установлено договором (ст. 135 ГК). При этом не имеет значения относительная стоимость этих вещей (например, дорогая рама, заключающая в себе копию картины, все равно остается принадлежностью). Следовательно, арендатор оборудования вправе рассчитывать на передачу ему арендодателем также необходимого для нормальной эксплуатации инструмента и запасных частей, если только иное не будет прямо установлено арендным договором. Главная вещь и принадлежность не являются сложной вещью, а принадлежность нельзя рассматривать как составную часть главной вещи. Каждая из этих вещей является вполне самостоятельной и имеет собственное назначение. Понятия главной вещи и принадлежности соотносительны, поскольку сами эти вещи связаны хозяйственной или иной зависимостью, в рамках которой принадлежность приобретает сугубо подчиненное, обслуживающее по отношению к главной вещи значение. В классическом имущественном обороте главной вещью всегда признается земля (земельный участок), а принадлежностью - расположенные на ней объекты, включая и недвижимость (которая при отчуждении по общему правилу должна, таким образом, следовать судьбе главной вещи). В условиях признания исключительной собственности государства на землю в отечественном правопорядке главным объектом стали считаться расположенные на земле здания, сооружения и тому подобные объекты, за которыми в случае их отчуждения автоматически следовало право землепользования. Признание и развитие частной собственности на землю должно влечь возврат к традиционному подходу, при котором от-чуждатель и приобретатель объекта недвижимости будут прежде всего решать вопрос о судьбе земли, на которой он расположен. В ряде случаев гражданско-правовое значение приобретает деление вещей на потребляемые и непотребляемые вещи. К потребляемым относятся вещи, утрачивающиеся в процессе их использования, например сырье для производства или строительные материалы. Такие вещи не могут быть предметом временного пользования, ибо их невозможно вернуть первоначальному владельцу. Они могут лишь отчуждаться в пользу других лиц. Потребляемыми вещами могут быть только движимости. Непотребляемые вещи при использовании изнашиваются (амортизируются) постепенно, частично, в течение определенного длительного времени (например, недвижимость, оборудование). Это дает им возможность служить предметом аренды, доверительного управления и других сделок по временному пользованию чужим имуществом. В некоторых сделках, напротив, предметом могут быть только потребляемые вещи (например, в договоре займа).

6. Плоды, продукция и доходы

В соответствии со ст. 136 ГК речь идет о различных видах поступлений (приращений), получаемых в результате использования имущества (основной вещи). Плоды - результат органического, естественного приращения вещей (урожай, приплод скота или птицы). При этом речь идет об отделимых (точнее, об отделенных) приращениях, ибо неотделенные приращения (плоды) являются составной частью вещи (не случайно, например, ст. 520 ГК Франции объявляет недвижимостью «урожай на корню и плоды, еще не снятые с деревьев», вместе с тем считая их движимостью «с того момента, как колосья срезаны, а плоды сорваны»). Продукция - техническое (в этом смысле - искусственное) приращение имущества, полученное в результате его производительного использования (например, готовая продукция какого-либо завода). В данном случае под продукцией понимаются вещи или овеществленные результаты работ или услуг (в частности, результат ремонта или иного улучшения вещи). Доходы - экономическое приращение имущества, прежде всего в виде денег (доходы от акций или по вкладу, проценты от пользования чужими денежными средствами и т. п.). Доходы могут иметь и натуральный характер (например, арендная плата в соответствии с п. 2 ст. 614 ГК может устанавливаться в виде части готовой продукции, полученной в результате использования арендованного имущества). Во многих случаях закон особо регулирует режим плодов, продукции и доходов, предусматривая для них специальные правила (например, при регламентации отношений общей собственности, в договоре залога и др.). Ранее действовавший правопорядок устанавливал презумпцию принадлежности всех перечисленных видов приращений собственнику вещи (ст. 140 ГК РСФСР 1964 г.). Действующий закон, напротив, исходит из того, что по общему правилу они принадлежат лицу, использующему вещь на законном основании (в частности, арендатору). Это в большей мере отвечает условиям рыночного оборота, повышая заинтересованность в надлежащем использовании имущества любого законного владельца, а не только собственника. Разумеется, в договоре стороны вправе предусмотреть иной порядок распределения плодов, продукции и доходов. В некоторых случаях такой порядок прямо установлен законом (например, доходы от доверительного управления чужим имуществом подлежат передаче выгодоприобрета-телю, за исключением той их части, за счет которой выплачивается вознаграждение управляющему).

7. Одушевленные и неодушевленные вещи

Объектом имущественного оборота во многий случаях становятся животные, чаще всего домашние (хотя возможны и сделки по поводу диких животных, например их приобретение для зоо- парка или цирка). На такие отношения распространяются общие правила об имуществе (вещах), из которых законом или иными правовыми актами могут быть сделаны исключения (ст. 137 ГК). Последние, в частности, касаются запрета жестокого, негуманного обращения с животными со стороны их владельцев (ч. 2 ст. 137, п. 2 ст. 231, ст. 241 ГК). Все это позволяет говорить о выделении в гражданском праве особой категории одушевленных вещей1.

8. Деньги

Гражданское законодательство относит деньги к движимым вещам (ст. 128, п. 2 ст. 130 ГК). Как правило, они рассматриваются в качестве вещей, определяемых родовыми признаками (хотя возможна и их индивидуализация), а также потребляемых. Из этого видно, что речь идет о денежных знаках (купюрах) и монетах, т. е. о наличных деньгах. В Российской Федерации в соответствии с ч. 1 ст. 75 Конституции наличные деньги выпускаются (эмитируются) только Центральным банком (Банком России) в виде бумажных банкнот (банковских билетов) и металлической монеты Банка России2. Денежной единицей в Российской Федерации является рубль. Главная функция денег - служить средством платежа. В гражданском обороте деньги оцениваются количеством выраженных в них единиц, а не числом банкнот или монет. Рубль является единственным законным платежным средством на территории РФ, и потому выражающие его платежеспособные банкноты и монеты обязательны к приему во все виды платежей по их нарицательной стоимости. Иначе говоря, в этом своем качестве наличные деньги способны погацгать любой денежный долг3.

1 Правовое положение животных регулируется и в зарубежных правопорядках. Так, согласно § 90а Гражданского кодекса Германии (введенному в действие Законом от 20 августа 1990 г.) животные не являются вещами, хотя на них могут быть распространены правила о вещах, поскольку иное не предусмотрено законом. В теории их тем не менее по-прежнему относят к «вещам sui generis» (особого рода) (см.: JauemigO. u. a. Bttrgerliches Gezetzbuch. Kommentar. 6. Aufl. Mflnchen, 1991. S. 32.

2 См.: ст. 4 и 29 Закона о Центральном банке (Банке россии) (СЗ РФ. 1995 № 18. Ст. 1593; № 31. Ст 2991; 1996. № 1. Ст. 3, 7; № 26 Ст. 3032; 1997. № 9. Ст. 1028; № 18. Ст. 2099). В Союзе ССР наряду с банковскими билетами выпускались также казначейские билеты (достоинством в 1,3 и 5 руб.), эмитировавшиеся Министерством финансов.

3 См.: Лунц Л. А. Денежное обязательство в гражданском и коллизионном праве капиталистических стран. М., 1948 С. 19.

Для поддержания данного свойства денег публичная власть не только устанавливает монополию государственного (центрального) банка на их эмиссию, но и объявляет их безусловным обязательством такого банка, обеспечиваемым всеми его активами (ст. 30 Закона о Центральном банке). Вместе с тем деньги могут выступать и в роли особого товара -самостоятельного предмета некоторых сделок, например займа и кредита (ибо последний, по сути, представляет собой торговлю деньгами). Наличные деньги не могут быть истребованы от их добросовестного приобретателя (п. 3 ст. 302 ГК), в том числе и при условии их индивидуализации. В развитом имущественном обороте большинство расчетов осуществляется в безналичном порядке, с использованием денежных средств, числящихся на банковских счетах и во вкладах (депозитах). Безналичные деньги также широко используются в обороте и в качестве платежного средства, и в качестве особого товара. Они сравнительно легко переводятся в наличные деньги (обладая, как говорят финансисты, «высокой степенью ликвидности») и во многих случаях с готовностью принимаются контрагентами-кредиторами в уплату долга. Тем самым они выполняют обычные функции денег. Поэтому в экономическом смысле под деньгами понимается не только наличность, но и средства, числящиеся на банковских счетах и в депозитах. Однако по своей юридической (гражданско-правовой) природе безналичные деньги являются не вещами, а правами требования (для их обозначения гражданское законодательство обычно использует термин денежные средства). Они не могут считаться законным (т. е. общеобязательным) платежным средством. В Российской Федерации в ряде случаев ограничена возможность их перевода в наличную форму, а само использование допускается с соблюдением установленной законом, а не владельцем очередности платежей (ст. 855 ГК). К тому же имеется риск неплатежеспособности банков, за которыми числятся соответствующие суммы (а ценность безналичных денег в этих условиях не может соответствовать ценности той же суммы наличных)1. В качестве прав требования безналичные деньги могут включаться в понятие имущества и даже в состав таких вещей, как имущественные комплексы (предприятия). Однако их гражданско-правовой режим как объектов обязательственных, а не вещных прав исключает возможность их отождествления с вещами.

1 Подробнее о различии юридической природы наличных и безналичных денег см. Новоселова Л. А. Денежные расчеты в предпринимательской деятельности. М., 1996. С. 7-17, 45-48.

§ 3. Ценные бумаги

1. Признаки и свойства ценной бумаги

В развитой экономике объектом товарного (имущественного) оборота становятся не только вещи, но и имущественные права, в том числе выраженные в специальных документах - ценных бумагах. Основную особенность этих документов составляет тесная, неразрывная связь выраженных в них прав с документарной (бумажной) формой их фиксации. В силу такой связи имущественное право существует лишь в форме бумаги, следовательно, передача (отчуждение) бумаги является передачей самого права, а ее утрата - прекращением права1. Таким образом, только тот, кто имеет право на бумагу, может осуществить право, вытекающее из бумаги. Традиционное различие этих прав основано на том, что право на бумагу обычно является вещным, чаще всего правом собственности, имея объектом ценную бумагу как вещь (хотя, например, доверительный управляющий приобретает лишь обязательственное право на переданные ему учредителем управления ценные бумаги), тогда как право из бумаги - чаще всего обязательственное, поскольку ценная бумага всегда удостоверяет известное право требования. Поэтому, в частности, акционер, будучи собственником акции, не приобретает вещных прав на имущество акционерного общества. Вместе с тем право на бумагу и право из бумаги в нормальном случае имеют общую судьбу, ибо право из бумаги всегда следует за правом на бумагу, и несовпадение управомоченных по этим правам лиц в принципе должно быть исключено. Ценная бумага как документ относится к категории движимых вещей (ср. п. 2 ст. 142 и п. 2 ст. 130 ГК). При этом выраженное в ней право может касаться как движимости, так и недвижимости (например, в закладной, оформляющей права на заложенную недвижимость). Многие ценные бумаги (в частности, акции и облигации) как вещи определяются родовыми признаками, несмотря на возможность их индивидуализации (например, по номерам), но могут быть и индивидуально определенными (вексель, выигравший лотерейный билет и т. д.).

1 По справедливому замечанию Г. Ф. Шершеневича, «если бы право могло быть осуществлено беспрепятственно без бумаги, то ему незачем было искать воплощения в бумаге. Поэтому ценной бумагой следует признавать не каждый документ, свидетельствующий о праве на ценность, а только тот документ, который право на ценность ставит в тесную связь с бумагой» [см.: Шершеневич Г. Ф. Учебник торгового права (по изданию 1914 г.). С. 173].

Для признания документа ценной бумагой он должен отвечать некоторым особым признакам (свойствам), вытекающим из требований закона. К их числу относится, во-первых Диитеральность. под которой понимается возможность требовать исполнения только того, что прямо обозначено в ценной бумаге. Отсюда необходимость установления и соблюдения строго формальных реквизитов, при отсутствии хотя бы одного из которых документ теряет свойства ценной бумаги (становится недействительным). Ценная бумага - строго формальный документ (п. 2 ст. 144 ГК). Во-вторых, это легитимация субъекта права, выраженного в ценной бумаге, т. е. его узаконение в качестве управомоченного по бумаге лица. Речь идет прежде всего о способе обозначения такого субъекта, форме (или степени) его определенности (различной, например, в именных и предъявительских ценных бумагах). Третьим важнейшим свойством такого документа является необходимость его презентации (предъявления обязанному лицу). Только в этом случае возможна беспрепятственная реализация выраженного в документе права, ибо лишь предъявление бумаги гарантирует осуществление права управомоченного лица и лишь предъявителю подлинника этого документа обязанное лицо должно предоставить исполнение. Другие документы, используемые в обороте, могут доказывать наличие или содержание известных правоотношений (расписка, текст договора и т. п.), но не становятся обязательным условием реализации составляющих их прав. Поэтому начало презентации отличает ценную бумагу от других документов, имеющих гражданско-правовое значение. Ценная бумага, в-четвертых, характеризуется также абстрактностью закрепленного в ней обязательства, поскольку отказ от его исполнения обязанным лицом со ссылкой на отсутствие основания или его недействительность не допускается (п. 2 ст. 147 ГК). Данное правило действует и в том случае, если в самой ценной бумаге указано основание ее выдачи, которое, например, оспаривается должником. Лишь отсутствие предусмотренных законом реквизитов может повлечь недействительность ценной бумаги (и, следовательно, выраженного в ней права). Наконец, в-пятых, ценная бумага придает выраженному в ней праву свойство автономности. Имеется в виду, что лицо, законным порядком приобретшее ценную бумагу, получает по ней право требования, не зависящее от прав на данную бумагу предшествующего обладателя, т. е. имеющее автономный (самостоя- тельный) характер. В силу этого обстоятельства выраженное в бумаге право переходит к добросовестному приобретателю таким, каким оно обозначено в бумаге, и потому обязанное по данной ценной бумаге лицо не вправе противопоставить такому приобретателю какие-либо возражения, основанные на его правоотношениях с предшественниками1. Иначе говоря, участники правоотношения по ценной бумаге могут довериться ее формальным реквизитам, не принимая во внимание иных обстоятельств. Такое свойство нередко именуется также началом публичной достоверности2. Таким образом,

ценной бумагой признается документ, удостоверяющий с соблюдением установленной формы (реквизитов) имущественные права, осуществление или передача которых возможны только при его предъявлении (п. 1 ст. 142 ГК)3.

Следует иметь в виду, что даже при наличии всех перечисленных признаков (свойств) документ приобретает силу ценной бумаги лишь при прямом указании об этом в законе (или в подзаконном акте, принятом на основании соответствующего закона) (ст. 143, п. 1 ст. 144 ГК).

2. Классификация (виды) ценных бумаг

Важнейшей юридической классификацией ценных бумаг, прямо предусмотренной законом, является их различие по способу легитимации (обозначения) управомоченного лица.

1 В английском праве приобретатель ценной бумаги по оспоримой сделке, например совершенной под влиянием заблуждения или обмана, не приобретает прав из бумаги, несмотря на свою добросовестность и даже факт регистрации сделки (см.: Penningtons Company Law. Butterworths. London, 1990. P. 347).

2 Подробнее см.: Агарков М. М. Основы банкового права. Учение о ценных бумагах. М., 1994. С. 199-202; Белов В. А. Ценные бумаги в российском гражданском праве. М., 1996. С. 96-99. Этим свойством не обладают так называемые обыкновенные именные ценные бумаги, которые поэтому не всегда относят к числу ценных бумаг (подробнее об этом см.: Крашеншников Е. А. Ценные бумаги на предъявителя. Ярославль, 1995. С. 16-17,23-24). В литературе их иногда называют ректа-бумагами (от нем. Rek-tapapier - именные ценные бумаги), поскольку в них прямо («rekta») обозначено управомоченное лицо (векселя и чеки, содержащие оговорку «не приказу» или аналогичную ей и тем самым исключающие их передачу другим лицам).

3 Подробнее о различных определениях ценных бумаг, предлагавшихся в отечественной и зарубежной литературе, см.: Агарков М. М. Указ. соч. С. 173-188.

По данному критерию ценные бумаги разделяются на предъявительские, именные и ордерные (приказные) (ст. 145 ГК). По предъявительской ценной бумаге (бумаге на предъявителя) удостоверенные ею права может осуществить любой ее держатель. Управомоченное лицо легитимируется здесь одним лишь фактом предъявления бумаги. Для передачи другому лицу выраженных в предъявительской бумаге прав достаточно ее простого вручения этому лицу (п. 1 ст. 146 ГК). Такой упрощенный порядок отчуждения бумаг на предъявителя свидетельствует об их повышенной оборотоспособности. Для легитимации управомоченных лиц по другим видам ценных бумаг необходимы дополнительные действия. Предъявительскими бумагами могут быть векселя, облигации, акции, чеки, банковские сертификаты, коносаменты (документы, удостоверяющие прием груза к морской перевозке)1. Права, удостоверенные именной ценной бумагой, принадлежат прямо названному в ней лицу. Поэтому способом легитимации управомоченного лица здесь является удостоверение тождества держателя документа с лицом, обозначенным в бумаге (а иногда и в записях должника, обычно ведущихся в форме специальных книг или реестров, например реестра акционеров). Именные ценные бумаги оборотоспособны и могут отчуждаться в порядке, установленном для уступки права - цессии (п. 2 ст. 146 ГК), если только речь не идет о лишенных этого свойства «обыкновенных именных бумагах» (ректа-бумагах). Однако для этого требуется выполнить большее количество формальностей, чем при передаче иных ценных бумаг [в частности, совершить трансферт (изменение) записи о владельце в книге или реестре должника]. Поэтому оборотоспо-собность таких бумаг следует признать осложненной. Именными ценными бумагами у нас является большинство акций; ими также могут быть некоторые виды облигаций, векселей, чеков, коносаментов. Права по ордерной ценной бумаге принадлежат обозначенному в ней лицу, которое вправе как само осуществить их, так и назначить своим распоряжением (ордером, приказом) иное упра-вомоченное лицо. Такая ценная бумага заранее содержит возможность дальнейшего отчуждения (оборота).

1 В ряде случаев к предъявительским ценным бумагам относят также деньги в виде банкнот. Такой подход основан на том, что традиционно, еще несколько десятилетий назад, банкноты содержали безусловное обязательство выпустившего их банка принимать их к обмену на свои активы. Однако современные банкноты ни по существу, ни формально не закрепляют такого обязательства.

Для легитимации по ордерной бумаге требуется удостоверение тождества ее держателя с лицом, обозначенным либо в ее тексте, либо в последней передаточной надписи (притом ряд таких передаточных надписей должен быть непрерывным). Права по ордерной ценной бумаге передаются путем совершения на самой этой бумаге (обычно на ее обороте) специальной передаточной надписи - индоссамента (от итал. in dosso - на спине, на обороте). Классическим примером такой бумаги является переводной вексель (тратта). Индоссамент отличается от обычной уступки (передачи) прав тем, что совершившее его лицо (индоссант) остается ответственным перед законным владельцем бумаги за осуществление выраженного в ней права и несет перед ним солидарную ответственность со всеми другими надписателями и лицом, первоначально выдавшим бумагу (п. 3 ст. 146, п. 1 ст. 147 ГК). Следовательно, наличие индоссаментов повышает уверенность владельца ордерной бумаги в получении исполнения по ней, поскольку увеличивает круг обязанных лиц, и потому делает обладание такой бумагой весьма привлекательным. Однако индоссант может освободиться от ответственности перед держателем бумаги, сделав в индоссаменте специальную оговорку «без оборота на меня» (или «не приказу»), освобождающую его от ответственности перед всеми последующими держателями, кроме своего контрагента-приобретателя (индоссата). Индоссаменты могут быть ордерными, содержащими прямое указание лица, которому или приказу (ордеру) которого должно производиться исполнение по бумаге, а также бланковыми, без указания лица, которому следует произвести исполнение, - в этом случае владелец бумаги может затем вписать указание на управомоченное лицо, либо совершить новый индоссамент, либо просто передать (вручить) ордерную бумагу новому владельцу, который, в свою очередь, вправе поступить с ней аналогичным образом. Это резко повышает оборотоспособность такой бумаги, сближая ее с предъявительскими бумагами (абз. 2 п. 3 ст. 146 ГК). Особой разновидностью ордера является препоручительный индоссамент, который не меняет управомоченное по бумаге лицо, а лишь содержит поручение иному лицу осуществить предусмотренные бумагой права (абз. 3 п. 3 ст. 146 ГК). По содержанию удостоверенных ценными бумагами прав они делятся на:

денежные, выражающие право требования уплаты определенной денежной суммы (например, облигация, вексель, чек);

товарораспорядительные, выражающие право на определенные вещи (товары) (закладная, коносамент, складское свидетельство), и

корпоративные, выражающие право на участие в делах компании (акции и их сертификаты).

Денежные бумага обычно фиксируют обязательственные права требования, товарораспорядительные имеют вещно-правовое содержание, а корпоративные удостоверяют членские (корпоративные) права. К названным группам ценных бумаг примыкает производные (дополнительные) ценные бумаги, которые закрепляют правомочия, производные от основных требований, удостоверенных главными (основными) ценными бумагами. К ним обычно относят купоны акций и облигаций, удостоверяющие право на периодическое получение дохода. Купоны часто бывают предъявительскими, несмотря на то что основная бумага является именной или ордерной. В этом проявляется их самостоятельный характер как особой разновидности ценных бумаг. Производными ценными бумагами являются также депозитарные расписки, удостоверяющие право их держателей на конвертацию этих бумаг в установленный срок в ценные бумаги другого вида, и фондовые варранты (называемые у нас опционными свидетельствами), удостоверяющие право на покупку или продажу определенного количества ценных бумаг (акций или облигаций) в установленный срок по заранее оговоренной цене1. С точки зрения личности обязанных по ценной бумаге выделяют государственные и муниципальные бумаги, противопоставляемые частным бумагам юридических и физических лиц, в том числе корпоративным ценным бумагам (выпускаемым хозяйственными, главным образом акционерными, обществами). В нормальном имущественном обороте предполагается более высокая степень обеспеченности, надежности публичных бумаг (и соответственно более высокое доверие к ним со стороны управомоченных лиц). Существует также деление ценных бумаг, основанное на их экономическом значении.

1 Фондовые варранты (опционные свидетельства) не следует смешивать с варрантами (залоговыми свидетельствами), являющимися частью складского свидетельства и представляющими собой товарораспорядительную бумагу (п. 2 ст. 912 ГК). Не следует смешивать с ними также опционы и фьючерсы, являющиеся договорами на право покупки или продажи фондовых ценных бумаг, в том числе в будущем и на определенных ими условиях. Такие документы являются формой биржевых сделок (договоров) и не относятся к числу ценных бумаг.

С этой точки зрения выделяются торговые (денежные), товарораспорядительные (товарные) и инвестицнонные ценные бумаги. Торговые бумаги призваны обслуживать кредитно-расчетные отношения (денежный оборот), т. е. торговлю деньгами. К ним относят прежде всего вексель и чек. Товарораспорядительные бумаги обслуживают оборот вещей (товаров). Это уже упоминавшиеся складские свидетельства, коносаменты и закладные. Инвестиционные ценные бумаги призваны обслуживать фондовый рынок, будучи средством накопления доходов. Поэтому чаще их называют фондовыми. К ним относятся акции, облигации и производные от них бумаги1. Фондовые ценные бумаги одного выпуска удостоверяют равные права держателей и эмитируются (выпускаются) в массовом порядке специально определенными эмитентами (обычно соответствующими компаниями или публично-правовыми образованиями в лице их финансовых органов) для обращения на организованном, прежде всего биржевом, фондовом рынке. Эти черты составляют специфику фондовых бумаг2. В нашем законодательстве они получили теперь наименование эмиссионных ценных бумаг (ср. ст. 1 и 2 Закона о рынке ценных бумаг), призванное подчеркнуть массовый (серийный) характер их выпуска.

3. Проблема «бездокументарных ценных бумаг»

Термин «бездокументарные ценные бумаги» (т. е. «бездокументарные документы») пришел к нам из американского права3. Законодательство ряда развитых стран с начала 80-х гг. предусматривает возможность выпуска фондовых ценных бумаг «без оформления бумажных носителей».

1 Распространенные у нас в последнее время случаи массовой эмиссии «векселей» и их обращение на отечественном фондовом рынке свидетельствуют лишь о некомпетентности их эмитентов. Такие документы, даже при наличии у них свойств ценных бумаг, разумеется, не могут быть признаны векселями, ибо по своей юридической природе вексель никогда не был и не может быть «фондовой» или «эмиссионной» ценной бумагой.

2 Понятие фондовых бумаг пришло в наше законодательство из американского права, в принципе не знающего единой категории ценной бумаги, а выделяющего оборотные (negotiable instruments), товарораспорядительные (Documents of Title, quasi-negotiable, seminegotiable instruments) и инвестиционные (фондовые) ценные бумаги (investment securities, securities), имеющие различный правовой режим (ср. ст. 3-102,3-104,7-102,8-102 Единообразного торгового кодекса США-ЕТК США). Следует отметить, что именно основанные на таком подходе правила ЕТК США в последние годы служат непререкаемым образцом для отечественных экономистов, финансистов и предпринимателей, организующих фондовый рынок и действующих на нем.

3 Понятием «uncertificated security» в пп. «b» ст. 8-102 ЕТК США охвачены «пай, участие или другой интерес в имуществе или предприятии эмитента, которые не представлены каким-либо документом и передача которых регистрируется в книгах, которые ведутся в этих целях эмитентом или по его поручению».

Пионером «дематериализации» этих видов ценных бумаг в европейском праве стала Франция, законодательство которой (ст. 94 - II Закона о ценных бумагах в редакции от 30 ноября 1981 г., вступившая в силу с 3 ноября 1984 г.) прямо закрепило такую возможность применительно к акциям и облигациям. В Германии Закон о хранении и приобретении ценных бумаг (в редакции от 11 января 1995 г.) разрешил выпуск «глобальных сертификатов» взамен эмиссии множества ценных бумаг одного вида, например облигаций федерального займа1. Наиболее широко «оборотные недокументы» (negotiable non-instruments) используются в США (в Великобритании к ним относятся более осторожно). Российское акционерное законодательство, в основном под влиянием американского права, также разрешило «бездокументарную эмиссию» акций. Акционерные общества получили возможность не прибегать к обычной эмиссии, требующей, помимо прочего, расходов по подготовке специальных бланков акций, а ограничиться записями в реестровых книгах. К «безналичной» форме выпуска ценных «бумаг» стало прибегать и государство (эмитировавшее, например, таким образом ГКО - государственные краткосрочные бескупонные облигации). Закон о рынке ценных бумаг разрешает выпускать в «бездокументарной форме» любые эмиссионные ценные бумаги. При этом правовой режим таких «бумаг», не существующих в физически осязаемой форме, у нас по-прежнему нередко определяется с помощью традиционных категорий, рассчитанных на ценную бумагу как документ (вещь). Так, ст. 28 Закона о рынке ценных бумаг прямо говорит о праве собственности на такие объекты и о переходе прав на эти «бумаги» как на вещи. В действительности речь идет о том, что удостоверяемые традиционными ценными бумагами права при исчезновении (отпадении) «права на бумагу» по причине отсутствия самой бумаги получают вполне самостоятельное значение. Разумеется, они остаются правами требования, а не принимают на себя свойства вещей. Меняется лишь привычный способ фиксации этих прав (в документе, на бумаге), что ведет к отпадению надобности в устамовлении для них специального правового режима, во всяком случае рассчитанного на наличие документов (вещей), как в классическом учении о ценных бумагах.

1 Аналогичную возможность предусматривает и абз. 5 § 10 Закона об акционерных обществах ФРГ (в редакции 1994 г.). Однако в обоих случаях «глобальный сертификат» рассматривается как обычная ценная бумага (вещь), находящаяся в долевой собственности владельцев выпущенных акций или облигаций, причем любой из них вправе потребовать выдачи ему отдельных (конкретных) ценных бумаг (хотя на практике такая возможность почти не используется).

Поэтому п. 1 ст. 149 ГК прямо называет «бездокументарные ценные бумаги» особым способом фиксации прав. Конечно, этот новый способ ставит и новые задачи по охране интересов управомоченных лиц, в том числе при их изменении в силу передачи (уступки) таких прав, обычно оформляемой теперь в виде трансферта. В связи с этим закон требует доказательств закрепления или передачи соответствующих прав в специальном реестре (обычном или компьютерном), в частности с помощью выдачи свидетельствующего об этом документа, а также ведения этих записей профессионалами, имеющими специальную лицензию (п. 2 ст. 142, ст. 149 ГК). К такого рода действиям могут применяться и некоторые правила о ценных бумагах (если иное не вытекает из их существа, например из технических особенностей фиксации права). Ведь они касаются не только «прав на бумагу», но и «прав из бумаги». Однако названные способы фиксации прав не могут приравниваться к ценным бумагам1, ибо понятие «бездокументарная ценная бумага» является условным. Как невозможно создать «бездокументарный документ», так нельзя быть и «собственником права», ибо в европейском континентальном правопорядке нельзя установить вещное право на право требования. Различие юридического режима этих прав объясняет и различия в статусе собственника (субъекта вещного права) и кредитора (управомоченного лица), а также в режиме вещи (ценной бумаги) и права требования2.

1 Как это по недоразумению сделано в ч. 13 ст. 16 Закона о рынке ценных бумаг. Данный Закон, следуя принципам американского законодательства, вообще не проводит принципиального различия между документарной и «бездокументарной» формой выпуска ценных бумаг и соответственно - между гражданско-правовыми режимами вещных и обязательственных прав (что прямо следует из содержания ст. 2 и 18).

2 Примечательно, что в Германии, законодательство которой разрешает выпуск в «бездокументарной форме» государственных ценных бумаг, подзаконным актом прямо установлена «юридическая фикция»: применение к таким обязательственным правам правового режима движимых вещей (касающегося прежде всего порядка их передачи и защиты добросовестных приобретателей). Такой подход порождает не столько практические, сколько теоретические трудности, связанные с его противоречием классическим правилам BGB, что, по мнению немецких юристов, требует специального законодательного решения (см.: Claussen С. P. Bank-und Borsenrecht. Mtlnchen, 1996. S. 334-336; Brox H. Handelsrecht und Wertpapier-recht. 12. Aufl. MUnchen, 1996. S. 243).

Необходимо, кроме того, подчеркнуть, что «замена» бумажных носителей, ведущая к исчезновению классических ценных бумаг, свойственна лишь правам, удостоверяемым фондовыми («эмиссионными») ценными бумагами и лишь постольку, поскольку они носят именной, а не предъявительский характер. Закон и здравый смысл исключают возможность создания предъявительских «бездокументарных ценных бумаг», а выпуск в «бездокументарной форме» ордерных бумаг хотя и не исключается законом (п. 1 ст. 149 ГК), тем не менее едва ли может получить широкое распространение. Не случайно такой возможности не предусматривает даже российский Закон о рынке ценных бумаг. По этой причине нельзя всерьез воспринимать предложения о создании, например, «бездокументарного векселя», ибо векселя не являются «эмиссионными» ценными бумагами1. Таким образом, появление «бездокументарных ценных бумаг» отнюдь не ведет к «отмиранию» самой этой классической категории объекта гражданских прав.

Дополнительная литература

Агарков М. М. Учение о ценных бумагах. М., 1994; Белов В. А. Ценные бумаги в российском гражданском праве. М., 1996; Жариков Ю. Г., Масевич М. Г. Недвижимое имущество: правовое регулирование. М., 1997; Козырь О. М. Недвижимость в новом Гражданском кодексе России // Гражданский кодекс России. Проблемы. Теория. Практика. М., 1998; Комментарий части первой Гражданского кодекса Российской Федерации для предпринимателей. М., 1995 (гл. 6,7); Крашенинников Е. А. Ценные бумаги на предъявителя. Ярославль, 1995; Новоселова Л. А. Денежные расчеты в предпринимательской деятельности. М., 1996 (гл. 1 и 2).

1 Вполне обоснованно поэтому требование ст. 4 Закона о переводном и простом векселе (СЗ РФ. 1997. № 11. Ст. 1238), в соответствии с которой «вексель должен быть составлен только на бумаге (бумажном носителе)».

10. Основания возникновения, изменения и прекращения гражданских правоотношений

1. Юридические факты и их составы

1. Понятие юридического факта

Основаниями возникновения гражданских правоотношений являются жизненные обстоятельства, именуемые юридическими фактами.

Юридические факты - факты реальной действительности, с которыми действующие законы и иные правовые акты связывают возникновение, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей, т. е. правоотношений.

Юридические факты разнообразны и классифицируются по различным основаниям. По признаку зависимости от воли субъектов они подразделяются на действия и события.

2. Юридические факты - действия

В действиях проявляется воля субъектов - физических и юридических лиц. По признаку дозволенности законом действия бывают правомерные и неправомерные. Правомерные - это действия, соответствующие требованиям законов, иных правовых актов и принципов права. Неправомерные - это действия, нарушающие предписания законов, иных правовых актов и принципов права. К числу неправомерных действий, порождающих гражданские правоотношения, можно отнести:

причинение вреда (ущерба) (так называемые деликты);

нарушения договорных обязательств;

неосновательное обогащение - приобретение или сбережение имущества за счет средств другого лица без достаточных оснований;

злоупотребление правом (см. § 3 гл. 11);

действия, совершенные в виде сделок, признанных недействительными, действия, нарушающие исключительные права авторов произведений науки, литературы, искусства и патентообладателей, и др.

Правомерные действия, в свою очередь, подразделяются на юридические акты и юридические поступки. Юридические акты - правомерные действия субъектов, имеющие целью возникновение, изменение или прекращение гражданских правоотношений. Основным видом гражданско-правовых юридических актов являются сделки - волевые действия юридического или физического лица, направленные на достижение определенного правового результата. Так, совершая сделку купли-продажи, субъект стремится приобрести право собственности на деньги или вещь. Сделки наиболее ярко и полно выражают присущие гражданскому праву принципы, способы и методы регулирования общественных отношений. Поэтому именно им посвящено абсолютное большинство норм гражданского законодательства. (Общим положениям о сделках посвящен § 2 настоящей главы учебника.) Наряду с гражданско-правовыми актами гражданские правоотношения могут порождаться административными актами государственных органов и органов местного самоуправления, предусмотренными законом и иными правовыми актами в качестве основания возникновения гражданских правоотношений. Такие акты являются по своей природе ненормативными и непосредственно направлены на возникновение гражданских прав и обязанностей у конкретного субъекта - адресата акта. В истории нашего государства при существовании государственной централизованно регулируемой экономики на формирование содержания гражданских правоотношений, опосредовавших экономические процессы, большое влияние оказывали плановые акты по распределению товаров и продукции, по определению объема, характера, количества и содержания услуг и т. п., являвшиеся разновидностью административных актов. В условиях рыночной экономики в качестве оснований возникновения гражданских прав и обязанностей выступают качественно иные административные акты. Так, одним из основных средств упорядочения рыночных отношений является лицензирование отдельных видов предпринимательской деятельности. Выдача государственным органом или органом местного самоуправления какому-либо субъекту права лицензии означает предоставление ему права осуществлять, не выходя за границы лицензии, определенную деятельность ( например, оказание платных юридических, банковских услуг и т. д.) либо совершать определенные сделки (например, внешнеэкономические по вывозу стратегически важного сырья, валютные операции, связанные с движением капитала, и т. д.). Другой разновидностью административных актов, порождающих гражданские права и обязанности, являются акты, подобные вынесению органами государственной власти или местного самоуправления решений об изъятии земельных участков, которые не используются в соответствии с их назначением, а также подобные реквизиции имущества, при которой в случаях стихийных бедствий, аварий, эпидемий, эпизоотии и при иных обстоятельствах, носящих чрезвычайный характер, имущество в интересах общества возмездно изымается у собственника по решению государственного органа. Чрезвычайно важную роль в процессе возникновения, изменения или прекращения гражданских правоотношений играют такие административные акты, как государственная регистрация юридических действий и событий. Особым видом юридических актов являются судебные решения, устанавливающие гражданские права и обязанности. В качестве примера можно привести решения о признании права собственности на самовольное строение при условии, что земельный участок в установленном порядке будет предоставлен застройщику; о принудительном заключении договора на условиях, определенных в судебном решении, и им подобные1. Юридические поступки - правомерные действия субъектов, с которыми закон связывает определенные юридические последствия независимо от того, была ли у субъектов цель достижения того или иного правового результата. Например, к числу таких юридических фактов относятся находка потерянной вещи, обнаружение клада. Эти действия, если даже субъекты не предполагали этого, при определенных условиях порождают у них право собственности на найденную вещь, обнаруженный клад. Несомненно, что к юридическим поступкам относится и создание произведений литературы, науки и искусства. Авторское право на эти результаты интеллектуальной деятельности возникает в силу самого факта их создания. Автор может даже и не знать о комплексе прав, которые возникают у него, но он становится их обладателем при наличии самого факта создания произведения.

1 Оценивая судебные решения как самостоятельные юридические факты, следует иметь в виду, что в юридической науке, в первую очередь в гражданско-про-цессуальной, имеет место позиция, согласно которой судебное решение не может рассматриваться в качестве самостоятельного юридического факта, порождающего гражданские правоотношения. См.: Красавчиков О. А. Юридические факты в советском гражданском праве. М, 1958. С. 129-143.

В силу отмеченного нельзя отнести к юридическим поступкам создание изобретения, полезной модели и промышленного образца, так как права на изобретение, полезную модель и промышленный образец могут возникнуть при признании указанных технических решений таковыми патентным ведомством и выдаче патентов на изобретение, промышленный образец и свидетельства на полезную модель.

3. Юридические факты - события

События - явления реальной действительности, которые происходят независимо от воли человека. Например, такое событие, как сильное землетрясение, является юридическим фактом, порождающим право страхователя жилого дома на получение страхового возмещения, т. е. право на компенсацию ущерба, возникшего у него вследствие разрушения дома в результате этого землетрясения. Такое событие, как смерть человека, может породить многочисленные правовые последствия, в том числе правоотношения по наследованию имущества. События подразделяются на абсолютные и относительные. Абсолютные события - такие явления, возникновение и развитие которых не связаны с волевой деятельностью субъектов. К их числу относятся стихийные бедствия и другие природные явления. Относительные события - такие явления, которые возникают по воле субъектов, но развиваются и проистекают независимо от их воли. Так, смерть убитого есть относительное событие, ибо само событие (смерть) возникло в результате волевых действий убийцы, но одновременно это событие (смерть) явилось следствием патологических изменений в организме потерпевшего, уже не зависящих от воли убийцы. Близки к относительным событиям такие юридические факты, как сроки. Сроки по происхождению зависят от воли субъектов или воли законодателя, но течение сроков подчинено объективным законам течения времени (см. подробнее гл. 14 настоящего учебника). Сроки играют самостоятельную, самобытную и многогранную роль в механизме гражданско-правового регулирования общественных отношений. В одних случаях наступление или истечение срока автоматически порождает, изменяет или прекращает гражданские права и обязанности (например, авторское право наследников прекращается из одного факта истечения 50 лет со дня смерти автора), в других - наступление или истечение срока порождает гражданско-правовые последствия в совокупности с определенным поведением субъектов (например, просрочка испол- нения обязательства может служить основанием возложения ответственности при наличии виновных действий должника или кредитора; истечение срока приобретательной давности при условии добросовестного, открытого и непрерывного владения субъектом не своим имуществом может породить у него право собственности на это имущество и т. п.).

4. Юридические составы

Возникновение, изменение или прекращение правоотношений может быть обусловлено одним юридическим фактом или совокупностью юридических фактов, которая именуется юридическим составом. В юридические составы могут входить в различных комбинациях как действия, так и события. Так, для возникновения права на страховое возмещение помимо такого юридического факта - события, как землетрясение, разрушившее дом, необходимо наличие другого юридического факта-действия, а именно такого, как договор страхования, заключенный страхователем - собственником дома со страховщиком. В одних случаях юридические составы порождают правовые последствия при условии возникновения составляющих их юридических фактов в строго определенном порядке и наличия их вместе взятых в нужное время. Например, наследник, указанный в завещании, может стать собственником наследуемого имущества при наличии следующих юридических фактов, разворачивающихся в строгой последовательности: составление завещания наследодателем; открытие наследства; принятие наследства наследником. В общей теории права такие юридические составы именуются сложными (связанными) системами юридических фактов. В других случаях юридические составы порождают правовые последствия только при наличии всех вместе взятых необходимых юридических фактов независимо от того, в какой последовательности они возникли. Так, приостановление срока исковой давности наступает при наличии следующих фактов (причем совершенно безразлично, в каком порядке они накапливаются): нахождение истца или ответчика в составе Вооруженных Сил; переведение данных Вооруженных Сил на военное положение. Важно только то, чтобы эти два факта были в наличии и возникли в течение последних шести месяцев срока исковой давности. Юридические составы указанного вида именуются в общей теории права простыми (свободными) комплексами юридических фактов. Особую разновидность юридических составов в механизме гражданско-правового регулирования представляют собой те составы, обязательным элементом которых является такой юридический факт, как государственная регистрация действия или события. Особая роль таких юридических составов заключается в том, что само по себе наличие юридического факта в форме действия или события при отсутствии факта их государственной регистрации не вызывают гражданско-правовых последствий. Так, сделки с недвижимым имуществом порождают права на такое имущество только при условии их государственной регистрации, а такое событие, как смерть человека, может породить наследственные правоотношения, только будучи зарегистрированным в качестве акта гражданского состояния. Существование таких юридических составов объективно необходимо, так как государственная регистрация прав, действий, событий, является средством публичного контроля за гражданским оборотом в целях обеспечения наиболее полной охраны важнейших имущественных и личных прав, благ и свобод субъектов. (О государственной регистрации сделок и прав более подробно см. § 3 настоящей главы.)

§ 2. Понятие и виды сделок

1. Определение сделки

Сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (ст. 153 ГК). Сделки - акты осознанных, целенаправленных, волевых действий физических и юридических лиц, совершая которые они стремятся к достижению определенных правовых последствий. Это обнаруживается даже при совершении массовидных, обыденных действий. Например, предоставление денег взаймы влечет за собой возникновение у лица, давшего взаймы (заимодавца), права требовать возврата займа, а у лица, взявшего взаймы (заемщика), - обязанности возвратить деньги или вещи, взятые взаймы.

2. Сделка - волевое действие

Сущность сделки составляют воля и волеизъявление сторон. Воля - детерминированное и мотивированное желание лица достичь поставленной цели. Воля есть процесс психического регули- рования поведения субъектов1. Содержание воли субъектов сделки формируется под влиянием социально-экономических факторов: лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность, заключают сделки, чтобы обеспечить изготовление и сбыт товаров, оказание услуг с целью получения прибыли; граждане посредством совершения сделок удовлетворяют материальные и духовные потребности и т. п. Волеизъявление - выражение воли лица вовне, благодаря которому она становится доступной восприятию других лиц. Волеизъявление - важнейший элемент сделки, с которым, как правило, связываются юридические последствия. Именно волеизъявление как внешне выраженная (объективированная) воля может быть подвергнуто правовой оценке. В некоторых случаях для того, чтобы сделка породила правовые последствия, необходимо не только волеизъявление, но и действие по передаче имущества. Например, сделка дарения вещи, не сформулированная как обещание подарить вещь в будущем, возникает из соответствующих волеизъявлений дарителя и одаряемого и действия по передаче одаряемому самой вещи. Воля субъекта должна быть выражена (объективирована) каким-либо образом, чтобы быть ясной для окружающих. Способы выражения, закрепления или засвидетельствования воли субъектов, совершающих сделку, называются формами сделок. Воля может быть изъявлена устно, письменно, совершением конклюдент-ных действий, молчанием (бездействием). (Подробнее см. § 3 настоящей главы.) Оценка формы сделки как способа выражения (объективирования) воли субъекта, совершающего сделку, делает извечным вопрос: чему следует придавать определяющее значение при определении действительных намерений и целей участников сделки - воле или волеизъявлению, сделанному в одной из вышеуказанных форм. Данная проблема из категории вечных. «Борьба между словом и волей стороны проходит через всю классическую юриспруденцию»2.

1 См.: Ойгензихт В. А. Воля и волеизъявление (Очерки теории, философии и психологии права). Душанбе, 1983. С. 24 и след.

2 Римское частное право. Учебник / Под ред. проф. И. Б. Новицкого и проф. И. С. Перетерского. М, 1996. С. 317. Этот тезис был сформулирован указанными авторами при освещении имевшего место в истории римского права наследственного процесса, известного как causa Curiana. Суть состояла в следующем. Некто оставил завещание, в котором написал: «Если у меня родится сын и он умрет, не достигнув совершеннолетия, то я желаю, чтобы Курий был моим наследником». Случилось так, что сын вовсе не родился. Бывший верховный жрец Квинт Муций Сцевола доказывал, что по буквальному тексту завещания Курий в данном случае не имеет прав, а наследство должно перейти к наследникам по закону. Известный оратор Красе ссылался на волю завещателя, на смысл завещания и отстаивал права Курия.

В российской цивилистике проблема приоритета воли или волеизъявления в сделке исследовалась достаточно глубоко, в результате чего были сформулированы три позиции. Согласно первой - «при расхождении между волей и волеизъявлением (если все же воля распознаваема и сделка вообще может быть признана состоявшейся) предпочтение должно быть отдано воле, а не волеизъявлению»1. Согласно второй - сделка есть «действие и поэтому, как правило, юридические последствия связываются именно с волеизъявлением, благодаря чему и достигается устойчивость сделок и гражданского оборота в целом»2. Согласно третьей - воля и волеизъявление одинаково важны, ибо закон ориентирует на единство воли и волеизъявления как на обязательное условие действительности сделки3.

3. Основание (цель) сделки

Цель, преследуемая субъектами, совершающими сделку, всегда носит правовой характер - приобретение права собственности, права пользования определенной вещью и т. д. В силу этого не являются сделками морально-бытовые соглашения, не преследующие правовой цели, - соглашения о свидании, совершении прогулки и т. д. Типичная для данного вида сделок правовая цель, ради которой она совершается, называется основанием сделки (causa). Основание сделки должно быть законным и осуществимым. Юридические последствия, возникающие у субъектов вследствие совершения сделки, представляют собой ее правовой результат. Виды правовых результатов сделок весьма разнообразны: приобретение права собственности, переход права требования от кредитора к третьему лицу, возникновение полномочий представителя и др. Для исполненной сделки характерно совпадение цели и правового результата. Цель и правовой результат не могут совпасть, когда в виде сделки совершаются неправомерные действия.

1 Рабинович Н. В. Недействительность сделок и ее последствия. Л., 1960. С. 7.

2 См.: Новицкий И. Б. Сделки. Исковая давность. М., 1954. С. 22.

3 См.: Агарков М. М. Понятие сделки по советскому гражданскому праву//СГП. 1946. № 3-4 и след.; Иоффе О. С. Советское гражданское право. Курс лекций. Л., 1958. С. 222-223.

Если, совершая для вида дарение, т. е. осуществляя мнимую сделку, гражданин спасает от конфискации преступно нажитое имущество, то правовое последствие в виде перехода права собственности не наступит и имущество будет конфисковано. При совершении неправомерных действий в виде сделок наступают последствия, предусмотренные законом на случай неправомерного поведения, а не те последствия, наступление которых желают стороны. Правовой результат, к которому стремились субъекты сделки, может быть не достигнут, например, в случае ее неисполнения или недостижим, например, в случае гибели вещи, являвшейся предметом сделки. Юридические цели (основания сделки) нельзя отождествлять с социально-экономическими целями субъектов сделки. Это важно по двум причинам: во-первых, одна и та же социально-экономическая цель может быть достигнута через реализацию различных правовых целей (например, социально-экономическая цель использования автомобиля может быть достигнута через реализацию таких правовых целей, как приобретение права собственности на автомобиль или приобретение права пользования в результате найма автомобиля); во-вторых, сам по себе факт заведомого противоречия социально-экономических целей субъектов основам правопорядка или нравственности служит основанием для признания неправомерности действия, совершенного в виде сделки. Юридические цели сделки необходимо отличать от мотива, по которому она совершается. Мотив как осознанная потребность, осознанное побуждение - фундамент, на котором возникает цель. Поэтому мотивы лишь побуждают субъектов к совершению сделки и не служат ее правовым компонентом. Таковым является правовая цель - основание сделки. Ошибочность мотива не может повлиять на действительность сделки. Например, некто покупает мебельный гарнитур, надеясь, что в скором времени ему подарят квартиру. Но дарения не произошло. Ошибочный мотив (квартира не подарена) не может повлиять на действительность сделки по покупке мебельного гарнитура. Право собственности на мебельный гарнитур (в этом заключается цель договора купли-продажи) переходит к покупателю, и он не может отказаться от сделки. Учет мотивов подрывал бы устойчивость гражданского оборота. Вместе с тем стороны по соглашению могут придать мотиву правовое значение. В этом случае мотив становится условием - элементом содержания сделок, совершенных под условием.

4. Сделка как правомерное действие

Сделкой может считаться только правомерное действие, совершенное в соответствии с требованиями закона. Правомерность сделки означает, что она обладает качествами юридического факта, порождающего те правовые последствия, наступления которых желают лица, вступающие в сделку, и которые определены законом для данной сделки. Поэтому сделка, совершенная в соответствии с требованиями закона, действительна, т. е. признается реально существующим юридическим фактом, породившим желаемый субъектами сделки правовой результат. Признание в качестве сделки только правомерного действия преобладает в юридической литературе1. Между тем применение в законодательстве понятия «недействительность сделки» (см. ст. 29-36 ГК РСФСР 1922 г.; ст.48-60 ГК РСФСР 1964 г.; ст. 162, 165,166-181 ГК РФ) послужило поводом для суждений о том, что правомерность или неправомерность не является необходимым элементом сделки как юридического факта, а определяет лишь те или другие последствия сделки2, и о том, что правомерность не является необходимым признаком сделки, поскольку могут существовать и недействительные сделки3. Представляется, что гражданское законодательство исходило и исходит из того, что сделки - это правомерные действия. Продажа краденного, мошенническое завладение чужим имуществом, совершенные как купля-продажа или заем, не порождают правового результата - перехода права собственности, поскольку эти действия неправомерны и только имеют вид сделок. Такие действия могут повлечь лишь последствия, предусмотренные законодателем на случай совершения неправомерных действий. Из этого следует, что, устанавливая в законе основания и последствия признания сделок недействительными, законодатель тем самым указывает на то, что в таких случаях в виде сделки совершены неправомерные действия.

5. Виды сделок

Наличие у всех сделок общих признаков не исключает их подразделения на виды:

1 См.: Красавчиков О. А. Юридические факты в советском гражданском праве. С. 120 и след.; Агарков М. М. Понятие сделки по советскому гражданскому праву. С. 46 и след.

2 См.: Генкин Д. М. Недействительность сделок, совершенных с целью, противной закону // Уч. зап. ВИЮН. Вып. 5. М., 1947. С. 50.

3 См.: Новицкий И. Б. Указ. соч. С. 64-67.

а)        односторонние, двусторонние и многосторонние; б)        возмездные и безвозмездные; в)        реальные и консенсуальные; г)        каузальные и абстрактные. Сделки могут быть классифицированы и иным образом в зависимости от цели, которая ставится при проведении классификации. Так, для того чтобы показать различия по способу закрепления волеизъявления сторон, сделки могут быть разделены на вербальные и литеральные; для того чтобы выявить особый характер взаимоотношений участников сделки, можно выделить фидуциарные и не фидуциарные сделки; для того чтобы показать особенности юридического механизма действия сделок, их можно разделить на сделки, совершенные под условием или без такового, и т. д.

6. Односторонние, двусторонние и многосторонние сделки

Для совершения односторонней сделки достаточно, чтобы волю изъявила одна сторона. Совершая односторонние сделки, субъекты автономно реализуют свою свободу в экономической и духовной и иных сферах общественной жизни. Так, устроитель конкурса, материально стимулируя участников конкурса обещанием награды за лучшее решение той или иной задачи, стремится получить в свои руки такое решение; принимая наследство или отказываясь от него, гражданин реализует независимость и свободу в выборе жизненных решений. Односторонние сделки - особые правовые явления. Их совершение выступает актом распоряжения субъектами гражданскими правами и может создавать особые правовые последствия. Так, предлагая заключить договор, субъект юридически связывает себя возможностью принятия предложения его адресатом. Таким образом, у адресата предложения возникает особая возможность его принятия, именуемая секундарным правомочием. По общему правилу односторонняя сделка создает обязанности для лица, совершившего сделку. Для других лиц она может создавать обязанности лишь в случаях, установленных законом, либо с согласия этих лиц. Так, в завещании, являющимся односторонней сделкой, завещатель вправе возложить на наследника по завещанию исполнение какого-либо обязательства (завещательный отказ). Наследник, принявший наследство, должен исполнить это обязательство. При этом лица, в пользу которых необходимо исполнить данное обязательство, приобретают право требовать его исполнения. В односторонней сделке воля может быть изъявлена сразу несколькими лицами, например доверенность на продажу дома может быть выдана несколькими его сособственниками. Указанные лица выступают в данном случае как одна сторона. К односторонним сделкам соответственно применяются и нормы, касающиеся двух- и многосторонних сделок, поскольку это не противоречит закону и существу односторонней сделки (ст. 156 ГК). Для совершения двусторонней сделки необходимо волеизъявление двух сторон. При этом каждая из них может быть представ'-лена как одним, так и несколькими субъектами. Не следует смешивать число сторон в двусторонней сделке с числом ее участников. Так, купля-продажа остается двусторонней сделкой несмотря на то, что в ее заключении участвовало несколько лиц на стороне покупателя или несколько лиц на стороне продавца. В таких случаях принято говорить о множественности лиц, составляющих сторону в сделке. Воля сторон в двусторонней сделке должна быть встречной и совпадающей. Это означает, во-первых, что воля сторон диктуется взаимно удовлетворяемыми интересами (например, сделка может возникнуть, если одна сторона хочет пользоваться вещью, а другая - сдать ее внаем); во-вторых, что имеет место согласованность воль сторон (например, сделка поставки может состояться только в том случае, если стороны согласуют количество товара). Для совершения многосторонней сделки необходимо волеизъявление более двух сторон. Примером многосторонней сделки служит договор о совместной деятельности (договор простого товарищества), который может выступать средством достижения общей хозяйственной цели, например для финансирования и строительства туристического комплекса несколькими юридическими лицами и т. д. Разновидностью многосторонних сделок являются учредительные договоры о создании хозяйственных товариществ иобществ. Всякая сделка, в которой имеется более одной стороны, именуется договором. Поэтому всякий договор есть сделка, но не всякая сделка - договор.

7. Возмездные и безвозмездные сделки

Возмездной называется сделка, в которой обязанности одной стороны совершить определенные действия соответствует встречная обязанность другой стороны по предоставлению материального или другого блага. Возмездность в сделке может выражаться в передаче денег, вещей, предоставлении встречных услуг, выполнении работы и т. д. В безвозмездной сделке обязанность предоставления встречного удовлетворения другой стороной отсутствует. Поэтому возмездными могут быть только двусторонние и многосторонние сделки. Односторонние сделки всегда безвозмездны. Возмездность или безвозмездность сделок может предопределяться их природой или соглашением сторон. Только возмездными по своей природе являются сделки по передаче имущества в собственность, во временное пользование, совершенные с целью товарно-денежного обмена. В свою очередь, всегда безвозмездна сделка дарения. Соглашением сторон может определяться, например, Возмездность или безвозмездность договоров поручения, хранения и т. п. Безвозмездные сделки могут совершаться без ограничения в отношениях между гражданами. В отношениях с участием юридических лиц безвозмездные сделки возможны, только если это не противоречит требованиям закона.

8. Консенсуальные и реальные сделки

Консенсуальные сделки (от лат. consensus - соглашение) - это такие сделки, которые порождают гражданские права и обязанности с момента достижения их сторонами соглашения. Последующая передача вещи или совершение иного действия осуществляется с целью их исполнения. Консенсуальными являются сделки купли-продажи, а также многие сделки по выполнению работ и оказанию услуг (договор подряда, договор комиссии и т. п.). Для совершения реальной сделки (от лат. res - вещь) одного соглашения между ее сторонами недостаточно. Необходима еще передача вещи или совершение иного действия. Реальны некоторые сделки по передаче имущества в собственность или иное вещное право (например, сделки дарения и займа, не сформулированные как обещание подарить и выдать заем), отдельные сделки о временной передаче вещей (например, соглашения поклажедате-ля и хранителя недостаточно для возникновения договора хранения, необходима передача имущества на хранение), договоры перевозки грузов и некоторые другие.

9. Каузальные и абстрактные сделки

Каждая сделка имеет правовое основание - правовую цель, к достижению которой стремятся субъекты. Из каузальной сделки видно, какую правовую цель она преследует. Так, из договора купли-продажи всегда видно, какой товар передается продавцом в собственность покупателю. Благодаря этому является очевидным и правовое основание (causa) возникновения права собственности покупателя на товар. Действительность каузальной сделки ставится в зависимость от ее цели. Цель должна быть законной и достижимой. Так, будет недействительна сделка, совершенная с целью, противной основам правопорядка и нравственности. Недействительна сделка купли-продажи имущества, совершенная не собственником, не обладающим полномочием на это, так как цель - переход права собственности - недостижима. Абстрактные сделки как бы оторваны от своего основания (от лат. abstrahere - отрывать, отделять). Абстрактность сделки означает, что ее действительность не зависит от основания - цели сделки. Пример абстрактной сделки - выдача векселя. Вексель удостоверяет либо ничем не обусловленное обязательство векселедателя (простой вексель), либо ничем не обусловленное предложение указанному в векселе плательщику (переводный вексель) оплатить при наступлении предусмотренного векселем срока денежную сумму, оговоренную в нем. Из векселя не видно, на основании чего возникло право векселедержателя требовать выплаты денежных сумм. На этом основана его оборотоспособность. Иногда в особую группу выделяются доверительные, или фидуциарные, сделки (от лат. fiducia - доверие), которые основаны на особых, лично-доверительных отношениях сторон. Утрата такого характера взаимоотношений сторон дает возможность любой из них в одностороннем порядке отказаться от исполнения сделки (например, в договоре поручения как поверенный, так и доверитель вправе в любое время отказаться от его исполнения без указания мотивов). Подобные сделки редки и в целом не характерны для имущественного оборота.

10. Сделки, совершенные под условием

Существенные особенности имеет механизм возникновения гражданских прав и обязанностей из сделок, совершенных под условием. Возможность существования сделок, совершенных под условием, традиционно признается российском гражданским законодательством. Такие сделки совершенно идентично закреплялись законодательством дореволюционной России1, ст. 41-43 ГК РСФСР 1922 г., ст. 60 ГК РСФСР 1964 г. и ст. 157 ГК РФ. Условной называется сделка, стороны которой ставят возникновение или прекращение прав и обязанностей в зависимость от какого-то обстоятельства, которое может наступить или не наступить в будущем. В качестве условия могут выступать как события, так и действия граждан и юридических лиц. При этом в качестве условия могут рассматриваться как действия третьих лиц, так и действия самих участников сделки (например, женитьба покупателя имущества, договорившегося с продавцом о том, что право собственности на проданное имущество перейдет к покупателю только с момента его женитьбы). Действия участников сделки могут являться условиями, так как действующее российское законодательство не содержит прямого запрета на это. Вместе с тем в некоторых законодательных системах имеют место запреты подобного рода. Так, например, в соответствии со ст. 134 ГК Японии не может считаться условием действие, всецело зависящее от воли должника2. События и действия, относимые к условиям, должны обладать определенными признаками. События и действия в качестве условия должны характеризоваться тем, что в момент совершения сделки ее участникам не должно быть известно, наступит или не наступит в будущем обстоятельство, включенное в сделку в качестве условия. Именно неопределенность относительно того, наступит или не наступит то или иное обстоятельство, позволяет субъектам придать мотиву сделки значение условия. Например, гражданин обязуется предоставить в аренду свою дачу, если он приобретет или построит новую.

1 См.: Шершеневич Г. Ф. Учебник русского гражданского права (по изданию 1907 г.). С. 122 и след.

2 См.: Сакаэ Вагацума, Тору Ариидзуми. Гражданское право Японии. Книга первая. М, 1983. С. 141. В отечественной юридической науке имеет место точка зрения, согласно которой условием может быть только обстоятельство, не зависящее от воли стороны сделки. См.: Брагинский М. И. Сделки: понятия, виды и формы (комментарий к новому ГК РФ). М., 1995. С. 50.

Несмотря на неопределенность относительно того, наступит или не наступит действие или событие, предусмотренные участниками сделки в качестве условия, оно должно быть возможным как юридически, так и по объективным естественным законам. Иначе говоря, должна иметь место реальная осуществимость обстоятельства, противоположная той, когда некто продает автомобиль под условием, что автомобиль будет передан во владение и пользование покупателя, если продавец придумает «вечный» двигатель к нему. Субъекты могут придать характер условия различным жизненным обстоятельствам (переезд на новое место жительства, изменение места службы, улучшение жилищных условий и т. д.). Поэтому условие обладает таким признаком, как произвольность его установления1. Обстоятельство, произвольно избранное участниками сделки в качестве условия, не должно противоречить закону, основам правопорядка и нравственности. Поэтому недействительна сделка, если в нее в качестве условия включается, например, требование причинения вреда третьему лицу. Условие в сделке - элемент случайный, но он должен быть неразрывно связан с основным содержанием сделки и не может рассматриваться изолированно.

11. Виды условий в сделках

Сделка может быть совершена под отлагательным или отме-нительным условием. Сделка считается совершенной под отлагательным условием, если стороны поставили возникновение прав и обязанностей в зависимость от наступления условия (п. 1 ст. 157 ГК). Поэтому права и обязанности в сделке с отлагательным условием возникают не с момента ее совершения, а с момента наступления условия. Возникновение прав и обязанностей как бы откладывается до наступления условия. Например, один гражданин продает другому мебельный гарнитур, оговаривая при этом, что право собственности перейдет к покупателю после покупки продавцом другого гарнитура.

1 См.: Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права (по изданию 1907 г.). С. 122.

Ввиду того что права и обязанности в сделке с отлагательным условием связываются с наступлением условия, возникает вопрос о существовании между сторонами правовых отношений в период с момента заключения сделки до наступления отлагательного условия. Представляется, что с момента заключения сделки под отлагательным условием стороны состоят в правовой связи и с этого момента не допускается произвольное отступление от соглашения и совершение условно обязанным лицом действий, создающих невозможность наступления условия1. Сделку, совершенную под отлагательным условием, необходимо отличать от предварительного договора (ст. 429 ГК). При наступлении отлагательного условия сделка, в содержание которой оно включено, без каких-либо дополнительных юридических фактов порождает те права и обязанности, возникновение которых ставилось в зависимость от наступления условия. Так, например, стороны договорились о том, что продается библиотека, но право собственности на нее перейдет к покупателю только после отъезда продавца в другой город в связи с повышением по службе. Наступление указанного отлагательного условия само по себе является основанием перехода права собственности на библиотеку. Если эти же лица заключили бы предварительный договор о том, что они обязуются в будущем заключить договор купли-продажи библиотеки, то для перехода права собственности на библиотеку необходимо было бы заключить отдельный (основной) договор купли-продажи. Сделка считается совершенной под отменительным условием, если стороны поставили прекращение прав и обязанностей в зависимость от наступления условия. Например, гражданин предоставляет в пользование другому дачу сроком на один год с условием, что если в течение этого срока возвратится из научной командировки его дочь, то права арендатора прекращаются. Права и обязанности в данном случае возникают у сторон в момент совершения сделки и прекращаются с момента возвращения дочери арендодателя. Для субъектов, недобросовестно препятствующих наступлению условия либо недобросовестно способствующих его наступлению, закон предусматривает невыгодные последствия правового порядка. Если наступлению условия недобросовестно воспрепятствовал субъект, которому это невыгодно, условие признается наступившим.

1В юридической литературе имеет место другое мнение, согласно которому из сделки, совершенной под отлагательным условием, никаких прав и обязанностей не возникает. См.: Советское гражданское право. Т. 1. М., 1986. С. 221 (автор главы - О. А. Красавчиков).

Если наступлению условия недобросовестно содействовал субъект, которому наступление условия выгодно, оно признается не наступившим (п. 3 ст.157 ГК). От условия в сделке следует отличать срок - обстоятельство, которое неизбежно истечет или наступит в будущем. Срок является отлагательным, если с его наступлением связывается возникновение прав и обязанностей, или отменительным, если с его наступлением права и обязанности прекращаются. Включение подобных сроков в сделки не превращает их в условные. Данные сроки будут являться либо временем возникновения, существования сделки, либо временем ее исполнения.

12. Значение сделок

Социальное и экономическое значение сделок предопределяется их сущностью и особыми юридико-правовыми свойствами. Гражданское право служит регламентации товарно-денежных и иных отношений, участники которых выступают равными, самостоятельными и независимыми друг от друга. Главным юридическим средством установления и определения содержания правовых связей между вышеуказанными субъектами являются сделки. Именно сделки - то правовое средство, при помощи которого социально и экономически равноправные и самостоятельные субъекты устанавливают свои права и обязанности, определяя тем самым юридические границы своих взаимоотношений. Особую роль в социально-экономической жизни общества играют двусторонние (многосторонние) сделки - договоры. Договоры - инструмент согласования воли субъектов экономической деятельности. Поэтому договоры можно оценивать как средство саморегуляции экономической системы, покоящейся на равенстве граждан и организаций, действующих в ее рамках. Благодаря договорам между субъектами, осуществляющими производственно-хозяйственную деятельность, и потребителями товаров и услуг устанавливается пропорциональность экономических процессов в условиях рыночного производства, ибо договоры позволяют учесть реальные потребности и интересы членов общества. Совершение сделок - важнейший юридический способ осуществления субъективных гражданских прав. Совершая сделки, субъекты распоряжаются социально-экономическими благами, принадлежащими им, и приобретают блага, принадлежащие другим. Сделки играют в общественной жизни многогранную роль. Поэтому в гражданском праве действует принцип допустимости - действительности любых сделок, не запрещенных законом, т. е. принцип свободы сделок (ст. 8 ГК).

§ 3. Условия действительности сделок

1. Общие условия действительности сделок

Действительность сделки означает признание за ней качеств юридического факта, порождающего тот правовой результат, к которому стремились субъекты сделки. Действительность сделки определяется законодательством посредством следующей системы условий: а) законность содержания;

б) способность физических и юридических лиц, совершающих ее, к участию в сделке;

в) соответствие воли и волеизъявления;

г) соблюдение формы сделки.

2. Законность содержания сделки

Законность содержания сделки означает ее соответствие требованиям законодательства. Содержание сделки должно соответствовать требованиям ГК РФ, принятых в соответствии с ним федеральных законов, указам Президента РФ и других правовых актов, принятых в установленном порядке. В случаях коллизии между нормами, содержащимися в вышеперечисленных правовых актах, законность содержания сделок должна определяться с учетом иерархической подчиненности правовых актов, установленной ст. 3 ГК. Законность содержания сделки предполагает ее соответствие не только нормам гражданского права, но и его принципам. При решении вопроса о законности содержания сделки следует иметь в виду, что новейшее гражданское законодательство РФ допускает аналогию закона и аналогию права (ст. 6 ГК). Юридические действия, признаваемые сделками по аналогии закона, порождают гражданско-правовые последствия потому, что их содержание не противоречит существу гражданского законодательства, регулирующего сходные отношения. Юридические действия, признаваемые сделками по аналогии права, подлежат правовой защите потому, что их содержание соответствует общим началам и смыслу гражданского законодательства, требованиям добросовестности, разумности и справедливости. Иначе говоря, содержание сделок, признаваемых таковыми по аналогии закона или аналогии права, является тоже законным, так как санкционировано общими нормами гражданского законодательства.

3. Способность физических и юридических лиц, совершающих сделку, к участию в ней

Поскольку сделка-волевое действие, совершать ее могут только дееспособные граждане. Лица, обладающие частичной или ограниченной дееспособностью, вправе самостоятельно совершать только те сделки, которые разрешены законом. Юридические лица, обладающие общей правоспособностью, могут совершать любые сделки, не запрещенные законом. Юридические лица, обладающие специальной правоспособностью, могут совершать любые сделки, не запрещенные законом, за исключением противоречащих установленным законом целям их деятельности. Отдельные виды сделок могут совершаться юридическими лицами при наличии специального разрешения (лицензии). Волю юридического лица при совершении сделки выражает его орган. При этом по общему правилу правовые последствия возникают у юридического лица, если орган действовал в пределах правомочий, предоставленных ему в соответствии с законом, иными правовыми актами. Отдельные изъятия из этого правила предусмотрены законом, например в нормах ст. 173,174 ГК РФ. (Об этом более подробно см. § 4 настоящей главы.)

4. Соответствие воли и волеизъявления участника сделки

Действительность сделки предполагает совпадение воли и волеизъявления. Несоответствие между действительными желаниями, намерениями лица и их выражением вовне служит основанием признания сделки недействительной. При этом следует учитывать, что до обнаружения судом указанного несовпадения действует презумпция совпадения воли и волеизъявления. Несоответствие между волей и волеизъявлением субъекта может быть результатом ошибок или существенного заблуждения относительно предмета и условий сделки. От несоответствия воли и волеизъявления следует отличать случаи упречности (дефектности) воли. В отмеченных случаях воля субъекта может совпадать с волеизъявлением, но содержание воли не отражает действительных желаний и устремлений субъекта, так как она сформировалась у него под влиянием обмана, насилия, угрозы, стечения тяжелых обстоятельств или искажена в результате злонамеренного соглашения представителя субъекта с другой стороной. Упречность (дефектность) воли также является основанием для признания недействительности сделок.

5. Форма сделки

Сделка порождает права и обязанности при условии соблюдения требуемой формы. Сделки могут совершаться устно, в письменной форме (простой или нотариальной), путем осуществления конклюдентных действий, молчания (бездействия). Устная форма сделок заключается в том, что стороны выражают волю словами (при встрече, по телефону), благодаря чему воля воспринимается непосредственно. В общем виде правило о сфере применения устной формы сделок формулируется следующим образом: сделка, для которой законом или соглашением сторон не установлена письменная (простая либо нотариальная) форма, может быть совершена устно (п. 1 ст. 159 ГК). Этим самым субъектам, заключающим сделку, предоставлена свобода выбора между устной и письменной формами. Устно могут совершаться все сделки, исполняемые при самом их совершении. При этом не принимается в расчет сумма, на которую совершается сделка. Примером такой сделки может служить приобретение товара в магазине, где его передача И оплата происходят одновременно. В данном и подобных ему случаях устной формы достаточно, ибо исполнение сделок при их совершении означает прекращение их действия с этого момента. Из приведенного правила есть исключение - сделки, исполняемые при самом их совершении, не могут быть совершены устно, если для них установлена нотариальная форма либо если в отношении таких сделок установлено, что нарушение простой письменной формы влечет их недействительность (ст. 159 ГК). В устной форме совершаются сделки граждан на сумму, не превышающую в десять раз минимальный размер оплаты труда, установленный законом (п. 1 ст. 161 ГК). В законодательстве (п. 3 ст. 159 ГК) предусмотрена возможность использования сделок, совершенных устно, во исполнение договора, заключенного в письменной форме, если это не противоречит закону, иным правовым актам и договору. Подобное имеет место, когда в соответствии с письменным договором поставки на протяжении года будет производиться отпуск товаров по мере возникновения потребности покупателя на основе его устной заявки1. Исполнение сделок, совершенных в устной форме, может сопровождаться выдачей документа, подтверждающего их исполнение (товарных чеков, справок о покупке товарно-материальных ценностей и т. п.), а также выдачей легитимационных знаков (номерков, жетонов и т. п.). Но это не меняет сути устной формы. Сделка, которая может быть совершена устно, может совершаться также путем осуществления лицом конклюдентных действий (п. 2 ст. 158 ГК). Конклюдентные действия (от лат. соп-cludere - заключать) - поведение, посредством которого обнаруживается намерение лица вступить в сделку. Так, опуская в автомат деньги, лицо изъявляет волю на покупку товара, содержащегося в автомате. Молчание может иметь правообразующую силу, если законом или соглашением сторон ему придается такое свойство. Только в этих случаях молчание свидетельствует о выражении воли субъекта породить или допустить правовые последствия. Так, если арендатор продолжает пользоваться имуществом после истечения срока договора при отсутствии возражений со стороны арендодателя, договор считается возобновленным на тех же условиях на неопределенный срок. Данный пример интересен и тем, что воля арендодателя на продолжение арендных отношений выражается молчанием, а воля арендатора на это выражается путем осуществления конклюдентных действий (продолжением пользования арендованным имуществом).

6. Письменная форма сделок

Письменная форма позволяет наиболее адекватно, документально закрепить волю субъектов сделки и тем самым обеспечить доказательства действительной направленности их намерений. По соглашению субъектов можно облечь в письменную форму любую сделку, хотя по закону такая форма и не обязательна для нее. Простая письменная форма для сделок предписывается законодателем двумя способами. Первый способ реализуется установлением правила о том, что должны совершаться в простой письменной форме, за исключением сделок, требующих нотариального удостоверения:

1 См.: Брагинский М. И Сделки: понятия, виды и формы (комментарий к новому ГК РФ). С. 58.

а) сделки юридических лиц между собой и с гражданами;

б) сделки граждан между собой на сумму, превышающую не менее чем в десять раз установленный законом минимальной размер оплаты труда.

Из этого правила делается исключение для сделок, которые могут совершаться устно независимо от субъектного состава и суммы сделки (ст. 159 ГК). Второй способ реализуется установлением прямых предписаний закона о необходимости простой письменной формы для той или иной сделки независимо от ее субъектного состава и суммы сделки. Например, непосредственно в силу закона для таких сделок, как договоры о коммерческом представительстве, залоге, поручительстве, задатке, купле-продаже недвижимости, о банковском кредите и т. п., во всех случаях обязательна простая письменная форма. Письменная форма сделки означает, что воля лиц, ее совершающих, закрепляется (объективируется) в документе, подписанном лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами. Составлением одного документа во всех случаях должна быть оформлена односторонняя сделка, если для ее совершения предписана простая письменная форма. Двусторонние и многосторонние сделки - договоры могут совершаться в письменной форме как в виде составления одного документа, подписанного сторонами, так и в виде обмена документами посредством почтовой, телеграфной, телетайпной, телефонной, электронной или иной связи, позволяющей достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору. Документы, оформляющие сделку, могут быть исполнены в нескольких экземплярах. Все экземпляры являются оригиналами документа и имеют равную юридическую силу. Этим они отличаются от копий. Во всех случаях сделка, совершенная в письменной форме, представляет собой один или несколько документов. Поэтому сделка, совершенная в письменной форме, может считаться надлежаще оформленной, если в документе(ах) присутствуют обязательные реквизиты. Реквизиты (от лат. requisitum - необходимое) - это данные, которые должны содержаться в письменном докумен-те(ах), оформляющем сделку. Реквизитами являются сведения о наименовании кредитора, сумме платежа, месте исполнения обязательств, дате совершения сделки, подписи сторон и т. п. Реквизиты сделки могут устанавливаться ее участниками, а также непосредственно предписаниями закона. В тех случаях, когда перечень необходимых реквизитов, подлежащих отражению в документе, определяется законодательством, как правило, отсутствие какого-либо реквизита приводит к недействительности документа, а через это - к недействительности сделки. Так, например, отсутствие в векселе наименования «вексель», включенного в текст документа, означает, что такой документ не имеет силы векселя, а сама сделка по выдаче подобного документа не может расцениваться как сделка по выдаче векселя. Обязательным реквизитом любого документа, письменно оформляющего сделку, являются подпись лица или подписи лиц, совершающих сделку, или должным образом уполномоченных ими лиц. От имени юридического лица документ должен быть подписан лицом, обладающим в соответствии с законом и учредительными документами правами исполнительного органа данного юридического лица1. В тех случаях, когда в соответствии с законом юридическое лицо может приобретать гражданские права и принимать на себя обязанности через своего участника (п. 1 ст. 72 ГК), документ, оформляющий сделку, подписывается участником. Когда гражданин, вступающий в сделку, не может вследствие физических недостатков, болезни, неграмотности подписать ее собственноручно, по его поручению сделку подписывает другое лицо - рукоприкладчик. Подпись последнего должна быть засвидетельствована нотариусом либо другим должностным лицом, имеющим право совершать такое нотариальное действие, с указанием причин, в силу которых совершающий сделку не мог подписать ее собственноручно. Если рукоприкладчик подписывает доверенность на получение заработной платы и иных платежей, связанных с трудовыми отношениями, на получение вознаграждения авторов и изобретателей, пенсий, пособий и стипендий, вкладов в банках и на получение корреспонденции, в том числе денежной и посылочной, то подпись рукоприкладчика может быть удостоверена также организацией, где работает гражданин, который не может собственноручно подписаться, или администрацией стационарного лечебного учреждения, в котором он находится на излечении (п. 3 ст. 160 ГК). Подпись, совершенная рукоприкладчиком, является подписью его самого, а не лица, за которое он подписался. Поэтому подпись рукоприкладчика нельзя смешивать с аналогом собственноручной подписи лица, совершающего сделку.

1 В этой связи представляется юридически некорректным, нарушающим нормы ст. 53,160 ГК требование об обязательности подписи главного бухгалтера на документах, оформляющих сделки юридических лиц, закрепленное в ст. 7 Закона о бухгалтерском учете.

7. Аналог собственноручной подписи. Электронно-цифровая подпись

Развитие современных систем передачи информации объективно привело к использованию в гражданском обороте документов, которые удостоверены факсимильными копиями, электронно-цифровыми подписями и иными аналогами собственноручных подписей лиц, совершающих сделки. Это позволило существенно ускорить процессы совершения сделок. Использование при совершении сделок факсимильного воспроизведения подписи с помощью средств механического или иного копирования, электронно-цифровой подписи либо иного аналога собственноручной подписи допускается в случаях и порядке, предусмотренных законом, иными правовыми актами или соглашением сторон. В современных условиях порядок использования аналогов собственноручных подписей лучше тщательно оговорить в соглашении участников сделки, так как законодательная база, касающаяся применения аналогов собственноручной подписи, весьма узка. Лишь некоторую законодательную регламентацию имеет порядок использования электронно-цифровой подписи. В ст. 5 Федерального закона «Об информации, информатизации и защите информации»1 предусмотрено, что юридическая сила электронно-цифровой подписи признается при наличии в автоматизированной информационной системе программно-технических средств, обеспечивающих идентификацию подписи и соблюдение установленного режима их использования. Право удостоверять идентичность электронной цифровой подписи осуществляется на основании лицензии. Электронно-цифровая подпись является результатом работы программы генерации цифровой подписи. Электронно-цифровая подпись является аналогом собственноручной подписи и обладает двумя основными свойствами: воспроизводима только одним лицом, а подлинность ее может быть удостоверена многими; она неразрывно связана с конкретным документом, и только с ним. Электронно-цифровая подпись жестко увязывает в одно целое содержание документа и секретный ключ подписывающего и делает невозможным изменение документа без нарушения подлинности этой подписи2.

1 СЗ РФ. 1995. № 8. Ст. 609

2 См.: Лебедев А. Н. Открытые системы для закрытой информации // Открытые системы. Вып. 3. М, 1993. С. 32; Операционные технологии межбанковского финансового рынка. МФД на рынке капитала Вып 5 М., 1994 С 101

Суть процедуры использования электронно-цифровой подписи состоит в том, что пользователь программного обеспечения имеет возможность изготовить пару индивидуальных ключей: секретного - для формирования цифрового аналога подписи под документом и парного с ним, открытого - для проверки достоверности цифровых подписей, вычисленных с помощью данного секретного ключа1. Электронно-цифровая подпись - самостоятельный аналог собственноручной подписи наряду с аналогом, полученным в результате факсимильного воспроизведения подписи с помощью средств механического или иного копирования2. Электронная подпись не может существовать в виде того или иного обозначения, непосредственно воспринимаемого человеческим глазом. Разногласия между участниками сделки, скрепленной такой подписью, могут быть урегулированы лишь на основе правил, согласованных участниками системы использования электронной подписи, либо норм закона и иных правовых актов3. Независимо от того, чем (законом, иными правовыми актами или соглашением участников сделки) определяется порядок применения того или иного аналога собственноручной подписи, данный порядок должен позволить достоверно установить, что документ, удостоверенный аналогом собственноручной подписи, исходит от лица, совершающего сделку. Проблемы, связанные с пониманием сущности электронно-цифровой подписи, являются частью проблемы юридического понимания документа, совершенного в электронной форме. В п. 2 ст. 434 ГК говорится о том, что заключение договора путем обмена документами посредством электронной связи является заключением договора в письменной форме, т. е., по сути, говорится о документе в электронной форме.

1 См.: Операционные технологии межбанковского финансового рынка. МФД на рынке капитала. Вып. 5. С. 19.

2 Представляется, что изложенное понимание электронно-цифровой подписи соответствует смыслу п. 2 ст. 160 ГК. Нельзя толковать норму данного пункта так, как будто она имеет в виду правила «применения различных современных способов факсимильного воспроизведения подписи с помощью средств механического или иного копирования электронно-цифровой подписи и иных аналогов собственноручной подписи» (см.: Комментарий части первой Гражданского кодекса Российской Федерации для предпринимателей. С. 200 (автор главы - М. И. Брагинский).

3 Подробнее об этом см.: Мальцев Ю. В., Молчанов В. В., Шерстобитов А. Е. Правовое регулирование электронного документооборота в банковской практике // Гражданско-правовое регулирование банковской деятельности. М., 1994. С. 109-128; Комментарий к Арбитражно-процессуальному кодексу РФ. М., 1995. С. 137-143 (автор главы-В. К. Пучинский).

Проблема распознавания документа в электронной форме имеет те же аспекты, что и проблема распознавания электронно-цифровой подписи. Для нее тоже обязательно достоверное установление того, что документ исходит от стороны в сделке (п. 2 ст. 434 ГК).

8. Дополнительные требования к форме сделок и их реквизитам

Общие требования к письменной форме сделок и их реквизитам могут дополняться законом, иными правовыми актами и соглашением сторон. Так, требования о скреплении подписей сторон печатями определяются соглашением участников сделки, а требования к бланкам ценных бумаг, предусмотренные с целью предотвращения их подделок, определяются в законодательстве. Дополнительные требования к письменной форме сделок могут быть самыми разнообразными - их перечень не замкнут. Законом, иными правовыми актами, соглашением сторон могут быть предусмотрены особые последствия нарушений дополнительных требований к письменной форме сделок. Если таковые не предусмотрены, применяются последствия несоблюдения простой письменной формы сделок, установленные ст. 162 ГК.

9. Последствия несоблюдения простой письменной формы сделки

Общим последствием несоблюдения простой письменной формы сделки является лишение сторон в случае спора права ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания. В этих случаях субъекты сохраняют право приводить письменные (письма, расписки, квитанции и т. п.) и другие доказательства (п. 1 ст. 162 ГК). Из приведенного общего правила в некоторых случаях закон делает исключения и разрешает использовать свидетельские показания для доказывания факта совершения отдельных видов сделок даже при несоблюдении простой письменной формы. Например, несоблюдение простой письменной формы договора хранения не лишает стороны права ссылаться на свидетельские показания в случае спора о передаче вещи на хранение при чрезвычайных обстоятельствах (пожар, наводнение, народные волнения и т. п.), а также в споре о тождестве вещи, принятой на хранение, и вещи, возвращенной хранителем (ст. 887 ГК). Если совершение сделки, для которой установлена письменная форма, сопровождается совершением уголовно наказуемого деяния, сделка может быть подтверждена любыми доказательствами, в том числе свидетельскими показаниями, поскольку в качестве доказательств вины субъекта в совершении преступления необходимо использовать все допустимые уголовно-процессуальным законом доказательства. Несоблюдение простой письменной формы сделки влечет ее недействительность, если это прямо указано в законе или в соглашении сторон (п. 2 ст. 162 ГК). Несоблюдение простой письменной формы внешнеэкономической сделки во всех случаях влечет ее недействительность (п. 3 ст. 162 ГК). Нотариальная форма сделки может иметь место, если это предусмотрено законом либо соглашением сторон. В законодательстве предписания о необходимости совершения сделки в нотариальной форме встречаются не часто и, как правило, относятся к сделкам, касающимся наиболее значимого имущества. Например, законом требуется нотариальное удостоверение договора залога недвижимости (п. 2 ст. 339 ГК); договора об уступке права требования, если само требование основано на сделке, совершенной с нотариальным удостоверением (п. 1 ст. 389 ГК); договора ренты (ст. 584 ГК). По соглашению субъектов нотариальному удостоверению может быть подвергнута любая сделка, даже если для нее этого не требуется законом. Нотариальное удостоверение сделки облегчает заинтересованной стороне доказывание своего права, поскольку содержание сделки, время и место ее совершения, намерения субъектов сделки и другие обстоятельства, официально зафиксированные нотариусом, презюмируются как очевидные и достоверные. Нотариальное удостоверение сделок осуществляется в соответствии Законом РФ «Об основах законодательства о нотариате»1 государственными и частными нотариусами. При отсутствии в населенном пункте нотариуса необходимые действия совершают уполномоченные на это должностные лица исполнительной власти. На территории других государств функции нотариусов исполняют от имени Российской Федерации должностные лица консульских учреждений, уполномоченные на это2. В случаях, установленных законом, к нотариальному оформлению сделки приравнивается ее удостоверение определенным должностным лицом: командиром воинской части, главным врачом больницы, капитаном морского судна и т. д. (см. п. 3 ст. 185 ГК).

1 ВВС РФ. 1993. № 10. Ст. 357.

2 Более подробно о полномочиях, функциях нотариальных органов при удостоверении сделок см.: Правовые основы нотариальной деятельности. М., 1994.

Несоблюдение нотариальной формы сделки влечет ее недействительность. Такая сделка считается ничтожной (п. 1 ст. 165 ГК). Вместе с тем в определенных случаях отсутствие необходимого нотариального удостоверения сделки может быть восполнено судебным решением. Такое возможно, если одна из сторон полностью или частично исполнила сделку, требующую нотариального удостоверения, а другая уклоняется от нотариального удостоверения сделки. Суд вправе по требованию стороны, исполнившей сделку, признать ее действительной. В таком случае последующего нотариального оформления сделки не требуется (п. 2 ст. 165 ГК). При этом сторона, уклоняющаяся от нотариального удостоверения, обязана возместить другой стороне убытки, вызванные задержкой в удостоверении сделки (п. 4 ст. 165 ГК).

10. Государственная регистрация сделок

Многие сделки, даже будучи совершенными в надлежащей форме, сами по себе не порождают гражданские права и обязанности. Данные юридические последствия могут появиться только при соединении сделки с такими юридическими фактами, как государственная регистрация сделки или государственная регистрация прав на имущество. Поэтому в гражданском праве имеют место правила о том, что:

сделка, подлежащая государственной регистрации, порождает права и обязанности с момента ее государственной регистрации (см. ст. 164 ГК);

права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают с момента регистрации соответствующих прав на него (см. п. 2 ст. 8 ГК).

Если закон связывает действительность сделки с необходимостью ее государственной регистрации, то сама по себе сделка, даже будучи совершенной в надлежащей форме, никаких гражданско-правовых последствий не порождает. Несоблюдение требования закона о государственной регистрации сделки влечет ее ничтожность - абсолютную недействительность (п. 1 ст. 165 ГК). Вместе с тем само совершение сделки, требующей государственной регистрации, порождает у сторон право требовать друг от друга исполнения обязанности по ее государственной регистрации, Поэтому если сделка, требующая государственной регистрации, совершена в надлежащей форме, но одна из сторон уклоняется от ее регистрации, суд вправе по требованию другой стороны вынести решение о регистрации сделки. В этом случае сделка регистрируется в соответствии с решением суда (п. 3 ст. 165 ГК). При этом сторона, уклоняющаяся от государственной регистрации сделки, должна возместить другой стороне убытки, вызванные задержкой в регистрации сделки (п. 4 ст. 165 ГК)1. Качественно иная правовая ситуация возникает тогда, когда закон требует не государственной регистрации сделки, заключенной в надлежащей форме, а государственной регистрации права, вытекающего из сделки. Так, в соответствии со ст. 550 ГК договор продажи недвижимости считается заключенным с момента составления сторонами одного документа, подписанного сторонами, а в соответствии с п. 1 ст. 551 ГК государственной регистрации подлежит переход права собственности на недвижимость к покупателю, т. е. право, оговоренное в сделке. Одновременно в п. 2 ст. 551 ГК закреплено, что исполнение договора продажи недвижимости сторонами до государственной регистрации перехода права собственности не является основанием для изменения их отношений с третьими лицами. Законодательное разрешение исполнения договора продажи недвижимости до государственной регистрации перехода прав на нее свидетельствует о том, что несмотря на то, что момент заключения договора продажи недвижимости не совпадает с моментом перехода права собственности на нее, такая сделка сама по себе порождает определенные гражданско-правовые последствия. С момента заключения договора продажи недвижимости продавец не может распоряжаться проданной недвижимостью. Покупатель же, получивший эту недвижимость во владение и пользование, не может ею распоряжаться в отношениях с третьими лицами (сдавать в аренду, в ссуду и т. д.). Поэтому если одна из сторон совершит до регистрации перехода права собственности действия по распоряжению проданным недвижимым имуществом, другая сторона имеет право предъявить иск о признании сделки недействительной, а в соответствующих случаях - винди-кационный или негаторный иск (ст. 301-304 ГК).

1В соответствии с п. 3 ст. 433 ГК договор, подлежащий государственной регистрации, считается заключенным с момента его регистрации, если иное не предусмотрено законом. Таким образом, по смыслу п. 3 ст. 433 ГК, если сделка, требующая государственной регистрации, совершена в надлежащей форме, но не зарегистрирована, имеет место несовершившаяся сделка. Норма п. 3 ст. 433 ГК в известной мере противоречит норме п. 1 ст. 165 ГК, согласно которой такая сделка ничтожна. Но отмеченное противоречие устраняется возможностью сторон потребовать государственной регистрации по решению суда. Если такая регистрация будет иметь место, то как ничтржная, так и не свершившаяся сделка перерастают в действительные (заключенные)

В некоторых случаях для достижения своих целей участники сделки должны подвергнуть государственной регистрации не только саму сделку, но и переход права, вытекающего из нее. Так, сделка продажи предприятия считается заключенной с момента ее государственной регистрации (п. 3. ст. 560 ГК), а право собственности на предприятие переходит к покупателю только с момента государственной регистрации этого права (п. 1 ст. 564 ГК). Сама сделка продажи предприятия, совершенная в надлежащей форме и подвергнутая в установленном порядке государственной регистрации, не порождает перехода права собственности на него, но создает иные гражданско-правовые последствия. Так, в соответствии с п. 3 ст. 564 ГК покупатель предприятия, которому оно передано до перехода права собственности, вправе до государственной регистрации этого права распоряжаться имуществом и правами, входящими в состав переданного предприятия, в той мере, в какой это необходимо для целей, для которых предприятие было приобретено. Таким образом, государственная регистрация сделок и государственная регистрация прав играют различную роль в юридических составах, которые необходимы для достижения правовой цели участниками сделки1. Действующим законодательством предусмотрена государственная регистрация: а) прав на недвижимое имущество и сделок с ним; б) прав на отдельные виды движимого имущества и сделок с ними. Государственная регистрация прав на недвижимое имущество и сделок с ним производится в целях признания и подтверждения государством оснований возникновения, перехода, обременения (ограничения) или прекращения прав на недвижимое имущество. Сделки с недвижимым имуществом, права на недвижимое имущество подлежат государственной регистрации в едином реестре учреждениями юстиции.

1 В законодательных системах стран с устоявшимися рыночными традициями сложились различные системы регистрации прав на недвижимость и сделок с ними. Подробнее об этом см.: Павлов П. Организационно-правовые проблемы регистрации прав на недвижимое имущество // Закон. М., 1994. С. 88-93; Павлов П. Основные принципы регистрации прав на недвижимое имущество // Российская юстиция. 1995. № 5.

Регистрации подлежат право собственности, право хозяйственного ведения, право оперативного управления, ипотека, сервитуты, а также иные права и обременения (например, арест имущества) в случаях, предусмотренных ГК, Законом о государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним1. Факт государственной регистрации сделки или права подтверждается либо путем выдачи документа о зарегистрированном праве или сделке, либо совершением надписи на документе, представленном на регистрацию (п. 3 ст. 131 ГК). Сделки с движимым имуществом и права на них подлежат государственной регистрации только в случаях, предусмотренных законом (п. 2 ст. 164 ГК). К таким можно отнести следующие. Особая социально-экономическая значимость результатов интеллектуальной деятельности и некоторых средств индивидуализации товаров и их производителей - изобретений, полезных моделей, промышленных образцов, товарных знаков - предопределяет необходимость того, что договоры об уступке патента, об уступке товарного знака, лицензионные договоры на предоставление права пользования объектами патентного права, товарными знаками и им подобные подлежат государственной регистрации. Лишь после такой регистрации указанные договоры порождают гражданские права и обязанности у сторон. Органами государственной регистрации в указанных случаях является Патентное ведомство РФ. Государственную регистрацию сделок и прав необходимо отличать от обязательной в силу предписания закона внегосудар-ственной регистрации сделок и прав, необходимой для возникновения гражданских прав и обязанностей. Так, в соответствии со ст. 29 Закона о рынке ценных бумаг2 право на именную документарную ценную бумагу переходит к приобретателю в случае учета прав приобретателя на ценные бумаги у лица, осуществляющего депозитарную деятельность, с депонированием сертификата ценной бумаги у депозитария - с момента внесения приходной записи по счету депо приобретателя. Государственную регистрацию сделок и прав, являющуюся необходимым элементом фактического состава, с наступлением которого связывается возникновение прав и обязанностей субъектов сделки, нельзя путать с государственным регистрационно-техническим учетом отдельных видов имущества, осуществляемым уполномоченными органами.

1 СЗ РФ. 1997. № 30. Ст. 3594.

2 СЗ РФ. 1996. № 17. Ст. 1918.

Примером такого регистрационно-технического учета является учет автомототранспортных средств и других видов самоходной техники1. Поэтому если субъект приобретет автомобиль по договору купли-продажи, но не поставит его на учет в органы ГАИ (т. е. не зарегистрирует), то это обстоятельство никоим образом не может опорочить право собственности субъекта на автомобиль, ибо отсутствие указанной регистрации не может повлечь недействительности договора купли-продажи автомобиля.

§ 4. Недействительность сделок

1. Понятие и значение недействительности сделки

Недействительность сделки означает, что действие, совершенное в виде сделки, не обладает качествами юридического факта, способного породить те гражданско-правовые последствия, наступления которых желали субъекты.

Сделка считается недействительной по основаниям, установленным законом и иными правовыми актами, в силу признания таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка) (п. 1 ст. 166 ГК). Новейшее российское гражданское законодательство в качестве нормативно-правовой дефиниции закрепило господствовавшее в юридической литературе деление недействительных сделок на ничтожные и оспоримые. Вместе с тем классификация недействительных сделок на ничтожные и оспоримые логически уязвима. «Противопоставление ничтожным сделкам оспоримых сделок не покоится на принципиальной основе: если оспаривание осуществляется, оно приводит к "ничтожности" сделки, притом не с момента оспаривания, а, по общему правилу, с момента совершения сделки, т. е. с обратной силой»,- писал видный российский цивилист И. Б. Новицкий2. Во избежание отмеченной логической неточности в литературе была предложена классификация недействительных сделок на абсолютно недействительные (ничтожные) и относительно недействительные (оспоримые)3.

1 См.: п. 3 постановления Правительства РФ от 12 августа 1994 г. О государственной регистрации автомототранспортных средств и других видов самоходной техники на территории РФ // СЗ РФ. 1994. № 17. Ст. 1999.

2 Новицкий И. Б. Сделки. Исковая давность. С. 70.

3 См.: Гражданское право. Т. 1., М., 1993. С. 137. В. А. Рясенцев предлагал именовать оспоримые сделки относительно действительными. См.: Советское гражданское право. Т. 1. С. 210.

Предложенная классификация является более корректной, так как она опирается на объективный критерий, а именно на различную степень противоправности действий, совершенных в форме недействительных сделок. Вместе с тем данная классификация позволяет использовать термин «ничтожность» как тождественный термину «абсолютная недействительность», а термин «оспоримость» как тождественный термину «относительная недействительность». Ничтожность (абсолютная недействительность) сделки означает, что действие, совершенное в виде сделки, не порождает и не может породить желаемые для ее участников правовые последствия в силу несоответствия закону. Скупка краденого, покупка ценной вещи у недееспособного не могут породить права собственности у приобретателя; нотариально не удостоверенный залог недвижимости не может породить прав залогодержателя и т. п. Ничтожная сделка, являясь неправомерным действием, порождает лишь те последствия, которые предусмотрены законом на этот случай в качестве реакции на правонарушение. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе (п. 1 ст. 166 ГК). Общее правило о ничтожности сделок формулируется следующим образом. Сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения (ст. 168 ГК). Наличие в законе данного общего правила объективно необходимо. Несмотря на то, что законодатель всегда стремится наиболее полным образом описать конкретные виды (составы) ничтожных сделок, он объективно не может предусмотреть все их виды и возможные случаи совершения ничтожных сделок. Поэтому прямая ссылка на вышеприведенное общее правило, закрепленное в ст. 168 ГК, должна иметь место только в тех случаях, когда для признания недействительной сделки ничтожной не установлены специальные основания. Противоправность абсолютного большинства действий, совершенных в виде ничтожных сделок, весьма очевидна, как, например, в случае совершения сделки с гражданином, признанным недееспособным вследствие психического расстройства. Поэтому функции суда в таких случаях сводятся к применению предусмотренных законом последствий, связанных с недействительностью сделок. Вместе с тем противоправность действий, совершенных в виде ничтожных сделок, может быть неочевидной в силу различных причин: противоречивость законодательства, сложный, запутанный характер фактических отношений участников сделки, возможность неоднозначного толкования законоположений в силу их неопределенности и т. п. Например, во всех случаях ничтожна сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, - так называемая притворная сделка (ст. 170 ГК). Но порой доказать притворный характер сделки весьма трудно. Так, близкие родственники по предварительному сговору могут действием, совершенным в форме договора дарения, прикрыть фактическую куплю-продажу части дома, находящегося в общей долевой собственности, с целью обхода права преимущественной покупки, принадлежащего сособственнику, с которым продавец (якобы даритель) находится в неприязненных отношениях. В подобных случаях неизбежна необходимость установления судом ничтожности сделки по правилам искового производства. Иначе говоря, в суде может быть возбужден спор, предметом которого является самостоятельное требование о признании сделки ничтожной. Оспоримость (относительная недействительность сделок) означает, что действия, совершенные в виде сделки, признаются судом при наличии предусмотренных законом оснований недействительными по иску управомоченных лиц. Иначе говоря, если ничтожная сделка недействительна из самого факта ее совершения независимо от желания ее участников, то оспоримая сделка, не будучи оспоренной, по воле ее участника или иного лица, управомочен-ного на это, порождает правовые последствия как действительная. Например, сделка, совершенная под влиянием обмана, действительна и порождает все предусмотренные ею последствия до момента признания ее недействительной судом по иску обманутого.

2. Основания ничтожности (абсолютной недействительности) сделок

Основания ничтожности сделок можно разделить на общие и специальные. Общие основания закреплены в гл. 9 ГК «Сделки» нормами о ничтожности:

1. сделок, совершенных с целью, противной основам правопорядка и нравственности (ст. 169 ГК);

2. мнимых и притворных сделок (ст. 170 ГК);

3. сделок, совершенных гражданином, признанным недееспособным вследствие психического расстройства (ст. 171 ГК);

4. сделок, совершенных несовершеннолетним, не достигшим четырнадцати лет (ст. 172 ГК);

5. сделок, совершенных с нарушением формы, если закон специально предусматривает такое последствие (п. 2, 3 ст. 162 и п. 1 ст. 165 ГК);

6. сделок, совершенных с нарушением требований о их государственной регистрации (п. 1 ст. 165 ГК).

Сделки, совершенные с целью, противной основам правопорядка и нравственности, ничтожны потому, что представляют собой серьезные и опасные нарушения действующего законодательства, носят антисоциальный характер и посягают на существенные государственные и общественные интересы. Именно публичный характер интересов, нарушаемых подобными сделками, позволяет говорить о них как об антисоциальных. Очевидна яркая антисоциальная направленность сделок, создающих угрозу экономической безопасности государства:

внешнеторговых сделок юридических лиц, когда под видом товаров, указанных в лицензии (например, лома черных металлов), продаются за рубеж сплавы редких металлов;

сделок, нарушающих монопольное право государства на определенные виды деятельности (например, право на продажу отдельных видов вооружения);

мнимых внешнеторговых сделок для перевода валютных средств, полученных в кредит, За рубеж с целью их хищения (сделки, совершенные с нарушением правил валютного контроля).

Аналогичную антисоциальную направленность имеют сделки, совершение которых создает угрозу общественной безопасности, например сделки купли-продажи боевого вооружения, взрывчатых материалов, боеприпасов, совершаемые неуполномоченными лицами; сделки, направленные на производство и сбыт товаров и продукции, обладающих свойствами, опасными для жизни и здоровья потребителей, и т. п. Антисоциальны и сделки, создающие угрозу моральному здоровью нации и нарушающие требования нравственности, например сделки с целью распространения на рынке литературы, пропагандирующей войну, национальную, расовую или религиозную вражду, и т. п. Объективную сторону антисоциальных сделок составляют серьезные и особо опасные нарушения закона, чаще всего являющиеся преступными действиями, посягающими на основы правопорядка и нравственности. При этом под основами правопорядка следует понимать принципы права, его основные начала, выража- ющие его сущность, социальную направленность и определяющие пределы осуществления прав и свобод в обществе. Основы нравственности - господствующие в условиях конкретного общества представления о добре и зле, плохом и хорошем, справедливом и несправедливом. Субъективная сторона антисоциальных сделок характеризуется прямым или косвенным умыслом одной или обеих сторон, вступающих в такую сделку. Круг сделок, относимых к сделкам, противным основам правопорядка и нравственности, формируется судебной практикой в соответствии с законами и иными правовыми актами. Мнимая (фиктивная) сделка ничтожна потому, что она совершается для вида, без намерения создать юридические последствия. Иначе говоря, при совершении действий в виде мнимой сделки отсутствует главный признак сделки - ее направленность на создание, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Мнимая сделка может быть совершена в противозаконных целях (например, лжедарение имущества с целью укрыть его от конфискации) и без таких целей, но в любом случае она абсолютно недействительна (ничтожна), ибо субъекты, совершающие ее, не желают и не имеют в виду наступление правовых последствий, порождаемых сделками такого вида (п. 1 ст. 170 ГК). В отличие от мнимой (фиктивной) ничтожная притворная сделка совершается с целью прикрыть другую сделку. Притворная сделка заключается также только для вида, но в отличие от мнимой прикрывает другую сделку, которую стороны в действительности хотели заключить. Действительная воля субъектов получает иное выражение. Поэтому притворная сделка сама по себе всегда признается абсолютно недействительной (ничтожной), а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки применяются относящиеся к ней правила (п. 2 ст. 170 ГК). Прикрываемая сделка, в свою очередь, может быть действительной или недействительной. Чаще всего прикрывается незаконная сделка. Так, сделка дарения доли участника в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью может прикрывать куплю-продажу этой доли с целью обхода права преимущественной покупки доли другим участником общества, предусмотренного п. 2 ст. 93 ГК. Когда прикрываемая сделка не имеет ничего противозаконного, к ней применяются правила, регулирующие данный вид сделок. Если она незаконна, то, как и притворная, признается недействительной. Сделки, совершенные лицами, признанными судом недееспособными вследствие психического расстройства, ничтожны потому, что у таких лиц отсутствует способность к самостоятельной, целенаправленной деятельности и оценке ее последствий. Ничтожными являются все сделки, совершенные такими гражданами, включая мелкие бытовые. Если на момент совершения сделки гражданин, страдающий психическими расстройствами, не был признан судом недееспособным, но не мог понимать значения действий или руководить ими, то такая сделка может быть признана недействительной по иску его опекуна (п. 2 ст. 177). В интересах гражданина, признанного недееспособным вследствие психического расстройства, совершенная им сделка может быть по требованию его опекуна признана судом действительной, если она совершена к выгоде этого гражданина (п. 2 ст. 171 ГК). Например, недееспособным лицом была совершена сделка по покупке квартиры. Вследствие изменения ситуации на рынке сделка теряет экономическую привлекательность для продавца, и он «вспоминает» о ее ничтожности и требует возврата квартиры. В этом случае опекун недееспособного лица может в противовес требованиям продавца предъявить иск о признании сделки по покупке квартиры действительной как совершенной к выгоде опекаемого им гражданина. Сделки, совершенные несовершеннолетними, не достигшими четырнадцати лет, по общему правилу ничтожны потому, что такие несовершеннолетние дети не способны в полной мере самостоятельно, целенаправленно оценивать свои действия и их последствия. Поэтому в любом случае ничтожны сделки, совершенные самостоятельно малолетними, не достигшими шести лет. Все сделки за малолетних, не достигших шести лет, могут совершать от их имени только родители, усыновители или опекуны. Малолетние в возрасте от шести до четырнадцати лет могут совершать:

мелкие бытовые сделки;

сделки, направленные на безвозмездное получение выгоды, не требующие нотариального удостоверения либо государственной регистрации;

сделки по распоряжению средствами, предоставленными законным представителем или с согласия последнего третьим лицом для определенной цели или для свободного распоряжения (п. 2 ст. 28 ГК).

Иные сделки, совершенные малолетним в возрасте от шести до четырнадцати лет самостоятельно от своего имени, абсолютно недействительны (ничтожны). В интересах малолетнего совершеннал им сделка может быть по требованию его родителей, усыновителей или опекуна признана судом действительной, если она совершена к выгоде малолетнего (п. 2 ст. 172 ГК). Ничтожность сделки, совершенной с нарушением формы, основывается на том, что сделке не придана необходимая с точки зрения закона или соглашения между сторонами форма, дающая возможность правильного восприятия воли субъектов. Ничтожность сделки и иные последствия нарушения формы сделки описаны в § 3 настоящей главы. Ничтожны сделки, совершенные в надлежащей форме, но с нарушением требований государственной регистрации. Ведь для того чтобы сделка, требующая государственной регистрации, породила гражданско-правовые последствия, необходимо наличие юридического состава, включающего как саму такую сделку, так и факт ее государственной регистрации. Специальные основания ничтожности сделок закреплены в различных нормах гражданского законодательства. Ничтожны сделки, направленные на ограничение правоспособности или дееспособности гражданина (п. 3 ст. 22 ГК). Сделки подобного рода могут совершаться и быть действительными только в случаях, предусмотренных законом. В качестве сделки, направленной на ограничение правоспособности ее участников, но допускаемой законом, можно назвать сделку, в соответствии с которой член семьи собственника жилого дома, квартиры отказывается при вселении от права пользования помещениями в доме, квартире наравне с собственником (ст. 127 Жилищного кодекса). Ничтожность сделок, направленных на ограничение правоспособности и дееспособности граждан, вытекает из того, что правоспособность и дееспособность гражданина - это неотъемлемые социально-правовые свойства личности, отражающие основы правового положения личности в обществе. Поэтому сделки, направленные на ограничение правоспособности и дееспособности граждан, в известной мере посягают на основы правопорядка в государстве. Ничтожны сделки, совершенные опекуном без предварительного согласия органов опеки и попечительства, если они могут повлечь отчуждение, в том числе обмен или дарение имущества подопечного, сдачу его внаем (аренду), безвозмездное пользование или залог; отказ от принадлежащих подопечному прав, раздел его имущества или выделение из него долей, а также уменьшение имущества подопечного. Аналогичные сделки также ничтожны, если попечитель дал согласие на их совершение без предваритель- ного разрешения органов опеки и попечительства (п. 2 ст. 37 ГК). Ничтожны сделки опекунов и попечителей с подопечными, за исключением передачи имущества в дар или безвозмездное пользование (п. 3 ст. 37 ГК). Ничтожны сделки, влекущие отказ от права или ограничение права участника полного товарищества знакомиться со всей документацией (п. 3 ст. 71 ГК); сделки между участниками полного товарищества об ограничении или устранении их ответственности по обязательствам товарищества (п. 3 ст. 75 ГК); сделки между участниками полного товарищества об отказе от права выйти из товарищества (п. 2 ст. 77 ГК). Ничтожны сделки об отказе гражданина на получение от кредитной организации вклада по первому требованию (п. 2 ст. 837 ГК); сделки по страхованию предпринимательского риска лица, не являющегося страхователем (ст. 933 ГК), и т. д. Приведенный перечень специальных оснований ничтожности (абсолютной недействительности) сделок можно без труда расширить.

3. Основания оспоримости (относительной недействительности) сделок

К числу оспоримых сделок действующее гражданское законодательство относит:

сделки юридического лица, выходящие за пределы его правоспособности (ст. 173 ГК);

сделки, совершенные с выходом за пределы ограничений полномочий на совершение сделки (ст. 174 ГК);

сделки, совершенные несовершеннолетними в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет (ст. 175 ГК);

сделки, совершенные гражданином, ограниченным судом в дееспособности (ст. 176 ГК);

сделки, совершенные гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими (ст. 177 ГК);

сделки, совершенные под влиянием заблуждения (ст. 178 ГК);

сделки, совершенные под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой или стечения тяжелых обстоятельств (ст. 179 ГК).

Сделки, совершенные с выходом за пределы правоспособности юридического лица, подразделяются на два самостоятельных вида. К первому виду сделок, совершенных с выходом за пределы правоспособности юридического лица, относятся сделки, совер- шенные юридическим лицом в противоречии с целями его деятельности, определенно ограниченными в его учредительных документах. Определение предмета и цели деятельности коммерческой организации, предусмотренное в учредительных документах, когда по закону это не является обязательным, не превращает общую правоспособность юридического лица в специальную1. Если учредительными документами коммерческой организации будет предусмотрено, что она может осуществлять только деятельность по оказанию информационных услуг, то совершение такой организацией торгово-посреднической сделки не влечет ее ничтожности. Ее совершение является не нарушением закона, требования которого адресованы обеим сторонам сделки, а нарушением правила, установленного учредителями (участниками) юридического лица и имеющего обязательное значение только для самого юридического лица и его учредителей (участников). Однако совершение сделок, противоречащих целям деятельности юридического лица, определенным образом ограниченным в его учредительных документах, когда по закону это не является обязательным, может затронуть существенные публичные интересы, интересы третьих лиц, интересы самого юридического лица или его учредителей (участников). Поэтому закон (ст. 173 ГК) определяет, при каких условиях подобные сделки могут быть оспорены заинтересованными лицами. В отличие от этого любая сделка, совершенная юридическим лицом с нарушением его специальной правоспособности, является ничтожной2. Таковой, например, будет та же торговая сделка, совершенная коммерческим банком, страховой компанией и т. п. Ко второму виду сделок, совершенных с выходом за пределы правоспособности юридического лица, относятся сделки, совершенные юридическим лицом, не имеющим лицензии на занятие соответствующей деятельностью. Лицензия считается отсутствующей у юридического лица в тех случаях, когда:

1 О характере, содержании и видах правоспособности юридических лиц, о порядке лицензирования их деятельности см. § 2 гл. 7 настоящего учебника. Здесь следует указать на то, что в литературе существует мнение, согласно которому определение предмета и цели деятельности коммерческой организации в ее учредительных документах, когда по закону это не является обязательным, трансформирует ее общую правоспособность в специальную. (См.: Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой /Под ред. О. Н. Садикова. С. 87,218).

2 См.: Комментарий части первой Гражданского кодекса Российской Федерации для предпринимателей. С. 244-245 (автор главы - М. И. Брагинский)

а)        лицензия не получалась; б)        лицензия отозвана органом, выдавшим ее; в)        окончился срок действия лицензии; г)        превышен объем прав, предоставленных лицензией. Лицензия для осуществления того или иного вида деятельности может быть необходимой как для юридических лиц, обладающих общей правоспособностью, так и для юридических лиц, имеющих специальную правоспособность. Яркими примерами сделок, совершенных юридическими лицами, не имеющими лицензии на соответствующую деятельность, являются сделки различных быстро «лопнувших» финансовых компаний, занимавшихся сбором денежных средств с населения под обещания высоких процентов при отсутствии у них лицензий кредитных учреждений. Такие и им подобные сделки по общему правилу оспоримы, ибо признание их ничтожными означало освобождение недобросовестных юридических лиц, действующих без лицензии, от обязательств перед добросовестной стороной. Однако следует иметь в виду, что в случаях, предусмотренных законом, сделки, совершенные юридическим лицом с лицом, не имеющим лицензии, являются ничтожными. Например, в п. 2 ст. 835 ГК установлено, что, если банковский вклад принимается от гражданина лицом, не имеющим на это права или с нарушением порядка, установленного законом или принятыми в соответствии с ним банковскими правилами, вкладчик может потребовать немедленного возврата суммы вклада, а также уплаты на нее процентов, предусмотренных ст. 395 ГК, и возмещения сверх суммы процентов всех причиненных вкладчику убытков. Если же таким лицом приняты на условиях договора банковского вклада денежные средства юридического лица, такой договор является недействительным (ст. 168 ГК). В случае, когда вкладчиком является гражданин, сделка банковского вклада презюмируется как действительная, а в случае, когда вкладчиком является юридическое лицо, - объявляется ничтожной. Одного факта совершения каких-либо из двух указанных выше видов сделок, выходящих за пределы правоспособности юридического лица, недостаточно для признания их недействительными. Для этого необходимо дополнительное условие, а именно то, что другая сторона в таких сделках знала или заведомо должна была знать о ее незаконности. В качестве такой стороны может выступать как гражданин, так и юридическое лицо. Иск о признании недействительной сделки юридического лица, выходящей за пределы его правоспособности, могут предъявить само юридическое лицо, его учредители (участники) или государственный орган, осуществляющий контроль или надзор за деятельностью юридического лица. Сделки, совершенные с выходом за пределы ограничений полномочии на совершение сделки, оспоримы при наличии трех условий. Во-первых, полномочия лица на совершение сделки должны быть ограничены договором либо полномочия органа юридического лица - учредительными документами по сравнению с тем, как они определены в доверенности, законе либо как они могут стать очевидными из обстановки (ст. 174 ГК). Как видно, в законе речь идет о двух видах ограничения полномочий на совершение сделки. В первом случае полномочия гражданина и юридического лица на совершение сделки ограничиваются договором. Во втором случае полномочия органа юридического лица ограничиваются его учредительными документами. В обоих случаях установление ограничения полномочий на совершение сделки означает, что действительные полномочия гражданина и органа юридического лица на совершение сделки уже, чем они определены в доверенности, законе либо как они могут считаться очевидными из обстановки, в которой совершается сделка. Примером договорного ограничения полномочия на совершение сделки по сравнению с тем, как полномочие определено в доверенности, может служить ситуация, при которой доверенность на сделку по покупке оборудования выдается представителю на основании договора поручения без указания предельной суммы сделки, а в договоре поручения такое ограничение предусмотрено. Примером ограничения полномочия органа юридического лица учредительными документами по сравнению с тем, как оно определено в законе, может служить ситуация, при которой уставом акционерного общества будет предписано, что исполнительный орган общества должен совершать по предварительному решению совета директоров общества не только крупные сделки (как это предусмотрено ст. 79 Закона об акционерных обществах), но и любые сделки с недвижимостью1.

1 Понятие крупной сделки и порядок ее совершения даны в ст 78-79 Закона об акционерных обществах

Примером того, когда полномочие на совершение сделки может считаться очевидным из обстановки, является ситуация, когда продавец оптового магазина, имеющий в соответствии с уставом магазина и трудовым контрактом право самостоятельно, без администратора, совершать сделки на сумму не свыше пяти тысяч рублей, систематически отпускает товар на большую сумму. Во-вторых, совершая сделку, гражданин или орган юридического лица должны выйти за пределы вышеуказанных ограничений Иначе говоря, представитель покупает оборудование на сумму, превышающую указанную в договоре поручения; исполнительный орган акционерного общества совершает сделку с недвижимостью без предварительного решения совета директоров общества; продавец отпускает товар на сумму свыше пяти тысяч рублей. В-третьих, другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об указанных ограничениях. С иском в суд о признании недействительной сделки, совершенной с выходом за пределы ограничений на совершение сделки, может обратиться лицо,.в интересах которого установлены ограничения. Сделки, совершенные с выходом за пределы ограничений полномочия на совершение сделки, нельзя отождествлять со сделками, заключенными неуполномоченным лицом. При отсутствии полномочий действовать от имени другого лица или при превышении таких полномочий сделка считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица, если только другое лицо (представляемый) впоследствии прямо не одобрит данную сделку (п. 1 ст. 183 ГК). Здесь важно отметить, что в п. 1 ст. 183 ГК речь идет о превышении представителем полномочия независимо от того, как оно определено - с учетом или без учета ограничений, предусмотренных в договоре или в учредительных документах. Сделки, совершенные несовершеннолетними в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет, а также сделки, совершенные гражданином, ограниченным судом в дееспособности вследствие злоупотребления спиртными напитками или наркотическими веществами, оспоримы, если указанные лица совершают сделки без согласия законных представителей (родителей, усыновителей, попечителей), когда такое согласие необходимо в соответствии с требованиями закона. Согласие на заключение сделки может быть получено до, во время и после заключения сделок. Приведенные правила неприменимы к сделкам, которые в силу закона указанные лица могут совершать самостоятельно. Сделка, совершенная гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими, оспорима потому, что в момент ее совершения дееспособный гражданин не мог руководить собою, т. е. не мог осознанно формировать свою волю. Неспособность дееспособного гражданина понимать значение своих действий или руководить ими может быть вызвана различными обстоятельствами, доказанными в процессе рассмотрения спора: нервным потрясением, физической травмой, глубоким алкогольным и наркотическим опьянением и т. д. Примером сделки, совершенной гражданином, не способным понимать значение своих действий, является сделка, когда гражданин, находясь в сильном алкогольном опьянении, продает за бесценок весьма дорогую вещь. Неспособность понимать значение своих действий или руководить ими должна иметь место в момент совершения сделки. Если совершение сделки - процесс, растянутый во времени (направление предложения о ее совершении, получение согласия и т. д.), то моментом совершения сделки надлежит считать заключительный этап ее оформления, придающий сделке правовую силу (подписание договора, государственную регистрацию, передачу имущества и т. п.). С иском в суд о признании недействительной сделки, совершенной дееспособным гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими, могут обратиться сам гражданин, совершивший их, либо иные лица, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения. Правила об оспоримости сделки, совершенной гражданином, не способным понимать значение своих действий, применяются также к сделкам, совершенным гражданином, впоследствии признанным недееспособным. При этом сделка, совершенная гражданином, впоследствии признанным недееспособным, может быть признана судом недействительной по иску опекуна, если будет доказано, что в момент совершения сделки гражданин не был способен понимать значение своих действий или руководить ими (п. 2 ст. 177 ГК). Сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, оспорима потому, что в результате действий, совершенных в виде сделки, получает выражение неправильно сложившаяся воля одной из ее сторон и соответственно возникают иные последствия, нежели те, которые она действительно имела в виду. В результате такого заблуждения могут быть признаны недействительными сделки граждан и юридических лиц. Заблуждение влечет за собой признание сделки недействительной, если оно имело существенное значение. Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению (п. 1 ст. 178 ГК). Мелкие ошибки и незначительные расхождения между желаемыми и действительными последствиями, возникшими в результате сделки, не могут служить основанием для признания недействительности сделки. Существенное заблуждение должно касаться главных элементов сделки: характера возникающих прав и обязанностей, количества и качества предмета сделки, вида и способа оказания услуги и т. д. Последствия подобного заблуждения неустранимы вообще, или их устранение связано для заблуждающейся стороны со значительными затратами. Вопрос, является ли заблуждение существенным или нет, должен решаться судом с учетом конкретных обстоятельств каждого дела, исходя из того, насколько заблуждение существенно не вообще, а именно для данного участника. Так, гражданин, которому по состоянию здоровья противопоказано нахождение вблизи источников шума, обменивает свою квартиру на квартиру, находящуюся в доме, расположенном вблизи фабрики, в то время, когда фабрика находилась на ремонте и не создавала шума в квартире. Естественно, что постоянный шум, достигающий квартиры в результате работы фабрики после ремонта, является объективным обстоятельством для признания заблуждения данного гражданина существенным. Не может считаться существенным заблуждением неправильное представление о норме права и последствиях ее применения. Также нельзя принимать во внимание заблуждение относительно мотивов сделки (за исключением случаев, когда мотив включен в сделку в качестве условия). Причины заблуждения значения не имеют. Оно может возникнуть по причинам, зависящим от самого заблуждающегося, контрагента по сделке, поведения третьих лиц, а также от разного рода обстоятельств случайного характера, сопровождающих совершение сделки. Преднамеренность действий контрагента по сделке служит основанием признания сделки недействительной по иному основанию, а именно как совершенной под влиянием обмана. Сделка, совершенная под влиянием обмана, оспорима потому, что одна сторона умышленно введена другой стороной в заблуждение с целью совершения сделки, выгодной обманывающей стороне. Обман может относиться как к элементам самой сделки (характеру возникающих прав и обязанностей, количеству и качеству предмета сделки, виду и способу оказания услуги и т. д.), так и к обстоятельствам, сопутствующим совершению сделки, включая мотивы, влияющие на формирование воли обманутого участника1. Для признания сделки недействительной по данному основанию безразлично, совершаются ли обманные действия в активной форме (сообщение ложных сведений) или же выражаются в бездействии (умышленное умолчание о фактах, знание которых может препятствовать совершению сделки). Если не будет доказано, что действия, заключающиеся в умолчании о таких фактах, имели целью обман другой стороны, то сделка может быть признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение. Обман присутствует и в случаях, когда ложные сведения об обстоятельствах, имеющих значение для совершения сделки, сообщаются третьими лицами с ведома или по просьбе стороны в сделке. Обман является основанием для признания сделки недействительной независимо от того, привлечен ли обманщик в качестве мошенника к уголовной ответственности или нет. Также не имеет значения наличие или отсутствие в действиях обманщика корыстной цели. Недействительными как совершенные под влиянием обмана могут признаваться сделки с участием как граждан, так и юридических лиц. Сделка, совершенная под влиянием насилия, оспорима потому, что воля участника сделки - гражданина (или органа юридического лица) формировалась несвободно. Насилие, деформирующее волю субъекта, - это причинение лицу физических или душевных страданий. Насилие может исходить как от другой стороны сделки, так и от третьего лица. Как насилие необходимо расценивать причинение физических и душевных страданий лицам, близким участнику сделки. Так, с появлением рынка недвижимости, в частности рынка квартир, частыми стали случаи, когда так называемые покупатели, стремясь склонить собственников к продаже квартир по бросовым ценам, совершают различные формы насилия по отношению как к самим собственникам, так и к членам их семей, родственникам и друзьям. В процессе рассмотрения исков потерпевших от совершения подобных сделок последние должны признаваться недействительными как совершенные под влиянием насилия. Насилие, имеющее значение для признания сделки недействительной, всегда представляет собой гражданское правонарушение, но не обязательно уголовно наказуемое деяние.

1 См.: Комментарий к ГК РСФСР. М., 1982. С 85.

Разновидностью насилия является воздействие на волю контрагента посредством использования служебной зависимости или служебного положения. Недействительными как совершенные под влиянием насилия могут признаваться сделки с участием как граждан, так и юридических лиц. Сделка, совершенная под влиянием угрозы, оспорима потому, что воля субъекта сделки формируется несвободно. Угроза представляет собой воздействие на психику гражданина (органа юридического лица) с целью деформирования его воли посредством заявления о причинении ему или его близким имущественного, физического или морального вреда в будущем, если он не совершит сделку. Угроза - явление, отличное от насилия. Во-первых, она состоит только в психическом воздействии, т. е. угроза - не реализованное в действительности намерение причинить какое-либо зло. Во-вторых, угроза может состоять как в возможности совершения правомерных действий (наложение ареста на имущество, сообщение в правоохранительные органы или в печать сведений о преступной деятельности и т. п.)1, так и в возможности совершения неправомерных действий (истязание, уничтожение личного имущества и т. п.). По основанию совершения сделки под угрозой может быть признана недействительной сделка, совершенная гражданином или юридическим лицом, орган которого действовал несвободно. Так, орган юридического лица может быть склонен к совершению невыгодной для юридического лица сделки под угрозой разглашения сведений о незаконных действиях юридического лица, информации, составляющей коммерческую тайну, и т. п. Основанием для признания сделки недействительной может служить не всякая угроза. Угроза должна быть реальной, исполнимой. Практическое значение имеет и значительность угрозы. Значительность угрозы означает, что «зло грозило существенному благу, личному или имущественному»2.

1 В литературе существует точка зрения, что нельзя признавать сделку недействительной, если угроза состоит в возможности совершения правомерных действий (см.: Шершеневич Г. Ф. Учебник русского гражданского права (по изданию 1907 г.). С. 115; Советское гражданское право. Т. 1.1986. С. 222). При практическом следовании такой точке зрения можно оставить без защиты интересы тех лиц, которые заблуждались относительно своих действий, считая их преступными, когда они таковыми не являлись, а также тех, в отношении которых необоснованно возбуждено уголовное дело по подозрению в совершении корыстного преступления.

2 Шершеневич Г. Ф. Учебник русского гражданского права (по изданию 1907 г.). С. 115.

Вопрос о реальности, исполнимости и значительности угрозы решается судом исходя из конкретных обстоятельств дела. Сделка, совершенная в результате злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой, оспорима потому, что в результате умышленного сговора представителя одной стороны с другой стороной возникают неблагоприятные последствия для представляемого. При этом не имеет значения, преследовали ли обе стороны сговора или одна из них корыстные цели. Важно то, что представитель одной стороны и другая сторона действовали в целях причинить зло представляемому. Злонамеренность соглашения следует отличать от небрежности представителя, которая при наличии достаточных оснований может породить у представляемого право требовать от представителя возмещения причиненного вреда (убытков). Злонамеренное соглашение представителя также необходимо отличать от выхода представителя за рамки полномочия. При злонамеренном соглашении представитель действует в пределах полномочия, и при недоказанности наличия злонамеренного соглашения презюмируется, что все последствия возникают у представляемого. При выходе представителя за пределы полномочия возникновение последствий у представляемого возможно лишь при условии последующего одобрения им сделки, совершенной представителем с выходом за пределы полномочия. Недействительными как совершенные в результате злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной могут признаваться сделки с участием как граждан, так и юридических лиц. Сделка, совершенная субъектом вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях, оспорима при наличии двух взаимосвязанных факторов, это:

нахождение субъекта, совершающего сделку, в тяжелых обстоятельствах;

крайне невыгодные условия сделки.

Каждый из этих факторов, взятых в отдельности, не может породить недействительность сделки. Под стечением тяжелых обстоятельств следует понимать, например, возникновение неожиданных и крупных долгов, болезнь близкого человека, потерю кормильца при отсутствии иных источников материального содержания семьи и т. п. Явная невыгодность условий заключенной сделки означает очевидную неравноценность получаемых по сделке благ и встречного удовлетворения за них. Для признания сделки недействительной по данному основанию весьма важно, что стечение тяжелых обстоятельств вынудило совершить именно эту, крайне невыгодную (кабальную) сделку, а контрагент воспользовался этим. Следовательно, для признания сделки недействительной как совершенной вследствие стечения тяжелых обстоятельств необходимо доказать наличие виновного поведения контрагента, намеренно использующего сделку в своих интересах. Наличие всех указанных выше условий должно устанавливаться судом с учетом конкретных обстоятельств дела. Недействительными как совершенные субъектом вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях могут признаваться сделки с участием как граждан, так и юридических лиц.

4. Недействительность части сделки

Ничтожными или оспоримыми могут быть признаны отдельные условия (часть условий) сделки. Основанием недействительности отдельных условий сделки может быть их противоречие требованиям, установленным законом, а также пороки содержания, вызванные пороками воли (обман, насилие и т. п.). Недействительность части сделки не влечет недействительность прочих ее частей, если можно предположить, что сделка может быть совершена и без включения недействительной ее части (ст. 180 ГК). Например, признавая действительность завещания в целом, суд может признать недействительным условие, согласно которому среди нескольких наследников названо лицо, не имеющее права быть наследником (например, убийца наследодателя).

5. Правовые последствия признания недействительности сделок

Если сделка, совершенная с нарушением требования закона, не исполнялась, она просто аннулируется. Если же признанная недействительной сделка полностью или частично исполнена, возникает вопрос об имущественных последствиях ее недействительности.

1. Двусторонняя реституция

Главным имущественным последствием недействительности сделок является двусторонняя реституция (от лат. restituere - воестанавливать, возмещать, приводить в порядок). В соответствии с п. 2 ст. 167 ГК, содержащей общие правила о последствиях недействительности сделок, каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах. Например, при совершении договора купли-продажи часов недееспособным лицом часы должны быть возвращены продавцу, а деньги - покупателю, т, е. стороны возвращаются в положение, в котором находились до совершения сделки (первоначальное правовое положение). Согласно п. 2 ст. 167 ГК двусторонняя реституция наступает во всех случаях недействительности сделки, если в законе не указаны иные имущественные последствия. Двусторонняя реституция, в частности, предусмотрена для случаев недействительности сделок, совершенных:

• с нарушением формы;

• с нарушением правил о государственной регистрации сделки;

• с выходом за пределы правоспособности юридического лица;

• с выходом за пределы ограничений полномочия на совершение сделки;

• недееспособными гражданами;

• малолетними, не достигшими четырнадцатилетнего возраста;

• несовершеннолетними в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет;

• гражданами, ограниченными в дееспособности;

• гражданином, не способным понимать значение своих действий и руководить ими;

• под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение.

Наконец, указанные последствия наступают при признании сделки недействительной как совершенной с целью, противной основам правопорядка и нравственности, если ни одна из сторон не допустила умысла.

2. Односторонняя реституция

Другим правовым последствием недействительности сделки является односторонняя реституция, заключающаяся в том, что исполненное обратно получает только одна сторона (добросовестная). Другая же (недобросовестная) сторона исполненного не по- лучает. Оно передается в доход государства. Если же недобросовестная сторона не успела исполнить сделку, в доход государства передается то, что подлежит исполнению. Таким образом, в отношении недобросовестной стороны применяется санкция кон-фискационного характера. Последствия в виде односторонней реституции с обращением в доход Российской Федерации имущества, полученного по сделке потерпевшим, а также причитавшегося ему в возмещение переданного виновной стороне, предусмотрены для случаев признания недействительными сделок, заключенных под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной или при стечении тяжелых обстоятельств. При невозможности передать имущество в доход государства в натуре взыскивается его стоимость в деньгах. Такие же последствия предусмотрены для сделок, совершенных с целью, противной основам правопорядка и'нравственности, если виновно действовала только одна сторона.

3. Иные имущественные последствия недействительности сделки

Как при двусторонней, так и при односторонней реституции закон предусматривает в ряде случаев и дополнительные имущественные последствия в виде возмещения расходов, стоимости утраченного или поврежденного имущества. Так, при признании сделки недействительной как заключенной с гражданином, признанным недееспособным, дееспособная сторона кроме возврата полученного по сделке должна возместить своему контрагенту также понесенный им реальный ущерб, если она знала или должна была знать о его недееспособности (п. 1 ст. 171 ГК). Аналогичные дополнительные имущественные последствия предусмотрены и в случаях признания недействительными сделок, совершенных:

малолетними в возрасте до четырнадцати лет;

несовершеннолетними в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет;

гражданином, ограниченным в дееспособности;

гражданином, не способным понимать значение своих действий.

При признании недействительными сделок, совершенных под влиянием, обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной, стечения тяжелых обстоятельств, реальный ущерб возмещает виновная сторона. При совершении сделки под влиянием существенного заблужде- ния сторона, по иску которой сделка признана недействительной, вправе требовать от другой стороны возмещения причиненного ей реального ущерба, если докажет, что заблуждение возникло по вине другой стороны. Если это не доказано, сторона, по иску которой сделка признана недействительной, обязана возместить другой стороне по ее требованию причиненный ей реальный ущерб, даже если заблуждение возникло по обстоятельствам, не зависящим от заблуждавшейся стороны (п. 2 ст. 178 ГК). Недопущение реституции и обращение всего, что было передано в исполнение или должно быть передано по сделке, в доход государства (действующее законодательство имеет в виду Российскую Федерацию) является особым видом последствий признания сделки недействительной. Такое последствие предусмотрено при признании сделки недействительной как совершенной с целью, противной основам правопорядка и нравственности (ст. 169 ГК). Допустимы различные варианты этих последствий в зависимости от того, обе или одна сторона действовали умышленно, а также в зависимости от того, обе из них или одна исполнили сделку. Так, если обе стороны действовали умышленно и обе исполнили сделку, все исполненное ими взыскивается в доход государства. Если обе стороны действовали умышленно, но сделку исполнила только одна из них, в доход государства взыскивается все, что -было получено по сделке, и то, что получившая исполнение сторона должна была передать другой стороне с целью исполнения. Наконец, если умышленно действовала только одна сторона, все полученное ею по сделке должно быть возвращено другой стороне (односторонняя реституция), полученное же другой стороной или причитающееся ей по сделке от виновной стороны взыскивается в доход государства. Таким образом, требовать исполненного обратно может только сторона, действовавшая без умысла. Если при наличии умысла у одной стороны сделка исполнена другой, последняя имеет право получить исполненное обратно. Виновная сторона должна передать в доход государства все, что с нее причиталось. Если же сделка исполнена только умышленно действовавшей стороной, невиновная сторона должна передать в доход государства все, что получила по сделке, а сама не должна ее исполнять. Если полученное израсходовано, в доход государства передается возмещение в деньгах. К требованиям о возврате исполненного по недействительной сделке возможно применение норм об обязательствах, возникаю- щих вследствие неосновательного обогащения, поскольку иное не установлено ГК, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений (ст. 1103 ГК).

4. Ограничения на применение правил о последствиях недействительности сделок

Законом в целях защиты публичных интересов и существенных интересов участников гражданского оборота могут вводиться ограничения на применение общих правил о последствиях недействительности сделок. Так, в соответствии со ст. 566 ГК общие нормы о последствиях недействительности сделок, предусматривающие возврат или взыскание в натуре полученного по договору с одной стороны или с обеих сторон, применяются к договору продажи предприятия, если такие последствия существенно не нарушают права и охраняемые законом интересы кредиторов, продавца и покупателя, других лиц и не противоречат общественным интересам.

5. Сроки исковой давности по недействительным сделкам

Иск о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлен в течение десяти лет со дня, когда началось ее исполнение (п. 1 ст. 181 ГК). Иск о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлен в течение года со дна прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка, либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (п. 2 ст. 181 ГК).

Дополнительная литература

гарков М. М. Понятие сделки по советскому гражданскому праву // СГП. 1946. №3; Алексеев С. С. Односторонние сделки в механизме гражданско-правового регулирования // Сборник ученых трудов Свердловского юрид. ин-та. Вып. 13. Свердловск, 1970; Брагинский М. И. Сделки: понятия, виды и формы (комментарий к новому ГК РФ). М., 1995; Витрянский В. В. Недействительность сделок в арбитражно-су-дебной практике // Гражданский кодекс России. Проблемы. Теория. Практика. М., 1998; Исаков В. Б. Юридические факты в советском праве. М., 1984; Красавчиков О. А. Юридические факты в советском гражданском праве. М., 1958; Новицкий И. Б. Сделки. Исковая давность. М., 1954; Ойгензихт В. А. Воля и волеизъявление (Очерки теории, философии и психологии права). Душанбе, 1983; Рабинович Н. В, Недействительность сделок и ее последствия. Л., 1960.

Раздел III. Осуществление и защита гражданских прав

Глава 11. Осуществление гражданских прав и исполнение гражданско-правовых обязанностей

1. Понятие и способы осуществления гражданских прав и исполнения обязанностей

1. Понятие осуществления субъективного гражданского права

Всякое право, в том числе субъективное гражданское право, имеет социальную ценность, если оно осуществимо. Осуществление субъективного гражданского права - это реализация управомоченным лицом возможностей, заключенных в содержании данного права. Осуществляя субъективные гражданские права, субъект преследует достижение социально-экономических и юридических целей: • приобретение имущества на праве собственности; • занятие предпринимательской деятельностью; • совершение сделок; • закрепление научного приоритета в результате публикации произведения и приобретения авторских прав и т. п. Из этого со всей очевидностью следует, что осуществление субъективного гражданского права есть процесс, в результате которого управомоченный субъект на основе имеющихся у него юридических возможностей удовлетворяет свои материальные и духовные потребности.

2. Понятие исполнения субъективной гражданской обязанности

Формой исполнения обязанностей пассивного типа (обязанностей, вытекающих из запретов) является их соблюдение путем воздержания от запрещенных действий. Обязанность активного типа (совершить какое-либо действие в интересах управомочен-ного лица) исполняется в форме совершения обязанным субъектом действия, требования к которому составляют содержание обязанности.

3. Взаимосвязь осуществления субъективных гражданских прав и исполнения гражданских обязанностей

Данная взаимосвязь неразрывна. При осуществлении абсолютного субъективного права доминирующее значение имеет деятельность самого управомоченного субъекта по реализации возможностей, заключенных в содержании данного права. При этом соблюдение запретов третьими лицами выступает юридической гарантией осуществимости абсолютного права. В относительном гражданском правоотношении субъективное право осуществляется в форме реализации управомоченным лицом правомочия требования. Поэтому относительное субъективное право фактически осуществляется при совершении обязанным лицом действий по передаче имущества, выполнению работы и оказанию услуги, созданию произведения и т. п. Так, осуществление права покупателя требовать передачи вещи, оговоренной в договоре, есть результат действий продавца по исполнению обязанности передать вещь. Как видно, в относительных гражданских правоотношениях исполнение обязанности - средство удовлетворения интересов управомоченного лица.

4. Гарантии осуществления прав и исполнения обязанностей

Реальность осуществления прав и исполнения обязанностей зависит от уровня развития экономических, политических и организационных гарантий, под которыми в первую очередь понимаются способности экономической, политической и правовой систем общества обеспечить наиболее полным образом интересы и потребности граждан и организацией, создать предпосылки для творческой, свободной и инициативной деятельности. Из этого следует, что упрочение гарантий осуществимости субъективных гражданских прав происходит в результате взаимодействия многих факторов, и в первую очередь таких, как: • создание цивилизованной экономической системы; • совершенствование функций государственно-политических образований, обеспечивающих общественную стабильность и механизмы учета интересов всех членов общества; • принятие и применение правовых институтов, максимально расширяющих возможности субъектов в экономическом обороте и сфере духовного творчества; • формирование высокой правовой культуры, основанной на законопослушности граждан и организаций.

5. Способы осуществления субъективных гражданских прав

Субъективные гражданские права могут осуществляться любыми дозволенными законодательством способами. При этом в науке гражданского права общепринято разграничение фактических и юридических способов. Под фактическими способами осуществления субъективного права понимается действие или система действий управомоченно-го лица, не обладающих признаками сделок, или иные юридически значимые действия. Например, использование собственником дома для проживания, автомобиля - для транспортировки собственных предметов домашнего обихода; производственное использование основных средств организацией, владеющей ими на праве хозяйственного ведения, и т. п. Под юридическими способами осуществления субъективного гражданского права понимаются действие или система действий, обладающих признаками сделок, или иные юридически значимые действия. Речь идет как о двусторонних, так и об односторонних сделках. Продажа имущества и его передача по договору купли-продажи, заключение авторского договора о переводе произведения - примеры осуществления прав путем совершения двусторонних сделок. Принятие или отказ от наследства путем подачи заявления в нотариальную контору, акцепт платежного требования, предъявление претензий и исков и им подобные действия являются примерами осуществления прав путем совершения односторонних сделок. Реализация кредитором права удержания вещи должника - пример иного юридически значимого действия.

6. Способы исполнения гражданско-правовых обязанностей

Обязанности пассивного типа исполняются путем соблюдения лицами возложенных на них запретов. Соблюдение запретов может породить у их субъектов право требовать какого-либо имущественного удовлетворения лишь в случаях, предусмотренных законом или соглашением с лицом, в пользу которого установлен запрет. Так, в ст. 621 ГК указано, что, если иное не предусмотрено законом или договором аренды, арендатор, надлежащим образом исполнявший свои обязанности (включая соблюдение запрета на нецелевое использование арендованного имущества), по истечении срока договора имеет при прочих равных условиях преимущественное перед другими лицами право на заключение договора аренды на новый срок. Исполнение гражданско-правовых обязанностей активного типа во всех случаях является юридическим фактом, порождающим у обязанного лица право получения встречного удовлетворения и прекращающим или отдельное встречное субъективное право, или правоотношение в целом. Передача имущества продавцом дает ему право требовать от покупателя уплаты покупной цены, выполнение подрядчиком работы означает для заказчика необходимость выплатить вознаграждение подрядчику, возврат долга заемщиком прекращает правоотношение займа, передача имущества в качестве отступного прекращает обязательство и т. д. Исполнение обязанностей активного типа может быть добровольным и принудительным. Принудительность исполнения означает исполнение обязанностей на основе актов правоохранительных органов помимо воли обязанного субъекта, а зачастую без его участия. Так, по решению арбитражного суда обязанность юридического лица по оплате продукции исполняется банком на основе исполнительного листа путем списания в пользу кредитора денежных средств с расчетного счета обязанного юридического лица без его участия и независимо от его желаний. Свои особенности имеет исполнение обязанностей активного типа при множественности лиц в правоотношении и при изменении состава сторон в порядке правопреемства. Множественность на стороне обязанных лиц может быть долевой или солидарной, соответственно обязанности активного типа могут быть долевыми или солидарными. При долевой множественности субъектов активной обязанности каждое обязанное лицо исполняет обязанность в равной доле с другими, если из закона или договора не вытекает иное. Допустим, несколько товарищей покупают для общего пользования дом. Каждый из них платит ту часть цены, которая соответствует его доле. При солидарной множественности субъектов активной обязанности управомоченный субъект вправе требовать исполнения как от всех солидарно обязанных субъектов, так и от любого из них в отдельности, причем как полностью, так и в части долга. При этом кредитор, не получивший полного удовлетворения от одного из солидарно обязанных субъектов, имеет право требовать недополученное от остальных солидарно обязанных субъектов. В свою очередь, солидарно обязанное лицо, исполнившее полностью солидарную обязанность, имеет право обратного требования к остальным солидарно обязанным лицам в равных долях за вычетом доли, падающей на него самого. Допустим, группа подростков угоняет автомобиль, принадлежащий гражданину на праве собственности, и разбивает его, совершив аварию. Так как вред причинен совместными действиями, налицо солидарная обязанность угонщиков возместить причиненный вред (ст. 1080 ГК). Поэтому собственник автомобиля вправе потребовать возмещения вреда от любого из причинителей в полном объеме. Исполнивший обязанность по возмещению вреда приобретает право обратного требования к сопричинителям. При изменении состава участников гражданского правоотношения в порядке правопреемства порядок исполнения обязанностей определяется специальными предписаниями: правилами об уступке требования и переводе долга, об ответственности наследника по долгам наследодателя и т. п. Но во всех случаях объем обязанностей правопреемника не может быть шире объема обязанностей правопредшественника. Следует иметь в виду, что в порядке правопреемства могут переходить и пассивные обязанности, вытекающие из запретов. Так, при продаже залогодателем с согласия залогодержателя заложенного имущества на покупателя переходят (следуют за заложенным имуществом) запреты на любые формы отчуждения заложенного имущества. Исполнение обязанностей при правопреемстве необходимо отличать от возложения исполнения обязанности на третье лицо, юридически не связанное с управомоченньш субъектом. Например, исполнение обязанностей активного типа может быть возложено обязанным субъектом на третье лицо, если из закона, иных правовых актов, условий обязательства, элементом содержания которого является активная обязанность, существа обязанности не вытекает необходимость исполнить обязанность лично обязанным субъектом. Следует иметь в виду, что в вышеуказанном случае кредитор обязан принять исполнение, предложенное третьим лицом. Более детальные правила возложения исполнения обязанности на третье лицо закреплены в обязательственном праве (см., например, ст. 313 ГК). В относительных гражданских правоотношениях, как правило, обе стороны взаимно обязаны друг перед другом: продавец обязан передать вещь, а покупатель - оплатить стоимость; залогодержатель обязан вернуть предмет залога, если должник исполняет обязанность, обеспеченную залогом в виде заклада, и т. д. При взаимности обязанностей их исполнение носит встречный характер. Оно признается таковым потому, что исполнение обязанности одним лицом обусловлено необходимостью исполнения взаимной обязанности контрагентом. Институт встречного исполнения обязанностей наиболее полно разработан в обязательственном праве (см., например, ст. 328 ГК). Граждане и юридические лица, как правило, самостоятельно приобретают и осуществляют субъективные права и обязанности. Определенная часть субъективных гражданских прав и обязанностей может осуществляться и исполняться только лично их носителями:

выдача доверенности, составление завещания, реализация права требования о возмещении вреда, вызванного повреждением здоровья или причинением смерти;

исполнение обязанностей, вытекающих из договора художественного заказа, и т. п.

За исключением перечисленных и им подобных случаев, закон разрешает гражданам и юридическим лицам осуществлять права и исполнять обязанности через представителя (об этом см. § 4 настоящей главы).

2. Принципы осуществления гражданских прав и исполнения обязанностей

1. Понятие принципов осуществления прав и исполнения обязанностей

В силу диспозитивности гражданско-правового регулирования участники гражданских правоотношений свободно, по своему усмотрению осуществляют субъективные гражданские права. Но свобода усмотрения субъекта при этом не безгранична. Она имеет пределы, очерченные конкретными нормами и системой правовых принципов.

Под принципами осуществления прав и исполнения обязанностей понимаются закрепленные в нормах гражданского права руководящие положения, определяющие наиболее общие требования к субъектам в процессе осуществления ими гражданских прав и исполнения обязанностей. В данных принципах получают отражение политическая, экономическая сущность и социальное назначение осуществления гражданских прав и исполнения обязанностей.

2. Принцип законности

Важнейшее общее начало, синхронизирующее действие сложного социально-экономического механизма осуществления гражданских прав и исполнения обязанностей, заключено в принципе законности. В соответствии с ним субъекты должны соблюдать законодательно установленный порядок осуществления субъективных гражданских прав и исполнения обязанностей и использовать при этом допускаемые способы и средства. Законность осуществления прав и исполнения обязанностей предполагает его подчиненность правилам деловой (профессиональной) этики и нравственным принципам общества1. Оценка деятельности субъектов через характеристики деловой (профессиональной) этики и нравственных устоев, помимо характеристики деловых и моральных качеств субъектов, может в случаях, указанных в законе, иметь правовое значение. Нарушение правил этики деловых взаимоотношений или нравственных принципов образует состав гражданского правонарушения, если на это есть законодательное предписание. Например, нарушение правил этики деловых, профессиональных взаимоотношений, совершенное в форме гражданского правонарушения, имеет место, когда ученый, осуществляя свои права на опубликование, воспроизведение и распространение произведения, ло-пускает плагиат, иначе говоря, нарушает неприкосновенность произведения другого автора. К нарушениям правил деловой (профессиональной) этики, влекущим правовые последствия, можно отнести получение имущественных и иных благ в результате использования, разглашения или угрозы разглашения таких профессиональных тайн, как тайна банковских операций, врачебная тайна, адвокатская тайна, тайна нотариальных действий и т. п.

1 При этом следует иметь в виду, что критерий соответствия осуществления гражданских прав основам нравственности однороден трудно определимому критерию «добрых нравов». Последний применяется в законодательных системах длительное время, ведя свое начало от римского «bona fides», но до настоящего времени остается одним из самых спорных в юридической науке. Об исторической эволюции данного понятия см.: Бартошек М. Римское право. Понятие, термины, определения. М., 1989. С. 131-132.

Очевидно, что использование угрозы разглашения какой-либо из перечисленных тайн с целью принуждения субъекта, которому невыгодно ее разглашение, к совершению заведомо экономически нецелесообразной для него сделки может служить основанием признания сделки недействительной со всеми вытекающими отсюда последствиями (ст. 179 ГК). Противоречие юридических действий, совершенных в виде сделки, основам нравственности является основанием для признания такой сделки юридической ничтожной (недействительной) (ст. 169 ГК). Нарушение нравственных принципов, создающее невозможность совместного проживания членов семьи с нарушителем, может служить основанием для его выселения из занимаемого им жилого помещения.

3. Принцип разумности и добросовестности

Оценка законности действий по осуществлению гражданских прав и исполнению обязанностей через призму нравственности не исключает самостоятельности принципа презумпции разумности и добросовестности субъектов при осуществлении ими субъективных прав и исполнении обязанностей. Данный принцип формулируется через указание на то, что в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права субъектами разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность субъектов предполагается (ст. 10 ГК). Без опровержения данной презумпции в установленном законом порядке нельзя требовать возложения на субъектов каких-либо неблагоприятных правовых последствий: •        возмещения убытков; •        взыскания неустойки; •        истребования имущества как недобросовестно приобретенного и т. п. Так, не доказав обмана со стороны контрагента по сделке, нельзя требовать признания сделки недействительной по данному основанию и применения к контрагенту конфискационной санкции (ст. 179 ГК); при прочих условиях, не доказав недобросовестности субъекта, возмездно приобретшего вещь у ее арендатора, собственник этой вещи не вправе ее виндицировать - истребовать из чужого владения (ст. 302 ГК); арендодатель может быть освобожден судом от обязанности возместить арендатору стоимость улучшений, внесенных в арендованное предприятие, если докажет, что при осуществлении таких улучшений были нарушены принципы добросовестности и разумности (п. 2 ст. 662 ГК). В абсолютном большинстве случаев, как, например, в приведенных примерах, в законе не описываются конкретные составы недобросовестных и неразумных действий, совершение которых может повлечь отказ в защите того или иного права. Это делается в силу того, что все реальные формы недобросовестных и неразумных действий участников гражданских правоотношений невозможно предусмотреть ни при какой детализации положений законодательства. Вместе с тем в отдельных случаях в законе могут быть описаны конкретные устоявшиеся составы недобросовестных и неразумных действий, представляющие собой конкретные гражданские правонарушения. Таковыми, например, в сфере предпринимательской деятельности являются любые действия, подпадающие под признаки недобросовестной конкуренции. К недобросовестной конкуренции относятся различные действия субъекта предпринимательской деятельности, в том числе:

1. распространение ложных, неточных или искаженных сведений, способных причинить убытки другому хозяйствующему субъекту либо нанести ущерб его деловой репутации;

2. введение потребителей в заблуждение относительно характера, способа и места изготовления, потребительских свойств и качества товара;

3. некорректное сравнение хозяйствующим субъектом производимых или реализуемых товаров с товарами других хозяйствующих субъектов;

4. продажа товара с незаконным использованием результатов интеллектуальной деятельности и приравненных к ним средств индивидуализации юридического лица, индивидуализации продукции, выполнения работ и услуг;

5. получение, использование, разглашение научно-технической, производственной или торговой информации, в том числе коммерческой тайны, без согласия ее владельца1.

Конкретные факты совершения субъектами действий, относящихся к недобросовестной конкуренции, влекут ответственность субъекта в форме возмещения ущерба, нанесенного конкуренту или потребителю, пресечение недобросовестной деятельности, признание сделок недействительными и т. п.

1 См.: ст. 10 Закона РСФСР от 22 марта 1991 г. «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» в редакции Федерального закона от 25 мая 1995 г. «О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР от 22 марта 1991 г "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках"» // СЗ РФ. 1995. № 22. Ст. 1977.

4. Принцип солидарности интересов и делового сотрудничества

Принцип законности, добросовестности и разумного осуществления гражданских прав и исполнения обязанностей тесно взаимосвязаны с принципом солидарности интересов и делового сотрудничества субъектов гражданских прав и обязанностей. В соответствии с ним, во-первых, осуществление гражданских прав управомоченным субъектом не должно нарушать права и охраняемые законом интересы других лиц (п. 3 ст. 209 ГК); во-вторых, субъекты, осуществляя гражданские права и исполняя обязанности, должны всячески содействовать друг другу с целью достижения интересующего их результата; в-третьих, если в результате виновных действий обязанных лиц у управомоченных субъектов, могут возникнуть убытки, то управомо-ченные субъекты должны предпринимать меры, предотвращающие возможность возникновения убытков или уменьшающие их. Наиболее ярко принцип солидарности интересов и делового сотрудничества субъектов получает выражение в так называемом институте смешанной ответственности. Если неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств произошло по вине обеих сторон, суд соответственно уменьшает размер ответственности должника (ст. 404 ГК). Принцип солидарности интересов и делового сотрудничества субъектов при осуществлении субъективных прав и исполнении обязанностей имеет и другие проявления. Так, подрядчик обязан использовать предоставленный заказчиком материал экономно и расчетливо (п. 1 ст. 713 ГК), предупредить заказчика о непригодности или недоброкачественности предоставленных заказчиком материалов (п. 1 ст. 716 ГК); поверенный вправе отступить от указаний доверителя, если по обстоятельствам дела это необходимо в интересах доверителя (п. 2 ст. 973 ГК); действия без поручения, иного указания или заранее обещанного согласия заинтересованного лица в целях предотвращения вреда его личности или имуществу, исполнения его обязательства или в его непротивоправных интересах (действия в чужом интересе) должны совершаться исходя из очевидной выгоды или пользы (п. 1 ст. 980 ГК) и т. д. Из сказанного с очевидностью следует, что практическая реализация принципа солидарности интересов и делового сотрудничества субъектов гражданских прав и обязанностей в их действиях по осуществлению прав и исполнению обязанностей означает достижение ими благодаря взаимодействию и взаимопомощи социально-экономического результата, в наибольшей степени соответствующего интересам каждого из них. Процесс осуществления субъективных гражданских прав и исполнения обязанностей подчинен также принципу осуществления гражданских прав и исполнения обязанностей в соответствии с их социальным назначением. Действие данного принципа весьма своеобразно и заключается в установлении социальных и юридических пределов осуществления субъективных гражданских прав и определении юридических последствий выхода субъектом за эти пределы.

§ 3. Пределы осуществления гражданских прав и исполнения обязанностей. Понятие и виды злоупотребления правом

1. Понятие пределов осуществления гражданских прав

Пределы осуществления субъективных гражданских прав - это законодательно очерченные границы деятельности управомочен-ных лиц по реализации возможностей, составляющих содержание данных прав. Осуществление субъективных прав имеет временные границы. Законодательством устанавливаются сроки, в течение которых может быть осуществлено или защищено то или иное право (более подробно см. гл. 14 настоящего учебника). Пределы осуществления субъективных гражданских прав могут определяться правилами о недопустимости или допустимости тех или иных способов осуществления. Так, запрещается использование предпринимателями методов недобросовестной конкуренции, запрещается бесхозяйственное обращение с принадлежащим гражданину на праве собственности имуществом, имеющим значительную историческую, научную, художественную или иную культурную ценность для общества, и т. д. Эти запреты однородны с запретами, устанавливающими недопустимость нарушения формы и процедуры осуществления субъективных гражданских прав. Например, запрещается отчуждение имущества граждан, находящегося в общей долевой собственности, с нарушением права преимущественной покупки; залог недвижимости без придания залоговой сделке нотариальной формы и последующей государственной регистрации сделки и т. п. Границы осуществления субъективных гражданских прав выражаются также в том, что управомоченным лицам предоставляются строго определенные формы и средства защиты (см. гл. 12 настоящего учебника). Пределы осуществления гражданских прав также ограничиваются запретами использовать права для достижения социально вредных целей. Наиболее ярко это проявляется в запрете сделок, совершенных в целях, противоречащих основам правопорядка и нравственности, посягающих на публичные интересы. Например, подобное имеет место при совершении сделки по изготовлению и сбыту ядовитых наркотических веществ, боевых вооружений и т. д. Очевидно, что главным средством установления пределов осуществления субъективных гражданских прав являются законодательные запреты на общественно вредные способы, средства и цели осуществления этих прав. Благодаря этим запретам становится ясным социальное назначение, цели того или иного субъективного гражданского права. Из этого следует, что применительно к случаям, когда социальное назначение и цели осуществления субъективных прав определяются конкретными запретами, принцип осуществления гражданских прав в соответствии с их социальным назначением является не чем иным, как специфической формой принципа законности осуществления прав и исполнения обязанностей.

2. Понятие злоупотребления правом

Какова бы ни была степень детализации и конкретизации запретов, они не могут исчерпать всех возможных проявлений социально неприемлемых способов, средств и целей осуществления субъективных гражданских прав. В связи с этим принципиальное правило о необходимости осуществления гражданских прав в соответствии с социальным назначением дополняется принципиальным запретом осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребления правом в иных формах (п. 1 ст. 10 ГК). Нарушение данного принципиального запрета в процессе осуществления права является гражданским правонарушением даже при отсутствии специальной нормы, указывающей на неправомерность конкретного действия, имевшего место при осуществлении субъективного права. Поэтому злоупотребление правом - самостоятельная, специфическая форма нарушения принципа осуществления гражданских прав в соответствии с их социальным назначением. Признание злоупотребления правом в качестве гражданского правонарушения основывается на посылке, что критерием оценки правомерности (неправомерности) поведения субъектов при отсутствии конкретных норм могут служить нормы, закрепляющие общие принципы. Такая посылка корректна и имеет легальную правовую основу. Допуская аналогию права, законодатель в п. 2 ст. 6 ГК указал, что гражданские права и обязанности могут возникать из действий граждан и организаций, которые хотя и не предусмотрены законом, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. Как видно, законодатель предписывает использовать в качестве критерия признания поведения субъектов юридически значимым - правомерным или неправомерным - общие начала и смысл гражданского законодательства, которые являются не чем иным, как принципами гражданского права. Злоупотребление правом есть особый тип гражданского правонарушения, совершаемого управомоченным лицом при осуществлении им принадлежащего ему права, связанный с использованием недозволенных конкретных форм в рамках дозволенного ему общего типа поведения1. Конкретные формы злоупотребления правом разнообразны, но их можно разделить на два вида:

а) злоупотребление правом, совершенное в форме действия, осуществленного исключительно с намерением причинить вред другому лицу (шикана)2;

1 См.: Грибанов В. П. Пределы осуществления и защиты гражданских прав. С. 68. Проблема злоупотребления правом имеет многовековую историю. Во все времена находились как сторонники, так и противники признания злоупотребления правом в качестве особого правонарушения. Об эволюции взглядов см.: Грибанов В. П. Пределы осуществления и защиты гражданских прав. С. 13-113; Малеин Н. С. Гражданский закон и права личности в СССР. М., 1981. С. 56-71; Янев Янко Г. Правила социалистического общежития. М., 1980. С. 161-237.

2 Определение шиканы заимствовано нашим законодателем из Германского гражданского уложения и дословно воспроизводит его 226-й параграф. См.: Эннер-керцус Л. Курс германского гражданского права. Т. 1, полутом 2. М., 1950. С. 437.

б) злоупотребление правом, совершенное без намерения причинить вред, но объективно причиняющее вред другому лицу1. Определение шиканы, данное в п. 1 ст. 10 ГК, позволяет говорить о том, что злоупотребление правом в форме шиканы - это правонарушение, совершенное субъектом с прямым умыслом причинить вред другому лицу. Это наглядно видно из следующего примера. Гражданскому праву Российской Федерации известен институт банковской гарантии. В соответствии со ст. 368 ГК в силу банковской гарантии банк, иное кредитное учреждение или страховая организация (гарант) дают по просьбе другого лица (принципала) письменное обязательство уплатить кредитору принципала (бенефициару) в соответствии с условиями даваемого гарантом обязательства денежную сумму по представлению бенефициаром письменного требования об ее уплате. Опираясь на данное положение, бенефициар обратился с иском к организации-гаранту. В гарантии предусматривалась обязанность гаранта выплатить 29 миллионов рублей при предъявлении бенефициаром требования с приложением письменного подтверждения отсутствия у принципала денежных средств для оплаты товаров в размере, определенном договором купли-продажи. В срок, установленный в гарантии, бенефициар предъявил гаранту требование о платеже с приложением заверенной принципалом справки, подтверждающей отсутствие средств на счете принципала на день, когда оплата товара должна быть произведена. Гарант отказался от выплаты суммы по гарантии, указав, что, по имеющимся у него данным, оплата товаров бенефициару была произведена третьей организацией по просьбе принципала и, следовательно, обеспечиваемое обязательство исполнено. Бенефициар повторно потребовал оплаты от гаранта и после отказа от платежа обратился с иском в арбитражный суд. Свои требования бенефициар основывал на положениях п. 2 ст. 376 ГК, согласно которому если гаранту до удовлетворения требования бенефициара стало известно, что основное обязательство, обеспеченное банковской гарантией, полностью или в соответствующей части уже исполнено, прекратилось по иным основаниям либо недействительно, то гарант должен немедленно сообщить об этом бенефициару и принципалу. Полученное гарантом после такого уведомления повторное требование бенефициара подлежит удовлетворению гарантом.

1 Разграничение злоупотребления правом на виды и критерии такого разграничения далеко не бесспорны. Анализ мнений см.: Грибанов В. П. Пределы осуществления и защиты гражданских прав. С. 28-35.

Рассматривая спор, арбитражный суд установил, что бенефициар, являясь кредитором в основном обязательстве, уже получил оплату за поставленный товар. Это обстоятельство подтверждалось представленными гарантом доказательствами. Факт оплаты товара за счет средств банковского кредита не отрицал и должник по основному договору (принципал). С учетом изложенных условий арбитражный суд расценил действия бенефициара как злоупотребление правом и на основании п. 1, 2 ст. 10 ГК в иске ему отказал1. Особенность злоупотребления правом, совершенным без намерения причинить вред, но объективно причинившим вред другому лицу, отличается от шиканы тем, что оно совершается лицом не по прямому умыслу. Субъективная сторона подобных злоупотреблений правом может выражаться в форме косвенного умысла или неосторожности. В качестве примера можно привести следующее дело. Известный российский писатель проживал в г. Москве и был человеком весьма высоко материально обеспеченным. В Архангельске проживал его отец, имевший дом на праве собственности. Совместно с отцом в этом доме проживали младший брат писателя - инвалид с детства, жена брата и двое их малолетних детей. При жизни отца писатель его не навещал, никакой материальной помощи не оказывал. Отец находился на иждивении младшего сына - инвалида, занимавшегося жестяным промыслом. После смерти отца (мать скончалась раньше) открылось наследство-дом. Писатель поставил вопрос о разделе наследства. Брат-инвалид на раздел не согласился, ссылаясь на то, что раздел дома в натуре невозможен, а предоставить денежную компенсацию брату он не может, так как если дом продать и деньги, вырученные от этого, поделить, то на причитающиеся ему деньги он не сможет приобрести для семьи даже самое дешевое жилье. Писатель обратился с иском в суд2. Требование писателя о разделе наследственного имущества формально опирается на его субъективное право наследовать имущество, оставшееся после смерти отца. Вместе с тем реализация этого права при изложенных обстоятельствах нанесет существенный вред его брату.

1 См.: Информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 15 января 1998 г. № 27 «Обзор практики разрешения споров, связанных с применением норм Гражданского кодекса РФ о банковской гарантии» // Экономика и жизнь. 1998. № 7. С. 19.

2 Данный случай описан Ю. В. Феофановым (см.: Феофанов Ю. В. Седьмой барьер. М., 1981. С. 126-127). Судебная практика по делам о злоупотреблении правом весьма скудна. При этом примеры из нее, приводимые одними авторами, признаются неудачными другими (для сравнения см.: Братусь С. Н. О пределах осуществления гражданских прав //Правоведение. 1967. № 3. С. 81).

Следовательно, будет правомерной постановка вопроса о злоупотреблении правом на получение части наследства. Однако подобный вывод может быть сделан только на основе всестороннего анализа материалов дела. Составы злоупотребления правом, совершенные без намерения причинить вред, но объективно причиняющие вред, могут описываться в законе, тогда как состав шиканы не может быть конкретно описан в законе. Так, в законодательстве определяются конкретные составы злоупотребления хозяйствующим субъектом доминирующим положением на рынке. Под доминирующим положением понимается исключительное положение хозяйствующего субъекта на рынке определенного товара (работ, услуг), дающее ему возможность оказывать решающее влияние на процесс конкуренции, затруднять доступ на рынок товара (работ, услуг) другим хозяйствующим субъектам или иным образом ограничивать их в хозяйственной и предпринимательской деятельности1. Классическими представителями субъектов, доминирующих на рынке, являются российские акционерные общества - РАО «Газпром», РАО «ЕЭС» и им подобные. К злоупотреблениям хозяйствующим субъектом доминирующим положением на рынке относятся действия, которые имеют либо могут иметь своим результатом ограничение конкуренции и ущемление интересов других хозяйствующих субъектов, в том числе такие действия, как:

изъятие товаров из обращения, целью или результатом которого является создание или поддержание дефицита на рынке;

навязывание контрагенту условий договора, невыгодных для него или не относящихся к предмету договора;

включение в договор дискриминирующих условий, которые ставят контрагента в неравное положение по сравнению с другими хозяйствующими субъектами, и т. д.2

1 Доминирующее положение хозяйствующего субъекта определяется по нормативным методикам. См.: Методические рекомендации по определению доминирующего положения хозяйствующего субъекта на товарном рынке. Утверждены приказом Государственного комитета РФ по антимонопольной политике от 3 июня 1994 г. № 67 //ВВАС РФ. 1994. № 4.

2 Полный перечень составов злоупотребления доминирующим положением на рынке дан в ст. 5 Закона о конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках.

Однако описание в законе составов злоупотребления правом, совершенных без намерения причинить вред, но объективно причиняющих вред другому лицу, является скорее исключением, чем правилом. В абсолютном большинстве случаев вопрос о квалификации конкретного действия в качестве злоупотребления правом, совершенным без намерения причинить вред, но объективно причиняющим вред, приходится решать на основе анализа объективных и субъективных факторов, имевших место при осуществлении права. За совершение действий, являющихся злоупотреблением правом, могут быть установлены конкретные санкции, как это, например, сделано в антимонопольном законодательстве за случаи злоупотребления доминирующим положением на рынке1. При отсутствии конкретных санкций за тот или иной вид злоупотребления правом применяется относительно определенная санкция в виде отказа в защите гражданских прав, предусмотренная п. 2 ст. 10 ГК. Она имеет конкретные формы проявления:

отказ в конкретном способе защиты;

лишение правомочий на результат, достигнутый путем недозволенного осуществления права;

лишение субъективного права в целом;

возложение обязанностей по возмещению убытков и т. д.2

Бесспорно, что во всех случаях применения относительно определенной санкции, предусмотренной в п. 2 ст. 10 ГК, будет иметь место высокая степень судебного усмотрения. Вместе с тем следует иметь в виду, что место для судебного усмотрения остается всегда, как бы ни была велика степень формальной определенности нормы права, ибо без этого невозможно проведение в жизнь принципов индивидуализации ответственности и справедливости3.

1 См. ст. 22-26 Закона о конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках.

2 Наиболее подробно данная санкция исследована Грибановым В. П. См.: Грибанов В. П. Пределы осуществления и защиты гражданских прав. С. 98-100.

3 Не случайно процессуальная наука понимает под судебным усмотрением специфический вид судебной правоприменительной деятельности, сущность которого заключается в предоставлении суду в соответствующих случаях правомочия находить наиболее оптимальное решение правового вопроса, исходя из общих положений закона, целей, предусмотренных законодателем, конкретных обстоятельств дела, а также принципов права, законов развития общества и норм морали. См.: Боннер А. Т. Применение закона и судебное усмотрение // СГП. 1979. № 6. С. 36.

4. Осуществление прав и исполнение обязанностей через представителя

1. Понятие и субъекты представительства

Субъективные гражданские права и обязанности могут осуществляться не самими управомоченными и обязанными лицами, а их представителями (за исключением случаев, когда в силу закона и самой сущности прав и обязанностей они могут осуществляться и исполняться только лично их носителями). Использование представительства как способа осуществления прав и исполнения обязанностей диктуется причинами юридического и фактического порядка. К юридическим причинам относятся: неполная дееспособность лиц в возрасте до 18 лет; ограничение дееспособности гражданина; признание гражданина по основаниям, предусмотренным законом, недееспособным и т. п.

К фактическим причинам относятся обстоятельства, препятствующие личному осуществлению прав и исполнению обязанностей: болезнь; отсутствие в месте постоянного жительства; юридическая безграмотность; нежелание управомоченного или обязанного лица лично осуществлять права и исполнять обязанности; загруженность органа юридического лица; отсутствие у субъекта специальных познаний и т. д.

При представительстве сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте fa уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет или прекращает гражданские права и обязанности представляемого (п. 1 ст. 182ГК)

Субъектами представительства являются три лица: представляемый, представитель, третье лицо. Представляемый - гражданин либо юридическое лицо, от имени и в интересах которого представитель совершает юридически значимые действия - сделки. Представляемым может быть любой гражданин с момента рождения или юридическое лицо - с момента возникновения в установленном порядке. Представитель - гражданин либо юридическое лицо, наделенные полномочием совершать юридически значимые действия в интересах и от имени представляемого. Гражданин в качестве представителя должен обладать полной дееспособностью, т. е. быть совершеннолетним, не ограниченным в дееспособности, не признанным недееспособным. В виде исключения частично дееспособные граждане могут выполнять функции представителей в силу трудового договора с 14 лет (ст. 173 КЗоТ) или в силу отношений членства в общественных организациях и кооперативах с 16 лет (п. 2 ст. 26 ГК). Специальные ограничения для отдельных граждан быть представителями других лиц вводятся в законодательство по различным причинам. Так, в соответствии с гражданско-процес-суальным законодательством не могут выступать в качестве представителей сторон в судебном споре лица, исключенные из коллегии адвокатов, судьи, следователи и прокуроры. Юридические лица, обладающие специальной правоспособностью, могут выполнять функции представителей, если это не противоречит целям их деятельности, определенным в законе и в учредительных документах. Так, банк, являясь кредитным учреждением, в силу предписаний закона не может быть представителем в торговой сделке. Коммерческие юридические лица, обладающие общей правоспособностью, могут выполнять функции представителей от имени граждан и организаций, не занимающихся предпринимательской деятельностью, без специального на то указания в учредительных документах, при условии, что совершение представителем того или иного вида сделок не требует получения лицензии. В этих случаях имеет место некоммерческое представительство. Если коммерческое юридическое лицо, обладающее общей правоспособностью, выполняет функции представителя от имени предпринимателей в виде промысла, то такое представительство является коммерческим и на него распространяются специальные правила ст. 184 ГК. Третье лицо - гражданин либо юридическое лицо, с которым вследствие действий представителя устанавливаются, изменяются или прекращаются субъективные права и обязанности представляемого. Третьими лицами могут быть все лица, обладающие гражданской правосубъектностью. Цель представительства - совершение представителем двусторонних и односторонних сделок в интересах и за счет представляемого. Сделки, совершаемые представителем, - это его собственные, самостоятельные волевые действия. Но вместе с тем они создают, изменяют или прекращают гражданские права и обязанности у другого лица - представляемого. В этом состоит главное отличие представителя от органа юридического лица. Орган представляет собой структурно обособленную часть юридического лица. Поэтому действия органа юридического лица по свершению сделок, осуществленные им в соответствии с его компетенцией, являются действиями самого юридического лица. Представителя необходимо отличать от лиц, действующих в чужих интересах, но от собственного имени, а также от лиц, уполномоченных на вступление в переговоры относительно возможных в будущем сделок. Круг данных лиц весьма велик, но среди них можно выделить лица, наиболее часто встречающиеся в гражданско-правовом обороте. Посыльный (посланник) в отличие от представителя сам не совершает какой-либо сделки, а только передает документы, информацию, согласие на заключение сделки и т. п. от пославшего его лица третьему лицу. Коммерческий или иной посредник, выступая от собственного имени, содействует заключению сделки путем поиска лиц, заинтересованных в ее заключении, сбора и выдачи информации об условиях ее совершения, но никаких юридических действий, непосредственно создающих права и обязанности для других лиц, не совершает1. Конкурсный (арбитражный) управляющий при банкротстве совершает юридически значимые действия от своего имени, в интересах не только банкрота, но и его кредиторов. Душеприказчик при наследовании - это лицо, на которое наследодателем возлагаются обязанности по исполнению завещания. После смерти наследодателя душеприказчик от собственного имени совершает действия, в результате которых гражданско-правовые последствия возникают у третьих лиц. Рукоприкладчик - это лицо, лишь содействующее оформлению совершенной сделки, подписывая ее за лицо, лишенное возможности это сделать в силу физических недостатков, болезни или неграмотности.

1 Следует иметь в виду, что в литературе имеет место и более широкое понимание посреднической деятельности. Очень часто под ней понимается деятельность представителя. Приведенное нами понятие посредничества препятствует отождествлению представительства с любой иной формой взаимодействия двух лиц при участии третьего. Обзор мнений, имеющихся в науке гражданского права по этому вопросу, см.: Ли А. С. Разграничение сделок представительства и посредничества// Законодательство и экономика. 1995. № 11-12. С. 7-17.

Не является представителем лицо, чье согласие (разрешение) необходимо для заключения сделки. Такое лицо осуществляет лишь контроль за разумностью и целесообразностью сделок. Таковы действия попечителя, с согласия которого совершаются сделки гражданами, находящимися под попечительством. Аналогичны и действия собственника при отчуждении казенным предприятием какого-либо имущества, не являющегося продукцией предприятия. Сущность представительства состоит в деятельности представителя по реализации полномочия в интересах и от имени представляемого. Предпосылкой представительства является относительное правоотношение между представителем и представляемым, в рамках которого возникает и формируется полномочие. Полномочие как возможность представителя совершать сделки от имени и в интересах представляемого - особое субъективное право, которое реализуется представителем в отношениях с третьими лицами. По характеру происхождения и по юридической природе полномочие представляет собой субъективное право, производное от правосубъектности представляемого, делегированное представителю по воле представляемого или в силу обстоятельств, указанных в законе. Поэтому осуществление (реализация) полномочия представителем является юридическим фактом, порождающим права и обязанности у представляемого1. При осуществлении полномочия представитель связан обязанностью осуществить данное полномочие в интересах представляемого. Поэтому представитель не вправе совершать сделки от имени представляемого в отношении себя лично либо в отношении другого лица, представителем которого он одновременно является, за исключением случаев коммерческого представительства (п. 3 ст. 182 ГК). Так, представитель не вправе купить для себя вещь, которую представляемый поручил ему продать, а также продать ее лицу, чьим представителем он одновременно является. Согласно ст. 37 ГК опекун не может совершать сделок с подопечным, за исключением передачи имущества подопечному в качестве дара или в безвозмездное пользование, а также представлять подопечного при заключении сделок или ведении судебных дел между подопечным и своим супругом или близкими родственниками.

1 Сущность представительства и юридическая природа полномочия являются предметом спора в цивилистической науке. Обзор мнений см.: Советское гражданское право / Отв. ред. В. П. Грибанов, С. М. Корнеев. Т. 1. М, 1-979. С. 207-208.

Лицо, совершающее сделку от имени и в интересах другого лица, не имея полномочия на это, либо превысившее при совершении сделки свои полномочия, является неуполномоченным. При отсутствии полномочий действовать от имени другого лица или при превышении таких полномочий сделка считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица, если только другое лицо (представляемый) впоследствии прямо не одобрит данную сделку (п. 1 ст. 183 ГК). Однако следует иметь в виду, что если представляемый не одобрит сделку, совершенную неуполномоченным лицом, то она может считаться сделкой, заключенной от его имени и в интересах неуполномоченного лица только в тех случаях, когда неуполномоченное лицо обладает соответствующей закону способностью к совершению данного вида сделок. Поэтому, например, если сделка в виде договора о предоставлении банковского кредита совершена от имени банка неуполномоченным физическим лицом, то она ни при каких условиях не может рассматриваться в качестве банковской сделки, заключенной от имени и в интересах такого лица, ибо физическое лицо не обладает и не может обладать правосубъектностью кредитной организации. В указанных случаях мы сталкиваемся с незаконной (ничтожной) сделкой со всеми вытекающими из этого последствиями. Последующее одобрение сделки представляемым создает, изменяет и прекращает для него гражданские права и обязанности по данной сделке с момента ее совершения. Одобрение должно быть явно выраженным - либо в письменной форме, либо путем совершения действий, свидетельствующих об этом, - и последовать в разумный срок. Срок получения одобрения имеет существенное значение. Так, если одобрение поступит от представляемого после того, как неуполномоченное лицо, признавшее сделку в качестве собственной, т. е. заключенной от его имени, совершит все подготовительные действия, необходимые для исполнения им сделки, либо начнет ее исполнение, то такое одобрение не имеет юридического значения. В таких случаях передача представителю (как и любому третьему лицу) прав по сделке может быть осуществлена с соблюдением правил об уступке прав и переводе долга.

2. Возникновение и виды представительства

Основаниями возникновения правоотношения между представляемым и представителем, т. е. юридическими фактами, влияющими на возникновение и объем правомочия, являются следующие обстоятельства: 1) волеизъявление представляемого о предоставлении полномочия представителю, выраженное в договоре или доверенности;

2) акт уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, предписывающий субъектам действовать в качестве представителя других лиц;

3) факт, наличия которого в силу указания закона достаточно для возникновения полномочия одного лица быть представителем другого.

Договорами, порождающими отношения представительства, являются договоры поручения (гл. 49 ГК РФ) и агентирования (гл. 52 ГК), по которым одна сторона (поверенный в договоре поручения или агент в договоре агентирования) обязуется совершать от имени и за счет другой стороны (доверителя в договоре поручения или принципала в договоре агентирования) определенные юридические действия. Односторонней сделкой, порождающей полномочия представителя, является выдача ему представляемым доверенности. Представительство, возникающее на основании договорного соглашения между представляемым и представителем, наряду с представительством, возникающим на основе выдачи представителем доверенности представляемому, принято называть добровольным представительством. Разновидностью добровольного является коммерческое представительство. Оно осуществляется на основании договора, заключенного в письменной форме и содержащего указания на полномочия представителя, а при отсутствии таких указаний - также и доверенности. Коммерческому представительству присущ особый субъектный состав. Представляемыми по нему могут быть только предприниматели. Коммерческим представителем может быть лицо, являющееся предпринимателем, осуществляющее представительство в виде промысла. Для коммерческого представителя сделано исключение из общего правила о том, что представитель не вправе совершать сделки от имени представляемого в отношении себя лично либо в отношении другого лица, представителем которого он одновременно является (п. 3 ст. 182 ГК). Одновременное коммерческое представительство разных сторон в сделке допускается с согласия этих сторон и в других случаях, предусмотренных законом. Следует особо подчеркнуть, что коммерческий представитель может представлять разные стороны в сделке, но не имеет права совершать сделки от имени представляемого в отношении себя лично. Если коммерческий представитель представляет одновременно разные стороны в сделке, он вправе требовать уплаты обусловленного вознаграждения и возмещения понесенных им при исполнении поручения издержек от сторон в равных долях, если иное не предусмотрено соглашением между сторонами. Коммерческий представитель как профессиональный предприниматель во всех случаях обязан:

исполнять данные ему поручения с заботливостью обычного предпринимателя;

сохранять как коммерческую тайну сведения об условиях и содержании договоров, заключенных им во исполнение поручения.

Акты уполномоченных государственных органов и органов местного самоуправления, предписывающие субъектам действовать в качестве представителя других лиц, весьма разнообразны. Так, например, представители государства в органах управления акционерных обществ, акции которых закреплены в государственной собственности, являются государственными служащими и назначаются на основании решения Президента РФ, Правительства РФ, соответствующих федеральных органов либо Российского фонда федерального имущества1. Представительство, возникающее на основе актов уполномоченных государственных органов и органов местного самоуправления, предписывающих субъектам действовать в качестве представителя, называется обязательным, так как оно устанавливается независимо от воли представляемого. Также обязательным является представительство, возникающее непосредственно из предписаний закона, которое нередко именуется законным представительством. Так, законными представителями несовершеннолетних детей являются родители, усыновители или опекуны (ст. 28 ГК). Наличие фактов отцовства, материнства (ст. 64 Семейного кодекса РФ), усыновления (п. 1 ст. 137 Семейного кодекса РФ), установления опеки (ст. 32 ГК) в силу указания закона достаточно для возникновения правомочия одного лица быть представителем другого. Проверка полномочий представителя третьими лицами составляет необходимый момент в процессе осуществления отношений представительства. Надобность в подобной проверке отпадает, если полномочие очевидно явствует из обстановки, в которой действует представитель.

1 См : Указ Президента РФ от 10 июня 1994 г № 1200 «О некоторых мерах по обеспечению государственного управления экономикой» //СЗ РФ 1994 № 7 Ст. 700.

В этом случае имеется в виду обстановка, аналогичная той, в которой оказывают услуги и выполняют работы работники торговых, бытовых, транспортных, банковских и иных организаций. Продавцы, кассиры, приемщики, операторы, кондукторы, оценщики и т. д. совершают сделки от имени организации в определенном месте, в определенном порядке, с применением соответствующей атрибутики. Все это создает у любого лица, вступающего с ними в контакт, уверенность, что он имеет дело с уполномоченным представителем организации. Любое лицо, допущенное администрацией организации к исполнению работ, оказанию услуг и т. п. в обстановке, из которой с очевидностью явствуют полномочия представителя, должно рассматриваться в качестве представителя организации1.

3. Понятие доверенности

Доверенностью признается письменное уполномочие, выдаваемое одним лицом другому лицу для представительства перед третьими лицами (ст. 185 ГК). Как видно, доверенность - документ, фиксирующий полномочие представителя на совершение сделки. Доверенность адресуется третьим лицам и служит для удостоверения полномочий представителя перед ними. Иначе говоря, благодаря доверенности полномочие представителя на совершение той или иной сделки становится очевидным для соответствующего третьего лица. По общему правилу доверенность может выдаваться только дееспособными гражданами. Граждане в возрасте от 14 до 18 лет могут самостоятельно выдавать доверенности в пределах тех прав, которые они могут осуществлять сами: распоряжение заработком или стипендией и иными доходами;

осуществление прав автора произведения науки, литературы и искусства, изобретения или иного охраняемого законом результата своей интеллектуальной деятельности;

внесение вкладов в кредитные учреждения и распоряжение ими;

1В подобных случаях речь должна идти именно о лицах, допущенных администрацией, а не о любых лицах, как это порой утверждается в литературе. (См.: Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой / Под ред. О. Н. Садикова. С. 230.) Если следовать последней позиции, придется, например, признать правомерной сделку купли-продажи, по которой оплата получена не работником магазина, а вором, который находился в помещении магазина

совершение мелких бытовых сделок и сделок, направленных на безвозмездное получение выгоды, не требующих нотариального удостоверения и государственной регистрации;

приобретение по достижении шестнадцати лет членства в кооперативах и вытекающих из этого прав (ст. 26 ГК).

Для совершения иных сделок лица в возрасте от 14 до 18 лет могут выдавать доверенности только с письменного согласия родителей, усыновителей или попечителей. Юридические лица, обладающие специальной правоспособностью, могут выдавать доверенности для совершения сделок, не противоречащих целям их деятельности, закрепленным в законе. Коммерческие юридические лица, обладающие общей правоспособностью, могут выдавать доверенности на совершение любых сделок в соответствии с требованиями закона и правилами лицензирования отдельных видов деятельности. Если коммерческое юридическое лицо, цели деятельности которого каким-либо образом определены в учредительных документах, хотя по закону это не является обязательным, выдает доверенности для совершения сделок, противоречащих таким целям, то данные доверенности могут быть оспорены по правилам ст. 173 ГК. В качестве доверителя могут выступать одно или несколько лиц одновременно. Множественность лиц, одновременно выступающих в качестве доверителей, имеет место при выдаче доверенности всеми участниками общей долевой собственности третьему лицу для совершения сделки по отчуждению всего имущества, находящегося в общей долевой собственности. Доверенность может быть выдана на имя одного лица или нескольких лиц. Выдача доверенности - односторонняя сделка. Поэтому ее совершение не требует согласия представителя. Но принятие доверенности или отказ от ее принятия - это право представителя. Лицо, выдавшее доверенность, вправе в любое время ее отменить. В свою очередь представитель может отказаться в любое время от доверенности. По содержанию и объему полномочий, которыми наделяется представитель, различается три вида доверенности: 1) генеральные (общие) доверенности - выдаются представителю для совершения разнообразных сделок в течение определенного периода времени. Пример такой доверенности - доверенность, выдаваемая руководителю филиала юридического лица, 2) специальные доверенности - выдаются на совершение ряда однородных сделок. К ним можно отнести доверенности для представительств в суде, на получение товарно-материальных ценностей от гру-зоперевозчика и т. п.; 3) разовые доверенности - выдаются для совершения строго определенной сделки.

4. Форма доверенности

Доверенность - документ, который должен быть совершен в письменной форме. Для совершения сделок, требующих нотариальной формы, доверенность должна быть нотариально удостоверена, за исключением случаев, указанных в законе. К нотариально удостоверенным доверенностям приравниваются:

1. доверенности военнослужащих и других лиц, находящихся на излечении в госпиталях, санаториях и других военно-лечебных учреждениях, удостоверенные начальниками, их заместителями по медицинской части, старшим или дежурным врачом;

2. доверенности военнослужащих, а в пунктах дислокации воинских частей, соединений, учреждений и военно-учебных заведений, где нет нотариальных контор и других органов, совершающих нотариальные действия, также доверенности рабочих и служащих, членов их семей и членов семей военнослужащих, удостоверенные командирами (начальниками) этих частей, соединений, учреждений и заведений;

3. доверенности лиц, находящихся в местах лишения свободы, удостоверенные начальниками мест лишения свободы;

4. доверенности совершеннолетних дееспособных граждан, находящихся в учреждениях социальной защиты населения, удостоверенные администрацией этого учреждения или руководителем (его заместителем) соответствующего органа социальной защиты населения.

Доверенности, выдаваемые на получение заработной плати и иных платежей, связанных с трудовыми отношениями, на получение вознаграждения авторов и изобретателей, пенсий, пособий и стипендий, вкладов граждан в банках и на получение корреспонденции, в том числе денежной и посылочной, могут удостоверяться также организацией, в которой доверитель работает или учится, жилищно-эксплуатационной организацией по месту его жительства и администрацией стационарного лечебного учреждения, в котором он находится на излечении, а доверенности на получение корреспонденции - организациями связи. Доверенность на получение представителем гражданина его вклада в банке, денежных средств с его банковского счета может быть удостоверена соответствующим банком. Доверенность - письменный документ, для действительности которого необходимо наличие на нем обязательных реквизитов. Обязательным реквизитом доверенности является дата ее совершения. Отсутствие в доверенности даты ее совершения делает ее юридически ничтожной. От даты совершения доверенности необходимо отличать срок действия доверенности. Срок действия доверенности не может превышать трех лет. Если в доверенности не указан срок действия, она сохраняет силу в течение одного года со дня совершения. Данное правило не распространяется на нотариально удостоверенные доверенности, выданные для совершения сделок за границей, без указания о сроке ее действия. Такие доверенности сохраняют силу до ее отмены доверителем. Как видно, отсутствие указания на срок действия доверенности не влечет ее недействительности, а приводит к необходимости применения сроков, определенных в законе. Другим обязательным реквизитом доверенности является подпись доверителя. Гражданин-доверитель может расписаться собственноручно, а в случаях наличия у доверителя физического недостатка, болезни, неграмотности доверенность может подписать рукоприкладчик с соблюдением правил п. 3 ст. 160 ГК. От имени юридического лица доверенность подписывается его органом или иным лицом, уполномоченным на это учредительными документами. Обязательным реквизитом доверенности, выдаваемой от имени юридического лица, является приложение печати данного юридического лица. Для доверенностей, выдаваемых юридическими лицами, основанными на государственной и муниципальной собственности, для получения или выдачи денег и других имущественных ценностей обязательна подпись главного (старшего) бухгалтера этого юридического лица (п. 5 ст. 185 ГК)1.

5. Передоверие

Доверенность - документ, выдаваемый для того, чтобы представитель лично исполнил возложенные на него функции. Вместе с тем может иметь место перепоручение (передоверие) представителем исполнения полномочия другому лицу.

1 В связи с изложенным можно расценивать как юридически неточную норму, содержащуюся в п. 3 ст. 7 Закона о бухгалтерском учете. Согласно этой норме без подписи главного бухгалтера любого юридического лица все денежные и расчетные документы, финансовые и кредитные обязательства считаются недействительными и не принимаются к исполнению.

Передоверие - передача полномочия представителем другому лицу (заместителю) - возможно в двух случаях: а) когда допустимость передоверия предусмотрена в доверенности;

б) когда сложившиеся обстоятельства вынуждают представителя совершить передоверие для охраны интересов лица, выдавшего доверенность.

Представитель, передавший полномочия другому лицу, должен известить об этом лицо, выдавшее доверенность, и сообщить ему необходимые сведения о заместителе. Если представитель, передавший полномочия, не сделает этого, то вся ответственность за действия заместителя возлагается на него как за его собственные. Срок действия доверенности, выданной в порядке передоверия, не может превышать срока действия доверенности, на основании которой она выдана. Доверенность, выдаваемая в порядке передоверия, должна быть нотариально удостоверена. Исключение составляют доверенности, выдаваемые на получение заработной платы и иных платежей, связанных с трудовыми отношениями, на получение вознаграждения авторов и изобретателей, пенсий, пособий и стипендий, вкладов граждан в банках и на получение корреспонденции, в том числе денежной и посылочной. Форма этих доверенностей и порядок их удостоверения подчинены общему правилу п. 4 ст. 185 ГК.

6. Прекращение доверенности

Действие доверенности прекращается при наступлении следующих обстоятельств: а) истечения срока доверенности; б) отмены доверенности выдавшим ее лицом; в) отказа лица, которому выдана доверенность, от исполнения поручения; г) прекращения юридического лица, от имени которого выдана доверенность; д) прекращения юридического лица, которому выдана доверенность; е) смерти гражданина, выдавшего доверенность, признания его недееспособным, ограниченно дееспособным или безвестно отсутствующим; ж) смерти гражданина, которому выдана доверенность, признания его недееспособным, ограниченно дееспособным или безвестно отсутствующим.

Доверенность, выданная в порядке передоверия, прекращается при наступлении любого из указанных выше обстоятельств. Это объясняется тем, что доверенность, выданная в порядке передоверия, имеет производный от основной доверенности характер. Поэтому также следует иметь в виду, что заместитель представителя вправе в любое время отказаться от доверенности.

7. Последствия прекращения доверенности

Прекращение доверенности является не чем иным, как прекращением полномочия представителя. В связи с этим у представляемого и его правопреемников возникает ряд обязанностей. Лицо, выдавшее доверенность и впоследствии отменившее ее, обязано известить об отмене лицо, которому доверенность выдана, а также известных ему третьих лиц, для представительства перед которыми была дана доверенность. Подобные действия должны совершить правопреемники (наследники умершего гражданина и правопреемники реорганизованного юридического лица) в случаях:

прекращения доверенности вследствие прекращения юридического лица, от имени которого выдана доверенность;

смерти гражданина, выдавшего доверенность, признания его недееспособным, ограниченно дееспособным или безвестно отсутствующим.

Права и обязанности по отношению к третьему лицу, возникшие в результате действий представителя или его заместителя до того, как они узнали или должны были узнать о прекращении доверенности, сохраняют силу для лица, выдавшего доверенность, и его правопреемников. Данное правило не применяется, если третье лицо оказалось недобросовестным, т. е. знало или должно было знать до совершения или в момент совершения сделки с представителем, что действие доверенности прекратилось.

Дополнительная литература

Андрееве. К. Представительство в гражданском праве. Калинин, 1978; Грибанов В. П. Пределы осуществления и защиты гражданских прав. М., 1972; Малеин Н. С. Гражданский закон и права личности в СССР. М., 1981; Невзгодина Е. Л. Представительство по советскому гражданскому праву. Томск, 1980; Рясенцев В. А. Основания представительства в советском гражданском праве // Уч. зап. ВЮЗИ. М., 1948; Янев Янко Г. Правила социалистического общежития. М., 1980.

12. Право на защиту как субъективное гражданское право1

§ 1. Понятие и содержание права на защиту

1. Понятие права на защиту

Всякое право, в том числе и любое субъективное гражданское право, имеет для субъекта реальное значение, если оно может быть защищено как действиями самого управомоченного субъекта, так и действиями государственных и иных уполномоченных органов. Право на защиту является элементом - правомочием, входящим в содержание всякого субъективного гражданского права. Поэтому субъективное право на защиту-это юридически закрепленная возможность управомоченного лица использовать меры правоохранительного характера с целью восстановления нарушенного права и пресечения действий, нарушающих право2. Содержание права на защиту, т. е. возможности управомоченного субъекта в процессе его осуществления, определяется комплексом норм гражданского материального и процессуального права, устанавливающих: а) само содержание правоохранительной меры; б) основания ее применения; в) круг субъектов, уполномоченных на ее применение; г) процессуальный и процедурный порядок ее применения; д) материально-правовые и процессуальные права субъектов, по отношению к которым применяется данная мера.

1 Данная глава представляет собой дополненный и переработанный вариант гл. 12 учебника «Гражданское право» (Т 1. М, 1993), написанной профессором В. П. Грибановым. Взгляды и идеи В П. Грибанова по проблемам защиты гражданских прав, наиболее полно изложенные автором во втором разделе его монографии «Пределы осуществления и защиты гражданских прав» (М., 1972), стали базой теоретических воззрений его учеников, являющихся авторами настоящего учебника.

2 При этом следует иметь в виду, что в юридической науке имеет место точка зрения, согласно которой право на защиту является самостоятельным субъективным правом. Анализ позиций и библиографию см.: Братусь С Н. Юридическая ответственность и законность. М., 1976 С. 72-79

Сама закрепленная или санкционированная законом правоохранительная мера, посредством которой производится устранение нарушения права и воздействие на правонарушителя, называется в науке гражданского права способом защиты гражданского права. Перечень способов защиты гражданских прав содержится, как правило, в общей части гражданского законодательства. В ст. 12 ГК закреплено, что защита гражданских прав осуществляется путем: 1) признания права; 2) восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения; 3) признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки; 4) признания недействительным акта государственного органа или органа местного самоуправления; 5) самозащиты права; 6) присуждения к исполнению обязанности в натуре; 7) возмещения убытков; 8) взыскания неустойки; 9) компенсации морального вреда; 10) прекращения или изменения правоотношения; 11) неприменения судом акта государственного органа или органа местного самоуправления, противоречащего закону; 12) иными способами, предусмотренными законом. Содержание каждого из указанных способов защиты и порядок его применения конкретизируются в нормах общей части гражданского законодательства (ст. 13-16 ГК), в нормах, относящихся к институтам сделок, права собственности, обязательственного права. Порядок и пределы применения конкретного способа защиты гражданского права зависят от содержания защищаемого субъективного права и характера его нарушения. Этому правилу не противоречит то обстоятельство, что в гражданском праве нередки случаи, когда одновременно применяются несколько различных способов защиты гражданских прав. Так, например, реституция может применяться одновременно с механизмом обязательства из неосновательного обогащения; удержание вещи, выступающее мерой оперативного воздействия, может иметь место одновременно с гражданско-правовой ответственностью лица, нарушающего право лица, удерживающего вещь, и т. п. Нетрудно видеть, что, несмотря на это, использование того или иного способа защиты гражданских прав опирается на собственное основание. В первом примере применение реституции основывается на факте недействительности сделки, применение обязательств из неосновательного обогащения - на том, что какой-либо из участников такой сделки неосновательно приобрел чужое имущество. Каждый способ защиты гражданского права может применяться в определенном процессуальном или процедурном порядке. Этот порядок именуется формой защиты гражданского права. В науке гражданского права различают юрисдикционную и неюрис-дикционную форму защиты прав1. Юрисдикционная форма защиты - это защита гражданских прав государственными или уполномоченными государством органами. Юрисдикционная форма защиты означает возможность защиты гражданских прав в судебном или административном порядке. Судебная форма защиты гражданских прав наиболее полно соответствует принципу равенства участников гражданских правоотношений. В п. 1 ст. 11 ГК говорится, что защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав осуществляет в соответствии с подведомственностью дел, установленной процессуальным законодательством, суд, арбитражный суд или третейский суд. Защита гражданских прав в административном порядке путем обращения к вышестоящему органу или должностному лицу нетипична для гражданского права. Поэтому в п. 2 ст. 11 ГК указано, что защита гражданских прав в административном порядке осуществляется лишь в случаях, предусмотренных законом. В качестве примера законодательного разрешения защиты гражданского права в административном порядке можно привести правила о рассмотрении споров об отказе выдачи патентов Апелляционной палатой Патентного ведомства РФ.

1 См.: Гражданское право. Ч. 1. Учебник / Под ред. Ю. К. Толстого, А. П. Сергеева. С. 242-243 (автор главы - А. П. Сергеев). Несомненно, что такая терминологическая градация форм защиты носит условный характер, но она весьма удобна для практического разграничения форм защиты.

В отдельных случаях закон предусматривает альтернативную возможность защиты гражданского права как в административном, так и в судебном порядке - по выбору управомоченного лица. Так, дела по жалобам граждан на действия государственных органов, общественных организаций и должностных лиц, нарушающих права и свободы граждан, дела по жалобам на отказ в разрешении на выезд из Российской Федерации за границу или на въезд из-за границы можно по выбору управомоченного лица возбуждать в суде либо обращаться с ними к вышестоящему в порядке подчиненности государственному органу или должностному лицу (ст. 2394 ГПК). Законом может быть предусмотрена ситуация, когда защита гражданского права в административном порядке является обязательным предварительным условием для обращения в суд. В таком порядке, например, рассматриваются споры, связанные с отказом в предоставлении либо с изъятием земельных участков. Следует иметь в виду, что решение, принятое в административном порядке, в любом случае может быть обжаловано в суд (п. 2 ст. 11 ГК). Неюрисдикционная форма защиты гражданского права - защита гражданского права самостоятельными действиями управомоченного лица без обращения к государственным и иным уполномоченным органам. Такая форма защиты имеет место при самозащите гражданских прав и при применении управомоченным лицом мер оперативного воздействия.

2. Классификация способов защиты гражданских прав

 

Способы защиты гражданских прав, допускаемые законом, отличаются друг от друга по юридическому и материальному содержанию, формам и основаниям применения. По этим признакам способы защиты гражданских прав можно классифицировать на следующие виды:

фактические действия управомоченных субъектов, носящие признаки самозащиты гражданских прав;

меры оперативного воздействия на нарушителя гражданских прав;

меры правоохранительного характера, применяемые к нарушителям гражданских прав компетентными государственными или иными органами.

2. Самозащита гражданских прав

1. Понятие самозащиты гражданских прав

Под самозащитой гражданских прав понимается совершение управомоченным лицом не запрещенных законом действий фактического порядка, направленных на охрану его личных или имущественных прав или интересов1, интересов и прав других лиц и государств. К ним, например, относятся фактические действия собственника или иного законного владельца, направленные на охрану имущества, а также аналогичные действия, совершенные в состоянии необходимой обороны или в условиях крайней необходимости. Меры фактического характера, направленные на охрану прав граждан или организаций, могут быть как предусмотренными законом, так и вытекающими из обычно принятых в обществе мер такого рода. Это использование различного рода охранных средств и приспособлений в виде замков, охранной сигнализации на автомобилях и др. По общему правилу использование такого рода охранительных мер самозащиты допустимо, если не запрещено законом и соответствует обычно принятым правилам. Использование названных мер самозащиты имеет свои границы и подчинено общим нормам и принципам осуществления субъективных гражданских прав. Недопустимо использование мер охраны имущества, опасных для жизни и здоровья окружающих, наносящих вред нравственным устоям общества и основам правопорядка.

1 Приведенное определение понятия самозащиты гражданских прав дано В. П. Грибановым (см.: Гражданское право. Т. 1. С. 160). В юридической литературе существует иное понимание самозащиты гражданских прав, согласно которому под самозащитой понимаются не только фактические действия управомоченного лица по защите прав, но и всякие допускаемые законом односторонние действия заинтересованного лица в целях обеспечения неприкосновенности права. См.: Ба-син Ю. Г. Основы гражданского законодательства о защите субъективных гражданских прав // Проблемы применения Основ гражданского законодательства и Основ гражданского судопроизводства СССР и союзных республик. Саратов, 1971. С. 36. Однако при таком подходе объединяются качественно различные правовые явления - фактические действия и меры оперативного воздействия, которые хотя и применяются самим управомоченным лицом, но являются мерами юридического порядка. Об этом более подробно см. § 3 настоящей главы.

Известен случай, когда собственник дачи огородил свой участок колючей проволокой, пропустив через ограду электрический ток. В другом случае владелец автомобиля так пристроил в гараже ружье, что вор при открывании двери должен был получить выстрел в ноги, но первым пострадавшим оказался сам автор такого «изобретения». Недопустимость подобного рода «охранных» средств очевидна, так как они направлены не только на охрану имущества, но и на причинение вреда лицу, которое может вступить в контакт с такого рода сооружениями даже по неосторожности. Из этого следует, что управомоченный субъект вправе использовать лишь такие меры самозащиты, которые не ущемляют прав и законных интересов других лиц. Если же использование недозволенных средств защиты причиняет вред другим лицам, то возникает предусмотренная законом обязанность по возмещению причиненного вреда. Вместе с тем в случаях, предусмотренных законом, причинение вреда правонарушителю или третьим лицам действиями управомоченного субъекта по защите своих прав и интересов признается правомерным. Речь идет о действиях, совершенных в состоянии необходимой обороны или в условиях крайней необходимости.

2. Необходимая оборона как способ самозащиты гражданских прав

Одним из способов самозащиты гражданских прав является необходимая оборона. Не подлежит возмещению вред, причиненный в состоянии необходимой обороны, если при этом не были нарушены ее пределы (ст. 1066 ГК). Следовательно, необходимой обороной признаются такие меры защиты прав, которые причиняют вред их нарушителю, но не влекут обязанности обороняющегося по его возмещению, поскольку признаются правомерными (допустимыми). Институт необходимой обороны является комплексным институтом, регламентированным как гражданским, так и уголовным правом. Содержание необходимой обороны в гражданском праве несколько шире, чем в уголовном. Если в уголовном праве под необходимой обороной понимаются действия, хотя и подпадающие под признаки состава преступления, но не признаваемые преступлением, то в гражданском праве к необходимой обороне относятся также действия, которые подпадают под понятие гражданского правонарушения, но не влекут за собой применения мер юридической ответственности. Условия, при которых действия обороняющегося могут быть признаны совершенными в состоянии необходимой обороны, одинаковы как для уголовного, так и для гражданского права. Они относятся к нападению и защите. Для признания действий обороняющегося совершенными в состоянии необходимой обороны надо, чтобы нападение было действительным (реальным), наличным и противоправным. Действительность (реальность) нападения означает, что нападение как таковое вообще имеет место. Оборона потому и называется обороной, что противодействует нападению. Поэтому если нет посягательства на чьи-либо права или интересы, то нет оснований говорить об обороне, а тем более о необходимой обороне. Факт нападения означает, что нападение уже началось либо налицо его непосредственная угроза. Несколько сложнее вопрос о противоправности нападения. Ведь противоправным считается поведение, нарушающее нормы права. Однако не всякое противоправное поведение требует применения такого рода оборонительных мер. В уголовном праве необходимая оборона может иметь место только против такого правонарушения, которое законом рассматривается как преступное посягательство1. Это же правило действует и применительно к необходимой обороне по гражданскому праву. Она недопустима против правонарушений, не являющихся действиями уголовно наказуемого характера, хотя и подпадающих под признаки гражданского правонарушения. Необходимая оборона представляет собой прежде всего один из способов защиты прав и интересов обороняющегося лица. Но оборона будет признана необходимой, если подобного рода действиями защищаются интересы государства и общества, права и законные интересы других лиц. При этом действия обороняющегося должны быть направлены именно против нападающего лица, но не против других лиц, например родственников или близких нападавшего. Основным условием признания действий необходимой обороной является недопустимость превышения ее пределов.

1 Судебная практика признает, что необходимая оборона имеет место и в тех случаях, когда общественно опасное посягательство не является преступлением, но по объективным признакам воспринимается как преступное нападение. См.: Комментарий к Уголовному кодексу. Общая часть/Под ред. Ю. И. Скуратова и В. М. Лебедева. М, 1996. С. 98.

В соответствии с п. 2 ст. 14 ГК способы самозащиты должны быть соразмерны нарушению и не выходить за пределы действий, необходимых для его пресечения. Превышение пределов необходимой обороны возможно в отношении выбора средств защиты, интенсивности обороны и ее своевременности. Превышением пределов необходимой обороны может быть явное несоответствие средств защиты характеру и опасности нападения. Однако это несоответствие не следует понимать механически; нужно учитывать степень и характер опасности, силы и возможности обороняющегося, а также волнение, которое возникает у последнего в такой сложной обстановке. Превышением пределов обороны может быть превышение интенсивности защиты над интенсивностью нападения. Например, излишняя поспешность или чрезмерная активность в применении оборонительных средств, когда речь идет об угрозе нападения. Несвоевременность использования оборонительных средств может быть связана не только с поспешностью, но и с их применением после того, как нападение закончилось и ничем не грозит обороняющемуся. Правовыми последствиями действий в состоянии необходимой обороны с точки зрения гражданского права является то, что причиненный нападавшему вред не подлежит возмещению. Иначе решается этот вопрос при превышении пределов необходимой обороны, поскольку речь идет уже о неправомерных действиях, влекущих гражданско-правовую ответственность. Но и здесь учитывается посягательство потерпевшего на законные интересы оборонявшегося лица, хотя бы и превысившего пределы необходимой обороны1.

3. Действия в условиях крайней необходимости как способ самозащиты гражданских прав

Одним из способов самозащиты гражданских прав являются действия управомоченного лица в условиях крайней необходимости.

1 Как отмечалось в постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 16 августа 1984 г. «О применении судами законодательства, обеспечивающего право на необходимую оборону от общественно опасных посягательств», «размер возмещения вреда, причиненного лицу при отражении его общественно опасного посягательства, если было допущено превышение пределов необходимой обороны, в зависимости от обстоятельств дела и степени вины обороняющегося и посягавшего должен быть уменьшен, либо в возмещении вреда должно быть отказано» (ВВС СССР. 1984. № 5 С. 9).

Под действиями, совершенными в состоянии крайней необходимости, понимаются такие действия, которые предпринимаются лицом для устранения опасности, угрожающей самому причини-телю вреда или другим лицам, если эта опасность при данных обстоятельствах не могла быть устранена иными средствами (ст. 1067 ГК). Указанные действия допустимы, если причиненный вред менее значителен, чем вред предотвращенный. Как и при необходимой обороне, действия в условиях крайней необходимости могут предприниматься не только как средство самозащиты прав и интересов управомоченного лица и других лиц, но и для защиты интересов государства и общества (п. 1 ст. 39 УК РФ). В отличие от необходимой обороны, при крайней необходимости опасность для управомоченного лица (либо государства, общества, третьих лиц) возникает не из-за действий тех лиц, которым причиняется вред, а вследствие стихийных бедствий, неисправности механизмов, особого состояния организма человека, например вследствие болезни, и т. п. Она может возникнуть и в результате преступного поведения другого лица, например при причинении вреда имуществу граждан в ходе преследования преступника. Особенность действий в состоянии крайней необходимости состоит в том, что в таких условиях лицо вынуждено использовать средства, связанные с причинением вреда. При этом в одних случаях причинение вреда может быть необходимой мерой предотвращения большей опасности, тогда как в других случаях вред может быть лишь сопутствующим явлением, которое может наступить или не наступить. Если при необходимой обороне вред причиняется непосредственно нападающему, то действиями в условиях крайней необходимости вред причиняется третьему лицу. Поэтому в силу ст. 1067 ГК такой вред по общему правилу подлежит возмещению причинившим его лицом. Но, поскольку действие в условиях крайней необходимости рассматривается законом как правомерное, хотя и вредоносное, учитывая обстоятельства, при которых был причинен такой вред, суд может возложить обязанность его возмещения на третье лицо, в интересах которого действовал причинивший вред, либо освободить от возмещения вреда полностью или частично как третье лицо, так и причинившего вред. Например, спасая тонувшего в реке гражданина, другой гражданин использовал стоявшую у берега лодку, из которой предварительно выбросил в воду находившееся в ней чужое имущество. Обязанность по возмещению причиненного им вреда была возложена судом на спасенного, неосторожно купавшегося в опасном месте. При применении мер самозащиты в условиях крайней необходимости лицо не должно превышать пределы крайней необходи- мости. Превышением пределов крайней необходимости признается причинение вреда, явно не соответствующего характеру и степени угрожающей опасности и обстоятельствам, при которых опасность устранялась, когда указанным интересам был причинен вред равный или более значительный, чем предотвращенный (п. 2 ст. 39 УК РФ). С точки зрения гражданского права это означает, что лицо, превысившее пределы крайней необходимости, должно безусловно возместить причиненный вред.

3. Меры оперативного воздействия на нарушителя гражданских прав

1. Понятие мер оперативного воздействия

Под мерами оперативного воздействия понимаются такие юридические средства правоохранительного характера, которые применяются к нарушителю гражданских прав и обязанностей непосредственно управомоченным лицом как стороной в гражданском правоотношении, без обращения за защитой права к компетентным государственным органам. К ним, в частности, относятся: односторонний отказ от нарушенного другой стороной договора, задержка выдачи груза получателю до внесения им всех причитающихся платежей и т. п. В отличие от мер самозащиты гражданских прав меры оперативного воздействия, несмотря на то что они применяются самим управомоченным лицом без обращения к государственным органам, носят юридический, а не фактический характер, т. е. всегда влекут соответствующее изменение прав и обязанностей прежде всего для правонарушителя (например, прекращение права на оплату товара при обнаружении его недоброкачественности или появление обязанности устранить за свой счет дефекты в поставленном оборудовании и т. д.).

2. Основные особенности мер оперативного воздействия

Прежде всего названные меры являются мерами правоохранительными. Они применяются управомоченным лицом лишь тогда, когда обязанная сторона допустила те или иные нарушения, например не выполнила обязательства в установленный срок, уклоняется от выполнения тех или иных действий, систематически задерживает платежи, ненадлежаще исполняет обязательства и т. п. Другая особенность мер оперативного воздействия состоит в том, что их применение носит односторонний характер. Управо-моченной стороне здесь нет надобности обращаться к компетентным государственным органам. Именно поэтому названные меры и носят название оперативных. Односторонний характер мер оперативного воздействия определяет и особый характер гарантий их правильного применения. Эти гарантии носят двоякий характер: во-первых, меры оперативного воздействия могут применяться управомоченным лицом к нарушителю только в тех случаях, когда они прямо предусмотрены законом или соглашением сторон, и, во-вторых, их применение не устраняет возможности обязанного лица оспорить правильность их применения в суде или арбитражном суде. Эффективность мер оперативного воздействия состоит не только в их оперативности, быстроте воздействия на нарушителя, но и в том, что их применение управомоченным лицом влечет за собой невыгодные последствия для обязанного лица. Однако при устранении им допущенных нарушений такие невыгодные последствия обычно отпадают либо значительно уменьшаются. Поэтому главная функция рассматриваемых мер состоит в обеспечении, стимулировании надлежащего исполнения обязанностей участниками гражданского оборота.

3. Виды мер оперативного воздействия

Меры оперативного воздействия многочисленны и многообразны, но они могут быть подразделены на следующие виды. Меры оперативного воздействия, связанные с исполнением обязательств за счет должника. Общая норма, касающаяся данного вида мер оперативного воздействия, установлена ст. 397 ГК. Согласно данной норме в случае неисполнения должником обязательства изготовить и передать вещь в собственность, в хозяйственное ведение или оперативное управление, либо передать вещь в пользование кредитору, либо выполнить для него определенную работу или оказать ему услугу кредитор вправе в разумный срок поручить исполнение обязательства третьим лицам за разумную цену либо выполнить его своими силами, если иное не вытекает из закона, иных правовых актов, договора или существа обязательства, и потребовать от должника возмещения понесенных необходимых расходов и других убытков. В нормах, касающихся отдельных видов обязательств, содержание и условия применения указанных мер оперативного воздействия конкретизируются. Меры оперативного воздействия, связанные с обеспечением встречного удовлетворения. Принципиальное положение о них сформулировано в ст. 359 ГК, где закреплено, что кредитор, у которого находится вещь, подлежащая передаче должнику либо лицу, указанному должником, вправе в случае неисполнения должником в срок обязательства по оплате этой вещи или возмещения кредитору связанных с нею издержек и других убытков удерживать ее до тех пор, пока соответствующее обязательство не будет исполнено. Меры оперативного воздействия, связанные с отказом совершить определенные действия в интересах неисправного контрагента (меры отказного характера). К ним относятся: а) отказ от договора; б) отказ от принятия ненадлежащего исполнения, в) отказ во встречном удовлетворении по причине ненадлежащего исполнения обязательства.

Общие положения о них изложены в п. 2 ст. 328 ГК, в соответствии с которым в случае непредставления обязанной стороной обусловленного договором исполнения обязательства либо наличия обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что такое исполнение не будет произведено в установленный срок, сторона, на которой лежит встречное исполнение, вправе приостановить исполнение своего обязательства либо отказаться от исполнения этого обязательства и потребовать возмещения убытков. При этом следует иметь в виду, что в случае одностороннего отказа от исполнения договора полностью или частично, когда такой отказ допускается законом или соглашением сторон, договор считается соответственно расторгнутым или измененным (п. 3 ст. 450 ГК).

4. Меры правоохранительного характера, применяемые к правонарушителям государством

Возможность обратиться к компетентным государственным органам за защитой права - важнейшая в содержании принадлежащего управомоченному лицу права на защиту. И хотя обеспечительную сторону права нельзя сводить только к применению мер государственного принуждения, следует признать, что подключение управомоченным лицом к реализации своего права аппарата государственного принуждения - важное условие реальности и гарантированности прав граждан и организаций. К мерам правоохранительного характера, применяемым к нарушителям гражданских прав компетентными государственными органами, относятся те способы защиты гражданских прав, которые реализуются в юрисдикционной форме - в судебном или административном порядке. Меры государственно-принудительного порядка, применяемые компетентными государственными органами, условно можно подразделить на два блока. Первый блок составляют меры государственно-принудительного порядка, не обладающие признаками гражданско-правовой ответственности. В науке гражданского права их именуют мерами защиты в узком смысле слова. Второй блок составляют меры гражданско-правовой ответственности1. В свою очередь, меры государственно-принудительного порядка, не обладающие признаками гражданско-правовой ответственности, можно разделить на следующие подвиды: а) меры превентивного (предупредительного) характера; б) меры регулятивного характера, имеющие задачей упорядочение нормальных отношений между спорящими участниками гражданских правоотношений2.

1. Меры превентивного (предупредительного) характера

Эти меры государственно-принудительного воздействия имеют целью либо непосредственное предупреждение возникновения возможных правонарушений, либо их устранение лицами, допустившими не соответствующее требованиям закона поведение.

1 Разделение гражданско-правовых способов защиты гражданских прав на собственно меры защиты и меры ответственности достаточно глубоко обосновано цивилистической наукой См • Красавчиков О А Ответственность, меры защиты и санкции в советском гражданском праве // Сборник ученых трудов Вып № 39 Свердловск, 1975 С 11-12.

2 Проводя данную классификацию, необходимо отметить, что зачастую меры превентивного характера осуществляют регулятивную функцию, и наоборот, меры регулятивного характера - превентивную функцию.

К ним относятся предупреждение возможного нарушения права. Так, опасность причинения вреда в будущем может явиться основанием для применения такого способа защиты права, как запрещение деятельности, создающей такую опасность (п. 1 ст. 1065 ГК). Превентивный характер имеют и такие меры, как признание права и установление факта, имеющего юридическое значение. В практике нередко встречаются случаи предъявления в суде исков о признании, например, права собственности на строение, права авторства на произведение науки или искусства, на изобретение и т. п. Речь идет о том, что право данному лицу принадлежит, но отсутствуют необходимые доказательства, вследствие чего требуется решение суда, которое устранит возникновение спора по данному поводу в будущем. В отличие от этого признание факта имеет место тогда, когда необходимо признать определенное состояние, например, гражданина, имеющее для него юридическое значение. Так обстоит дело, например, с признанием факта нахождения гражданина в определенной степени родства с умершим. Установление судом указанного факта дает основание признать данного гражданина (или не признать его) наследником умершего. Важной мерой предупредительного характера является признание недействительным акта государственного органа или органа местного самоуправления. Особенность названной меры состоит в том, что она имеет двоякое значение. С одной стороны, она пресекает уже возникшее нарушение, а с другой - устраняет возможность возникновения правонарушений в будущем. Согласно ст. 13 ГК ненормативный акт государственного органа или органа местного самоуправления (а в случаях, предусмотренных законом, также нормативный акт), не соответствующий закону или иным правовым актам и нарушающий гражданские права и охраняемые законом интересы гражданина или юридического лица, может быть признан судом недействительным. В приведенной норме речь идет о признании недействительными актов государственного органа или органа местного самоуправления. Вместе с тем в конкретных случаях закон разрешает признавать недействительными наряду с актами этих органов акты иных органов. Так, в силу нормы п. 2 ст. 22 ГК несоблюдение указанных в законе условий и порядка ограничения дееспособности граждан или их права заниматься предпринимательской либо иной деятельностью влечет недействительность акта государственного или иного органа, устанавливающего соответствующее ограничение. По общему правилу недействительными могут быть признаны акты государственных органов и органов местного самоуправления, имеющие ненормативный характер. Нормативные акты данных органов могут быть признаны судом недействительными только в случаях, предусмотренных законом. Подобная возможность предусмотрена п. 3 ст. 22 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации»1. В соответствии с данным пунктом судам подведомственны заявления прокуроров о признании недействительными противоречащих закону правовых актов, принятых местными органами власти и управления. Федеральные законы, нормативные акты Президента РФ, Совета Федерации, Государственной Думы, Правительства РФ могут быть признаны недействительными Конституционным Судом РФ в случае их противоречия Конституции РФ2. От признания недействительным нормативного акта государственного органа или органа местного самоуправления необходимо отличать такую меру защиты гражданского права, как неприменение судом акта государственного органа или органа местного самоуправления, противоречащего закону. В обоих случаях суд оценивает акты на их соответствие закону. Вместе с тем если при признании недействительным нормативного акта государственного органа или органа местного самоуправления предметом судебного спора является требование о признании таких актов недействительными, то при использовании способа защиты в виде неприменения судом акта государственного органа или органа местного самоуправления, противоречащего закону, предметом спора является конкретное материально-правовое требование о взыскании долга, выплате процентов и т. п., в качестве правового основания которого указывается такой акт. В этом случае, обнаружив противоречие акта государственного органа или органа местного самоуправления требованиям закона, суд принимает решение не применять данный акт при решении вопроса об удовлетворении или об отказе удовлетворения спорного материально-правового требования. Превентивный характер имеет и такая мера, как признание судом обоснованной жалобы гражданина на неправильные действия органов управления или должностных лиц и возложение на названных лиц обязанности устранить допущенные нарушения.

1 СЗ РФ. 1995. № 47. Ст 4472.

2 См ст. 3 Федерального конституционного закона от 21 июля 1994 г. «О Конституционном Суде Российской Федерации»//СЗ РФ 1994 №13. Ст. 1447.

Представляется, что к ним можно отнести и применение судом или арбитражным судом последствий недействительности ничтожной сделки.

2. Государственно-принудительные меры регулятивного характера

Основная особенность таких мер заключается в том, что они принимаются компетентными государственными органами при разрешении гражданско-правовых споров, причем обычно тогда, когда стороны сами не в состоянии урегулировать возникший между ними конфликт. При этом речь может и не идти о каком-либо правонарушении (хотя нередко такого рода споры возникают в связи с неправильным поведением того или иного участника правоотношения). Другая особенность подобного рода мер состоит в том, что они не связаны с применением санкций, с определенным имущественным воздействием на правонарушителя, поскольку такого правонарушения может и не быть либо оно носит такой характер, который позволяет разрешить спор без применения мер юридической ответственности. Представляется целесообразным выделить три основных группы гражданско-правовых мер регулятивного характера. Первая группа - меры, направленные на устранение разногласий между участниками гражданских правоотношений, возникших при определенных обстоятельствах. К ним относятся, в частности, определение судом долей в праве общей собственности на строение или иное имущество либо реальный раздел имущества, если этого требуют стороны и имущество может быть разделено без ущерба его прямому назначению. В практике часто возникают споры, связанные с разделом жилой площади между самостоятельными пользователями данного жилого помещения, с разделом наследства между наследниками. Правоохранительные меры рассматриваемой группы представляют собой частные проявления такого способа защиты гражданских прав, как прекращение или изменение правоотношения. Вторая группа - меры, направленные на восстановление имущественной сферы потерпевшей стороны. К ним относятся прежде всего меры, связанные с истребованием имущества, принадлежащего собственнику или иному владельцу, из чужого незаконного владения (вин-дикационвый иск), а также меры по устранению нарушений прав названных лиц, не связанных с лишением владения (негаторный иск). Аналогичные функции выполняют предусмотренные гражданским законодательством меры, связанные с признанием недействительности оспоримой сделки и применением двусторонней реституции, т. е. возвращением сторон в первоначальное состояние; меры, направленные на возврат организации или гражданину имущества, приобретенного или сбереженного другим лицом за счет потерпевшего без достаточных к тому оснований, опровержение сведений, порочащих честь и достоинство гражданина, и т. п. Особую восстановительную роль играет такая мера защиты, как имущественная компенсация морального вреда. Строго говоря, моральный вред невозможно оценить в имущественном эквиваленте. Поэтому данная мера защиты имеет признаки, присущие гражданско-правовой ответственности. Третья группа - меры, направленные на обеспечение реального исполнения обязанности должником. Речь идет об исполнении обязанности в принудительном порядке. В литературе принуждение должника к исполнению обязанности нередко рассматривается в качестве меры юридической ответственности1. Между тем никакой ответственности здесь нет, а есть лишь особая форма осуществления права, поскольку ничего иного, кроме уже имевшихся прав и обязанностей, составляющих содержание спорного правоотношения, в данном случае обнаружить нельзя. Принуждение - лишь вынужденная форма их реализации. К подобного рода мерам относятся:

1. принуждение должника к возврату долга, передаче покупателю проданной вещи;

2. исправление или замена вещи должником по гарантийному обязат зль-ству;

3. возмещение ответчику той части расходов, которые он понес на изготовление вещи, если отношения между сторонами прерваны по требованию заказчика и при отсутствии вины подрядчика, и т. п.

В общей части ГК РФ в качестве мер защиты указаны возмещение убытков (ст. 15) и особо возмещение убытков, причиненных государственными органами и органами местного самоуправления (ст. 16). Но следует иметь в виду, что возмещение убытков, наряду с взысканием неустойки, одна из форм гражданско-правовой ответственности.

1 См Братусь С Н Юридическая ответственность и законность С 85

Меры юридической ответственности являются наиболее серьезной мерой государственно-принудительного порядка. Формой их нормативного закрепления являются санкции как меры ответственности. Наличие санкций - неотъемлемое свойство любой отрасли права. Но каждой отрасти присущи особые меры ответственности, налагаемые на правонарушителя, соответствующие ее специфике. Поэтому институт ответственности занимает в гражданском праве одно из центральных мест и подлежит детальному рассмотрению.

Дополнительная литература

Васин Ю. Г., Диденко А. Г. Защита субъективных гражданских прав // Юридические на

уки. Вып. 1. Алма-Ата, 1971. С. 3-10; Братусь С. Н. Юридическая ответственность и законность (Очерк теории). М., 1976; Грибанов В. П. Пределы осуществления и защиты гражданских прав. М., 1972; Илларионова Т, И. Механизм действия гражданско-правовых охранительных мер. Свердловск, 1980.

Глава 13. Гражданско-правовая ответственность

§ 1. Понятие и виды гражданско-правовой ответственности

1. Понятие юридической ответственности

Ответственность - одна из основных юридических категорий, широко используемая в правоприменительной деятельности. Однако сам термин «ответственность» многозначен и употребляется в различных аспектах. Можно различать социальную, моральную, политическую, юридическую ответственность. Социальная ответственность - обобщающее понятие, включающее все виды ответственности в обществе. С этой точки зрения моральная и юридическая ответственность - разновидности (формы) социальной ответственности. Весьма широким является и понятие моральной ответственности. Им охватывается ответственность лица не только перед другими членами общества или социальными образованиями, но и нравственная ответственность перед самим собой, рассматриваемая как чувство долга, как «ответственное поведение», как моральная обязанность и готовность дать отчет в своих действиях. Она выражается в форме морального осуждения соответствующего поведения и обращена прежде всего на формирование будущего поведения лица. Поэтому моральную ответственность обычно именуют позитивной или перспективной ответственностью. В отличие от этого юридическая ответственность всегда связана с определенной оценкой последствий прошлого, имевшего место поведения. Поэтому ее называют также ретроспективной ответственностью. Вместе с тем юридическая ответственность - всегда следствие правонарушения, т. е. нарушения правовых предписаний, но не моральных запретов или велений нравственности (хотя последние в ряде случаев и лежат в основе юридических норм). Юридическую ответственность нередко ошибочно отождествляют с другими, близкими категориями. Так, говоря о том, что кто-то «отвечает» за то или иное направление деятельности, в действительности имеют в виду его обязанности и их должное исполнение. Высказано и мнение о том, что юридическая ответственность - «регулируемая правом обязанность дать отчет в своих действиях»1. В таком понимании юридическая ответственность прямо становится исполнением некоей заранее предусмотренной обязанности, по существу тесно сближенной с моральной («позитивной») ответственностью. Иногда указывается, что юридическая ответственность есть не что иное, как реализация санкции нормы права, ибо содержание санкции сводится к установлению определенных юридических последствий поведения2. Но далеко не всякая санкция устанавливает меру юридической ответственности, не говоря уже о том, что большинство действующих правовых норм не имеет классической трехчленной структуры (гипотеза - диспозиция - санкция) и санкцией может быть даже норма в целом, а во многих нормах санкции отсутствуют, что само по себе еще не означает отсутствия юридической ответственности за их нарушение. Иное дело понимание санкции как установленной законом (или договором) конкретной меры ответственности за правонарушение. Юридическая ответственность устанавливает последствия ненадлежащего (неправомерного) поведения, нарушающего права и интересы других лиц. Следовательно, ее применение становится одним из способов защиты нарушенных прав и интересов. Важнейшая особенность этого способа состоит в применении мер ответственности с помощью государственного, в том числе судебного, принуждения, т. е. с помощью публичной власти (уполномоченных на то государственных органов или должностных лиц). Это отличает его от самозащиты и других мер воздействия, применяемых к правонарушителям непосредственно управомоченными (потерпевшими) лицами. В некоторых случаях меры ответственности могут использоваться и добровольно, а не с помощью публичной власти (например, правонарушитель добровольно уплачивает штраф). Это обстоятельство не меняет их природы как государственно-принудительных мер, содержание и порядок применения которых установлены законом. Поэтому юридическую ответственность нередко рассматривают как государственно-принудительное применение к правонарушителю любых неблагоприятных для него мер3.

1 Тархов В. А Ответственность по советскому праву Саратов, 1973. С. 8-11

2 Подробнее об этом см.' Лейст О Э Санкции и ответственность по советскому праву. М., 1981.

3 См Братусь С Н Юридическая ответственность и законность

Следует учитывать многозначность термина «санкция», который может пониматься и как часть правовой нормы, и как разрешение на совершение определенных действий, и как конкретная мера ответственности правонарушителя. Юридическая ответственность, безусловно, всегда связана с государственным принуждением, однако далеко не всякая мера государственно-принудительного воздействия на правонарушителя одновременно является и мерой ответственности. Так, принудительное исполнение имеющейся у лица обязанности, например возврат взятой им взаймы суммы по решению суда, едва ли можно считать мерой его ответственности перед заимодавцем, ибо нарушитель в данном случае лишь принудительно обязывается к исполнению своей обязанности и не несет никаких неблагоприятных последствий своего ненадлежащего поведения. Таким образом, юридическая ответственность представляет собой одну из форм государственно-принудительного воздействия на нарушителей норм права, заключающуюся в применении к ним предусмотренных законом санкций - мер ответственности, влекущих для них дополнительные неблагоприятные последствия1.

2. Особенности гражданско-правовой ответственности

Как разновидность юридической ответственности ответственность в гражданском праве обладает всеми указанными выше признаками, однако имеет и особенности, обусловленные спецификой самого гражданского права. Поскольку гражданское право главным образом регулирует имущественные отношения, то и гражданско-правовая ответственность имеет имущественное содержание, а ее меры (гражданско-правовые санкции) носят имущественный характер. Тем самым эта гражданско-правовая категория выполняет функцию имущественного (экономического) воздействия на правонарушителя и становится одним из методов экономического регулирования общественных отношений2.

1 См.. Грибанов В. П. Ответственность за нарушение гражданских прав и обязанностей М, 1973. С. 38-39.

2 Это дает основание иногда не вполне точно называть гражданско-правовую ответственность экономической. В некоторых юридических работах понятию «экономическая ответственность» пытались также придать особый смысл как самостоятельной разновидности административно-правовой (публично-правовой) ответственности организаций («хозорганов»), имеющей имущественное содержание или влекущей для них неблагоприятные последствия [штрафы, взимаемые в доход государства (бюджета), принудительная корректировка отчетных данных путем исключения из них определенных сведений о выполнении заданий, уменьшение бюджетного финансирования и т п.] Такой подход, характерный для представителей концепции «хозяйственного права» и некоторых их современных последователей, теряет смысл в условиях рыночной экономики.

Следовательно, гражданско-правовая ответственность состоит в применении к правонарушителю мер имущественного характера. Но не всякую меру государственно-принудительного воздействия, имеющую имущественное содержание, можно рассматривать как меру гражданско-правовой ответственности. При ином подходе границы юридической ответственности безосновательно расширяются, а стимулы к надлежащему поведению столь же безосновательно теряются. Так, реституция как последствие признания сделки недействительной или понуждение к исполнению заключенного договора не могут считаться мерами имущественной ответственности, поскольку по общему правилу не влекут никаких неблагоприятных имущественных последствий для правонарушителей. А вот требование о возмещении всех причиненных нарушением договора убытков или взыскание предусмотренного договором штрафа, влекущие возложение на правонарушителя дополнительных в сравнении с вытекающими из договора расходов, безусловно являются мерами ответственности. Поэтому применение гражданско-правовых санкций (мер ответственности) всегда влечет возложение на правонарушителя всех неблагоприятных, невыгодных имущественных последствий его поведения. Гражданское право регулирует отношения равноправных и независимых товаровладельцев, в которых нарушение обязанностей одним участником всегда влечет за собой нарушение прав другого участника. Такая взаимная связанность участников гражданского оборота имеет следствием то положение, что ответственность в гражданском праве является ответственностью одного контрагента перед другим, ответственностью нарушителя перед потерпевшим. Поэтому имущественные санкции, возлагаемые на правонарушителя, здесь взыскиваются в пользу потерпевшей стороны. Это отличает меры гражданской ответственности от имущественных по характеру мер ответственности, используемых в отраслях публичного права (например, в уголовном или административном праве), где они взыскиваются в доход казны (публичной власти). Весьма немногие предусмотренные гражданским законом случаи взыскания имущественных санкций в доход государства (в частности, ст. 169 ГК) связаны с особо злостным нарушением публичных интересов и представляют собой исключение, не характерное для гражданско-правового (частноправового) регулирования. Регулируемые гражданским правом товарно-денежные отношения носят эквивалентно-возмездный характер В связи с этим и гражданско-правовая ответственность направлена на эквивалентное возмещение потерпевшему причиненного вреда или убытков, а ее применение имеет целью восстановление имущественной сферы потерпевшего от правонарушения, но не его неосновательное обогащение. Отсюда компенсационная природа гражданско-правовой ответственности, размер которой должен в принципе соответствовать размеру понесенных потерпевшим убытков, но не превышать его. Из этого общего правила имеются отдельные исключения, связанные с возможностью увеличения размера ответственности (например, при защите прав граждан-потребителей или при возмещении внедоговорного вреда в соответствии с абз. 3 п. 1 ст. 1064 ГК) либо его ограничения (прямо установленные законом на основании правила п. 1 ст. 400 ГК, например при определении размера ответственности транспортных организаций в договоре перевозки). Они объясняются стимулирующей направленностью гражданско-правового регулирования, которое, по общему правилу регламентируя нормальные экономические отношения, призвано прежде всего побуждать участников имущественного оборота к добросовестному выполнению своих обязанностей. В сферу гражданского права включены и определенные неимущественные отношения. Правонарушения в этой области также могут влечь неблагоприятные имущественные последствия. Например, неправомерное использование объекта авторского или изобретательского (патентного) права приводит к появлению убытков у правообладателей, а распространение о лице порочащих его сведений может затруднить его трудоустройство или предпринимательскую деятельность. Наряду с этим гражданское право предусматривает случаи имущественного возмещения морального вреда, в том числе за причиненные гражданам определенными правонарушениями физические и нравственные страдания (ст. 151, 1099-1101 ГК), которые тоже являются мерами гражданско-правовой ответственности.

3. Понятие и функции гражданско-правовой ответственности

Из сказанного следует, что гражданско-правовая ответственность - одна из форм государственного принуждения, состоящая во взыскании судом с правонарушителя в пользу потерпевшего имущественных санкций, перелагающих на правонарушителя невыгодные имущественные последствия его поведения и направленных на восстановление нарушенной имущественной сферы потерпевшего. Основной, главной функцией гражданско-правовой ответственности является ее компенсаторно-восстановительная функция. Она отражает соразмерность применяемых мер ответственности и вызванных правонарушителем убытков, а также направленность взыскания на компенсацию имущественных потерь потерпевшего от правонарушителя. Наряду с этим гражданско-правовая ответственность выполняет также стимулирующую (организационную) функцию, поскольку побуждает участников гражданских правоотношений к надлежащему поведению. Способствуя предотвращению возможных в будущем правонарушений, гражданская ответственность выполняет и предупредительно-воспитательную (превентивную) функцию (см., например, п. 2 ст. 1065 ГК). Разумеется, она, как и всякая юридическая ответственность, осуществляет штрафную (наказательную) функцию в отношении правонарушителей. Мерами гражданско-правовой ответственности являются гражданско-правовые санкции - предусмотренные законом имущественные меры государственно-принудительного характера, применяемые судом к правонарушителю с целью компенсации имущественных потерь потерпевшего и возлагающие на правонарушителя неблагоприятные имущественные последствия правонарушения. Большинство гражданско-правовых санкций являются компенсационными, имея целью возмещение потерпевшей от правонарушения стороне понесенных ею имущественных потерь. Примером таких санкций служат убытки (п. 2 ст. 15 ГК). Гражданскому праву известны и штрафные санкции, которые взыскиваются с правонарушителя в пользу потерпевшего независимо от понесенных убытков, например штрафы или пени за просрочку исполнения по договору. Как редкое исключение в гражданском праве используются конфискационные санкции, заключающиеся в безвозмездном изъятии определенного имущества правонарушителя в доход государства (ст. 169 ГК). Следует подчеркнуть, что гражданско-правовая ответственность является институтом Общей части гражданского права, распространяющим свое действие по общему правилу на все виды гражданских правоотношений. Она отнюдь не сводится к ответственности за нарушение обязательств, как это по традиции устанавливается гражданским законодательством, и в большинстве случаев автоматически воспроизводится следующей за ним учебной литературой1. Меры гражданско-правовой ответственности предусмотрены и в общих положениях ГК (например, в виде отказа в охране прав в случаях злоупотребления ими (п. 1 и 2 ст. 10 ГК), ограничения дееспособности гражданина в соответствии с правилами п. 1 ст. 30 ГК, ответственности органов и учредителей юридического лица в соответствии с п. 3 ст. 53 и п. 3 ст. 56 ГК, ответственности правопреемников юридического лица в соответствии с п. 3 ст. 60 ГК и т. д.), и в разделе о вещных правах (например, в виде правил о последствиях самовольной постройки, предусмотренных п. 2 ст. 222 ГК), и в нормах авторского и патентного права. Традиционное отсутствие обобщающих правил об ответственности в гражданском законодательстве не может считаться безусловным доводом в пользу отсутствия такого института в гражданском праве (не говоря уже о гражданском праве как науке и учебной дисциплине). Напротив, такое положение свидетельствует о недостатках системы действующего законодательства, не учитывающей давно сложившихся в гражданском праве реалий. Не случайно даже законодатель, оставшийся на традиционных позициях, вынужден был поместить правила об убытках (как мере ответственности) в общие правила гражданского права, а не в Общую часть обязательственного права, как было в ранее действовавшем законе.

4. Виды гражданско-правовой ответственности

В зависимости от особенностей конкретных гражданских правоотношений различаются и виды имущественной ответственности за гражданские правонарушения. Так, по основаниям наступления можно выделить ответственность за причинение имущественного вреда (совершение имущественного правонарушения) и ответственность за причинение морального вреда (вреда, причиненного личности). Первый вид ответственности наиболее распространен в гражданском праве и применяется к подавляющему большинству гражданских правонарушений в отношениях между любыми субъектами. Основания такой ответственности могут предусматриваться как законом (в некоторых случаях - и подзаконным актом), так и соглашением сторон (договором).

1 См.: Гражданское право России. Курс лекций. Часть первая / Под ред. О. Н. Садикова. С. 269; Гражданское право. Ч. 1. Учебник / Под' ред. Ю. К. Толстого, А. П. Сергеева. С. 479.

Второй вид ответственности возникает только в отношении граждан-потерпевших и лишь в случаях, прямо предусмотренных законом. Ответственность за причинение морального вреда, как правило, возникает независимо от вины причинителя, состоит в денежной (но не в иной материальной) компенсации и осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда, т. е. сверх него (ст. 1099-1101 ГК)1. Ответственность за имущественные правонарушения в гражданском праве подразделяется на договорную и внедоговорную. Основанием наступления договорной ответственности служит нарушение договора, т. е. соглашения самих сторон (контрагентов). Поэтому такая ответственность может устанавливаться и за правонарушения, прямо не обеспеченные санкциями в действующем законодательстве, а в ряде случаев увеличиваться или уменьшаться по соглашению участников договора в сравнении с размером, предусмотренным законом. Второй вид ответственности может использоваться только в прямо предусмотренных законом случаях и размерах и на императивно установленных им условиях. Следовательно, это более строгий вид ответственности. Внедоговорная ответственность возникает при причинении личности или имуществу потерпевшего вреда, не связанного с неисполнением или ненадлежащим исполнением нарушителем обязанностей, лежащих на нем в силу договора с потерпевшей стороной. Но закон требует его применения и в тех случаях, когда неисполнением договорных обязанностей причинен вред жизни или здоровью гражданина (ст. 1084 ГК), например пассажиру при транспортной аварии. Внедоговорную ответственность нередко называют также деликтной, связывая ее в основном с обязательствами из причинения вреда (деликтами), которые, по сути, и представляют собой форму гражданско-правовой ответственности. Но сфера применения такой'ответственности в действительности шире и охватывает все случаи возникновения гражданской ответственности в силу наступления обстоятельств, прямо предусмотренных законом (при отсутствии договора).

1 Исключение составляет возмещение морального вреда гражданам-потребителям, которое допускается только при наличии вины контрагента-услугодателя и возможно как в денежной, так и в иной материальной форме, но сверх причиненного им имущественного вреда (ст. 15 Закона о защите прав потребителей // СЗ РФ. 1996. № 3. Ст. 40; п. 25 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 1994 г. (в редакции от 17 января 1997 г.) «О практике рассмотрения судами дел о защите прав потребителей» // ВВС РФ. 1995. № 7; 1997. № 1. № 3).

Таким образом, наш гражданский закон исходит из необходимости строгого различия оснований ответственности и по общему правилу не допускает предъявления к одному и тому же ответчику различных судебных требований (исков) по выбору потерпевшего-истца, т. е. так называемой конкуренции исков. Под «конкуренцией исков» принято понимать возможность предъявления нескольких различных требований по защите одного и того же интереса, причем удовлетворение хотя бы одного из таких исков исключает (погашает) возможность предъявления других. Данная ситуация широко допускается в англо-американском праве, не проводящем четких различий между договорной и внедоговорной ответственностью. В российском гражданском праве она возможна лишь как прямо предусмотренное законом исключение, сделанное для защиты особо значимых интересов. Действующее законодательство допускает «конкуренцию исков» при защите интересов граждан-потребителей в случаях причинения им имущественного вреда, вызванного недостатками проданного им товара1. Как договорная, так и внедоговорная ответственность в зависимости от числа обязанных лиц может быть долевой, солидарной или субсидиарной. Долевая ответственность означает, что каждый из ответчиков несет ответственность в точно определенной доле, установленной законом или договором. Например, наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя в размере действительной стоимости (доли) перешедшего к ним по наследству имущества. Правила о долевой ответственности применяются, когда иной вид ответственности для нескольких субъектов не предусмотрен законом (иным правовым актом) или договором.

1 В такой ситуации, во-первых, потерпевший в соответствии с абз. 4 п. 3 ст. 14 Закона о защите прав потребителей вправе по своему выбору предъявить либо договорный иск как к продавцу (своему контрагенту по договору), либо внедого-ворный иск к изготовителю товара; во-вторых, на основании п. 2 ст 14 этого Закона с таким требованием к продавцу может обратиться как его контрагент-покупатель (иск из договорных отношений), так и иной потерпевший (например, приобретший недоброкачественную вещь у первоначального покупателя) (внедоговорный иск). «Конкуренция исков» здесь, следовательно, возможна как в отношении одного и того же лица против разных ответчиков, так и в отношении разных лиц против одного и того же ответчика. Теоретически возможна и конкуренция притязаний одного и того же лица в отношении одного и того же ответчика, известная еще римскому частному праву (см.: Хвостов В. М Система римского права Учебник М., 1996. С. 87-88), например при выборе между виндикационным иском и требованием о признании сделки недействительной с возвратом ее объекта-вещи (реституция)

Если при этом законодательство или договор не определяют доли сторон, они считаются равными, т. е. каждый из ответчиков несет ответственность в одинаковом с другими ответчиками размере (ст. 321,1080, п. 2 ст. 1081 ГК). Солидарная ответственность более строгая, чем долевая. Здесь потерпевший-истец вправе предъявить требование как ко всем ответчикам совместно, так и к любому из них, причем как в полном объеме нанесенного ему ущерба, так и в любой его части; не получив полного удовлетворения от одного из солидарных ответчиков, он вправе по тем же правилам требовать недополученное с остальных, которые остаются перед ним ответственными до полного удовлетворения его требований (ст. 323 ГК). Такое право выбора усиливает положение потерпевшего, предоставляя ему возможность требовать возмещения не с того из правонарушителей, кто в наибольшей мере виновен в правонарушении, а с того, кто в состоянии в полном объеме компенсировать его неблагоприятные имущественные последствия. После этого соответчики становятся обязанными (ответственными) перед тем из них, кто удовлетворил требования потерпевшего-истца, причем в равных долях (если иное не вытекает из отношений между ними, например, в соответствии с правилом п. 2 ст. 1081 ГК), т. е. на принципах долевой ответственности. При этом неуплаченное одним из солидарно отвечающих лиц тому из них, кто полностью рассчитался с потерпевшим, падает в равной доле на этого и остальных ответчиков, т. е. распределяется между ними, еще более ухудшая их положение (п. 2 ст. 325 ГК). В связи с этим солидарная ответственность может применяться только в случаях, прямо установленных законом или договором, в частности при неделимости предмета неисполненного обязательства (п. 1 ст. 322) и при совместном причинении «внедоговорного» вреда (ч. 1 ст. 1080 ГК). Солидарной всегда является и ответственность участников полного товарищества (ст. 75 ГК). При этом по решению суда и в интересах потерпевшего закон допускает замену солидарной ответственности долевой (ч. 2 ст. 1080 ГК), но не наоборот. Солидарная ответственность предполагается, т. е. наступает при отсутствии иных указаний закона (иного правового акта) или договора, при нарушении обязательств, связанных с предпринимательской деятельностью (п. 2 ст. 322 ГК), что свидетельствует о более строгом подходе закона к профессиональным участникам гражданского оборота. Субсидиарная ответственность является дополнительной по отношению к ответственности, которую несет перед потерпевшим основной правонарушитель (п. 1 ст. 399 ГК). Она признана дополнить его ответственность, усиливая защиту интересов потерпевшего. При этом лицо, несущее такую дополнительную ответственность, совсем не обязательно является сопричинителем имущественного вреда, нанесенного потерпевшему, а во многих случаях вообще не совершает каких-либо правонарушений. Здесь проявляется компенсаторная направленность гражданско-правовой ответственности, определяющая ее специфику. Субсидиарная ответственность для несущего ее лица наступает в случае, когда основной ответчик отказался удовлетворить требование потерпевшего либо последний в разумный срок не получил от него ответа на свое требование (абз. 2 п. 1 ст. 399 ГК). Поэтому по общему правилу не требуется, чтобы основной ответчик вначале ответил перед потерпевшим всем своим имуществом, и только при его недостатке (т. е. во многих случаях, по сути, при банкротстве ответчика) к ответственности был привлечен субсидиарный ответчик (должник). С точки зрения условий наступления субсидиарной ответственности она, в свою очередь, может быть разделена на несколько видов. В договорных отношениях она обычно наступает при отказе основного ответчика от удовлетворения предъявленных к нему требований (независимо от наличия или отсутствия у него необходимого для удовлетворения кредиторов имущества). Таковой, например, в силу условий договора может быть ответственность поручителя (п. 1 ст. 363 ГК). При банкротстве юридических лиц, а также при причинении вреда несовершеннолетними гражданами (в возрасте от 14 до 18 лет), т. е. во внедоговорных отношениях, субсидиарная ответственность учредителей (участников) юридических лиц, основных («материнских») компаний и родителей (усыновителей) либо попечителей несовершеннолетних наступает лишь при недостатке у банкротов или причинителей вреда какого-либо имущества, способного удовлетворить интересы кредиторов (п. 3 ст. 56, п. 1 ст. 75, абз. 3 п. 2 ст. 105, п. 2 ст. 1074 ГК), и, следовательно, предполагает предварительное обращение взыскания на такое имущество. Кроме того, здесь, в отличие от договорных отношений, дополнительно необходимо наличие вины в действиях субсидиарно отвечающего лица. Такова же в принципе ответственность участников корпоративных отношений и ответственность собственников имущества унитарных предприятий, например участников полных товариществ, обществ с дополнительной ответственностью и членов производственных кооперативов (п. 1 ст. 75, п. 1 ст. 95, п. 2 ст. 107 ГК), ответственность собственников-учредителей по долгам казенных предприятий и приравненных к ним в этом отношении предприятий частных собственников (сохраняющихся в этой организационно-правовой форме до 1 июля 1999 г.) (п. 5 ст. 115 ГК). Однако она, как и субсидиарная ответственность по договору, не требует наличия вины в действиях субсидиарно отвечающего лица. Особый случай представляет собой субсидиарная ответственность собственников учреждений, которые они создали и финансируют, поскольку она наступает уже при недостатке находящихся в распоряжении последних денежных средств (п. 2 ст. 120 ГК). Таким образом, она предполагает необходимость предварительного обращения взыскания только на этот вид имущества. Ответственность в порядке регресса, или регрессная ответственность, наступает в случаях, когда гражданский закон допускает ответственность одного лица за действия другого (ст. 402,403 ГК). Например, юридические лица и граждане-работодатели несут ответственность за вред, который причинили их работники при исполнении своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей, а хозяйственные товарищества и производственные кооперативы отвечают за вред, причиненный их участниками (членами) при осуществлении предпринимательской или производственной деятельности такой коммерческой организации (ст. 1068 ГК). Если работодатель или коммерческая организация возместили потерпевшему вред, причиненный их работником или участником (членом), они получают право обратного требования (регресса) к такому причинителю (п. 1 ст. 1081 ГК), что и составляет существо регрессной ответственности. Регрессной является и долевая ответственность солидарных должников перед тем из них, кто полностью исполнил их общее обязательство перед кредитором (пп. 1 п. 2 ст. 325 ГК). Таким образом, регрессная ответственность направлена на восстановление имущественной сферы того лица, которое понесло убытки, компенсировав потерпевшему его имущественные потери за другое лицо (причинителя).

§ 2. Условия гражданско-правовой ответственности

1. Понятие и состав гражданского правонарушения

Обстоятельства, при которых наступает гражданско-правовая ответственность, называются ее основаниями. Таким основанием прежде всего является совершение правонарушения, предусмотренного законом или договором, например неисполнение или ненадлежащее исполнение лицом возникших для него из договора обязанностей либо причинение какому-либо лицу имущественного вреда. В гражданском праве ответственность в некоторых случаях может наступать и при отсутствии правонарушения со стороны лица, на которое она возлагается, в частности, за действия третьих лиц (такова, например, в соответствии со ст. 363 ГК ответственность поручителя за нарушение обязанным лицом обеспеченного поручительством договора). Поэтому в качестве оснований гражданско-правовой ответственности следует рассматривать не только правонарушения, но и иные обстоятельства, прямо предусмотренные законом или договором. Однако и при наступлении одного из названных оснований ответственность не всегда подлежит применению к конкретному лицу. Для этого необходимо установить наличие определенных обстоятельств (условий), являющихся общими, типичными для гражданских правонарушений. К числу таких общих условий гражданско-правовой ответственности относятся:

противоправный характер поведения (действий или бездействия) лица, на которое предполагается возложить ответственность (либо наступление иных, специально предусмотренных законом или договором обстоятельств);

наличие у потерпевшего лица вреда или убытков,

причинная связь между противоправным поведением нарушителя и наступившими вредоносными последствиями,

вина правонарушителя.

Совокупность перечисленных условий, по общему правилу необходимых для возложения гражданско-правовой ответственности на конкретное лицо, называется составом гражданского правонарушения. Отсутствие хотя бы одного из указанных услозий ответственности, как правило, исключает ее применение. Установление данных условий осуществляется именно в указанной очередности, поскольку отсутствие одного из предыдущих условий лишает смысла установление других (последующих) условий. Вместе с тем необходимо иметь в виду, что в гражданском праве наличие состава правонарушения требуется для привлечения к имущественной ответственности по общему правилу, из которого закон устанавливает некоторые исключения. Речь идет о таких прямо предусмотренных им ситуациях, в которых для возложения ответственности достаточно лишь некоторых из названных условий, например, не имеет гражданско-правового значения наличие или отсутствие убытков либо вины в действиях причинителя.

2. Противоправность как условие гражданско-правовой ответственности

Противоправность поведения привлекаемого к гражданско-правовой ответственности лица - обязательное условие для ее применения. Правомерные действия участников гражданских правоотношений не могут влечь имущественной ответственности, за исключением немногочисленных, прямо предусмотренных законом случаев (п. 3 ст. 1064 ГК). Например, вред, причиненный в состоянии крайней необходимости, т. е. в результате правомерных действий, подлежит возмещению его причинителем в соответствии с ч. 1 ст. 1067 ГК. Противоправным поведением в конкретных ситуациях может являться как действие, так и бездействие лица (при неисполнении прямо предусмотренной законом или договором обязанности совершить определенные действия). Противоправным в строгом смысле слова признается поведение, нарушающее предписания правовых норм. Но не всякое отступление от норм гражданского права противоправно. Оно становится таковым лишь при нарушении прямых запретов или императивных правил закона. В гражданском праве имеется большое число диспозитивных норм, допускающих определение прав и обязанностей участников имущественного оборота по их выбору, обычно в результате соглашения (договора) сторон. Тем самым закон не только разрешает известное отступление от предусмотренных им правил, но и придает обязательное значение согласованным участниками условиям договоров. Следовательно, противоправным считается нарушение не противоречащих законодательным запретам договорных условий. Более того, гражданские права и обязанности, как известно, могут возникать из таких действий (сделок) участников оборота, которые не предусмотрены и не урегулированы прямо ни законом, ни иными правовыми актами, но соответствуют общим началам и смыслу гражданского законодательства, в частности из договоров, хотя и не предусмотренных законом, но и не противоречащих ему (п. 1 ст. 8 ГК). В условиях развития рыночных отношений и неизбежного отставания от этих процессов результатов законотворческой деятельности появление такого рода отношений не может быть лишь редким исключением. Поэтому противоправным в гражданском праве считается такое поведение, которое нарушает императивные нормы права либо санкционированные законом условия договоров, в том числе и прямо не предусмотренные правом, но не противоречащие общим началам и смыслу гражданского законодательства1. С другой стороны, отсутствие в законодательстве или в условиях конкретных договоров указаний на неблагоприятные последствия противоправного поведения, в частности на последствия нарушения отдельных условий договора, исключает и гражданско-правовую ответственность за него.

3. Вред (убытки) как условие гражданско-правовой ответственности

В тех случаях, когда результатом противоправного поведения становится причинение потерпевшему лицу имущественного вреда, или убытков, наличие их - необходимое условие возложения имущественной ответственности на причинителя. Под вредом в гражданском праве понимается всякое умаление личного или имущественного блага. С этой точки зрения различается моральный и материальный вред. Материальный вред представляет собой имущественные потери - уменьшение стоимости поврежденной вещи, уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов и т. п. Он может быть возмещен в натуре (например, путем ремонта поврежденной вещи или предоставлением взамен вещи того же рода и качества) либо компенсирован в деньгах. Однако натуральная компенсация, предпочтительная с позиций закона (ст. 1082 ГК), не всегда возможна по обстоятельствам конкретного дела. Поэтому чаще используется денежная компенсация причиненного вреда, которая именуется возмещением убытков. Возмещение убытков - установленная законом мера гражданско-правовой ответственности, применяемая как в договорных, так и во внедого-ворных отношениях. Под убытками в гражданском праве понимается денежная оценка имущественных потерь (вреда). Они складываются,

• во-первых, из расходов, которые потерпевшее лицо либо произвело, либо должно будет произвести для устранения последствий правонарушения.

1 В современном германском правопорядке, а вслед за ним и в других развитых правопорядках существует возможность наступления преддоговорной ответственности, т. е. ответственности за нарушение обязанности добросовестного поведения по отношению к партнеру по переговорам о заключении договора, которая выражается в возмещении причиненных этим убытков при отсутствии (незаключении) договора (см.: Комаров А. С. Ответственность в коммерческом обороте. М., 1991. С. 46-57) Такая ответственность известна теперь и российскому праву (п. 2 ст. 507 ГК).

К таким расходам, в частности, относятся: суммы санкций, подлежащих уплате третьим лицам по вине своего контрагента, нарушившего договорные обязательства, стоимость необходимых и разумных расходов по выполнению обязательства за счет должника-нарушителя иным лицом или самим потерпевшим (ст. 397 ГК), в том числе приобретение покупателем товара вследствие нарушения обязательств продавцом у иного продавца по более высокой, но разумной цене либо продажа продавцом товара вследствие нарушения обязательств покупателем иному покупателю по более низкой, но разумной цене (п. 1 и 2 ст. 524 ГК) и т. п

Во-вторых, в состав убытков включается стоимость утраченного или поврежденного имущества потерпевшего.

В-третьих, сюда входят неполученные потерпевшей стороной доходы, которые она могла бы получить при отсутствии правонарушения (п. 2 ст. 15 ГК).

Расходы потерпевшего и повреждение его имущества охватываются понятием реального ущерба, т. е. наличных убытков. Не полученные потерпевшим доходы составляют его упущенную выгоду. Размер ее в соответствии с законом должен определяться «обычными условиями гражданского оборота» (а не теоретически возможными особо благоприятными ситуациями) и реально предпринятыми мерами или приготовлениями для ее получения (п. 4 ст. 393 ГК), например при неполучении предпринимателем прибыли из-за ставшего невозможным вследствие правонарушения выполнения заключенных им договоров. Если же правонарушитель получил доходы вследствие своего правонарушения (например, в нарушение заключенного ранее договора продал товар другому покупателю), размер упущенной выгоды, подлежащей взысканию в пользу потерпевшего в качестве части понесенных им убытков, не может быть меньшим, чем такие доходы (абз. 2 п. 2 ст. 15 ГК). Гражданский закон исходит из принципа полноты возмещения убытков (п 1 ст. 15, п. 1 ст. 1064 ГК) и допускает ограничение имущественной ответственности лишь в исключительных, прямо предусмотренных им (но не подзаконным актом) либо договором случаях (ст. 400 ГК). В условиях инфляции цены, с учетом которых исчисляется размер убытков, могут колебаться. Поэтому размер убытков должен исчисляться с учетом цен, существовавших на момент исполнения обязанности, а при ее неисполнении - на момент предъявления иска, если только закон, иной правовой акт или соглашение самих участников не предусмотрели иное (п. 3 ст. 393 ГК), например расчеты по ценам, существовавшим в момент заключения договора. Гражданско-правовая ответственность за нарушение договорных обязанностей иногда может наступать и независимо от наличия вреда (или убытков). Так, просрочка в передаче товара по договору может повлечь применение предусмотренного им штрафа независимо от того, появились ли в результате убытки у приобретателя товара или нет. Однако такие случаи являются исключительными, ибо компенсаторная направленность и имущественный характер ответственности в гражданском праве предполагают ее применение главным образом в случаях возникновения имущественного вреда (убытков). Моральный вред представляет собой физические или нравственные страдания гражданина, вызванные нарушением его личных неимущественных прав или умалением иных его личных (нематериальных) благ - посягательствами на его честь и достоинство, неприкосновенность личности, здоровье и т. д. Моральный вред может влечь имущественные потери (т. е. быть источником материального вреда), например причинение увечья может препятствовать дальнейшей трудовой или предпринимательской деятельности. В этом случае он возмещается с помощью компенсации имущественного вреда (убытков). Однако он может и не причинять прямых материальных потерь, не становясь от этого менее ощутимым для потерпевшего (например, при умалении его чести, причинении вреда здоровью, неизгладимом обезображении лица, незаконном применении в качестве меры пресечения подписки о невыезде и др.). Такой вред сам по себе не может быть компенсирован гражданско-правовыми (имущественными) способами, ибо не поддается точной материальной оценке. Однако в случаях, прямо предусмотренных законом, он может быть возмещен в приблизительно определенной или символической денежной сумме с учетом требований разумности и справедливости, а также индивидуальных особенностей потерпевшего и других фактических обстоятельств (ст. 151,1101 ГК).

4. Причинная связь как условие гражданско-правовой ответственности

Для возложения ответственности в форме взыскания убытков или возмещения вреда во всех без исключения случаях необходимо наличие причинной связи между действиями правонарушителя и возникшим вредом (убытками). Не случайно закон говорите «причиненных» убытках (п. 1 ст. 15, п. 1 ст. 393, п 1 ст. 1064 ГК). Причинная связь во многих ситуациях очевидна, например просрочка перевозки скоропортящегося груза неизбежно ведет к его порче и возникновению убытков у владельца, причиненных ему транспортной организацией. Однако в ряде случаев обосновать эту связь непросто. Например, злоумышленник, пользуясь отсутствием должной охраны, вскрыл один из стоявших на железнодорожных путях рефрижераторных вагонов с мясопродукцией и похитил из него некоторое количество мяса. В результате его действий было задержано дальнейшее движение состава, получатели груза не смогли вовремя передать его своим контрагентам (розничным торговым организациям), а те, в свою очередь, реализовать его. Впоследствии злоумышленник был задержан и возник вопрос о том, какой объем убытков причинен его действиями. Суд учел бездействие перевозчика, не принявшего необходимых мер по охране груза, и обоснованно решил, что имущественная ответственность «причи-нителя» должна ограничиваться размером похищенного и стоимостью ремонта запорного устройства вагона. Иногда в такого рода ситуациях говорят о «прямых» и «косвенных причинных связях» (и соответственно о «прямых» и «косвенных убытках»)1. «Косвенные причинные связи» по смыслу такого подхода предполагается не считать юридически значимыми и не учитывать в качестве условий ответственности. Но тогда их нельзя считать и подлинными причинными связями, не говоря уже о трудностях разграничения однородных связей на «прямые» и «косвенные». Проблема причинных связей должна разрешаться на методологической базе общефилософского подхода к причинности и с учетом особенностей таких связей в правовой сфере. Прежде всего, речь идет о том, что все явления природы и общественной жизни так или иначе взаимосвязаны и взаимозависимы. Однако эти взаимосвязи весьма разнообразны: в пространстве, во времени, как форма и содержание, как условие и обусловленное, как причина и следствие и т. д. С этой точки зрения причинно-следственная связь лишь одна из разновидностей взаимосвязи явлений. Различные явления могут быть связаны друг с другом не только как причина и следствие, а потому имеется опасность рассмотрения в качестве причинно-следственных иных взаимосвязей, в действительности не являющихся таковыми.

1 См Матвеев Г К Основания гражданско-правовой ответственности М , 1970 С 137 и след

В частности, причинно-следственную связь нередко смешивают со взаимосвязью условия и обусловленного. Так, грузовой автомобиль при развороте задел женщину, которая была госпитализирована с травмой бедра, а спустя некоторое время была признана инвалидом, но в связи с другим, скрытым ранее заболеванием, обострившимся в результате полученной травмы. Последняя, безусловно, была следствием наезда, но сама стала лишь условием, а не причиной потери трудоспособности у потерпевшей. Поэтому имущественная ответственность владельца автомобиля здесь не наступила. Причинная связь всегда объективна - это реально существующая взаимосвязь явлений, а не субъективное представление о ней. Поэтому она должна быть подтверждена реально, а не основываться лишь на предположениях или догадках. Необоснованно поэтому иногда встречавшееся в теоретической литературе деление причинных связей на «необходимые» и «случайные». Объективность причинной связи выражается в том, что данная причина в аналогичных условиях всегда порождает данное следствие и в этом смысле не зависит от каких-либо «случайностей». Наконец, причинная связь всегда конкретна и является таковой только в реальной ситуации, ибо в ином случае данное следствие может стать причиной, а соответствующая взаимосвязь может иметь совсем другое значение. Ведь одно и то же следствие может порождаться несколькими различными причинами, а одна и та же причина может породить несколько разных последствий. В отдельной же реальной ситуации всегда необходимо и возможно выявить конкретную причину и конкретное следствие, имеющие такое значение именно для данного случая. Таким образом, взаимосвязь причины и следствия - объективно существующая разновидность взаимосвязи явлений, которая характеризуется тем, что в конкретной ситуации из двух взаимосвязанных явлений одно (причина) всегда предшествует другому и порождает его, а другое (следствие) всегда является результатом действия первого. Правовая сфера касается причинных связей в общественных отношениях, имеющих свои особенности по сравнению с природными, естественными связями. Здесь причинные связи обычно не сводятся к механическим или физическим воздействиям одного явления на другое (хотя природные взаимосвязи явлений и здесь в ряде случаев играют важную роль). В качестве причины в общественных отношениях обычно выступает деятельность людей, их конкретное поведение, в свою очередь обусловленное множеством социальных и природных причин. В частности, причиной появления вреда может стать бездействие обязанного лица, хотя в естественно-физическом смысле бездействие не может вызвать никакого результата. С другой стороны, здесь появляется возможность использования для причинения вреда естественной (природной) причинной связи явлений, например при намеренном создании вредоносной, в частности пожароопасной или взрывоопасной, ситуации. Разумеется, социальной причиной возникших в результате убытков и условием возложения ответственности за наступивший вред будет считаться не вредоносное действие природных сил, а поведение использовавшего их в своих целях конкретного лица. Наконец, в социальных явлениях причины конкретного, в том числе неблагоприятного, результата нередко «переплетаются» и взаимодействуют, как будто бы «поглощая» одна другую. Например, изготовитель недоброкачественного товара ссылается на недостатки полученного им сырья или ухудшение товара в результате его длительной перевозки либо неправильного хранения и т. д. Такие причины не могут быть приняты во внимание применительно к убыткам, возникшим в результате их действия у конечного потребителя. Если контрагент по договору был в состоянии предотвратить изготовление и передачу недоброкачественного товара потребителю и не сделал этого, его поведение, безусловно, и должно считаться причиной нарушения договорных обязательств. В свою очередь, он вправе в регрессном порядке обратиться к своим контрагентам, например изготовителям недоброкачественного сырья, с требованием о возмещении ему соответствующей части убытков (ибо в определенной части они стали следствием и его ненадлежащего поведения). Таким образом, «цепочка» названных причин становится условием появления соответствующей «цепочки» в применении мер гражданско-правовой ответственности, а не основанием для освобождения от нее.

5. Вина как условие гражданско-правовой ответственности

Вина является субъективным условием юридической ответственности, выражающим отношение правонарушителя к собственному неправомерному поведению и его последствиям. Обычно она рассматривается как субъективное психическое отношение лица к своему противоправному поведению и его последствиям, связанное с предвидением неблагоприятных результатов своего поведения и осознанием возможности их предотвращения. С этой точки зрения не могут считаться виновными действия душевнобольного или малолетнего гражданина, которые в большинстве случаев не в состоянии правильно оценивать свое поведение и его последствия. Такой подход традиционен и вполне обоснован для уголовного права и ряда других правовых отраслей, устанавливающих юридическую ответственность за неправомерное поведение людей. На нем основано выделение различных форм вины, от которых, как правило, зависит и содержание применяемых мер ответственности. Прежде всего, речь идет о различии умысла и неосторожности (ср. п. 1 ст. 401 ГК и ст. 25 и 26 УК). Правонарушение признается совершенным умышленно, если нарушитель сознавал неправомерность своего поведения, предвидел его неблагоприятные последствия и желал или сознательно допускал их наступление. Правонарушение признается совершенным по неосторожности, если нарушитель хотя и не предвидел, но по обстоятельствам дела мог и должен был предвидеть наступление неблагоприятных последствий своего поведения либо хотя и предвидел их, но легкомысленно рассчитывал на их предотвращение. Однако в гражданском праве вина как условие ответственности имеет весьма значительную специфику. Она вызвана особенностями регулируемых гражданским правом отношений, в большинстве случаев имеющих товарно-денежный характер, и обусловленным этим главенством компенсаторно-восстановительной функции гражданско-правовой ответственности. Ведь для компенсации убытков, понесенных участниками имущественного оборота, субъективное отношение их причинителя к своему поведению, как правило, не имеет существенного значения. Именно поэтому в гражданском праве различие форм вины редко имеет юридическое значение, ибо для наступления ответственности в подавляющем большинстве случаев достаточно наличия любой формы вины правонарушителя1. Более того, по этим же причинам в целом ряде случаев вина вообще не становится необходимым условием имущественной ответственности, которая может применяться и при отсутствии вины участника гражданских правоотношений, в том числе за вину иных (третьих) лиц. Следует, наконец, учесть и то обстоятельство, что участниками гражданских правоотношений являются не только граждане, но и юридические лица, и публично-правовые образования. Говорить об их «субъективном, психическом отношении к своему поведению и его последствиям» здесь можно лишь весьма условно. Конечно, вина юридического лица может проявляться в форме вины его участников (например, полных товарищей), органов (руководителей) и других должностных лиц, а также его работников, выполняющих свои трудовые или служебные функции, поскольку именно через их действия юридическое лицо участвует в гражданских правоотношениях. Поэтому закон и возлагает на него ответственность за действия указанных физических лиц (ст. 402 и 1068 ГК). Обычно это имеет место в деликтных (внедоговорных) обязательствах, возникающих при причинении имущественного вреда. Однако в большинстве случаев, прежде всего в договорных отношениях, невозможно, да и не нужно устанавливать вину конкретного должностного лица или работника юридического лица в ненадлежащем исполнении обязательства, возложенного на организацию в целом. Гражданско-правовое значение в таких ситуациях приобретает сам факт правонарушения со стороны юридического лица (например, отгрузка недоброкачественных товаров или просрочка в возврате банковского кредита), которого вполне можно было бы избежать при проявлении обычной заботливости или осмотрительности. В связи с этим гражданское законодательство отказалось от традиционного для уголовно-правовой сферы подхода к пониманию вины.

1 Лишь в некоторых, прямо предусмотренных законом случаях применение или размер ответственности зависят от определенной формы вины Так, конфискаци-онные санкции в соответствии со ст. 169 ГК применяются лишь к участникам сделки, умышленно действовавшим в противоречии с основами правопорядка и нравственности Умысел потерпевшего в деликтных обязательствах освобождает причинителя от ответственности, а грубая неосторожность потерпевшего может быть учтена при определении размера полагающегося ему возмещения (ст 1083 ГК) Закон также объявляет ничтожными любые соглашения об устранении или ограничении ответственности за умышленное нарушение обязательства (п 3 ст 401 ГК).

В соответствии с абз. 2 п. 1 ст. 401 ГК виной в гражданском праве следует признавать непринятие правонарушителем всех возможных мер по предотвращению неблагоприятных последствий своего поведения, необходимых при той степени заботливости и осмотрительности, которая требовалась от него по характеру лежащих на нем обязанностей и конкретным условиям оборота. Таким образом, вина в гражданском праве рассматривается не как субъективное, психическое отношение лица к своему поведению, а как непринятие им объективно возможных мер по устранению или недопущению отрицательных результатов своих действий, диктуемых обстоятельствами конкретной ситуации. Иначе говоря, здесь вина переводится из области трудно доказуемых субъективных психических ощущений конкретного человека в область объективно возможного поведения участников имущественных отношений, где их реальное поведение сопоставляется с определенным масштабом должного поведения. При этом речь не идет о некоем абстрактно понимаемом «заботливом хозяине» или «добросовестном коммерсанте», с теоретически мыслимым поведением которого сопоставляется поведение конкретного лица в конкретной ситуации (как это требуется, например, во французском и германском гражданском и торговом праве). По смыслу нашего закона поведение конкретного лица должно сопоставляться с реальными обстоятельствами дела, в том числе с характером лежащих на нем обязанностей и условиями оборота, и с вытекающими из них требованиями заботливости и осмотрительности, которые во всяком случае должен проявлять разумный и добросовестный участник оборота (а таковым в силу п. 3 ст. 10 ГК предполагается любой участник гражданских правоотношений). В гражданском праве установлена презумпция вины правонарушителя (причинителя вреда), ибо именно он должен доказать отсутствие своей вины в правонарушении (п. 2 ст. 401, п. 2 ст. 1064 ГК), т. е. принятие всех указанных выше мер по его предотвращению. Применение этой презумпции (предположения) возлагает бремя доказывания иного положения на указанного законом участника правоотношения. Поскольку нарушитель предполагается виновным, потерпевший от правонарушения не обязан доказывать вину нарушителя, а последний для освобождения от ответственности должен сам доказать ее отсутствие. Так, в одном из судебно-арбитражных дел организация - перевозчик груза, загоревшегося в пути от неустановленных причин, ссылалась на это обстоятельство как на отсутствие своей вины. Однако оно само по себе не исключало вины перевозчика в виде непринятия им всех мер заботливости и предусмотрительности, обусловленных легко воспламеняющимся по характеру грузом, и не опровергало законной презумпции его вины, а потому на перевозчика как на виновное лицо была возложена ответственность за утрату и порчу перевозимого им груза. Из этого следует, что в гражданских правоотношениях, строго говоря, имеет значение не вина как условие ответственности, а доказываемое правонарушителем отсутствие вины как основание его освобождения от ответственности, что прямо вытекает из предписаний действующего закона (абз. 2 п 1 ст. 401 и п. 2 ст. 1064 ГК).

§ 3. Применение гражданско-правовой ответственности

1. Ответственность, наступающая независимо от вины правонарушителя (объективная ответственность)

Отсутствие вины правонарушителя освобождает его от гражданско-правовой ответственности по общему правилу, из которого имеются весьма многочисленные исключения. В случаях, установленных законом или прямо предусмотренных договором, ответственность в гражданском праве может применяться и независимо от вины нарушителя, в том числе и при ее отсутствии. Так, в соответствии с п. 3 ст. 401 ГК в обязательствах, возникающих при осуществлении предпринимательской деятельности, сторона, не исполнившая лежащую на ней обязанность должным образом, несет имущественную ответственность перед контрагентом не только при наличии своей вины в возникновении убытков, но и при их появлении в результате случайных обстоятельств (если только иное, т. е. ответственность по принципу вины, прямо не установлено законом или договором